Часть 25

Концерт мужчин прошел, как всегда, на отпад, но две фигуры выглядели слишком серьезно, что не ускользнуло от фанатов и съемки. Тэхён сразу же после гримерной прошел на улицу, но в машину не сел. Он шел по тропе, вынюхивая, как пес, запах девушки. В Японии он, к сожалению, не знал особняк совета. Поэтому и приходилось рыскать по следам. — Меня кое-что интересует... Можно спросить? — блондинка смотрит на вампира, что наслаждается питьем. — Тэхён сказал, что чувствует меня как родственную душу. Но мне... тоже кажется так. Это влияние или... может быть правдой? — Нет. На самом деле такое существует. И на тебе ни разу не было от него воздействия, — он пожал плечами. У него нет цели ее убить или запугать. Он просто хочет глянуть, на что способны молодые вампиры. Если же Тэхён откажется от нее, то она станет его. — Если и ты это чувствуешь, то, правда, вы родственные души. Ли заметно обрадовалась. Даже блеск в глазах появился. Она улыбнулась сама себе уголками губ. — Хотите еще немного? Думаю, у меня не сильно ухудшится самочувствие... — Нет. Благодарю, но ты принадлежишь другому вампиру. Я и так сделал не очень приятную для него вещь. Испробовал тебя. Есть ли у тебя еще вопросы? Чувствую, что скоро он прибудет... — Его не накажут? Я ведь никому ничего не говорила... — Это была проверка для тебя с Ккот. Если бы проболтались, то вас бы здесь не было... Вы вдвоем не глупы, а значит, вам будет позволено обращение... — Спасибо... И... наверное, будет лучше, если я скажу, что сама предложила крови. А то боюсь, он и слушать не станет... — девушка чуть нервно посмеялась. — Если так скажешь, то тебя ждет бурная ночь, в ходе которой, он будет заставлять тебя умолять его простить. Рассказать все в подробностях? Я умею предугадывать ход событий... — а мысли то пошлые, видит даже все в мельчайших. — НЕТ! — неожиданно воскликнула та, густо краснея. Не хватало еще, чтобы кто-то рылся в их грязном белье. Она сама-то еще не особо привыкла к подобным смущениям. — Позвольте... если проверка для нас, то и.... для них выходит? — Совершенно верно. Если же вампир ручается за человека, то должен быть ему верен, быть ему защитником и любовником, как в вашем с Мин случае. — Смущаете прямо… нарочно да? — она дует губы. — Такова сущность вампира. Извини, — посмеялся он, а смех был прерван чуть ли не вылетающей с петель входной двери. — Где Суён?! — ни то, что кричит, а орет Тэхён. — Ты чего так влетаешь? — девушка смотрит на него, хлопая глазенками. Как сидела, так и замерла на месте. — Мы здесь. Зачем так кричать, Ки-им Тэхён? — встает со стула вампир и к тому проходит. — Проверку прошел. Даю тебе разрешение на обращение принцессы. Ким смотрит на того без доли благодарности и страха. Принял как должное. И так бы все сделал, если бы не разрешили. — Ты пил ее кровь... — рычит брюнет, сжимая зубы. — Всего пара глотков. И она не была против... Чонхо растворился в воздухе, оставив двоих наедине. В особняке никого нет, а на нулевом этаже трое ожидают, когда Ккот придет в себя. Ким подходит к блондинке и обнимает ее, резко потянув за руку на себя. Легкий поцелуй, и он кладет щеку на ее плечо, становясь с ней одного роста. Она запускает пальцы в его волосы, чуть поглаживая кожу головы подушечками пальцев. — Я сама предложила... Не ругайся ладно? Он отстраняется от нее, продолжая за талию держать. Взгляд не из добрых. Древний вампир все же не ошибся: — Будешь всю ночь замаливать грешок, моя принцесса... — Тэхён кусает ее за шею, но не клыками. Это было предупреждение и раззадоривание. Она тихо пискнула, а после только сильнее прижалась к нему. На первых этажах стоял такой грохот, будто там началась война, но на самом деле трое из охранявших Ккот попали под удар очень недоброго Чона. Он и слушать никого не собирался, сразу в атаку пошел. Вампиры были почти такими же молодыми, как и Чон. Но отстоять даже себя не смогли. Когда озлобленный пытается напасть — берегись. Ккот глаза только разлепляет и смотрит в потолок. Все также связана, покусана и во рту эта гадкая старая газета. "Живая, и то хорошо." — подумала про себя брюнетка, вздохнула и глаза прикрыла снова. Думала курорт тут у нее. Дверь слетела с петель. Вампиры валялись еле живыми, кому-то не повезло лишиться конечностей, но он добрался. — Прости, задержался немного... — говорит Хосок, стоя перепачканный в чужой крови. Девушка глаза открывает, и как селедка пытается подняться, чтобы сесть на зад. Все тот же детский взгляд, улыбка и все лезет и лезет к стене, пытаясь не смотреть на него лежа. Чон подошел к ней и присел на корточки, рывком руки освобождая от пут. Для него веревки все равно, что лакрица. Вот и ротик свободен. — Я здесь... Больше ни на минуту тебя не оставлю... — Все в порядке, — облегченно она выдохнула, надув губы. — Это было наказание за то, что ты не обучил меня манерам. Так сказал главный. Я его кусать начала, когда он меня спереть собирался... — Наказанием? — он усмехнулся, — ну конечно, кто бы подумал, что все будет так просто. Ну а ты просто умничка! — он потрепал ее по макушке. — Правда? — она онемевшие руки к нему тянет, но после опускает. Вся грязная, мокрая. Его еще пачкать? Ну уж нет! В камере появляется Чонхо. — Так быстро и ловко разделался с тремя... Что же творит твое сердце, раз так искусно отдался бою... — Я и тебе наваляю, если понадобится... — ответил Хосок, так и не соизволив даже обернуться. Он берет девушку на руки и поднимает ее с пола. — Насколько стал ты дерзок... Ты не сможешь уйти, пока я не дам разрешения, — сложил руки у груди древний, став у прохода. Только он может на этой территории и другие советчики телепортироваться. Остальным только входы нужны. — Почему она? Почему не кто-то другой? — А вот захотелось... — он хмыкнул, — ходит вся такая неприкаянная по миру, как котенок мокрый, вот и забрал себе, решив, что больше никому не позволю миловаться. И что же, убьешь? — он снова хмыкнул, окинув древнего взглядом. — Ты неправильно ответил на вопрос. Это не то, что я хотел услышать. — Это твоя проблема. Просто она моя и все. Как и в прошлой жизни и жизни до этого. Достаточно четкий ответ? Что смотришь так? Конечно, я все вспомнил. — М... — мычит протяжно вампир. — Не особо четкий, — играется с ним древний. — Например, Тэхён и Суён чувствуют родство душ. А ты что к ней чувствуешь? Только влечение? Жалость? — он щурится и смотрит на него как лис. — Я ведь уже сказал. Она моя. Как и прежде. Ничего не поменялось, — отвечает Чон, прижимая девушку к себе. — Что же... Твоя взяла. Но за вами я еще послежу. Чонхо растворяется в воздухе, а девушка на Хосока смотрит. — А что ты вспомнил? — Ккот прижата к нему так, будто боится вообще пола коснуться. — Скоро ты и сама все узнаешь, только... Боюсь, что теперь у нас не осталось времени. Мы возвращаемся в Сеул сегодня же, — сказал Хосок и пошел на выход. — Стой... Как это? — поднимает она брови.