Глава 68.

Фэин привела Лико и Тшатжу на окраину деревни, где располагалось подземелье, служившее для абсолютно разных целей. — Фэин? — окликнула Тшатжу Виккорносигиэ. — Ты собираешься заточить Лико здесь?! — Ну да, а что? — пожала плечами та и они спустилась в подполье. В подвале было темно и сыро. После каменной лестницы шел коридор. Фэин зажгла лампу и провела своих спутников вперёд. Пройдя коридор до конца они оказались в маленькой комнатке, вымощенной булыжниками. из стены сверху торчали два металлических крюка, к которым приделывались цепи. Тшатжу взяла концы цепей на руках Варахи и попросила Фэин: — Я не достану. Подсадишь? Виккорносигиэ молча пригнулась. Ришрируъин забралась ей на плечи. Перекрестив цепи, Тшатжу надела конечные звенья на крюки, и, убедившись, что они держатся, слезла на пол. Вышло почти как на дыбе — Лико стоял, вытянув руки за спиной, цепи натянулись, и если бы охотник сделал хоть шаг назад, он бы вывернул себе плечевые суставы. Фэин отошла к выходу, чтобы обозреть то, что получилось, и удовлетворённо кивнула. Постояв так ещё с минуту, она повернулась и вышла. Тшатжу последовала было за ней, но вдруг остановилась, постояла на одном месте, потом повернулась к Лико и спросила: — Лико?... Ты не знаешь, кто из местных саниŋ может приходить к кузнице замотанным в тряпки, хватать меня за ворот и спрашивать, где тебя собираются заковать? Услышав вопрос, Вараха нервно поднял голову и инстинктивно попытался сделать шаг вперёд, но цепи натянулись и отбросили охотника на прежнее место. — В тряпках?! — нервно спросил пленник, смирившись с полной своей обездвиженностью. — С ног до головы, — охотно кивнула Тшатжу. — γЫкэ..., — одними губами прошептал Лико в сторону, а вслух ответил: — Ну, смирись пока с тем, что это мой товарищ по ремеслу. И скорее всего он убил Рихиþ, — добавил охотник, в упор посмотрев на Ришрируъин. Тшатжу сначала хотела что-то сказать, но не смогла сформулировать, так что просто кивнула и быстрыми шагами вышла из подземелья. Вараха вздохнул и уставился в пол, повиснув на цепях. "И что ему здесь надо? — пронеслось в голове Лико. — Обычно он охотится на самом высоком пике." Солнце окончательно скрылось за горизонтом и на небе стали видны некоторые из ярких звёзд. Контуры гор чётко вычерчивались на фоне светло-фиолетового неба. У озера в долине зажёгся костёр местных анихэ. А со скалы на самом высоком пике хребта два ярко светящихся во мраке глаза напряжённо вглядывались в тёмные очертания деревни, отгороженной от мира заговором виргу. — Пора. Они закончили, — сказал тихий хрипловатый голос и неизвестная фигура скользнула со скалы. Ещё две тени подошли к краю обрыва и сорвались вниз. — Меч могли украсть сами нинаниŋ, — загробным голосом сказал Титта. — Кому он нужен, как не им? — Но как они сюда пробрались тогда? — возразил Пинхэб. — Самое правдоподобное — предательство. — Да ну кто может предасть эту деревню? — доказывала Римγа. — Будто кто-то в ЧС хочет! — А может он хотел, чтобы все мы умерли? — настаивал Пинхэб. — Сы можем просто не петь, — покачала головой Римγа. Титта крикнул: — Так, отставить всё это хфу! Надо вернуть меч, пока чего не случилось! Мы идём на вылазку прямо сейчас! — Ты совсем с ума спятил? — удивилась Гитхэ. — Какая вылазка так рано? — Меч-то надо как можно быстрее вернуть! — Титу вылез из подземелья и встал у выхода. Остальные воры нехотя последовали за ним. — Ну и куда мы пойдём? — спросил Шацихэ. — Мы даже не знаем, когда украли меч. — Пока вон из-за заговора, — логично рассудил предводитель. Воры вышли из области действия заговора и просто пошли вперёд по лесу. — Ну пошли например к самому высокому пику, — предложил Шацихэ. Титта без слов свернул туда. — Может, разделиться? — предложил Титу через какое-то время, обернувшись. — Ну, в принципе можно, — согласилась Мирху. — Что ж, тогда я иду в одиночку, а все остальные парами, — пожал плечами предводитель и пошёл куда-то вглубь леса. Другие воры тоже разошлись. Титта шёл по влажному и холодному ночному мху, выщёлкивая пальцами какую-то фольклорную мелодию. Вдруг с одного из деревьев на него спрыгнула какая-то тень, и, уронив и прижав к земле, приставила к горлу вора нож и прошипела: — Где Вараха?