Часть 6

      Школьный день проходил вполне себе нормально, если не считать Игнатову, которая маячила передо мной каждую перемену. Денис появлялся за моей спиной как верный телохранитель и Таня сразу делала вид, будто она тут вообще случайно. На уроках я бездумно листала учебник, получая замечания от учителей и только одного химика вообще не заботило мое безучастие.       Сегодня Дмитрий Николаевич рассказывает нам все секреты химических связей. Все своё внимание он уделяет новому материалу, доске, белому куску мела и всевозможным таблицам. Я пытаюсь уловить хотя бы слово из всего его монолога, но уловила лишь то, что черта, которую нам не стоит переступать, будучи учителем и ученицей, понемногу стирается. Я знаю, что он чувствует это тоже, ведь мы не скрываем друг от друга своих переживаний и секретов. Мы знакомы всего ничего, а он так блестяще выводит меня на душевные разговоры. Или же это природная харизма, под влияние которой я попала?       Я всеми силами пытаюсь отогнать эти мысли, сейчас они ни к чему. Химик пишет очередную формулу, а я закусив карандаш, задерживаю взгляд на мускулистой спине, которая скрывается под рубашкой цвета красного вина. Поток моих мыслей прерывает писклявый голос секретаря. Она втиснула голову в приоткрытую дверь и боязливо окликнула учителя: — Дмитрий Николаевич, извините, пожалуйста, но вас и Астахову вызывает к себе директор, — химик одаривает меня безразличным взглядом, от которого становится не по себе и кивает женщине.       Он лениво бросает мел в коробку и, поманив меня рукой, выходит из кабинета. Я неторопливо выхожу следом и иду в другое крыло школы за учителем. Зачем меня вызывают, да еще и с учителем? Очередная олимпиада, а идти некому? От этой мысли я закатываю глаза и врезаюсь в спину химика, который остановился у приемной. Дмитрий Николаевич открывает дверь и галантно пропускает вперед. Секретарь просит зайти меня одну. Я оборачиваюсь и смотрю на учителя. Он спокойно сел на диван и уставился в окно, при этом на его лице ни дернулся ни один мускул. Я тихо фыркаю и захожу в кабинет.       Директор сидит за своим идеально убранным столом. Она не спешит начинать разговор и осматривает меня с ног до головы. Пытается найти за что отругать, но увы, я хожу довольно прилично в отличии от многих в этом заведении. — Даша, ты знаешь, как я к тебе отношусь, — заканчивая оценивать меня, тихо сказала она. — Ты у нас умница, столько медалей для школы в различных олимпиадах принесла. Жаль конечно, что сейчас забросила это дело, — я напряглась, ведь мне совсем не хочется никаких олимпиад. — Я все понимаю, ты уже большая, выпускной класс. Зачем тебе все это, старше не значит лучше.       Я непонимающе уставилась на нее. Она встает из-за стола и подходит к окну, подзывая меня. Я подхожу ближе, но все же держусь на расстоянии. Директриса кивает в сторону стадиона, где мальчики, что-то копают в компании трудовика. — Полно же парней, Даша. Почему сразу Дмитрий Николаевич? — Мои глаза округлись до невозможного. Я пячусь назад, не нравится мне все это. — Я совершенно не понимаю вас, — лепечу в ответ еле сдерживая свое потрясение. — Единственное, что меня связывает с учителем это дополнительные занятия, которые нужны для поступления.       