Василиса

Если бы из четырех времен года можно было бы официально выбрать время для грусти, то Василиса не задумываясь назвала бы осень. Если сентябрь веял уютом и нотками тоски, то от октября просто хотелось выть, глядя в окно. Пешеходы пробегали, вцепившись в уносимые ветром зонты, кошки, прижавшись друг к другу, грелись на канализационном люке, голые стволы деревьев покачивались, принимая на себя первые хлопья снега. Если описать одним словом - мерзко. Если двумя - очень мерзко. Вот уже несколько месяцев Вася жила одна. Бабушка умерла в мае, пока Василиса сдавала экзамен по биологии. Когда Вася вернулась домой из школы, в квартире было много незнакомых людей, врачи, соседи. Как ей потом объяснили, соседка зашла попросить соль и обнаружила Зинаиду Петровну уже без сознания. Скорая не успела ее спасти. Дальше несколько недель прошли для Василисы как в тумане. Она даже не запомнила похороны, просто все куда-то шли, потом бросали землю на гроб, потом говорили уже никому не нужные слова. Старший брат Миша настоял, чтобы Вася переехала к нему. Она сначала не в силах была спорить, но потом, когда немного пришла в себя, почувствовала себя лишней. Миша постоянно находился в тщетных попытках построить личную жизнь, параллельно пытался построить музыкальную карьеру, что делал медленно, натужно и, если откровенно признать, не очень талантливо. Весной Василиса закончила 9 классов. Изначально у нее были далеко идущие планы - закончить еще и одиннадцатый класс, поступить в престижный университет на отделение психологии, возможно даже разыскать мать и поговорить с ней уже по-взрослому. Не как раньше убегать при ее появлении, а попытаться если не простить, то хотя бы понять. Но смерть бабушки сломала Васю. Она забрала аттестат об окончании 9 классов под недоумевающий взгляд директора. От лучшей ученицы такого поступка никто не ожидал. Забросила музыкальную школу, танцы, перестала отвечать друзьям на звонки. Миша привозил деньги и продукты, иногда заходила Марина, бывшая девушка брата, прибиралась и что-то готовила. Вася отвечала им дежурными фразами и закрывалась в бабушкиной комнате. Лишь один раз она решилась набрать номер мамы, но телефон был не доступен. Тихий стук в дверь прервал размышления девочки о грустной осени. Она подумала, что зашла соседка или кто-то из бывших подружек и решила не обращать внимания. Стук повторился. Когда Вася наконец открыла дверь, на площадке никого не было, лишь на лестничном проеме мелькнула тень и через какое-то мгновение хлопнула подъездная дверь. Вася безразлично пожала плечами - мало ли хулиганов - и хотела закрыть дверь, когда заметила на коврике объёмный конверт. Еще не взяв его в руки, она ощутила, что это не просто письмо и прочитав его пути назад уже не будет. На месте, где должна быть марка, косым словно неуверенным подчерком было подписано "Василисе". Вася вернулась на свое место для грусти на широком подоконнике и вскрыла конверт. Там было несколько листов. На нескольких был знакомый подчерк мамы, а один лист был исписан тем же подчерком что и слово "Василисе " на конверте. Девочка начала читать с него. "Здравствуй, Вася. Мы с тобой не знакомы и даже никогда не виделись и мне жаль, что наше знакомство начинается именно так. Меня зовут Максим. Наверное, это трусость писать тебе. Нужно было поговорить лично, но я не смогу это произнести. Твоей мамы больше нет, она умерла от рака несколько месяцев назад. Я пытался сообщить это твоей бабушке, но связь прервалась и с тех пор ваш телефон не доступен. Недавно я узнал, что твоя бабушка умерла . Прими мои соболезнования. Я знаю как тяжело терять близкого человека. Без Кати мне незачем жить дальше. В конверте ты найдешь мой номер телефона, но не думаю, что дозвонишься. Наверное, и не захочешь. На обратной стороне реквизиты банка, номер счета на твое имя и пароль от него. Эти деньги твои, мне они уже не понадобятся. Всегда знай, что Катя очень тебя любила. Я сохранил все письма, что она писала тебе перед смертью. Думаю, ты захочешь прочесть. Будь счастлива." Вася прочитала письмо несколько раз и далеко не сразу осознала написанное. Мама умерла. Боль с оглушительным ударом ворвалась в сердце так, что дышать было невозможно. Слезы хлынули соленым потоком. От разрывающей сердце боли Вася закричала. Она так долго плакала, что потеряла счет времени. Когда слезы закончились и из груди вырывались только глухие всхлипы, Вася наконец смогла взять в руки письма от матери. Но читать их Вася не смогла - слишком тяжело было на душе. Она вновь перечитала письмо от незнакомого ей Максима. Взгляд упал на цифры номера телефона. Вася ощутила острое желание ему позвонить, поговорить о маме, узнать как прошли последние месяцы ее жизни. Немного поколебавшись Вася все таки набрала номер. -Здравствуйте. Это Василиса .