Часть 5. Веритасерум.

      Северус почувствовал себя голым, оскорблённым. Он надеялся, что никогда не попадёт в эту ситуацию. Он уже чувствовал действие сыворотки. Земля, казалось, немного покачивалась. Нарушение чувства равновесия было наиболее частым побочным эффектом Веритасерума. Жаль, что знание точного действия зелья никак не защищало его самого. - Вы можете меня слышать? - наконец-то спросил Кингсли. - Да, - он уже произнёс ответ, прежде, чем даже подумал об этом. - Ну, и... Вы - Пожиратель смерти? На мгновение воцарилась напряжённая тишина. Не смотря на стремление говорить, Северусу понадобилось относительно много времени, чтобы выдвинуть ответ. Он инстинктивно боролся с действием зелья. - Нет. - Почему Вы убили Альбуса? - Минерва выплюнула в него эти слова. - Почему, если Вы - не Пожиратель смерти? - Он меня об этом попросил. - Попросил об этом? - прошипела Минерва. - Зачем ему надо было это делать? - Он навлёк на себя проклятие, - ответил Северус. Его мысли текли медленнее, чем обычно, он чувствовал себя одурманенным. В то же время, он говорил быстрее, чем обычно. У него даже не было возможности, правильно обдумать свои слова. Пока что они соответствовали истине, только так они выходили из него. - Во время летних каникул. Мне удалось, заключить проклятие в одной его руке, но со временем оно становилось сильнее и медленно убивало его. С того момента ему оставалось жить лишь не больше года. Он желал более быстрой и безболезненной смерти. Северус потряс головой, как будто мог таким способом изгнать Веритасерум, - его взгляд беспокойно блуждал по помещению. - На самом деле, Драко Малфой получил приказ от Тёмного Лорда убить Дамблдора, но директор хотел защитить душу мальчика. Кроме того, ему нужен был шпион, пользующийся полным доверием Тёмного Лорда. Он не мог помешать тому, что в его голосе прозвучали горькие нотки. - Он об этом не говорил, - голос Минервы прозвучал притуплённо. - Почему нет? - Он хотел любой ценой предотвратить то, что Тёмный Лорд может узнать. Северус злился на себя за эти слова, когда Минерва вздрогнула. Не потому, что его беспокоило, что он причинил ей этим боль. А скорее потому, что это было неразумно, расстраивать её сейчас, где он так отчаянно нуждался в какой-то степени доверия. - Я не из тех, кто постоянно крутится вокруг Ты-сам-знаешь-кого! - Минерва, прошу, - сказал Кингсли, и теперь его голос снова стал прежним, звучащим успокаивающе. - Успокойтесь. - Извините, - Минерва сделала глубокий вдох. Она быстро снова взяла себя в руки. Минерва МакГонагалл часто любила браниться и тому подобное, но она почти никогда на самом деле не теряла контроля ни над собой, ни над ситуацией. Обычно Северус испытывал к этому определённое уважение. В некотором смысле, это тоже было понятно, почему она именно так отреагировала сейчас. Всё же, он убил её старого друга, Альбуса Дамблдора, предал её, унижал, тиранил, подвергал пыткам её учеников... и, да, он просто хотел закричать на неё, она должна была заткнуться, поскольку она не имела никакого понятия, о чём она говорит. Ему это удавалось с трудом - заставить себя сдерживаться. Пока никто не спрашивал его об этом. Северуса прошиб пот, когда он, стиснув зубы, ждал следующего вопроса. - Последний учебный год, - наконец сказал Кингсли, что соответствовало его мрачным рассуждениям. - Что Вы можете сказать по этому поводу? - Тёмный Лорд приказал мне стать в Хогвартсе директором, - пришлось ответить Северусу. - Я повиновался и попытался минимизировать ущерб настолько, насколько это возможно, без того, чтобы разбудить подозрения Тёмного Лорда. - Это то, что Вы называете "минимизировать ущерб"? - недоверчиво спросила Грейнджер. - Учеников пытали проклятием