Часть 5

Варя неслась со всех ног туда, откуда ещё недавно также быстро и стремительно убегала. Тяжёлая дверь инкубационного отделения ей быстро поддалась, но, отбежав от неё на какое-то расстояние, потом девушка услышала, как кто-то о неё ударился: она, похоже, слишком сильно её раскачала. Свет одинокой лампочки в конце коридора становился всё более сильным по мере приближения к нему. Варя напрочь забыла о том, какой страх охватил её до этого, она не боялась столкнуться с ним снова, она хотела лишь во всём разобраться и единственное, о чем думала шатенка так это о том, что, если представится подходящая возможность, она обязательно избавится от парня, какого спасла своими же руками. Достигнув палаты, изолированной от всех стеклом, Варя сразу же прошлась глазами по молодому человеку внутри. Он лежал точно также, как и до этого. Абсолютно невредимый, недвижимый, без какого-либо намёка на то, что приходил в сознание. Можно было бы подумать, что те голубые глаза Варе причудились, но, сделав шаг к стеклу, она запнулась ногой о свой блокнот, что раньше казался ей не так далеко откинутым от скамейки. В голову сразу же пришло осознание того, что его кто-то двигал. И почему-то сомнений в том, кто это мог быть, у девушки не было никаких. До этого она медлила, но, как только до ушей донёсся женский плач, командир, снова почувствовав, как в жилах от ярости закипает кровь, без церемоний ворвалась в палату. От нахлынувшей её злобы и ярости девушка даже не заметила, что дверь в палату была открыта. Она остановилась, не подойдя к больничной койке, а когда только намеревалась это сделать, сзади раздался громкий и всё такой же раздражённый голос Морганы. — Ветрова, ты что себе позволяешь?! А ну вышла отсюда! Варя обернулась на голос главврача и смерила её своим возмущённым взглядом. Сзади Морганы стояло ещё трое человек, она выглядела по-настоящему разозлённой, и это заставило Варю совсем немного остудить пыл. — Голубые глаза, — произнесла она всё ещё хмурясь, — Тамара Иосифовна сказала, что у вампира, напавшего на её сына были голубые глаза. Я их тоже видела, это он. Девушка ни на кого не указала, но по её интонации и по всему остальному и так было понятно, про кого она говорила. Её слова внушали недоверие: как тот, кто даже не пришёл в себя мог пройти через закрытую палату, пробраться через всю медицинскую часть незамеченным и после того, как попался на глаза женщине, оставить её в живых и как ни в чём не бывало вернуться туда же, где лежал? Тогда ведь логичнее было бы сбежать, чтобы тебя не нашли, так? — Ветрова, не выдумывай всякой ерунды, — сказала Моргана, сделав шаг навстречу шатенке и откинув все формальности. — Этот человек лежал здесь всё это время и даже не приходил в сознание. Ты со своим наблюдением за ним совсем уже помешалась. Я давала тебе четыре дня и, как видишь, результата никакого! Просто смирись с тем, что утром этого человека здесь больше не будет, деточка моя, и перестань устраивать беготню в моей части! Если бы он действительно пришел в себя, то сработали бы системы оповещения, да и не смог бы он после пробуждения сразу подняться на ноги и преодолеть такое расстояние! Хочешь сказать, что ему удалось проскочить не только мимо тебя, но и сквозь стены? — Я уверена, что мне не причудилось, Моргана, — возразила шатенка. — Сами подумайте: ни один вампир ещё не пробирался на территорию медчасти. Пробраться сюда значит обойти дежурных охотников, — парень вздрогнул от слов командира. — Они прибежали тогда, когда Марк был уже мертв, значит нападение произошло изнутри медчасти. Вампир уже был здесь! — И с чего ты можешь думать, что это именно этот парень? — Потому что я сама видела! — всплеснула рука девушка. — Видела, как он напал? Варя осеклась. По холодному и все ещё недовольному лицу Морганы она поняла, что женщина ей не верила. — Я спрашиваю, ты видела, как он напал на Марка? — …Нет. — Тогда ты, может, видела, как именно он пронесся по коридорам медицинской части? — Нет, — снова ответила Ветрова, опустив руки. — А, я поняла, ты, наверное, видела, как он поднялся с койки и преодолел дверной замок, правильно? Варя промолчала. Это молчание сказало за неё всё, что нужно было Моргане. Она победно ухмыльнулась. — Идите в штаб, командир Ветрова, — спокойнее произнесла она. — Вы подозреваете не того человека. Этот парень судя по всему мертв и никак не мог выбраться из палаты. Это не под силу человеку. Ее теплая ладонь легла на плечо Варе и женщина легонько улыбнулась, будто, несмотря на свой недавний гнев, не злилась на командира. Девушка заметно остыла, но не потому, что смогла успокоиться, а от разочарования. От того, что Моргана ей не поверила, а только унизила, как маленькую девочку, не захотев слушать. Варя ещё раз перевела свой взгляд на парня, лежащего