- выпалила она, услышав , что после долгих гудков ей ответили. -Я понял. - хрипло сказал собеседник. -Мы можем поговорить? -Говори. -Не по телефону. Мы можем встретиться? -Приезжай, если не боишься. -Почему я должна вас бояться? -Увидишь. - сказал собеседник и отключился. Вася долгое время сидела в недоумении, потом все же быстро привела себя в порядок и набрала номер вызова такси. Но еще не дождавшись ответа сбросила. Адрес-то она не спросила у Максима. Пришлось звонить ему еще раз. Наконец Вася села в такси и пыталась себе представить как выглядит этот Максим, которого она почему-то должна бояться. Но воображение ее почему-то подводило и образ Максима в сознании не возникал. Путешествие по московским пробкам длилось очень долго. -Пятница же!- как бы извиняясь сказал таксист. Вася недоуменно пожала плечами. Она уже несколько месяцев не следила за днями недели. И если бы не большой удобный подоконник, на котором она столько времени предается грустным мыслям, то Вася могла бы и не заметить наступление осени. Спустя примерно час девочка обнаружила себя в неуютном дворе из блочных многоэтажек. Она посчитала, что нужная ей квартира находится на седьмом этаже и решила подняться пешком. Зверски скрипящий лифт наводил панику, да и подсознательно Вася оттягивала момент встречи с Максимом и в то же время очень хотела, чтобы он наступил. Дверь нужной квартиры была приоткрыта. На лестничную площадку оттуда тянуло сигаретным дымом. Все же Вася постучала, чтобы известить о своем приезде. На стук никто не ответил. Озираясь и стараясь не вдыхать глубоко, она вошла. Свет не горел, квартира была погружена в густые сумерки. В комнате прямо на полу сидел неестественно сгорбленный человек. В ее сторону он даже не посмотрел. По тому как подрагивали его плечи, Вася предположила что он плачет. -Здравствуйте. Я пришла. - сказала девочка, на секунду усомнившись что зашла в нужную квартиру. -Проходи. Сейчас я свет включу. Щелкнул включатель небольшого напольного торшера с комнату залил тусклый свет. Василиса, так и стоявшая в двери комнаты, смогла разглядеть мужчину с густой щетиной на лице и пистолетом в руках. Увидев пистолет она испуганно вскликнула. Максим наконец поднял на нее глаза. -Как же ты похожа на Катю. - сказал он, предпринимая тщетные попытки подняться. - Ты прости меня, никогда столько не пил. -Можно окно открыть? - наконец сдалась Вася, у которой от сигаретного дыма уже резало глаза. -Делай что хочешь. - махнул рукой Максим, пытаясь дотянуться до бутылки. Вася распахнула окна в комнате, не поленилась дойти до кухни и открыть окно там. В квартиру проник холодный осенний воздух. Девочка на каждом шагу натыкалась на пустые бутылки, импровизированные пепельницы из тех же бутылок, остатки какой-то еды и не понимала что она здесь делает. Говорить о маме с невменяемым человеком было бесполезно, да и не хотелось. От сквозняка громко захлопнулась входная дверь. Вася вздрогнула и наконец не выдержала. -Может мы все-таки поговорим? - довольно строго обратилась она кмужчине. Несмотря на глубокую душу, она была девочкой эгоистичной, и сейчас ей было противно, мерзко и обидно от этой ситуации, но при этом жалко этого Максима. -Что ты хочешь у меня спросить? – он все еще сидел на полу, но видимо от холодного воздуха его взгляд стал более осмысленным. -Пока вы в таком состоянии - ничего. - Вася уже хотела демонстративно выйти, но все же жалость перевесила. -Максим.- как можно мягче обратилась она к мужчине. - Давайте сделаем так. Вы сейчас идете в душ, приводите себя в порядок, а я пока тут немного приберусь и приготовлю вам поесть. Внизу есть магазин, я схожу куплю что-нибудь. В эту минуту Максим словно видел перед собой Катю. В Васе так же сочетались и жесткость, и сострадание, и забота, и желание помочь, и умение командовать. Повинуясь Васе Максим пошатываясь побрел в ванную, беззаботно оставив пистолет на полу. Вася, до этого момента не видевшая оружия, кончиками пальцев переложила его на тумбочку, и принялась за уборку. Чтобы выкинуть весь мусор пришлось больше десяти раз спуститься к мусоропроводу, но Вася была рада такой активности, в голову не лезли печальные мысли. Затем она быстро сбегала в супермаркет, удачно расположенный на первом этаже дома, купила быстро разогреваемой еды, чай, кофе, средство для мыться посуды. Из ванной еще слышался шум воды, а у нее все уже было готово. Вася накрыла на стол, заварила мужчине крепкий кофе, закрыла окна, потому что от холода уже начало потряхивать. Максим появился на кухне спустя несколько минут и на его мрачном лице застыло удивление. Вася удовлетворенно заметила что он побрился и уже не был похож на пещерного человека. -Садитесь, давайте поужинаем. - предложила Вася. Но тут же себя притормозила. - Ничего, что