Часть 1

Жизнь Элеонор менялась с чудовищной скоростью. Вернее, в целом, жизнь ее изменилась не сильно, а вот психоэмоциональное состояние, словно каталось на Американских горках. Самое дно, конечно же, было в тот момент, когда ее хотели разжаловать и назначили слушание. А дальше был очень крутой подъем. Далеко не сразу, Элеонор призналась себе, что по уши влюбилась в молодого клерика. Это был первый мужчина за долгие годы, кто позаботился о ней, не требуя ничего взамен. Даже не переспал с ней, что, в общем-то, сильнее всего печалило девушку. Осознав, что влюбилась, она не знала, что делать. Попытки связаться с парнем терпели одно поражение за другим. Его личность была засекречена, как и у остальных инквизиторов. Почта «до востребования» принималась, но толку от этого не было. Поначалу, девушка даже пыталась хранить себя для новой любви. Хватило ее на двое суток, пока она не отсосала оперативному дежурному, прямо посреди рабочей смены. Моральный компромисс нашелся довольно быстро. В каждом мужчине, с которым вступала в связь, Элеонор представляла себе клерика. Девушка впала в другую крайность — теперь она отдавалась каждому мужчине при любом удобном случае. Она и раньше не отличалась разборчивостью, но, получить доступ к ее дырочкам, все-таки, можно было не всегда. Теперь же, Элеонор, готова была отдаться даже посреди рабочей смены, позволяя драть себя в попку, пока сама управляет погрузчиком или следит за лентой. Но, даже страдая от переполненности членами, с кожей зудящей от подсыхающей спермы, задыхаясь от чужой плоти в горле, Элеонор смотрела мутными глазами перед собой и видела только ЕГО.

Затем было еще одно слушание. Большое, важное, в самом Сенате. Девушку вызывали в качестве свидетеля. И там она снова увидела ЕГО. Парень мило улыбался, а Элеонор текла, словно прохудившаяся труба магистрального отопления. Всю дорогу в расположение ее сапоги хлюпали. Теперь хватало лишь упоминания Инквизиции, чтобы Элеонор возбуждалась и начинала течь. Даже во сне она мочила простыни совсем не детским образом. А стоило ей присниться алым глазам или бесцветным волосам, как девушка просыпалась от оргазма, и начинала яростно мастурбировать. На этом фоне, вызов командора и весьма серьезный разговор на тему безопасности, почти не повлиял на душевное спокойствие девушки. Командор говорила, что гордится стойкой политической позицией сотрудницы, но это накладывает на нее определенные ограничения. Выходить в город стало слишком опасно для нее. СД не прощало обид. Так что, увольнительный день, стал для девушки обычным скучным выходным. Но Элеонор не сильно огорчилась. Ей было не до того. Ее подруга Ева, страдала от этого заметно сильнее. Однако, вскоре, возникла еще одна проблема. У Элеонор стало пропадать молоко. Выход становился все более жидким и уменьшался в объемах. Прекрасно осознавая, что изрядная часть ее текущих привилегий сейчас зависит от возможности снабжать местное командование этим лакомством, Элеонор серьезно отнеслась к проблеме. Обдумывая все вышесказанное, девушка не сидела сложа рук. Она сидела на крепком члене одного из техников погрузочной службы. Теперь Элеонор сама искала любовников, готовых взять ее груди в крепкие руки. Но, имея выбор, мужчины, почти всегда, выбирали ее рот. А не имея возможности отказывать… Слишком длинную мысль прервал короткий всплеск боли в коже головы. Один из сегодняшних любовников Элеонор, крепко держал ее за волосы, заставляя выгибаться назад, вытягивая шею. Внутри шеи, в ее горле, сейчас двигался длинный пенис. Вторая рука парня немного сдавливала ее гортань, создавая еще большее давление на головку внутри нее. Перед девушкой, слегка подогнув колени, стояло двое мужчин. Каждый из них сжимал в руках ее грудь, заталкивая внутрь свой член, с той скоростью и нажимом, которым желал сам. Груди громогласно чавкали, булькали и хлюпали, принимая