без сознания позади. Стоять к нему спиной было неприятно. Она ощущала холодок с его стороны и дрожь в теле. «Этот парень странно на меня действует», — подумала шатенка, зная, что так себя ощущает рядом с ним не просто так. Тем не менее доказывать что-то кому-то было бесполезно. Девушка оглядела палату, замечая ещё одну важную деталь. Стёкла были сильно тонированы. Это значило, что парень, даже если бы очнулся, ни за что бы не увидел того, кто сидел на коридоре. «Но его взгляд тогда…» — Варя одёрнула себя в последний раз. Моргана сказала дежурному охотнику проводить командира до выхода, настоятельно порекомендовав девушке отдохнуть. Ненадолго, лишь на секунду, она позволила себе думать о том, что всё, что она видела, было не более чем плодом её фантазии, галлюцинацией, чем угодно, но только не правдой. На её усталость указывало и то, как девушка резко провалилась в сон, сама того не заметив. Может, спросонья ей и показалось всё это? Может, то было результатом нервов и испорченной напрочь за годы службы психики? Кто знает, может, и Тамаре Иосифовне со страха что померещилось… Однако ощущения страха были настолько реальны, что девушка до сих пор чувствовала на своем затылке тот леденящий душу взгляд. Чувствовала, как подкашивались ноги и билось сердце. Она рефлекторно сжалась. Факт того, что охотника Марка загрыз вампир отрицать было нельзя, но не факт, что этим вампиром мог быть этот парень. Всё же в словах Морганы была доля правды. Из палаты пациенту никак не выбраться, стёкла тонированы, он всё равно что отрезан от всего мира. Он не мог видеть Варю, не мог так быстро и незаметно пройти мимо неё, чтобы совершить нападение, а затем также стремительно вернуться. Да на нём ведь не было даже и следа крови, ни одного намёка на то, что он очнулся. Главврач сказала подчинённым проверить состояние парня, а Варя, уже уходя, внезапно остановилась в дверном проёме, положив руку на дверную ручку. — Моргана, — позвала она женщину, и, когда та обратила на нее внимание, серьезно сказала: — Я замок не открывала. Лишь на мгновение на лице женщины промелькнула какая-то непонятная эмоция. Похоже, она думала, что Варя забежала в палату, открыв дверь карточкой доступа, какая была у всех командиров. Но если нет, то кто открыл дверь, если второй ключ был всё время у нее? Девушка отвернулась и вышла из палаты, подобрала с пола свои вещи и в сопровождении дежурного направилась к выходу. Уходя, она чувствовала на себе растерянный и пристальный взгляд Морганы, а затем внезапные громкие возгласы. До ушей девушки донёсся командный тон главврача: — Быстро несите его в реанимацию! Быстрее, быстрее, пока есть дыхание! Варя почувствовала, как резко содрогнулось её сердце. Она тут же обернулась на крик Морганы, но дежурный удержал девушку на месте. Варя ушла из медчасти, решив, что ещё обязательно сюда вернётся. … /Три дня спустя. Две недели до наступления/ Все эти дни Варя провела в штабе, размышляя над тем, что произошло в медчасти. Девочки очень беспокоились за подругу. Ещё тогда, когда не увидели её на патруле, а затем после того, как стало известно о том, что Кощей её экстренно вызвал одну к себе. Тему их разговора девушка подругам не сказала, да и сама выглядела подавленной и чрезмерно задумчивой даже для самой себя. После двух дней молчания подруги поставили перед ней ультиматум, из-за которого Ветровой не осталось иного выбора, кроме как поделиться с девочками некоторыми новостями. Они договорились собраться сегодня во время обеда в кабинете командиров и всё обсудить. Варя проводила там всё своё свободное от патрулей время, потому удобнее всего рассказывать о произошедшем ей было в этом месте. Ровно в обед, когда все охотники, в том числе и командиры, ушли на перерыв от своих тренировок и забот, девушки уже были в кабинете. Алёнке, Маше и Снежке было очень интересно впервые побывать в подобном месте, но если две последние вели себя более сдержанно, то первая наоборот стремилась всё, словно в музее, потрогать и осмотреть. — Боже, как у вас здесь здорово! — прыгала она от радости по кабинету, проскакивая между столов и изредка из-за своей неосмотрительности задевая стопки бумаг и папок на них. — Аленка, осторожнее! — возмутилась шатенка, когда та скинула со стола стопку документов и те разбросались по полу. Рыжова тут же подскочила к тому месту и начала быстро собирать всю бумагу с пола, не заботясь о том, чтобы выложить её в правильном порядке, но постоянно извиняясь. — Прости, Варечка, прости, это твой стол? Мне всегда так хотелось увидеть это место, что я немного потеряла контроль над собой. Не волнуйся, я сейчас всё соберу. — Всё в порядке, просто будь аккуратнее. Саша вчера допоздна сидел и рассортировал эти бумаги по срочности, ты там ничего не перепутала? Девушка