Круциатуса и ... - Я всё это знаю, Грейнджер, - огрызнулся Северус. Он не нуждался ни в каком повторном перечислении этого! - Вы, безусловно, можете себе представить, что случилось бы, если бы Хогвартс оказался в руках настоящего Пожирателя смерти. - Какой смысл Дамблдор видел в шпионе, следующим каждому приказу Вы-сами-знаете-кого? - холодно спросил Уизли. - В чём разница между ним и настоящим Пожирателем смерти? - Это, может быть, небольшая разница, - прорычал Северус, - но она имеет решающее значение. - Итак? - невозмутимо настаивал Уизли. - Я не выполняю каждый приказ, - Северус скрипнул зубами, когда его принудили к ответу на этот наглый вопрос. - Я просто делал то, что должен был, чтобы не выделяться, и защищал учеников, так хорошо, как это получалось. Кроме того, Дамблдор оставил мне поручение, которое я должен был выполнить, над которым я работал с тех пор. - И в чём оно состояло? - пробурчал Кингсли. И Северус почувствовал себе вынужденным рассказать. Всякие раз, когда ему удавалось остановиться, они спрашивали более подробно, и он снова отвечал. Его собственный рот больше не повиновался ему. Он ненавидел это. Северус сообщил о том, как он помогал Гарри, в частности тем, что предоставлял Темному Лорду фальшивую информацию. Особенно история с мечом Гриффиндора вызвала большое удивление и Грейнджер, и Уизли. Он опустил, почему Волдеморт хотел его убить, и никто не стал вдаваться в подробности, а только упомянул, что там он передал Гарри свои воспоминания, когда думал, что умрёт. - И что содержали эти воспоминания? И Северус рассказал о разговоре с Дамблдором, как он узнал, что Гарри был крестражем. - Этот разговор и краткое изложение моей жизни. Гарри должен был знать, кем я был. Голова Северуса дёрнулась, он быстро провёл языком по губам. Он не хотел этого говорить. Во-первых, совсем не так. Судя по реакции его слушателей, ему повезло, что Гарри рассказал первым. Теперь, когда они сбивали его с толку, бросая на него обеспокоенные взгляды, он мог быстро успокоится, зная, что крестраж уже был разрушен. - Пока всё хорошо, - сказал Кингсли. - Итак, Вы убили Дамблдора по его собственному приказу, и всё последующее тоже было частью этого плана с его стороны? - По его просьбе, - поправил Северус. - Но да, по сути, это так. - Но Вы добавили ещё что-то, - фыркнул Джордж. - Дамблдор ни в коем случае не желал, чтобы Вы охотились на наших людей. И ранили нас. Северус кинул взгляд на его отсутствующее ухо. Какая-то часть его разума отметила, как гладко оно было отделено, и что вокруг почти не было видно шрамов. Он пытался использовать Сектумсемпру как можно более точно - он ведь не желал убивать Торфинна - и, по-видимому, это удалось. - Нет. Это был несчастный случай. Я хотел встретиться не с тобой, а с Роули. А вообще в охоте я был вынужден принять участие. Тёмный Лорд потребовал этого. - И Вы, конечно же, подчинились? - Всё остальное выдало бы меня, - холодно подчеркнул Северус. На мгновение все замолчали. Северус с нетерпением ждал знака, что действие Веритасерума ослабевает, но этого не происходило. Он знал, что всё это ещё будет продолжаться. К сожалению. - Почему? - наконец спросил Кингсли. - Почему, что? - переспросил Северус с большим усилием. Сыворотка подталкивала его к исчерпывающему ответу. - Почему Вы шпионили для нашей стороны? Почему Вы никогда никому из нас не говорили, что Вы делали? Почему такая лояльность к Дамблдору? - Любой контакт с Вами ставил дело под угрозу, - ответил Северус. - Тёмный Лорд - мастер Легилименции. Солгать ему практически невозможно, - он сумел ненадолго замолчать. - Первоначально я был Пожирателем смерти, но уже семнадцать лет как я поменял сторону. Когда Тёмный Лорд начал