в себя горячую плоть любовников. Четыре-пять членов, это то, что девушка теперь ощущала внутри себя каждый вечер. И, поначалу, это помогало увеличить объем выработки молока. Но не сильно и ненадолго. Даже сейчас, когда один из любовников просто дрочил ее правой грудью, почти сжимая ее в кулаке, по его стволу лишь слегка размазалась пара белых капель. Раньше, такое обращение с ее телом, быстро привело бы к локальному затоплению. Молоко бы потекло по ее животу на пол, а к концу даже короткого соития, набралась изрядная лужа. Но сейчас не было ни намека. Левая грудь, которую натягивали на член значительно бережнее, не давала и этого. На толстом пенисе работника внутренней доставки, блестела только смазка. Элеонор вздрогнула, когда в ее голове затренькал поступивший звонок. Это была комендант. Обычно, все рабочие связи проходили через компьютер или селектор, но полковник стала часто звонить девушке по личному каналу. — Можешь говорить? — устало прозвучал женский голос внутри черепа капитана. Элеонор замахала руками и забулькала глоткой, сигнализируя, что ей нужна передышка. Но увлеченные мужчины, только увеличили темп. — Умк! — только и смогла ответить девушка, чувствуя, как ворочается член около ее голосовых связок. — Понимаю, — едва заметно хмыкнула комендант. — Нужно поговорить. Как освободишься, сразу иди в мой кабинет. Хорошо? — Хмпф! — булькнула Элеонор, выплевывая вместо слов, часть обильно выделяющейся слюны. Жидкость сразу потекла по щекам девушки к ее шее, присоединившись к общему потоку выделений. Сегодня это были не первые ее любовники. Мужчины даже не дали ей помыться с прошлого раза. Так что, на коже Элеонор хватало заметных следов. Ее грудь блестела от стекающей слюны и брызг спермы. Шея чесалась от подсыхающего семени. О животе и бедрах, вообще, не хотелось вспоминать. И только волосы она предусмотрительно прятала под банной шапочкой. Безвольно взмахнув руками в знак согласия, она почувствовала, как сперма потекла в желудок. Теперь она часто пила сперму. Гораздо чаще, чем раньше. Бывали дни, когда Элеонор не ходила в столовую, довольствуясь обильным белком своих любовников. Ей даже удалось немного похудеть на этой диете. Глотать не требовалось. Пенис вздрагивал глубоко в трахее, стравливая свое содержимое прямо в пищевод. А когда разрядились остальные участники их краткой встречи, девушка быстро выставила их за дверь, непривычно отказав следующей группе потенциальных гостей, что уже ждали снаружи. Какой бы шлюхой не считали Элеонор, работники станции не забывали о ее чине. И тех дураков, что пытались противиться ее прямым приказам, быстро остужали товарищи. Быстро окатив себя горячей водой, Элеонор втиснула себя в обтягивающий комбинезон из белой нанокожи и поспешила на встречу с полковником. — Как твои дела, Паркер? — в полуделовом тоне, приветливо спросила комендант. Возня Элеонор с костюмом вызывала у нее улыбку. Девушка постоянно чесала шею, живот и бедра, пытаясь отскрести остатки присохшего семени сквозь нанокожу, которые не удалось быстро смыть. — Хорошо, мэм! — привычно гаркнула девушка, чувствуя, как из правого соска медленно вытекает сперма. Струйка уже достигла ее живота и, щекоча кожу, спускалась все ниже. — С лактацией все так же плохо? — Увы, мэм. Я стимулирую железы каждый день. Но это не помогает. — Ты ходила к медикам? — Да, мэм! Лейтенант сказала, что это естественный цикл при моей аугментации. — Посоветовала что-то? — женщина все время смотрела на экран перед собой. Ее глаза бегали, читая что-то определенно не связанное с разговором. — Да, мэм. Посоветовала продолжать стимуляцию и ждать улучшения. — Хорошо. Это хорошая новость. Но я вызвала тебя не только по этой причине. Есть новости. Сюда направили группу досмотра. Формально, они не входили в СД. Но всегда подчинялись им напрямую. — Не понимаю, мэм. — Внеплановая инспекция, — скривилась