глянула на стол рядом с собой, а затем на стопку бумаг у себя в руках. — Это бумаги Абрикосова? — с непонятным для подруг выражением лица спросила у Ветровой Рыжова. Та с опаской кивнула, а после того Аленка, ничего не произнеся, разжала пальцы, специально роняя только собранную стопку обратно на пол. — Аленка, ну что ты творишь?! — Так и надо этому Абрикосову! — гордо задрав голову произнесла охотница, подойдя к подругам. — Что он тебе сделал?! — Ха! Что сделал! Лучше спроси, чего этот выскочка НЕ сделал, — девушка обидчиво сложила руки на груди, отвернувшись. — Вечно лезет ко мне со своими замечаниями и заданиями! Чуть что случается так сразу «Рыжова, зайди ко мне». Достал уже! — Может, он просто добивается от тебя большей ответственности? — Нет, мне кажется, что ему просто нравится надо мной издеваться! — возразила словам Маши девушка. — Спросите, как я это поняла? Всё просто! Если перед Абрикосовым поставить выбор из восьми человек, кто будет отвечать за произошедшую в столовой драку, ну, условно, — Варя закатила глаза, — ТО ЭТОТ ЧЁРТ ВСЁ РАВНО ВЫБЕРЕТ МЕНЯ! — По-моему ты слишком себя накручиваешь. Алёнка ничего на слова Маши не ответила. Дверь кабинета вскоре медленно приоткрылась и в ней с очередной папкой в руках показалась каштановая голова. — Рыжова, что ты опять натворила? Саша зашёл в кабинет и оглядел разбросанные по полу бумаги. Его лицо отразило слишком очевидное разочарование и недовольство, девочкам даже стало жалко шатена, какой вчера по словам Вари так долго разбирался с этими бумагами. Алёнка возмущённо выдохнула, тут же указывая обеими руками на Абрикосова. — Вот видите! — громко воскликнула девушка в доказательство своих слов и перевела взгляд на Абрикосова. — Только зашёл в кабинет, даже ни в чём не разобрался, а уже сразу «Рыжова, что ты опять натворила?»! — Алёнка, но ведь это правда ты разбросала бумаги… — Ну и что, Снежка! — рыжая развернулась к подруге лицом. — Какая вообще разница, кто их мог разбросать? Здесь же дело совсем в другом! В этом необоснованном и уже систематическом подозрении меня во всём плохом, что происходит вокруг этого тупого Абрикосова! — Хватит называть меня тупым, — в голосе парня послышалось ещё больше недовольства, чем было отражено на его лице. Он присел на корточки и начал внимательно разбирать все любезно разбросанные Рыжовой бумаги. — Что ты вообще здесь делаешь? — недовольно сощурившись спросила Алёнка, следя за тем, как парень поднимается с пола. — Я командир. Здесь было бы уместнее мне спросить, что вы все забыли в командирском кабинете. — Мы помогаем Варечке, чтоб ты знал! — Я тоже помогаю Варечке, — передразнил её парень и, подойдя, ближе, как ни в чём не бывало протянул Варе папку с бумагами. — Здесь всё, что нарыл. — Спасибо. Девушка ласково и благодарно ему улыбнулась, в ответ получив лишь короткий кивок головой. Рыжова была недовольна такой чрезмерной любезности подруги, но всё же промолчала. Чувство собственного достоинства, а также нежелание как-то мешать подруге своими возмущениями заставили девушку остудить свой пыл. Абрикосов смерил её оценивающим взглядом и тут же отвернулся. Наблюдать за Варей и её подругами ему всегда казалось интересным. Особенно тогда, когда разговоры девушек не затрагивали работу. Когда их лица были расслаблены, беседы веселы и непринуждённы настолько, что даже посторонний человек, живущий в такой суматохе, был бы не прочь к ним присоединиться. Особую улыбку у парня в такие редкие моменты всегда вызывала Рыжова, как бы то удивительно сейчас не звучало. В разговорах она была наиболее активной и по-детски забавной, совсем не такой, какой её привык видеть командир. Девочки всегда смеялись над её шутками, всегда с радостью соглашались на её предложения сходить куда-нибудь отдохнуть, будь то посмотреть кино, потренироваться или потанцевать. Именно Рыжова казалась командиру наиболее живой, наиболее " невредимой " среди них четверых. Той, кто, находясь в аду, не утратил своей ангельской натуры. Именно она всегда вызывала у парня улыбку, которую тот мастерски скрывал и никогда не показывал даже в компании того, кому причина такой улыбки командира была бы совсем не интересна. Это правда, что отношения у них были трудными. Настолько, что иногда, даже зная о милых сторонах Алёнки, парень никак не мог избавиться от раздражения и недовольства её поведением, но, скорее всего, то было просто из-за ответственности, возложенной на него. Алёнка смутилась, когда Абрикосов встал рядом с ней, оперевшись о стол, но одёрнула себя и продолжила хмуриться. — Так о чём ты нам хотела рассказать? — вернулась к их основной теме Маша. Варя промолчала. После долгих дней гробового молчания что-то говорить подругам и признаваться в некоторых волнующих её вещах было довольно трудно. Она