Глава 1.1. "Марриот"

Глава 1

«Марриот»

Джей Эклз склонился над унитазом. Его вырвало. Прополоскав рот, он стал нервно срывать одежду, глядя на нее с отвращением. Его накрыл новый приступ дурноты. Он почувствовал, как внутри поднимается волна ненависти к этим тряпкам. Ему захотелось немедленно сжечь их. В памяти вспышкой мелькнуло — отель «Марриот», сдержанный интерьер номера, погруженного в полумрак, мужчина с сигаретой, бутылка шампанского в ведерке со льдом и клубника. Пошло. Мерзко. Джей схватил одежду и бросил в мусорное ведро. На негнущихся ногах добрался до душевой кабины и, не закрывая дверцу, встал под горячие струи. Но он не чувствовал их температуры. Его трясло, как в лихорадке. Губы дрожали. Пальцы тоже тряслись. Рукопожатие. Крепкое. Властное. Долгое. Мужчина улыбнулся ему так, будто они были лучшими друзьями. Капли воды стекали по затылку, и голова пульсировала, будто вот-вот лопнет. Грудь сжимало в тисках. Джей с трудом ловил ртом воздух. — Мы восхищены твоей игрой, — произнес мужчина. Голос в голове бил церковным набатом по воспаленным нервам. Джей схватился за виски, пытаясь заткнуть его. — Хочешь выпить? — Расслабься. — Тебе нужно расслабиться. — Расслабься, парень! Омерзительные слова смешались в одну нестройную какофонию, угрожая взорвать череп изнутри. Джей не хотел пить, он хотел обсудить свою роль. Боже, как же он хотел получить ту гребанную роль! — Это всего лишь шампанское. Бокал с пузырящимся напитком оказался в его руках. Джей зажмурился. Он сам к себе испытал отвращение. Каким наивным нужно быть, чтобы с первых секунд не понять, что последует дальше? Стоя в душе, он больно схватил себя за волосы, надеясь так потушить бушующее внутри пламя. Но в памяти вновь всплыл оценивающий мужской взгляд, блуждающий по его телу, руки на плечах, пальцы, бесцеремонно схватившие его за подбородок, лицо, приблизившееся настолько, что Джей ощутил пропитанное куревом дыхание. — У тебя талант и сладенькая мордашка, но ты ведь понимаешь, что этого недостаточно. Джей уткнулся головой в ладони, проводя ими по лицу и так крепко сжимая пальцы, будто старался избавиться от него. — Этого недостаточно, — повторил голос в голове. Джей понимал это, и все же сказал «нет». Громко. Четко. Он сказал «нет». Пошатнувшись, он отступил назад, упираясь спиной в стену душа. Придерживаясь, осторожно сполз на пол и обхватил колени. Он сказал «нет». Черт возьми, «нет»! Но мужчина лишь усмехнулся и крепче сжал его подбородок, пытаясь поцеловать против воли. Джей отшатнулся, избавляясь от гадких прикосновений, и попытался отойти в сторону. Но уже через мгновение лежал на диване, придавленный крупным телом и ощущал тяжелое дыхание на шее. — Ну же, сладкий, ты можешь сделать процесс приятным нам обоим, — прошептал мужчина. Джей снова сказал «нет» и с силой оттолкнул его. Встал, но не успел сделать и шага — чужая рука вцепилась в ворот его футболки и опрокинула обратно на диван. Что-то больно ударило по виску. Зрение потеряло остроту, все вокруг расплылось. Темный мужской силуэт навис над ним, медленно стягивая галстук и расстегивая пуговицы на рукавах рубашки. Джей тряхнул головой и сполз на пол, пытаясь встать на ноги. Но головокружение сделало движения неловкими. Мужчина с легкостью скрутил его, поворачивая к себе спиной и прижимаясь к заднице. Джей почувствовал его стояк. — А мог бы выпить, расслабиться и получить удовольствие. Собравшись с силами, Джей ударил затылком мужчину в лицо. Тот замешкался, ослабляя хватку. Джей высвободил руки, развернулся и нанес несколько жестких ударов кулаком по лицу. Мужчина рухнул на пол. Джей и сейчас чувствовал, как онемели костяшки пальцев. Места, которых касался мужчина, горели огнем, словно бы он выжег на них клеймо. Джей сбежал, выбив дверь номера ногой. Шатаясь и хватаясь за стены, нашел лифт. Пока не добрался до дома, не замечал кровоточащей раны над бровью. По какой-то странной причине он не ощущал боли. Только помутнение, тошноту и полнейшую растерянность. Джей не мог с уверенностью сказать, сколько времени провел в душе. Единственное, чего ему хотелось, — это смыть грязные прикосновения. Он казался сам себе испачканным, а вода немного притупляла это чувство. Поднявшись на ноги, схватил мочалку и стал с силой тереть плечи, руки и подбородок, пока кожа не покраснела. Только после этого на ватных ногах выбрался из душа и посмотрел на себя в зеркало. — Сладенький, — снова прозвучало в голове. Обеими руками Джей оперся по краям зеркала и с отвращением уставился на