в отвращении комендант. — Однако, ты сама знаешь, как к тебе относятся все СДэковцы. — Я буду осторожна, мэм! — Элеонор невольно вздрогнула, когда из ее попки выплеснулась порция спермы. Теперь по ее ногам текло две струйки вместо одной. — Одной осторожности может не хватить, — вздохнула женщина. — СД в отчаянии. Череда дерзких убийств захлестнула Союз. Я беспокоюсь за тебя. — Что мне делать, мэм? — У меня есть предложение. Поступил один рапорт. На станцию дальнего обнаружения требуется интерфейс с высоким уровнем допуска. Их штатный… выбыл из строя. Женщина включила экран, направленный в сторону Элеонор. На нем, на мгновение, мелькнула страничка личного дела одного из младших офицеров Союза. На ней ярко выделялась надпись «травма кишечника». Экран мигнул и показал карту космоса с двумя точками, находящимися совсем рядом. — Неделя в анабиозе. Всего на пару месяцев. Заодно развеешься. Сменишь обстановку. Может это и в твоей проблеме поможет. — Спасибо, мэм, — криво улыбаясь, кивнула Элеонор. Хоть многие и считали ее недалекой шлюшкой, сама она прекрасно понимала, что ее голос за Инквизицию… по бедрам потела еще одна струйка, на этот раз, не имеющая ничего общего со спермой. Ее голос, автоматически выбирал для нее сторону в конфликте двух могучих организаций. И комендант, сейчас, возможно, спасала ей жизнь. — Транспортная капсула уже ждет тебя, — полковник выключила экран. — Капсула? — округлила глаза брюнетка. — Извини, — пожала плечами женщина. — На транспортник нет времени. Свободных нет, а командование санкционировало только экстренный отзыв Бульдога, да и то, всего на два часа. Давай, быстро прими душ, собери мелкие вещи, у тебя полчаса. Элеонор быстро добежала до своей комнаты. Времени было в обрез. Капсула не предполагала никаких удобств. В ней был только отсек, где стояла камера для анабиоза и ничего более. А значит, нужно было подготовиться к длинному сну. Она запустила гигиенический куб в нужный режим. Шланг вошел в ее попку, легко раскрыв первый сфинктер. Но не остановился и медленно продвигаясь вглубь, стал давить на внутренний. Элеонор поежилась, когда грубый пластик справился с сопротивлением искусственной мышцы. Проникнув достаточно глубоко, шланг начал наполнять тело девушки специальным раствором. Кишечник стал надуваться. Когда стало казаться, что жидкость вот-вот пойдет из рта, хотя она не добралась и до желудка, но ощущение было именно таким, насос начал обратный процесс. Всего, ее тело накачивало пять раз. Сидеть на кубе, в этом случае, было достаточно утомительно. Только выбора не было. Тщательно отмывшись в душе, Элеонор втиснула себя в свежий комбез. Оставила несколько сообщений для друзей и знакомых, не указав — куда отправляется, и направилась в порт. Транспортировочная капсула была подвешена на одной из посадочных платформ. По форме она напоминала торпеду. Только значительно большего размера. У входа в капсулу, Элеонор ждало две девушки в розовых комбинезонах. Что было необычно, так как, для загрузки в такой транспорт, требовалась только одна. — Привет! — жизнерадостно замахала незнакомая беловолосая молодая девушка, с капральскими знаками различия на плече. — Капрал Мальдини отправится с Вами, капитан, — пояснила высокая рыжеволосая девушка. — У меня приказ, на штатный медосмотр станции, — немного покраснев, сообщила Мальдини. Девушки пожали руки и начали раздеваться. Никто не поставил ширму, а платформа была открытой, так что девушки обнажались на глазах у всего порта. Но ни одну из них не смущали посторонние взгляды. Элеонор спрятала свой комбез в небольшое багажное отделение, сунула туда же крохотный чемоданчик с личными вещами. И первая наклонилась, взявшись руками за лодыжки и выгнув спину. Рыжеволосая, уверенным движением вставила в Элеонор заправочный пистолет. Брюнетка поежилась от прикосновения холодного металла. Но ощущение