боялась реакции девочек, того, что её действия покажутся им такими же странными и безосновательными, как показались Моргане. — Ваарь… — ротянула Земляная, не понимая, почему подруга тянет с ответом. — Что произошло? — Её отстранили от патрулей, — слишком спокойно и безразлично ответил за неё Абрикосов. Девочки удивлённо переглянулись: — Отстранили?! — Нет, вот этот Кощей змея! Как он мог тебя отстранить?! — подскочила Алёнка. — Это никуда не пойдет! Ты же командир, как можно тебя от чего-то отстранить! — Алёнка, он ее начальник, конечно, он может отстранить кого угодно. — Ну ведь Варечка не кто угодно, Машенька! Они словно отец и дочь, как можно пойти против своей дочери, скажите мне?! Это из-за того, что ты не пришла на патруль три дня назад? А ну-ка, скажи мне, почему ты не пришла. Вот что ты делала? Скажи, и я тут же пойду к Кощею доказывать его неправоту. Ну? Варя промолчала, но от стараний Алёнки на её лице вылезла улыбка. Все сомнения, что были до этого, отпали. И как девушка только могла подумать, что подруги сочтут её действия необдуманными, зная, что та никогда бы ничего не сделала просто так? — Меня отстранили всего на пару дней, Аленка, — попыталась успокоить подругу Ветрова. — Со всеми проблемами и неприятностями, что нам приходится переживать каждый день, Кощей просто не может отстранить меня надолго. Уже послезавтра я снова вернусь в строй, а пока у меня выдалось довольно много свободного времени, я могу посвятить их другой работе. — И что же это за работа? — с интересом спросила Снежана. Варя взглянула на синюю папку в своих руках. — На самом деле это как раз то, зачем я вас здесь собрала. Кое-что случилось в тот день в медчасти, и именно из-за этого я пропустила патруль. Это всё очень трудно объяснить, по правде говоря, вам, наверное, было бы проще поверить в то, что я слишком устала и брежу наяву, но я думала об этом все эти дни и уверена, что всё, что видела, было реальностью. — Ты про смерть Марка? — опередила ее Рыжова, спокойно сложив руки на груди. Варя с искренним удивлением посмотрела на Алёнку, а затем и на остальных подруг, что, в отличие от неё самой, выглядели так, будто эта новость уже ни для кого не была секретом. — Но...как вы узнали? — Ты же знаешь, что главное занятие охотников в свободное от службы время это распространение слухов. Здесь ни один секрет не задерживается долго у одного человека, так что о том, что произошло в медчасти, все знали ещё вчера, — спокойно разъяснила Маша, а затем перевела взгляд на Рыжову, что всё никак не переставала выглядеть недовольно. — Алёнка спец по всем сплетням организации, так что если у кого-то что-то и случается, то она обязательно знает что. — Мы ждали, когда ты сама нам обо всём расскажешь, Варечка, и не хотели вмешиваться, но после того, что нам рассказала Алёночка, мы начали о тебе волноваться, — ласковым голосом произнесла Морозова. — С тобой все хорошо? Варя растерянно обвела друзей взглядом. Саша выглядел спокойным, но по его лицу она догадалась, что слухи, которые ходили среди охотников, не слишком приятные. Потому только больше расстроилась, но виду всё равно не подала: не хватало ещё и того, чтобы друзья переживала о ней больше. У всех в организации были проблемы, и если кто-то из охотников увидит, что их командир не может справиться со своими, то как же они могут относится к ней, как к старшему? Всё же её лёгкую растерянность заметили. Алёнка подошла к Ветровой и положила ей на плечи свои руки, обращая внимание подруги на себя. — Арх, только не переживай, эти дежурные просто козлы, у которых рот никогда не закрывается! Они только болтать попусту и умеют, я уверена, что половина того, что они рассказали, — неправда. — А что они рассказали? Маша, Снежка и Саша замялись, а вот Алёнка разозлилась пуще прежнего: — Ерунду да и только! — уверенно воскликнула она. — Этому в организации даже никто не поверил, все только посмеялись с этих горе дежурных! Кстати, находящихся в твоей юрисдикции, Абрикосов! — на секунду девушка недовольно глянула на шатена. Тот даже не дёрнулся. — Спасибо, Рыжова, что так хорошо знаешь, кого нужно винить в этой ситуации, но со своими дежурными я уж сам как-нибудь разберусь. — Разберись, разберись. Только смотри, чтобы в середине разговора не всплыло ещё каких-нибудь интересных подробностей, из-за которых репутация Варечки может снова встать под вопросы! — Да что же такое наплели эти парни? — не выдержала Ветрова. Её уже всерьез начинало злить, что все знали о ней то, чего не знала она. Ребята не решились ей ничего рассказывать, что могло значить лишь одно из двух: либо слухи настолько исковерканы и плохи, что лучше было их не говорить, чтобы не расстраивать шатенку, либо друзья просто не верили в то, что она могла подобное сделать. Конечно, Варя