Глава 3. Часть 2: Новогоднее перемирие

      Тысячи пулеметов все еще звучат в ночи, минометы жгут до тла и уродуют поля. Гибель находя на фронте, тонут вновь бойцы в грязи. Весь привычный мир исчез, и померк победы блеск. Сколько позади страданий, смертей в том походе. Сейчас 31 декабря. За все это время мы прошли лишь 6 миль, потеряв 500 тысяч человек. Наступать до последнего - генерал отдал приказ. Зачем мы проходим мили в никуда?       В окопах довольно холодно, хоть и повсюду стоят свечи и костры. Все готовятся отмечать новый год, и многие желают, чтобы хотя бы на какой-то небольшой промежуток времени война остановилась. Наши части довольно сильно потрепало за эти 3,5 месяца. Состав нашего полка обновлялся уже раза 2, не меньше. Новобранцы не успевают сходить с марша, как их сразу же отправляют в бой.       Параллельно с этим наши войска начали контратаку под Осовцом. Нас попытались обойти с востока, но солдаты Нихонконы увязли в болотах Нового-Винтерхоума. Так же Нихонкона попыталась сделать высадку в Петропавловске, но гарнизон устоял, а позже подошел флот, из-за чего их высадка с треском провалилась. Так же Нихонкона и экспедиционный корпус Вольфрама пытаются перерубить фронт надвое на границе Царского Креста и Пчелиной Империи, но там довольно большая концентрация как наших войск, так и пчелиных, из-за чего там началась позиционная бойня, как тут, под Верданом. Ещё на арену вступил Нью-Вегас, но он ограничился только ленд-лизом для нашего альянса, а так же добровольческими дивизиями.       Сегодня на удивление тихо. Месяцами в битвах на грани сил, мы свыклись с беспощадностью, но тут все пушки затихли. Лишь снег падает. Офицеры крикнули, что на ничейной земле замечены вражеские бойцы, и все прильнули к винтовкам. Я стал осматривать поле через свой прицел, и увидел двоих солдат, несущие что-то вроде новогодней ели. —Стоп! Не стрелять! Я повесил винтовку на плечо, и побежал в блиндаж, чтобы взять нашу ель, и выйти к ним. После этого, я стал выбираться из окопа, но меня стали отговаривать —ты что?! А если это ловушка? Они же тебя сейчас, как самую легкую мишень пристрелят! —идите со мной, ведите меня, или убирайтесь с моего пути! После этих слов я полностью вылез из окопа и пошел навстречу тем двум солдатам. Они походу меня заметили, и стали кричать, что они безоружны, и хотят передать нам какое-то послание. По мере сближения мы все больше убеждались, что никакой опасности нет. И вот, наконец, мы встретились лицом к лицу. Один из них протянул руку —мы здесь друзья Я пожал ему руку, после чего второй махнул. После этого, вдали стали подниматься люди, держащие руки вверх, тем самым показывая, что они не собираются воевать. Увидев это, я махнул своим. Они, увидев, что меня никто не убил, и что вдали стали подниматься люди без оружия, тоже начали выходить из окопов. Наши войска встретились, после чего вся ничейная земля на нашем участке залилась разговорами, песнями, хохотом и, местами, поминками павших.       Сегодня мы братья, друзья в тот день. Мир на один миг в бесконечной войне. Сегодня мы братья, и друг с другом пьем, встречая новый год, и снег искрится кругом. Новогодние песни повсюду здесь слышны, оставив винтовки в сугробах.       Мы собрали один большой стол в центре ничейной земли, и принесли туда все, чем можно было отметить новый год. Кто-то играл во всякие игры,например футбол. Многие обменивались тем, что у них есть. Даже я обменялся с офицером Нихонконы. Он подарил мне свой штык-нож с его инициалами, а я отдал ему дневник Андреа Шишры и бутылку нашего вина. —верни дневник этого бедолаги его семье. Ближе к ночи все стали собираться у общего стола, рядом с которым умельцы смастерили большую елку из того, что попалось под руку. Так же повсюду стояли снеговики, причем иногда довольно больших размеров. Наших снеговиков можно было с гюлегкостью отличить от снеговиков Нихонконы: наши состояли из трех шаров, в то время как их снеговики всего из двух. Мы все встали у ели и стола. Всем по очереди надо было что-то сказать в новый год. Кто-то говорил тосты, кто-то поминал мертвых. Настала моя очередь. Я забрался чуть повыше, чтобы меня все могли услышать, и начал говорить: —Помню, как дикой грустью был сломлен, я едва не рыдал. Мы, солдаты, не все вернулись обратно. И для чего же легли в землю наши друзья? Но сегодня мы братья и друзья в этот день, у нас появился мир на один миг в бесконечной войне. Повсюду здесь слышны новогодние песни, все мы бросили свои винтовки, чтобы собраться здесь. И новый год на фронте с друзьями справим мы, позабыв, что скоро в битву опять идти должны! А пред боем в новом году вновь друзей помянем мы, что не с нами, жизни чьи в битвах были прерваны!       Многие стали аплодировать, но некоторые посчитали неуместными слова о том, чтокоро придется идти в бой. После полуночи, в новом году, почти все пошли праздновать этот самый новый год. Я же пошел в окопы, дабы наконец-то нормально поспать. По крайней мере, настолько нормально, насколько это было возможным в данных условиях