прошло, когда внутренности стали наполняться густым теплым гелем. Закончив с Элеонор, медик занялась коллегой, сделав с ней то же самое. Брюнетка, тем временем, забралась в тесную камеру, начав пристегивать себя ремнями к лежаку. Капсула стояла вертикально, так что делать это приходилось с осторожностью и тщательно затягивать замки, чтобы не начать биться о стенки при движении. Закончив наполнять Мальдини, рыжая проверила все ремни. Затянула те, что не смогла достать Паркер и взялась за маску. Элеонор пришлось проглотить достаточно длинную трубку. Она плотно села в глотке, растягивая горло, словно толстый член терпеливого любовника, вплоть до дыхательных путей. Сразу включился отсос, удаляющий избыток слюны из полости рта. Камера закрылась, погрузив девушку в темноту. Капсула повернулась, подставив посадочной вторую камеру. Через пару минут, капсулу уже пристегивали к Бульдогу. А еще через пятнадцать, корабль вышел на орбиту, набрал скорость, и выстрелил капсулой, словно торпедой, по направлению к цели. Но девушки внутри, уже этого не чувствовали. Они уснули еще до первого движения крана-погрузчика. Очнулась Элеонор уже на пункте прибытия. Незнакомый лысый мужчина быстро расправлялся с ее ремнями, бормоча себе под нос, что-то невнятное. Лишившись поддержки, девушка рухнула на четвереньки. Голова гудела, как после длительной попойки. Желудок прилип к спине, но ее все равно мутило, как при переедании. Рядом рухнула Мальдини. Девушка выглядела ничуть не лучше и громко икала. Мужчина отстегнул багажный блок и прицепил его себе на спину. Затем помог подняться Элеонор. В процессе бесцеремонно лапая ее за груди. И восторженно присвистнул, когда его палец легко провалился в девичий сосок. Немедленно попробовал то же на блондинке и разочарованно вздохнул, когда у него не получилось. Придерживая тяжело шагающих девушек, он провел их по узкому мостику и небольшому коридору к узкой серой двери. — Осваивайтесь, дамочки, — пропыхтел он, открывая дверь в крохотную комнатушку, где места едва хватало на две койки и малюсенький шкаф. Пристроив контейнер к стене, мужчина напоследок, шлепнул обеих девушек по голому заду. При этом, Элеонор, отчетливо ощутила, как грубый палец, на мгновение, входит ей в попку. — Командир придет через час, — бросил он и вышел за дверь. — Так себе гостеприимство, — пробормотала Мальдини, поглаживая ушибленный сосок, в который так и не смог прорваться чужой палец. — Я видела и похуже, — фыркнула Элеонор. — Я, как-то очнулась от анабиоза, а во мне три мужика. — Неприятно, должно быть, — сочувственно поморщилась беловолосая. — Ты пожаловалась? — Да, но толку то? От того, что их накажут когда-то потом, — слукавила Паркер — она жаловалась только Еве, а та, очевидно, не могла никого наказать. — Понимаю, — погладила брюнетку по плечу Мальдини. Она вытащила из багажа свой комбез. — Мне нужно взять анализы у всех членов станции. Лучше начать сразу. Облачившись в розовую нанокожу, девушка вышла из комнатушки. Проводив ее взглядом, Элеонор умылась, немного накрасилась, втиснулась в белый комбез и прилегла на узкую стальную койку. Ей удалось задремать, когда ее разбудил громкий стук в дверь. — Войдите! — буркнула девушка, вскакивая на ноги. На пороге оказался высокий широкоплечий блондин. Даже рабочий мундир не мог скрыть огромных мускулов, из которых состояло его тело. Казалось, он вот-вот лопнет — так перекатывались увесистые шары его мышц, при каждом движении. — Коллега, — кивнул мужчина, заполняя собой большую часть пространства крохотной комнатушки. — Капитан Дик Борхез. — Элеонор Паркер, — рука брюнетки утонула в широкой лапище нового знакомого. Дик склонил голову набок, разглядев знаки отличия на плече девушки. — Вы готовы к работе, капитан? — мясистое лицо было совершенно невозмутимым, словно было неспособно на эмоции. — Да, только я не знаю, в чем она