охоту на Лили Эванс и Гарри Поттера. Он боролся сам с собой, изо всех сил сдерживая все дальнейшие слова, которые выдавливал Веритасерум ему на язык. Он больше не хотел, он больше не мог говорить! - Почему? - спросил Кингсли и одним словом разрушил его с трудом достигнутое самообладание. - Я... любил... Лили, - выдавил Северус. - А он... убил её... - Насколько я правильно помню, Ваша дружба закончилась уже много лет назад, ещё в школьные годы, - заметила Минерва. - Сама по себе, да, - Северус всё ещё боролся с собой и проиграл. - Она больше не хотела меня видеть... но... не смотря на это... - он отчаянно пытался держать свои чувства к Лили как можно более неопределёнными. Это здесь никого не касалось. - Она ... всё ещё... много значила... для меня... очень много, - он произносил слова отрывисто, по очереди, но он всё же был недостаточно силён, чтобы замолчать. - А почему Вы продолжали шпионить дальше, даже после смерти Лили? - бурчал Кингсли. - Из мести? Вы ненавидите Вы-сами-знаете кого? - Да, я желаю отомстить, и да, я ненавижу его, - прорычал Северус. - И я хочу... мою вину... загладить. - Вашу вину? - Это моя вина, что она мертва, - эта фраза стремительно вырвалась у него . Он так часто думал об этом, так часто повторял, это так сильно вошло в его плоть и кровь, что он ни в какой части не мог отречься от этого. - Я должен загладить эту вину. - Как? - Я защищаю её сына, - Северус скрипнул зубами. - Насколько Вы виновны в смерти Лили? - Я передал Тёмному Лорду пророчество, которое побудило его преследовать её, - нахмурился Северус. - Я был Пожирателем смерти. Я... больше... не был... её... другом, - он стал задыхаться. - Я ненавидел Поттера... и я... ненавидел... её за это... что она его... любила... - Это всё? - недоверчиво спросил Уизли. - Этого недостаточно? - выпалил Северус. - Мои убеждения тоже изменились. Я больше не верю целям Тёмного Лорда. Но, в основном... И снова стало тихо. - Мистер Лонгботтом рассказывал, что Вы оглушили его и мадам Помфри, после того, как они спасли Вашу жизнь в Визжащей хижине, а затем вы исчезли, - сменил тему Кингсли. - Это так, - признался Северус. - Впрочем, я действительно ничего не собирался им делать, это были всего лишь Экспеллиармус и Петрификус тоталус. Они на самом деле не могли его сейчас в этом обвинять! - Что вы сделали после этого? - Я пошёл прямо в Запретный лес, чтобы проверить Гарри. Я пришёл как раз, когда он был поражён смертельным проклятием, но позже заметил, что он всё ещё жив, и я спас его, - Снейп замолчал. Грейнджер закусила нижнюю губу, очевидно, сбитая с толку. - Профессор МакГонагал... Кингсли? - сказал Гарри. - Я думаю, этого достаточно, Вам так не кажется? - Полагаю, что так, - медленно сказал Кингсли. - Я не думаю, что мы забыли что-то важное. Очевидно, мистер Снейп невиновен. Всё остальное мы можем прояснить позже. - "Невиновен" - не то слово, которое я стала бы использовать, - возразила Минерва. - Скорее менее виновен, чем предполагали. - Сейчас это не имеет никакого отношения к делу. Мистер Снейп, представляете ли Вы для нас опасность в будущем? Имеете ли Вы какие-либо претензии к кому-то из нас? - Артур впервые сказал слово. - Нет, - выпалил Северус. Что за глупый вопрос? В конце концов, это объясняло склонность Рона Уизли к таким вопросам, если его отец уже так думал. - Ещё один, - сказал Кингсли. - Я не предполагаю это, но накладывали ли Вы на Гарри какие-либо чары? - Отнюдь, - отрезал Снейп. - Но чтобы быть точным, дезиллюминационные чары и исцеляющее заклинание. На мгновение воцарилась неловкая тишина. - Вот, - сказал Артур и протянул Северусу ещё один флакон. - Антидот. С облегчением Северус принял две капли противоядия. Приблизительно