я тут у вас так распоряжаюсь? Это же ваш дом? -Когда-то был мой. Не был здесь лет пять. - Максим не проявил большого интереса к еде, но с удовольствием выпил кофе и поднялся, чтобы налить вторую чашку. Вася краем глаза следила за его действиями. Она не могла окончательно определиться со своим отношением к этому человеку: с одной стороны он пугал, отталкивал, а с другой хотелось его пожалеть. -Ну что ты на меня так смотришь? Не съем я тебя. - Максим даже нашел в себе силы слегка улыбнуться. За последние месяцы мышцы лица совсем разучились двигаться, он почти не разговаривал с людьми. - А ты вовремя пришла, я ведь почти решился. -На что? - напряглась Вася. Максим жестом показал, что почти пустил себе пулю в лоб. -Никогда не думал, что это так сложно. Как только я узнал про катину болезнь сразу понял, что после ее смерти мне жить не за чем. Но я не могу. Не могу. - мужчина закрыл лицо руками не в силах больше ничего произнести. -Но зачем? Жизнь же продолжается. - неуверенно пролепетала Вася. Она осознавала всю глупость любых утешений. Ей, пятнадцатилетней маленькой девочке, явно помочь нечем этому взрослому убитому горем мужчине. - У вас есть дети? - этим вопросом Вася неосознанно наступила на еще одну больную мозоль. Ответа дожидаться не стала, предусмотрительно прошептала - Извините. -Я очень хотел детей, и Катя тоже, особенно когда она потеряла возможность видеться с тобой и твоим братом. Но видимо суждено нам было понести наказание за все грехи, за все украденные деньги. -Вы работали с ней? - догадалась Вася. -Не совсем. Но пять лет назад мы бежали из страны вместе. А около года назад узнали, что у Кати онкология. Мотались по свету, искали лучших врачей чтобы спасти ее. Прогнозировали полгода, а она прожила почти год. Мы успели пожениться, много путешествовали. Но в один день все рухнуло, таблетки уже не сдерживали опухоль. Катя впала в кому и больше уже из нее не вышла. -Максим говорил сдержанно, даже немного отстраненно, но Вася видела, как внутри него все горит от боли. -Где мама похоронена? - наконец смогла произнести Вася. -Я покажу тебе. Это в Москве, она не знала весь масштаб своей болезни, я старался ее уберечь даже от подобных мыслей, но она все равно чувствовала, что исход очевиден, и как-то сказала мне, что хочет умереть в Москве. Я перевел все в шутку, сказал, что она проживет еще сто лет и рано об этом думать. Но, увы, об этом думать было поздно. Она умерла в клинике в Турции. Я смог привезти и похоронить ее в России. - Максим закурил, делая глубокие затяжки. Сизый дым скрывал его лицо от Васи, но она догадывалась, что он с трудом сдерживает слезы и уже тихо рыдала сама. -Давайте сейчас поедем туда. -Куда? -К маме на могилу. - Вася произносила эти слова и не понимала почему именно она их произносит. Она чувствовала, что играет какую-то неудачную роль в плохом спектакле, что произносит заученный текст. Ну не может у ее мамы быть могилы! Ее мама, такая молодая и красивая, жива! Но мужчина, сидящий напротив говорил об обратном. Если бы посторонний человек наблюдал данную сцену со стороны, то у него наверняка появилось бы желание вызвать полицию, потому что взрослый мужчина в темноте ведущий девочку-подростка на кладбище у простых обывателей явно ассоциировался бы с маньяком-насильником. Но промозглым осенним октябрьским поздним вечером на улице даже в пределах садового кольца стало пустынно и малолюдно. Изредка, разгоняя лужи, проносились машины. На кладбище было пугающе тихо. Вася шла и не отдавала себе отчет в своих действиях. Максим молчал. Он находился здесь сейчас ради Васи, после похорон он так и не набрался смелости прийти сюда. Видимо, не мог окончательно признать самую большую потерю в своей жизни. Сверху истошно прокричала ворона, и Вася, вздрогнув, схватила мужчину за руку. Но тут же отпустила. -Извините. - прошептала она. -Вроде не за что. - сказал Максим и взял ее маленькую ладошку своей большой рукой. - Зря я согласился. Надо было утра дождаться. Хотя мы пришли уже. На скромную резную ограду падал тусклый свет фонаря, расположенного неподалеку. Темным силуэтом возвышался памятник. Максим застыл как каменное изваяние, судорожно вцепившись в ограду. Вася зажгла фонарик на мобильном и подошла ближе к могиле. На памятнике она смогла прочитать лишь годы жизни и рассмотреть мамино изображение . -Я хотел еще гравировку сделать, но не смог подобрать слов. - проговорил Максим, подойдя ближе. - Пойдем. Не могу больше. Тебе нужно поговорить с братом и показать ему могилу матери, думаю он не в курсе. У ворот кладбища Максим поймал Васе такси. -Мы еще увидимся? - с надеждой спросила она, усаживаясь в машину. Максим молча пожал плечами и отвернулся. Из отъезжающей машины Вася видела, что он вернулся обратно на кладбище.