заключается, — покраснела Элеонор. — Комендант не успела мне объяснить. — Все просто. Мы следим за космосом, ведем наблюдение за передвижениями судов и сбиваем опасные для инфраструктуры метеориты. Пульт только один, и одному с ним сладить почти невозможно. Так что, я рад Вашему прибытию. — Я готова приступать, — серьезно кивнула брюнетка. — Станция стоит на мелкой планете. А она, в свою очередь, болтается на орбите огромной звезды. Сейчас приборы смотрят в огненный ад, мисс Паркер. — И что же нам делать? — растерялась девушка. — Ждать. Вращение и орбита выведут нас в рабочее положение через четыре часа. Нас ждет восьмичасовая смена. Так что, Вам стоит хорошенько отдохнуть. — А как же остальное время? Сектор без прикрытия? — нахмурилась девушка. — У этой звезды четыре спутника. На каждой по станции. Мы заступаем в свои часы. — Четыре станции? А не проще было бы двигать по орбите одну, так чтобы она всегда смотрела куда надо? — Это решаю не я, мисс. Я исполняю приказы. Отдохните. Как зазвенит звонок оповещения, — громила ткнул пальцем в маленький экран примитивного селектора у двери. — Выходите из каюты и идите вдоль алой ленты на стене. — Я поняла Дик, — кивнула Элеонор. Мужчина почесал щеку. Потоптался на месте, аккуратно разворачиваясь, и вышел вон, сильно пригнувшись в проходе. Элеонор вновь легла и уснула. Но разбудил ее не звонок, а вернувшаяся Мальдини. Девушка выглядела помятой и измотанной. На ее щеках влажно блестели белые полоски. Подбородок и губы шелушились от подсыхающей спермы. Весь комбинезон был в потеках. Она, сутулясь, стала посреди комнатки и сплюнула на пол большой сгусток семени. — Здесь должен быть душ, — вяло пробормотала она, осматривая стены покрасневшими глазами. Элеонор вскочила, сложила койки внутрь стен и повернула небольшой диск на потолке. Пластина ушла вглубь, открывая водяное сопло и два регулятора. Напор воды, неожиданно, оказался достаточно сильным, а вода горячей. Элеонор помогла девушке отмыть лицо и волосы, а потом и труднодоступные места комбеза. Нащупав в попке Мальдини небольшую затычку, она вытянула ее наружу. По бедрам сразу заструилась обильно вытекающая сперма. Девушки осмотрелись, но не нашли гигиенического куба. Тогда Элеонор вытащила гибкий шланг из потолка и осторожно вставила его в попку беловолосой. Переведя напор в шланг, она наблюдала, как из девичьей попки, толчками вырывается мутная вода. Она наполняла девушку водой, пока та не очистилась. Затем, подумав, Элеонор вставила шланг в себя. И сразу поморщилась — давление воды было больше, чем она привыкла. Промыв свой кишечник, она включила режим сушки. Забрызганную водой комнатушку обдало теплыми воздушными потоками. Вода быстро испарялась. Мальдини, не дожидаясь конца процесса, раскрыла койку и легла на спину. Скоро прозвенел звонок. Элеонор тихо вышла, стараясь не разбудить быстро уснувшего медика. Инструкция оказалась совершенно верной. Красная линия быстро привела ее в башенку управления. Осмотрев привычный контактный штырь, четыре ручных контроллера и темные сейчас экраны, девушка села в предназначенное ей креслице. Это было не то же самое, что сидеть в мехе. Там интерфейс лежала животом на платформе, здесь приходилось сидеть прямо, закинув широко разведенные ноги на подпорки. Штырь входил в нее спереди, а не снизу вверх, что тоже было непривычно. Привыкая к положению, она и не заметила, как сзади подошел Борхез. — Осваиваетесь? — прогудел он, расстегивая штаны. — Да, здесь не так, как в мехе или погрузчике, — кивнула брюнетка, выворачивая голову, чтобы взглянуть на мужчину. — Зато не требуется совпадения партнеров. Можно управлять в паре с кем угодно, кто вообще способен к такому управлению. Сильная рука качнула посадочную конструкцию, наклоняя Элеонор вперед. Попку девушки обожгло холодное касание заправочного пистолета. Партнер не скупился заливая смазку. — Я