и сама бы узнала о слухах: рано или поздно они дошли бы и до неё, но вот только узнать таким образом ей было бы куда более неприятно. К счастью или несчастью в кабинет неожиданно зашёл Шикан, и по его странному виду, взгляду, обращённому к ней, Варя поняла, что именно он может помочь во всем разобраться. Почему он зашёл неожиданно? Да потому что крайне редко его можно было увидеть в этом месте. С бумажной работой он разбирался быстро и предпочитал делать это в своей комнате, где не нужно было делить рабочее помещение с кем-то из своих коллег. Это «мешало ему сконцентрироваться», как он сам говорил, да и сидя в своей комнате высока была вероятность, что в неё зайдет какая-нибудь хорошенькая подчинённая и пригласит на чашку кофе, от которой тот, как бы не хотел, не сможет отказаться. Но в последнее время Шикан и правда зачастил в кабинет командиров. Там была высока вероятность пересечься с интересной Ветровой, но к его сожалению посещал кабинет парень обычно тогда, когда в нём никого уже не было, потому для Саши и Вари было настоящим сюрпризом увидеть его здесь. — Мамочки, — протянул Абрикосов, повернувшись к парню, — неужели сам Шикан почтил нас своим присутствием? Пришел забрать очередную стопку бумаг? Твой стол вроде пустой. — А ты очень весел, Абрикосов, — вяло бросил командир, снова нечаянно встретившись взглядом с Варей. — Что здесь за сборище? В его тоне не было ни недовольства, ни упрека, ни даже настоящего интереса к тому, чем он интересовался. Хотя шатенка и понимала, что присутствие в этом кабинете посторонних было строго запрещено, но почему-то совсем не переживала о последствиях. Шикан не был похож на того, кто будет доносить об этом Кощею. По крайней мере Варе так казалось. — Обсуждаем важные дела, — ответила она командиру и для вида раскрыла папку с информацией, нарытой Александром. — Надеюсь, вы не против, командир Шикан, а то более удобного места нам для этого не найти. — А как же ваши комнаты? Вы потеряли ключи? Варя напряглась: вид парня уже перестал казаться таким безобидным для них. — Если мы вам мешаем, то мы уйдем. — Сделайте одолжение, командир Ветрова. Шикан немного невежественно кинул на свой стол папку с бумагами и присел за него, не удосужив своих коллег больше и взглядом. Саша с Варей переглянулись, посчитав такое поведение командира странным. Слишком странным, чтобы быть проигнорированным. Обычное кокетливое и воодушевлённое поведение парня теперь сменилось мрачным видом и такими же сухими ответами. Саша с Варей подошли к нему, а девочки остались стоять на своих местах. То, как явно Шикан был недоволен их присутствием, заставляло девочек чувствовать себя некомфортно. Особенно Машу, которая втайне испытывала некоторые чувства к командиру, но боялась, чтобы кто-то об этом узнал и посчитал её такой же глупой, как и большинство охотниц организации. Варя с Сашей встали над коллегой, не понимая, что такого ужасного могло случиться, чтобы он так изменился. — Шика, у тебя что-то случилось? — спросил Абрикосов, наклонившись к столу командира. Тот его проигнорировал — видимо, дело было куда серьезнее, чем Ветрова с Абрикосовым могли себе представить. — Ты встречался сегодня с Кощеем? — снова молчание. — Да что со всеми сегодня? Варя с Сашей переглянулись, а затем проследили, как третий командир начал быстро и слегка неразборчиво от недовольства что-то заполнять. Его взгляд не отрывался от листа бумаги на столе, но по тому, как он хмурился и иногда дёргались его веки, Варя поняла, что парень очень сдерживался, чтобы не поднять своих глаз. Отчего-то такая реакция ей очень не нравилась, и просто так уйти, не получив никаких ответов и важной информации, какая, определённо, у него была, девушка не могла. — Командир Шикан, если вы злитесь на меня из-за произошедшего три дня назад, то я прошу у вас прощения. Я понимаю, что это было неправильно с моей стороны, — произнесла она, не скрывая своей вины. Молодой человек резко остановился и положил на стол ручку. — Что было неправильно? — наконец посмотрев на девушку своим недовольным взглядом, с каким та сталкивалась впервые, спросил он. Саша проследил, как Варя после этих слов резко напряглась. Шикан продолжил вместо нее: — Вы, наверное, хотели сказать, что виноваты в том, что прогуляли патруль, что из-за своих выдумок и желания всех превзойти не только подвергли себя и своих подчинённых опасности, но ещё и пренебрегли своими обязанностями. Из-за ваших необдуманных действий и желания помочь там, где это невозможно, трое наших охотников слегли с отравлением угарным газом, двое из них находятся к критическом состоянии, а один уже умер. Медпункт не больница. Там не могут держать людей по неделе и больше. Охотник либо идёт на поправку, либо в отставку. И своими решениями эту отставку двоим