Женщина смотрит мне прямо в глаза, ища в них ложь. Я выпрямляю спину, отвечая на зрительный контакт, ведь я не вру. Директриса кивает мне и позволяет уйти обратно в класс. Доля секунды и я вылетая на коридор, останавливаясь в темном коридора. Облокачиваюсь спиной о стену и съезжаю вниз. Вся эта ситуация полный бред. В голове мелькает куча мыслей, но ни одна из них не кажется мне правдоподобной. Через пару минут я слышу шаги, которые с каждой секундой приближаются. Миг, и меня рывком поднимают на ноги, прижимая к крепкой мужской груди. Аромат духов безошибочно помогает определить его обладателя. Учитель прижимает меня так сильно, что я уткнулась носом ему в шею, подавляя накатившие на глаза слезы. Несмело обнимаю его, стараясь успокоится. Дмитрий Николаевич держит руки на моих лопатках, не позволяя себе ничего лишнего, что радует. Я перевожу дыхание и отталкиваю его от себя, сразу же отходя на безопасное расстояние. Учитель с невозмутимым лицом поправляет ворот рубашки и негромко говорит: — Я улажу вопрос с Игнатовой, — я приподнимаю брови, о чем оно вообще говорит? — При чем тут она? — До сих пор не въехала в чем дело? Тебя выводят из игры весьма грязным способом, просыпайся, — он наигранно машет рукой у меня перед лицом. Мое замешательство никуда не делось. Учитель устало выдыхает и продолжает: — Татьяна рассказала директору про наши дополнительные занятия, но в сексуальном контексте и с весьма пикантными подробностями. Итог таков: меня садят в тюрьму, тебя исключают из школы с позором, Семенов плачет от разочарования в тебе, а она спешит подставить ему свое плечо поддержки и жилетку для слез. План обиженной жизнью девушки. Классика жанра, — будничным тоном говорит учитель, будто для него это обыденное дело. Меня накрывает волна реальности. Эта ненормальная готова все сделать ради себя и своих планов. Во мне закипает злость, я сжимаю руки в кулаки и на лице учителя впервые за это время пробегает тень улыбки. — Такой тебя видеть мне нравится больше. Вернулась наконец на землю? — я киваю и учитель покидает меня удовлетворенный моим боевым состоянием.       На перемене вся школа знала, что я в компании химика посетила кабинет директора. И вот уже Денис летит с другого конца коридора, распихивая ни в чем не повинных детей по сторонам. Как только он останавливается около меня, я сразу же закрываю ему рот рукой, не давая вымолвить и слова. Мне стоит первой все рассказать. — Это проделки Игнатовой, ты сам знаешь, что мне нужно в медицинский поступать, а без подготовки никак не обойтись, ведь так? — Я хмуро смотрю на парня и тот неуверенно кивает, немного расслабляясь. — Молодец, хороший мальчик, — я потихоньку убираю руку от его лица. — У меня ничего с учителем нет, и если ты еще раз отреагируешь так на сплетни, можешь смело идти к их источнику, уяснил? — Да, прости, я погорячился. Я поговорю с ней и четко дам понять, кто есть кто, — Денис невесомо целует в лоб и мы уходим домой.       Мы неторопливо спускаемся по лестнице, разговаривая на отвлеченные темы. На встречу нам поднимается химик, которого мы замечает как только он грубо заговорил. — Семенов, вам бы не мешало переписать контрольную. Сомневаюсь, что вас устраивает оценка два в четверти, — учитель не останавливаясь прошел мимо нас. — А это не может подождать? У меня так-то игра скоро, — не скрывая накатившего раздражения пробурчал Денис, что только позабавило учителя. Он весело хмыкнул и обернулся через плечо. — Перепишешь и пойдешь.       Денис ругается себе под нос и спускается вниз, я настигаю его у подножья лестницы и дергаю за руку. — Ты с ума сошел? Тебя же выпрут с команды, — парень на секунду задумался, затем безразлично пожимает плечами, будто футбол никогда для него не был в приоритете, но я знаю, что это не так. Из-за своих принципов и амбиций все это может плохо кончится. Химик не шутит и поставит эту двойку, ему только в радость будет эта маленькая шалость. — Хорошо, ради меня сходи и напиши эту чертову работу, — я наигранно строю глазки и парень сдается.       