достаточно опытный интерфейс, — улыбнулась Элеонор. — Ничуть не сомневаюсь, — продолжил накачивать ее смазкой блондин. Влив почти литр, он убрал пистолет в держатель. — Я к тому, — начала Элеонор, чувствуя, как к ее сфинктеру прикасается что-то теплое — Что мне не нужно, столько смазки-и… — у нее перехватило дыхание. В попку ползло что-то невероятно толстое. Сфинктер болезненно напрягся, с трудом впуская в себя тучного гостя. Элеонор часто принимала в попку сразу двух любовников. В последнее время, она иногда принимала троих в эту дырочку. Но даже три обычных пениса не растягивали ее так, как это делал сейчас Дик. Девушка с трудом глотала воздух, не имея возможности ни говорить, ни даже охать. Словно пенис шел не по ее кишечнику, а сразу попал в горло. Длинный гость вошел только на половину, а ей уже казалось, что головка вот-вот вылезет у нее изо рта, а кишечник лопнет от избыточного растяжения. Смазка, выдавливаемая из тела девушки, хлюпая, шлепалась на пол. Еще через несколько сантиметров, Элеонор почувствовала, как смазка стала давить на внутренний сфинктер. Преодолела его и продолжила распределяться по кишкам внутри. Пенис остановился, только когда головка уперлась во второй барьер. Дик наполнил своим пенисом всю рабочую часть кишечника девушки. — Просто дыши, — тихо сказал он ей на ухо. Элеонор тяжело сглотнула. Покряхтывая, словно поднимая огромную гирю, она старалась сделать вдох. Давление на спину прекратилось. Платформа вернулась в вертикальное положение. От этого, на удивление, стало легче. Теперь пенис входил в девушку снизу вверх. Только сейчас Элеонор поняла, что дрожит всем телом, намертво вцепившись в поручни руками и платформу бедрами. Собравшись с силами, она глубоко вздохнула и попыталась расслабиться. — Капитан Элеонор Паркер, к несению службы приступила, — сдавленно пробормотала она. — Вот теперь я верю, что ты опытный интерфейс, — скривил губы в усмешке Дик. — Почему? — Все предыдущие партнерши начинали с истерики и пытались удрать. — Я их понимаю, — всхлипнула Элеонор. — Ты специально сделал такой хрен? — Нет. Природный феномен, — фыркнул Борхес. — Не забывай дышать. Скоро привыкнешь. — Сомневаюсь, — хмыкнула девушка, ощущая, как трещит ее сфинктер. Она чувствовала стенками кишечника каждый изгиб, каждую выступающую вену, каждую неровность кожи этого гиганта. Особенно хорошо ощущались складки крайней плоти, которая раскрылась не до конца, создавая дополнительное утолщение у основания головки. А Дик уже схватился за рычаг управления. Пододвинул к себе клавиатуру и ввел пароль. Экраны начали светиться. Три из них отобразили радарное поле в трех основных плоскостях. Четвертый выводил изображение с активной камеры. Край последнего экрана сильно засвечивал кусочек звездной сферы, от которой они еще не до конца отвернулись. — Включать отображение слишком рано не рекомендуется, — сообщил Дик, — Можно ослепнуть. — Прямо через экран? — с трудом выговорила девушка, каждый вдох давался с трудом. Сфинктер болезненно пульсировал, выдавая часто бьющееся сердце. — Мы не ослепнем. А камера может выгореть, — терпеливо пояснил мужчина. — И что мы должны делать? — Видишь точки на радарах? — Да, — болезненно выдохнула Элеонор. — Сейчас твой мозг обработает информацию и ты пометишь опасные цели. — Как? — боль не давала покоя, попка горела, словно в нее напихали тлеющих углей. — Этого я не знаю. Но все девчонки справляются с первого раза. Технологии, — многозначительно проговорил последнее слово Дик. Элеонор кивнула и прикрыла глаза. Сознание медленно рассредоточивалось, отдаваясь на волю компьютера оперирующего мощностью ее нейронов. Перед глазами начали мелькать вспышки траекторий различных объектов. — Вот! — хмыкнул Дик. — И ты справилась. Но дыши глубже, а то я, членом чувствую, как у тебя скрдце колотится. Он немного качнул тазом, заставив Элеонор вздрогнуть. Из