своим сотрудникам вы обеспечили. Что только говорить об этих халатности и злоупотреблении обязанностями, что вы проявили, как сами признали, три дня назад. Из-за вас мне пришлось взвалить на свою шею шесть отрядов охотников, за которыми одному командиру уж точно не уследить. Как, по вашему, я должен был отдавать приказы тем, кто меня не слышал? Группироваться в одном месте и всё на пальцах объяснять, чтобы стать лёгкой добычей для вампиров? Так вы думали всё будет происходить? — Варя почувствовала, как горела её спина от того, что девочки сверлили её взглядом. О, как же она не любила, когда её прилюдно отчитывали! — Вы сказали, что это было неправильно с вашей стороны, — продолжил парень, — но нет, это было не неправильно. Это было безответственно. Правда же, командир Ветрова? Варя промолчала. Как бы ей не хотелось оправдаться и защитить свою честь, она понимала, что в этой ситуации это неуместно. Даже если она в то время не бездельничала, то все равно виновата, что не явилась на патруль. Будь она обычным охотником такого пристального внимания к ней не было. Будь она обычным охотником, Шикан бы так сильно не злился, а просто промолчал и не влезал. Но Варя была необычным охотником. Она была командиром, потому такие вещи, как пропуск одно единственного патруля, даже имея отличный послужной лист, всё равно не обходили её без своих последствий. Саша никогда не видел Шикана таким злым, каким он выглядел в тот момент. Парень прекрасно понимал его позицию: пусть он и был довольно заносчив, но познакомился с должностью командира куда раньше их обоих и относился к ней со всей своей ответственностью. Но и просто стоять без дела шатен не мог. Если девочки позади действительно не могли никак возразить и помешать Шикану, хоть насчёт Алёнки ещё стоило бы поспорить, то Саша тоже был командиром, потому имел полное право высказать свое мнение и не быть за него наказанным или отстранённым. — Шикан, будь помягче. Варя не так давно вступила в должность командира, и, насколько я знаю, до этого момента её работа тебя вполне устраивала. — У командиров нет права на ошибку, Абрикосов. Её отсутствие могло стоить нам многих жизней, она бросила свои отряды и своих людей, чтобы посходить с ума в этом медпункте. Если бы не грядущая операция, то её бы отстранили больше, чем на пару дней, её счастье, что Кощею она приглянулась, но я так просто глаза на такую подставу не закрою. В уставе четко прописано как и кем должны осуществляться патрули, такая образцовая сотрудница, как Ветрова, заучившая этот устав наизусть ещё с первых дней в организации, должна была знать, что ей грозит за такие выходки. А раз знала, значит, была готова к последствия и тому, что я буду недоволен. Если бы твой командир тебя бросил перед самым боем из-за какой-то ерунды, ты бы его тоже защищал? Или ты выгораживаешь Ветрову из-за того, что она тебе просто нравится? Девочки на мгновение остолбенели. Саше? Нравится Варя? Это казалось таким же невозможным, как и скорая победа над вампирами, но, что там, что там, никто не знал наверняка, так ли это. Алёнка немного нахмурилась после слов Шикана и сама не поняла почему. Какое ей было дело до того, кто нравится этому «тупому Абрикосову». Тем не менее, она опустила свой взгляд и поджала губы. — Вы думайте, что говорите, командир Шикан, между нами ничего нет, — возмутилась Варя, с прискорбием замечая то, что парень на неё даже не глянул. Просто уткнулся носом в свои бумаги и сделал вид, что разговор закончен. — Я попрошу посторонних и всех, кому нечего здесь делать, выйти. Мне надо писать отчёт для Дмитрия Филипповича о недавнем патруле. Благодаря стараниям моей любимой коллеги мне нужна полная тишина, чтобы правильно выстроить свои мысли. Эти слова были последним ударом для Ветровой. Она непроизвольно сжала ладони в кулак и сильно нахмурилась, выражая своё недовольство и возмущение. Саша не думал о том, что ему бы стоило остановить подругу во избежании худших для неё последствий: на самом деле ему было бы интересно посмотреть на её реакцию, глянуть на то, как она защитит свою гордость и репутацию перед Шиканом, которого на место можно было поставить только хорошим выговором. Девочки проследили, как их подруга наклоняется к столу старшего командира и вырывает у него из рук лист бумаги. Шикан спокойно поднял на Ветрову свой взгляд, и видеть её такой злой парень никогда бы больше не пожелал. — Командир Шикан, вместо того, чтобы теперь ворчать и унижать меня при всех, подошли бы сразу и объяснили свою позицию. Почему вы молчали три дня, если я вас так подвела и «подставила»? Если бы вы подошли ко мне в тот же день и высказали тоже самое, я бы промолчала, но в этой ситуации вынуждена с вами не согласиться. — И в чем же вы не согласны? — Да хотябы в том, что вы обвиняете