Домой я иду в компании осеннего ветра и первых опавших листьев. Время неумолимо приближается к началу игры. Я неохотно оделась и спустилась вниз. Мама сидит в гостиной и скучающе листает бесконечное число каналов. Ей нет дела до того, что я вернулась домой и также нет дела, что я ухожу снова. Я рассматриваю себя на последок в зеркало и хватаюсь за ручку двери, как вдруг меня окликает холодный тон мамы. — Даша, стой, — я обернулась и встретила леденящий душу взгляд. — Ты куда? — неужели за столько лет ее это взволновало? Или чувство приличия? — В школу, на футбол, — твердо ответила я, стараясь не выдавать своего удивления. — А как же дополнительные по химии, вроде они сегодня и прямо сейчас, — я никого не отчитывалась ей и в этот раз тоже не удосужилась сказать, что занятие я посетила еще вчера. Я давно свыклась с тем, что самостоятельная. — Я думаю, что тебе стоит их прекратить, ты девочка не глупая, сможешь и сама освоить, — эти слова стали для меня полной неожиданностью. Сердце предательски екнуло в груди. — И какова причина этого решения? — я приоткрыла дверь в гостиную и уставилась на мать, которая даже не пошевелилась. Она не может так поступить, ведь прекрасно знает, что туда, куда я собралась поступать без дополнительных никак. Фактически она отрубает мне руку. Я грежу медицинским с самого раннего детства. — Наталья Олеговна мне… — я грубо прерываю ее, понимая откуда растут ноги. Быстро эта стерва обработала маму. — Тогда пусть твоя Наталья и оплачивает мне нового репетитора и поступление, раз такая умная, — последнее, что я говорю и пулей вылетаю из дома не желая ничего больше слышать.       Я бегу по дороге, подальше от этого разговора. По пути я прокручиваю все, что сейчас произошло. Как кольнуло сердце, мамино безразличие ко мне, моим словам, будущему. Но в одном я так и не могу себе признаться, что эти дополнительные мне нужны не только для поступления, а для меня самой. Ведь за сорок пять минут там происходит настоящая маленькая жизнь. Подойдя к самой школе я все-таки решила поговорить с учителем, ведь он всегда знает, что делать, он поможет мне.       В школу уже тянулась толпа людей. В основном это были девушки из соседней школы. Их вряд ли интересует игра. Скорее то, что будет после нее. В толпе таких предсказуемых девчонок я замечаю майку красного цвета со знаменитым на всю округу номером четыре. Денис свободно беседует с ними вызывая улыбки, заливистый смех и хищные взгляды.       Я поднимаюсь по лестнице и грубо отпихиваю одну из девочек, ясно давая понять, что тут нечего ловить. Я приподнимаюсь на носочки и целую парня. Я оттягиваю его нижнюю губу и слегка прикусываю оставляя маленькие капли крови. Отстраняюсь, читая на лице парня замешательство, ведь я особо не позволяла себе проявлять чувства. Довольная собой я в полной тишине оставляя их. Парень догоняет меня в холле и сжимает локоть, заставляя развернутся. — Потрудись объяснить это времяпровождение, — выпаливаю я, резко меняя его веселое настроение. — Эй, что за приступы? — он притягивает меня к себе вплотную, не оставляя и миллиметра между нами. — Моя девочка ревнует? Брось, Даша. Я хочу только тебя, — эти слова сказаны на ухо, опаляя горячим дыханием. Я закусила губу, борясь с навалившемся желанием раствориться в его руках. Я вцепилась в его плечи, пытаясь удержаться. — Порадуй меня своим сладким стоном, ну же, — Денис почувствовал мое расслабленное состояние, но это не лучшее место для его игр, так что я отрицательно качаю головой. — Ну как хочешь, — он отходит на шаг, убедившись, что я твердо стою на ногах и повел за собой в зал.       В спортзале, несмотря на открытые окна, было очень душно. Как только мы вошли, физрук схватил Дениса за ворот майки и уволок за собой в раздевалку. Мне ничего не осталось как найти себе свободное место в «партере» и ждать начала. До игры есть еще пять минут, которые любезно скрасил химик. — Ваш аромат как всегда бесподобен, — не поворачивая головы произношу я, только потом понимая, что сказала то, чего не стоило говорить не при каких обстоятельствах, но уже поздно. — Уже по запаху узнаешь? Совсем в могилу решила загнать? — я горько усмехнулась на его слова. В них всегда есть доля правды. Денис от него и мокрого места может не оставить.       