ее глаз выкатилось несколько невольных слезинок. — А теперь… да, начнем с этого. Он попроще. Видишь? — перед глазами брюнетки засветился массивный медленно летящий осколок камня. — Я навожу большое орудие, ты помогаешь мне мелкими. Поняла? Нужно развалить его в мелкую крошку. Тогда он станет неопасным. Рычаги не несли в себе большого смысла, но они помогали разуму найти физическую опору для ментального действия. Дергая за них руками, Элеонор, сцепя зубы, кряхтя и шипя от боли, наводила мелкие орудия на рассчитанные ее мозгом точки на камне. Совместив все указатели, она расцветила их желтым для партнера. И сразу сморщилась, чувствуя, как пенис внутри немного вышел наружу, всего на сантиметр, но ощущалось это, словно внутри шевелится чья-то нога. — По моему сигналу даем дружный залп. Готова? Пенис резко вернулся на место. Элеонор вскрикнула, но дала нужный посыл контроллеру. Булыжник раскалился от попавшего в него потока плазмы и взорвался мелкой раскаленной пылью. Затем они повторили то же самое на двух других целях. А потом еще на двух. Пока они разбирались с одним объектом, в поле радаров попадало несколько новых, некоторые из которых следовало уничтожить. — Да, так гораздо быстрее, чем вручную. Всего час и мы с тобой развалили уже десяток метеоров. Один я справлялся только с двумя-тремя. — Только час? — обреченно всхлипнула Элеонор. Ее кишечник продолжал болеть и, для девушки, прошла целая вечность, пока в реальности протекло лишь шестьдесят минут. — Час и две минуты, — ободряюще похлопал ее по бедру Дик. — Старайся не думать о времени, и смена пролетит незаметно. — Я постараюсь, — просипела девушка. — Ты отличный интерфейс, Элеонор. — Спасибо, Дик. — Сначала я думал, что ты подставная. А теперь понимаю, что ошибся. — Подставная? — даже боль отступила на мгновение, когда до нее дошел смысл этого слова. — Иногда приезжают инспекторы. Эти дурочки думают, что представившись интерфейсом, они скроют личность и смогут все разузнать. Но на этом пульте из них быстро лезет вся подноготная. — И кто бы мог подумать, мистер Борхез?! — всхлипнула Паркер. — Верно, — хохотнул Дик не заметив сарказма. — Зови меня Дик. Всегда считал, что анал — прекрасный повод подружиться. Элеонор хохотнула и сразу пожалела об этом. За остальные семь часов они разрушили около сотни объектов. К концу смены Элеонор действительно попривыкла. Зад больше не рвало на части. Оставалась только болезненная пульсация, но и та медленно проходила. Они даже мило болтали на отвлеченные темы. Дик рассказывал байки из учебной части. Элеонор развлекала парня рассказами о боестолкновениях в космосе, о которых читала отчеты. — Как ты относишься к нарушению дисциплины, Эл? — игриво погладил ее по ягодице мужчина. — С пониманием, если это не мешает работе, — вздохнула девушка. Дик осторожно раскачивался, медленно двигаясь внутри ее попки — Мы с ребятами оборудовали небольшую комнату для отдыха. Там игровой автомат. Современный. Хочешь побыть интерфейсом и там? Куча игр на двоих, в которые не поиграть без толковой девчонки! Хочешь? — А мы успеем отдохнуть, перед следующей сменой? — для вида поинтересовалась брюнетка. Она очень хотела поиграть, и было не важно, что она не поспит или поспит мало. — Цикл станции тридцать два часа. У нас сутки на отдых. — Тогда я готова. — Сейчас свернемся, и через час жду тебя в зале. Лилия знает где это. — Лилия? — Капрал Мальдини. Она брала там анализы у парней и тоже согласилась поучаствовать. Камеру стало засвечивать с другой стороны. — Секунду! — пробормотал Дик, отключая электронику. Элеонор с облегчением вздохнула, когда большая часть пениса вышла из нее. — Не возражаешь, если я… восемь часов, все-таки… — Конечно, — кивнула брюнетка. В ней осталась только головка. Элеонор почувствовала, как мужчина сжал свой ствол в кулак и начал дергать вдоль. Всего несколько резких движений