свое отражение. У него были большие миндалевидные глаза оливкового цвета с длинными густыми ресницами, аккуратный нос и пухлые губы. Слишком пухлые. Черты лица — слишком правильные и слишком мягкие. В школе его дразнили девчонкой, но Джей никогда не принимал это всерьез. Но сегодня, сейчас он отчетливо увидел свою смазливость, а светлые волосы, спадающие до подбородка, только подчеркивали его женственность. Размахнувшись, Джей кулаком ударил по своему отражению в зеркале, разбивая на несколько крупных частей. Кисть пронзила резкая боль. Несколько мелких осколков врезались в кожу. Кровь потекла по пальцам, но Джей не поморщился. Наспех промыв рану под мощной струей, обмотал руку полотенцем, а отвратительное «сладенький» продолжало звучать в голове, словно кислота, разъедая все внутри. Из мусорного ведра, куда Джей бросил одежду, раздался звонок мобильного. Он посмотрел на джинсы. На секунду замер, раздумывая, взять ли трубку. Он не хотел отвечать. Он не хотел никого слышать, никого видеть. Ему крупно повезло, что его друг, с которым они арендовали жилье, уехал навестить родителей. К черту… Выпить. Срочно. И закурить. Но сначала выпить. Что-нибудь покрепче. Наплевав на звонок, Джей обернул полотенце вокруг бедер и быстрым шагом направился в гостиную. В темноте нашел бутылку шестидесятиградусного виски. Плеснул в стакан до краев и выпил в три больших глотка. Этого показалось мало. Налил еще. Из ванной вновь донесся телефонный звонок. — Что? Ты хочешь стать актером? — вспомнились слова отца, наполненные желчью. — Не смеши. Мы уже все решили. Ты едешь в университет в Остине учиться управлению бизнесом. Стать актером… — отец презрительно усмехнулся. — Ты думаешь, тебе удастся получить роли без постели? Ты готов торговать своим телом? Джей осушил второй бокал. — Ты готов торговать своим телом? — вопрос будто ножом пронзил его сознание. Джей не был готов тогда, и ничего не изменилось. — Торговать своим телом… Дыхание стало тяжелым, а сердце заколотилось так, будто хотело вырваться наружу. Неистовая ярость, подобная огню, медленно разгоралась в его венах, вытесняя растерянность. Она сжимала его горло, превращаясь в невидимый капкан. — Торговать телом… Пальцы Джея до онемения сжали бокал, и на лице появилась гримаса отвращения. Будь отец сейчас здесь, он бы посмеялся и был бы крайне доволен собой. Для него это стало бы своего рода триумфом. Он бы не упустил шанса сказать: «Я же говорил!» Если бы Грег Эклз узнал о том, что произошло в номере отеля «Мариотт», в лучшем случае он просто перестал с ним бы общаться. В худшем — обвинил бы Джея в произошедшем, ведь, по его мнению, домогаются только тех, кто дает для этого повод. Анжелина, мать Джея, вероятно, встала бы на сторону отца. Как всегда. А старший брат Джордан не упустил бы возможности больно уколоть его, накинувшись с упреками о том, как сильно Джей разочаровал родителей. Для Дэннил, его девушки, оставшейся в родном городке, это стало бы очередным аргументом в их спорах — она настаивала, чтобы он вернулся домой. Реджина, его маленькая сестренка, могла бы встать на его сторону, но ей еще рано знать о таком. К своему собственному ужасу, Джей и сам считал себя виноватым. Если бы он не взял бокал с шампанским… Если бы он сразу заметил слишком длительное рукопожатие и оценивающий взгляд… Если бы он с порога обратил внимание на интимность обстановки… Если бы с самого начала не пошел в гребанный «Марриот», потому что дела не решаются в номерах дорогущих отелей! Если бы он не был ослеплен образом талантливейшего режиссера, на встречу с которым шел, этого бы с ним никогда не случилось. В порыве гнева Джей швырнул в стену бокал. Множество мелких осколков разлетелось в разные стороны. Джей легко отделался. Пострадала только бровь. Но он чувствовал себя так, будто его действительно изнасиловали. Он ощущал себя полнейшим ничтожеством. Он был оскорблен, унижен, втоптан в дерьмо. В ванной снова зазвонил телефон, и Джей сделал глоток из бутылки. Крепкий виски обжег горло. Если кто-то из родных услышит о случившемся, это будет конец. Если кто-то в его родном Эль-Обсолет узнает… Джей не смел даже думать об этом. Он больше никогда не сможет никому посмотреть в глаза, не встретившись с насмешкой. Ведь настоящие мужчины не оказываются в подобных ситуациях. Так думали жители всех маленьких городков юга Техаса, и жители Эль-Обсолет не были исключением. Поделиться с друзьями… Будут ли они смеяться или проявят сочувствие, не имеет значения — суть остается одной: это позор.