одна капля Веритасерума должна была уже разложиться в его организме. - Я рад, что, по всей вероятности, Вы, всё же, на нашей стороне, - сказал Кингсли. Северус стиснул зубы и едва заметно кивнул. Он, вероятно, понимал, что на самом деле сказал ему Кингсли. Снейп мог под влиянием Веритасерума говорить то, что он хотел, поэтому ему до конца не доверяли. "Наверное, из-за остаточного риска, который связан с тем, что якобы незадолго до этого я принял противоядие, - цинично подумал Снейп. - Или нашёл способ иначе сдержать действие сыворотки". Это было ясно, что мгновенно ему никто не поверит, скорее всего, никогда, однако... одна немаловажная часть его желала, чтобы это было по-другому. - Можем мы теперь идти? - спросил Гарри. - Профессор Снейп и я, мы оба ранены, может быть, нам нужно сходить к мадам Помфри, но и здесь тоже нельзя быть на сто процентов уверенными в безопасности, или? - Это так, - кивнул Люпин и первым развернулся к выходу. Друг за другом они снова поднялись по лестнице. Северус чувствовал, что некоторые неохотно допускали, что он идёт с ними, однако никто не попытался оставить его - пока что. - Гарри, ты пойдёшь со мной, - сказала Грейнджер и аппарировала сразу после Минервы, которая исчезла первой. - Я возьму Вас с собой, если Вас это устраивает, - сказал Джордж и вопрошающе посмотрел на Снейпа. Северус кивнул. Джордж, как ни странно, иногда казался наименее враждебным. Почему, Снейп так до конца и не понял, всё же, из-за него у парня осталось только одно ухо. Но он последовал за Уизли к порогу и схватил его за руку. Когда теснота ушла, а Северус снова смог видеть, он удивлённо моргнул. Они стояли перед маленькой деревушкой у подножия горного хребта. - Где мы? - спросил он. - В Шотландском нагорье, - ответил Джордж. - Джон о'Гротс, Кейтнесс. Профессору МакГонагалл вон там принадлежит дом, - он указал на дом на самом краю деревни, к которому они теперь направлялись. - Это было лучшее, что мы смогли получить на скорую руку, - сказал Артур, который появился рядом с ними. - На нём уже было наложено несколько защитных заклинаний и только не многие знают, что этот дом существует. Северус не мог вспомнить, чтобы Минерва когда-либо упоминала, что ей принадлежит дом, не говоря уже о том, где он стоит. Они вошли, и сразу же в коридоре собралась настоящая толпа. Многие члены Ордена желали собственными глазами убедиться в безопасном возвращении и поприветствовать Гарри. Северус собрал достаточно враждебных взглядов, а некоторые волшебные палочки были подняты. - Пожалуйста, слушайте сюда, - крикнул Кингсли. - Мистер Снейп, всё же, очевидно, на нашей стороне. Мы только что допросили его под воздействием Веритасерума. - Что это должно означать? - Аберфорт проложил себе путь вперёд. - Вы теперь желаете забыть всё и все его убийства, только потому, что он один раз рассказал вам то, что вы хотели услышать? Рука Северуса дёрнулась, будто вооружённая волшебной палочкой, которой, конечно же, у него не было. - Если произошло недоразумение, мы не должны этого игнорировать, - подчеркнул Кингсли. - Мы расскажем вам все подробности о том, что было сказано, позже. Тогда мы сможем обсудить, что с этим нужно будет делать дальше. Северус слегка нахмурил брови, но, однако, в остальном сдержал себя, не позволяя как-либо выделяться. Вспыльчивый брат Дамблдора был ему далеко не симпатичен. - Мадам Помфри свободна? - спросил Гарри. - Мне надо бы к ней.. и профессору Снейпу тоже. - Она наверху, первый этаж, вторая дверь налево, - сказала Молли и обеспокоенно посмотрела на Гарри. - Иди сейчас же к ней, Снейп может пойти после. - Нет, - отказался Гарри. - Профессор Снейп ранен тяжелее. Северус вскользь задался вопросом, с каких это пор