Я отрываю взгляд от рассматривания зеленого пола и оглядываюсь, на скамейке мы сидим одни. Лучше время не придумаешь, я решила с ним поговорить, ведь мне было о чем и дело не только в дополнительных. — Вы влюбились в меня? — вопрос не застал его врасплох, как я того ожидала, скорее он ждал его и был во всеоружии. — С чего взяла? — Я видела контрольную Дениса, точнее его черновики. Там было все правильно, — я краем глаза уловила его улыбку, — ну почти все. Ради одного задания не заставляют переписывать всю работу. Что вы от него хотели? — я поворачиваюсь и встречаюсь с ним взглядом. Мы смотрим друг на друга не заботясь об окружающих. Мне нужны ответы и он их даст. — Знаешь, — он отвернулся в сторону поля, где началась игра. Раньше он никогда не прятал взгляд, неужели сейчас он не хочет, чтобы я видела его эмоции? — Нет, но мне интересно твое общество. А знаешь, что самое интересное, — он резко поворачивается, разрушая тем самым мои домыслы об его скрытности. — Ты чувствуешь тоже самое, но упорно отрицаешь, прикрываешься какими-то отношениями которые тебе нахрен не сдались.       Сразу после этих слов он встает и уходит. Я смотрю ему в след, игра больше не имеет для меня значения, если имела вообще. Слышу едва уловимые отголоски радостных возгласов, а сама в это время погружена в совсем иные мысли. Я не уверена, что до конца поняла, что хотел сказать учитель или я снова обманываю себя и он как всегда во всем прав.       В этих мыслях я провожу почти все время. Финальный свисток приводит меня в чувство. Я отрываю руки от лица и вижу ликование правой половины зала. Смотрю на счет и понимаю, что наша команда выиграла. Половина девчонок сорвалась на поле, чтобы быть ближе к победителям. Я осталась на месте глазами ища Дениса. Он отталкивает от себя настойчивых фанаток и подходит ко мне. Берет в свои теплые руки мои и нежно смотрит в глаза. — Устала? — киваю, стараясь не выдавать истинных причин моего внезапно ушедшего настроения. — Есть немного. Ты был молодцом, — аккуратно стираю пот с его лба и целую в щеку. — Пойдешь с нами праздновать? — боюсь об этом не может быть и речи, сейчас мне нужен максимальный покой. Нужно разобраться в себе. Я только испорчу ему весь праздник. — Прости, но нет. Я хочу домой.       Я смотрю в его уставшие глаза и перебираю волосы на затылке. Он все продолжает держать меня за руки переводя дыхание. Денис бегло оглядел команду и убедившись, что никто не собирается уходить дернул меня со скамейки, уводя прочь. Он затолкал меня в раздевалку и закрыл дверь, резко прижимая к холодной стене спиной. Денис упирается рукой в стену около моей головы и кончиком носа проводит по шее, оставляя на ней поцелуи. Тело не сразу, но откликнулось на его прикосновения. Парень расплылся в довольной ухмылке и перешел к губам. Он сминает их по-хозяйски, словно я была есть и буду только его. Дениса больше не заботит нежность, с каждым движением, прикосновением он грубеет, от чего с моих губ срывается стон, но далеко не наслаждения. — Лучшая награда за победу. Не стесняйся, пусть все знают, — парень все расценил по своему и был этим доволен.       Он хочет продолжить, но я вовремя мягко отталкиваю парня, в дверь стали громко и настойчиво стучать. Денис громко выдыхает и отходит от меня, я быстро поправляю одежду и в раздевалку вваливаются остальные ребята. Парни даже не замечают меня и я пользуюсь этим, выскальзываю оттуда и скрываюсь в толпе людей.       Я выхожу за ворота школы и только сейчас могу вздохнуть свободно. Мне совсем не хочется большего с Денисом. Холодный осенний ветер обдувает мое лицо, сгоняя со щек ненужную красноту, я медленно бреду домой совсем не подозревая чем окончится эта победа.