меня в безответственности, — ответила девушка. — Я каждый день сижу с самого утра и до самого вечера, проверяя отчёты, заполняя бланки и обхаживая свою часть. Я занимаюсь со своими охотниками, провожу все тренировки и мероприятия, которые требует от меня устав, о котором вы ранее упоминали. Дмитрий Филиппович жалует меня, чтоб вы знали, не потому что я ему приглянулась, а потому что я добросовестный и ответственный сотрудник, который все делает вовремя и в надлежащем виде. Вам то делать мне замечания о безответственности, когда сами свои графики и бумаги в порядок привести не можете? — Шикан сильно нахмурился. — Командир Ветрова, вы — Нет, я не закончила, — грубо прервала его девушка, выпрямляясь и кладя руки на талию. — Я вас выслушала до конца и слово поперек не сказала, теперь, будьте любезны, слушайте меня. Что касается ваших слов о том, что я стараюсь спасти всех, даже если это невозможно, и пытаюсь этим отличиться, то давайте я поясню. Сколько охотников мы теряем каждый день? В среднем 4-6. Они умирают по вине каждого из нас, даже по своей собственной, но никак не одного человека. Один решил погеройствовать и полез на рожон, ослушавшись приказа командира. Кто виноват в его смерти? Он сам и товарищи, какие, находясь в тот момент рядом, его не остановили. Охотник оказался беспомощным при встрече с вампиром? Кто виноват? Командир, что не дал ему навыков, товарищи, что не помогли, он сам из-за того, что слишком себя переоценил, идя в охотники, или был несерьёзен в своих намерениях. И таких примеров масса. Те два охотника в критическом состоянии попали в медпункт из-за того, что исполняли свой долг. Я не просила именно их идти за собой, они не находятся в моем подчинении, они приняли это решение сами. По итогу нам предоставился шанс продвинуться в своих знаниях, сдвинуться с этой мертвой точки жертвы, и, если уж на то пошло, то вы правильно сказали. Я действительно готова спасать всех, даже если это кажется невозможным. Спасать для того, чтобы побеждать, спасать, потому что каждый имеет право на жизнь и на то, чтобы его спасли. Если нам важна каждая жизнь, то я всё делаю правильно. Потому что узнать невозможно то или иное дело можно только попробовав, и, если есть шанс, хоть малейший, того, что мне удастся сохранить кому-то жизнь, я им воспользуюсь. Несмотря ни на что, всегда. Потому что в отличие от обычных охотников мы с вами каждый день заполняем отчёты о погибших и умерших, каждый день подписываем бумаги и разрешения о перевозке тела охотника его семье и родителям, отправляем им эти вести несчастий, обрекая на страдания и даже кроме пару строчек соболезнований в письме ничего не можем написать, но строим из охотника героя, чтобы его родным было хоть чуть-чуть легче. Мы обманываем и умалчиваем о многих деталях боя, отправляем эти письма с лёгкостью и такой же лёгкой рукой, обрекая целую семью на муки и страдания. Даже не приходим лично нести ответственность за своего человека, которого угробила эта служба, но всё равно подписываемся как его командир. Спасая одного охотника, я спасаю всю его семью, родителей, может, даже детей. Так что да, если есть шанс того, что я могу ещё что-то изменить — я сделаю это, чтобы потом не жалеть, — голос начал звучать увереннее, но тише, более размеренно и с меньшим возмущением Варя продолжала говорить. Наверное, это так на неё подействовали её же слова, какие произвели впечатление и на стоящих сзади девушки подруг, одобряющие взгляды которых та чувствовала на спине, и Абрикосова Сашу, довольного таким исходом. Варя продолжила спустя недолгую паузу: — Пока я, как вы заметили, бездельничала и сходила с ума в медпункте, я узнала от главврача, что двое охотников, что «находятся в критическом состоянии» идут на поправку. И стараниями наших докторов, а также благодаря предоставленным нам иммунных вакцин смогут вернуться на службу уже через 3 дня. Так что об этих охотниках можете не переживать, ведь они могли оказаться не в критическом состоянии, а мертвыми под завалами фабрики. За свои поступки я беру полную ответственность. За то, что совершила, совершаю и ещё совершу. Какие бы слухи о моих действиях в медпункте не ходили, я не буду из-за этого останавливаться, ведь теперь мне есть, за что зацепиться в расследовании смерти Марка. Благодаря тому, что я тогда была там, я видела то, чего не видели другие, и я обязательно использую это для поиска вампира, что убил нашего охотника. Вот увидите, командир Шикан, вы ещё пожалеете о своих словах, которыми меня сегодня оскорбили. Во взгляде парня промелькнуло что-то странное на этих словах, но Варя не стала разбирать что. Он опустил свой взгляд на стол и продолжил хмуриться, то ли от того, что не хотел признавать свои действия и слова чересчур резкими по отношению к Ветровой, то