и внутрь девушки ударила струя спермы. Она была такой сильной и продолжительной, что Элеонор опять стало трудно дышать. В нее словно мочились из брандспойта. Только лилась не моча и не вода, а жидкий белок. Когда струя прекратилась, Дик удовлетворенно крякнул, еще немного подвигался внутри девушки и резко вытащил член. Попка Элеонор влажно чмокнула, словно целуя член на последок. Девушка поспешила стать на ноги, чтобы не запачкать пол. По бедрам сразу потекла сперма. Ноги затекли и плохо слушались. Дик любезно помог ей доковылять до каюты и, напомнив про время, убежал по коридору. Мальдини обедала. — Привет! — махнула она рукой, указывая на тарелку с нехитрой снедью. — Я взяла и тебе тоже. — Кажется меня тоже надо промыть, — вздохнула Паркер, понимая, что готова сейчас съесть что угодно. В назначенный час девушки постучали в дверь. — Знакомьтесь, парни… — начал вещать Дик и замер на полуслове. Если Лилия, можно сказать, была просто обнажена, то Элеонор выделялась на ее фоне. Соски Мальдини блестели вставленным пирсингом. В сосках Элеонор сверкали алыми камнями анальные пробки. От клитора к попке тянулась цепочка, к которой крепилась пробка, вставленная в попку. — Я решила, что раз мы будем веселиться, то одежда мне не понадобится, — игриво улыбнулась брюнетка. Пройдя мимо обалдевших парней в количестве шести душ, она уверенно направилась к игровому автомату и, насадившись на контактный штырь, заняла свое место. Пока к мужчинам возвращался дар речи, она стянула полные груди контактной сеткой. То же самое делала рядом беловолосая медик. — Во что будем играть? — приподняла она бровь. — Кто первый? — Я такое только в порнухе видел, — держась за сердце, прокомментировал бородатый седеющий брюнет. И, как не странно, они действительно играли в игры. От простых гонок, где глубина погружения члена отвечала за педаль газа. До сложных РПГ, где девушке доставалась ответственная роль — следить за уровнем здоровья персонажа и пополнять его, подаваясь назад и насаживаясь на член самой, а количество маны пополнять, сжимая влагалище. — Дьявол побери тупорылого разработчика! — ворчал один из парней, в очередной раз, уступая сложному боссу. Груди Элеонор были истерзаны его бесплотными попытками укорачиваться от смертельных атак. — И как этот дебил додумался сделать ему ваншотящие атаки? Паркер в такие моменты только молча прикладывалась к пиву. К дешевой имитации настоящего пива. Но другого тут не было. Впрочем, она радовалась и такому. Совсем не часто, ей доставалось угощение. На родной базе, во время таких мероприятий, парни относились к ней, как к предмету мебели. Пользуясь ее телом в свое удовольствие, они не заботились о ее удобстве или развлечении. Здесь ей вовремя подливали пиво и подносили снэки. Даже интересовались, во что она сама хочет поиграть — что было вообще неслыханно. Игру она могла раньше выбирать только в гостях у Евы. Через пару часов, уставшая от попойки Мальдини удалилась в свою комнату. Элеонор осталась. Ей было весело. Она хотела убить того босса и азартно участвовала в обсуждении тактики боя. — Не против, если к нам присоединятся парни из охраны? — в какой-то момент спросили у нее. Элеонор только кивнула, ей было не до того, босс был почти повержен. Дальнейшее она помнила довольно смутно. Выпитое пиво все больше влияло на сознание. Когда она больше не смогла играть, ей предложили отправиться спать, но девушка отказалась. Тогда ее просто начали трахать. Деловито, по строгой очереди, мужчины продолжали подходить к игровому автомату. Их не смущала обильно текущая по бедрам сперма, булькающая растянутая попка не могла удержать в себе избыток мужского внимания. Дик так и не поучаствовал в играх. Мальдини сразу оговорила, что не будет с ним играть. Но он не прикоснулся и к Элеонор. Засыпая прямо на автомате, Элеонор чувствовала, как в нее кончает очередной любовник.