Гарри обращается к нему "профессор", без принуждения к этому? И с каких это пор он противостоит всему Ордену, чтобы выразить ему солидарность, если это действительно было то, о чём он беспокоился? Спасибо, - сказал он в наступившей тишине. - Но я могу потерпеть. - Вы идёте первым, - настоял Гарри, и Северус, ковыляя, направился к лестнице. Мрачные взгляды последовали за ним. Северус спрашивал себя, было ли это действительно разумным шагом или, скорее, окажется контрпродуктивным? Каким-то образом ему удалось подняться по лестнице. Кингсли сопровождал его и, быстро постучав, открыл вторую дверь слева. Поппи полностью превратила комнату позади неё в лазарет. Узкая кровать стояла в углу, стол, заставленный мазями и зельями, располагался у другой стены, ещё один стол находился в центре и, очевидно, использовался как рабочая поверхность. Поппи уронила банку, которую она только что держала в руке, как только увидела Северуса. - Ты! - Он был с Поттером, - быстро пояснил Кингсли и рассказал ей почти то же самое, что и людям ниже, прежде чем он коротко кивнул и снова ушёл. Северус медленно закрыл за собой дверь. Поппи уставилась на него каменным взглядом. - Это так? - Да, - ответил Северус. - Но я бы сказал так же, если бы это было и не так. - Всё это было просто игрой? - Это не было игрой. Но я не Пожиратель смерти. Поппи скрестила руки на груди. - Не игра. Да, я смотрю на это также. В последнее время было многое, но не веселье. Я ненавижу тебя, Северус, и несколько слов об этом так быстро ничего не изменят. - Мне жаль, - слабо сказал Северус. - Но у меня действительно не было выбора. - Я не могу тебе просто так легко поверить, как я уже сказала, - Поппи вздохнула. - Я тоже не ожидаю этого. Но, не смотря на то, ты исцелишь меня? - Северус пожал плечами. Поппи указала на стол в середине помещения. Северус сел на него и закатал штанину. - Возможно, со временем я смогу тебе поверить, - сказала Поппи. - Пожалуй, даже простить. - Я знаю, - кивнул Северус. Он давно и хорошо знал Поппи, хотя в последнее время почти не контактировал с ней. У целительницы было такое стремление, всегда верить в хорошее в человеке, вот почему она отлично ладила с Дамблдором в этом отношении (с которым она, всё же, постоянно спорила из-за нарушения покоя в Больничном крыле, к которому, по её мнению, он слишком часто относился легкомысленно). Кроме того, ругать, возиться и исцелять - были её величайшими радостями. Тем не менее, Северус был уверен, что Поппи была в состоянии простить почти каждого, кто приложит к этому усилие. Поппи, наконец, подошла к нему. - Итак, что повредило твою ногу? Она осмотрела его изменения цвета кожи и попробовала применить несколько диагностических заклинаний. - Я точно не знаю, - правдиво ответил Северус. - Смесь различных проклятий, я полагаю, и все они отражены только наполовину. - Тебе всегда нужно делать из этого загадку? - снова вздохнула Поппи. Северус слабо улыбнулся. Он почти никогда не мог сказать Поппи, откуда взялись травмы, которые она лечила ему. Даже тогда, когда он знал. Когда он шпионил для Дамблдора, особенно до падения Тёмного Лорда, он часто возвращался раненным. Конечно же, он не мог об этом говорить. Когда-то Поппи даже перестала сверлить его взглядом. Кроме одного раза, когда она распознала побочные эффекты Круциатуса и всё чаще находила их. Но в остальном она привыкла к его скрытности. Поппи попробовала различные исцеляющие заклинания и, наконец, понимающе кивнула. - Я думаю, что я разобралась. Скажи-ка, ты позволил проклясть себя умышленно, иначе почему их так много? - У меня было четыре противника одновременно, - расплывчато ответил Северус. - Это было действительно точно, - Поппи подняла брови.