ли от того, что был в целом не доволен сложившейся ситуацией. Варя недолго простояла на месте, а затем взглянула на чистый лист в своих руках и аккуратно вернула его в руки Шикану. — Мы пойдем, командир Шикан. Вам ведь нужно писать отчёт для Кощея, мы больше не будем мешать. Девушка развернулась и, махнув подругам рукой, зовя за собой, направилась к выходу. Саша проследил за ними, но с места двинулся не сразу: хотел приглядеть за Шиканом. Слишком уж странно он себя вел, и шатен был точно уверен, что дело не в том, что Варя пропустила патруль. Нет, дело было в чем-то другом. Не мог Шикан, что всегда воспринимал людские потери спокойно и как должное на их службе резко взбунтоваться по поводу двух охотников. Шатен продолжал сверлить командира взглядом, и тот вскоре сделал ему замечание. — Что-то надо? — немного раздражённо спросил он, и Саша неторопливо отодвинулся от его стола, уходя вслед за девушками и освобождая помещение. Уже у самой двери Варя услышала, как её окликнули: — Ветрова. Она указала подругам на дверь, но сама от неё отошла. Шикан дождался того, как девушки выйдут и взглянул на Варю, подмечая то, как ему стало резко неприятно от того, что та на него и не взглянула. — Что-то ещё, командир Шикан? — спросила девушка, смотря прямо перед собой, словно находясь в строю. Парень поджал губы и отвёл свой взгляд. — И ты даже не будешь отговаривать меня доносить на тебя? — Это ведь ваша работа, — слишком спокойно и безразлично произнесла она в ответ, никаак не отреагировав на само обращение командира. — Вы командир и должны доносить о любых беспорядках, что замечаете. Даже если они касаются другого командира. — Я не про это. Безразличие в голосе шатенки резало слух. Шикану было невыносимо продолжать этот разговор, и он даже пожалел, что не остановил себя в тот момент, когда окликнул её. То, что девушка даже не поднимала на него своего взгляда очень на него давило, заставляло чувствовать себя хуже, при том что парень не знал, почему это так происходит. Почему вообще ему становилось так паршиво от того, что эта девушка уходила по его же просьбе. Потому что парень не хотел, чтобы она думала, что мешает ему? Будь его на то воля, он бы, наверное, только и делал, что занимался бумажной работой в её присутствии. Варя опустила свой взгляд, а затем отвернулась, хватаясь за дверную ручку. — Пишите, что хотите, командир Шикан. Мне нужно заниматься своим расследованием, пока моё отстранение не истекло. Желаю приятной работы. С этими словами она вышла из кабинета, оставив Шикана сидеть одного в давящей на него тишине. Он очень хотел её остановить. Хотел, по отчего-то не решился. Стена между ними, казалось, сегодня выросла ещё на пару метров и всё по его вине. Парень наклонился к столу и закрыл лицо рукой. Ему самому становилось стыдно за свои действия и слова, только услышав от охотников о том, что командир Ветрова пропустила патруль из-за того, что уже 4 дня беспрерывно навещала того загадочного парня в медпункте, Шикан отчего-то разозлился. Сначала на эти глупые разговоры охотников, что сразу же устранил своим замечанием, затем на Сашу, которому всегда было легко расположить к себе Ветрову, а затем и на её самому. Парень просто не понимал, что делал не так, и его злило то, что, пользуясь популярность среди множества охотниц, он не мог выпустить из головы ту, что была во многом выше их. Злился от того, что зациклился на этой Ветровой и постепенно сходил с ума, от того, что больше не мог спокойно наблюдать за её дружбой с Абрикосовым, за тем, как они проводят вместе время в приятных беседах, изредка упомяная имя третьего командира в негативном ключе, а затем прощаются поцелуем в щёчку. Шикан знал, что то, как он поступает, неправильно. Нужно было просто отвлечься, но, Боги, как можно было отвлечься от той, кого он видел каждый день? Как только шатенка не явилась на патруль, командир вообще не разозлился, наоборот, в какой-то момент он начал беспокоиться о том, что что-то случилось, раз такая образцовая сотрудница не явилась на патруль, которого он так ждал. Но эти слухи… Впрочем, то было уже совсем неважно. Своей сегодняшней неконтролируемой обидой и раздражением парень уничтожил последние точки соприкосновения, это стало ясно по тому, как девушка даже не взглянула на него в конце, как, заметив, что он перешёл на ты, продолжила соблюдать формальности. Шикан одним движением резко смёл со стола всю бумагу и важные документы, что теперь его только сильнее раздражали. Перед глазами остался лежать только пустой лист и форма заполнения отчёта. « Вот увидите, командир Шикан, вы ещё пожалеете о своих словах, которыми меня сегодня оскорбили», — именно эти слова резко всплыли в памяти Шикана, и он, тихо вздохнув, будто сам того не желая, произнес: — Уже пожалел.