Предложение братца. Акт 1.

Акт 1. Предложение братца. Ослепительным летним утром в заливе острова Эль- Эванго появился некий корабль, желающий зайти в порт. После очередного шторма море было спокойным, поэтому войти в бухту не составляло бы труда опытному лоцману. И сейчас, приближаясь к конечной точке своего путешествия, корабль спустил один парус, чтоб ослабить силу ветра и уменьшить ход судна. Понадобилось бы великое мастерство лоцмана и рулевого, чтобы проложить курс в небольшой залив, так как отвесные скалы, вздымаясь ввысь с двух сторон, и встречные рифы не позволяли пройти безнаказанно тому, кто не применил бы лота для вычисления глубин. Судно двигалось очень медленно, проходя препятствия с довольно хорошей выдержкой и терпением. Видимо, команда в этом порту была впервые и не знала этих мест. Рядом с капитаном на палубе стоял молодой мужчина, чья внешность вызывала любопытные взгляды. Даже моряки глазели на незнакомца, который подружился за время плавания с их начальником. Впрочем, внешность гостя вполне оправдывала такое внимание - она невольно приковывала к себе взоры. Высокий, стройный и сильный, он был одет почти элегантно, но несколько мрачно, - в чёрные литые кожаные доспехи и такой же чёрный с серебром костюм. Локоны смоляных волос были стянуты шнурком и достигали плечей. Спокойная греческая красота на лице мужчины была заметна в моменты затишья, когда он не хмурил брови. Внешне он был спокоен, а редкие вспышки гнева проходили быстро, так как силою воли он подавлял их, удерживая в себе их влияние на окружающих. И лишь чрезвычайно особые условия могли бы возбудить в нём непоколебимость и сопротивление, сумбурно проявляя в характере весь арсенал негативных качеств. Обращали на себя внимание твёрдый, гладко выбритый подбородок, тонкий прямой нос, но самым примечательным были его блестящие глаза. Мечтательные, синевато- чёрные, они казались вполне обыкновенными, когда он смотрел в сторону. Когда же взгляд был направлен прямо на вас, веки его наполовину опускались, словно у статуи, и всё лицо становилось безмятежно спокойным, как маска. И лишь иногда на губах появлялась едва заметная надменная ухмылка, выдавающая в нём отважного, но жёсткого человека. На груди незнакомца поблёскивали стальные пластины, изображающие взлетающую птицу. Мужчина рассматривал городок. Кривые улочки и каменные дома с балконами, усеянными заросшим плющом и яркими цветами, тянулись вдаль, выставляя под палящее золотом солнца свои красные черепичные крыши. Казалось, остров даже издалека излучал энергию, выплёскивая великолепие своих строений и садов в пространство серых будней, так что обычные путники теряли дар речи при увиденном. Издали можно было увидеть шпили церкви и астрономические башни школы. Школа магии в этом регионе была расположена на отдельном острове и занимала его практически полностью, растянувшись на многочисленные школьные помещения, магические лавочки, таверны и даже рынок. Всё это способствовало расширению знаний в колдовстве юных студентов, прибывших с разных уголков страны, чтобы научиться тому или иному вопросу в магии. Как подозревал наш мореплаватель в школу попадали юноши даже без магического дара. Условием поступления было лишь наличие их кровного родства с магической семьёй. Вздохнув очередной раз, мужчине припомнился случай с братом, который ранее учился на медицинском факультете в другом учреждении на материке. Его халатное отношение к учёбе дали свои незамедлительные плоды, и тот, взяв академ по якобы нуждам здоровья, тайно отбыл учиться в школу магии и волшебства. Понимая, что являясь сейчас старшим и единственным родственником мужского поколения в их семье, он должен приложить усилия в становлении дальнейшей судьбы брата. Посматривая на масштабные территории острова, представшие перед глазами темноволосого мужчины, он глубоко и протяжно вздохнул, размышляя о предстоящем разговоре. И куда ещё избавляться магическим семьям от сыновей, не имеющих ни стремлений, ни таланта, ни знаний? Уж конечно не содержать родителям до конца их жизни. А с дипломом эти балбесы могут стать целителями, травниками, зельеварами, а в худшем случае колдуном в каком- нибудь тёпленьком забытом местечке. Корабль уже подплывал к причалу и вот-вот должен был спустить трап. Поездка почти закончилась, но это одновременно вызывало и печаль. Пока он был в пути, ему казалось, что убедить Ромула будет просто. Однако, сейчас, когда наш герой был совсем близко от своей цели, его посещали сомнения, что это будет так легко. В руке он сжимал серебряную монету, по которой уже передал сообщение для встречающего его братца. Ответ не заставил себя ждать и вскоре на монете высветились буквы с названием таверны, где они и должны были встретиться. Откинув с лица прядь волос, закрывающие глаза, молодой человек слегка улыбнулся и, забрав свой немногочисленный багаж в виде дорожного мешка и оружия, спустился по трапу на берег. На улице он почувствовал, как дурное настроение улетучивается от обступившей его необыкновенной красоты. Светило чудесное солнце. Запах моря и цветущих деревьев наполнял воздух. Равнодушное пренебрежение к неистово палящему солнцу, проявляемое незнакомцем в чёрном одеянии, указывало на железное здоровье, а взгляд его был столь высокомерен, что любопытные невольно опускали перед ним глаза. В толчее многолюдной улочки он выделялся высоким ростом и внешностью южанина. Тёмный костюм с кожаными доспехами аккуратно сидел на нём, заметно подчёркивая его широкие плечи и крепкое телосложение. На спине у него висел небольшой походный мешок, который явно не был ему тяжёл. Хоть мужчина заботился о своём наряде, ткань была потрёпана в нескольких местах, а на доспехах остались зарубки от мечей. Это выдавало в нём бойца- наёмника. Об этом же говорил и тяжёлый стальной меч, висящий на его боку, и ударяющийся каждый раз о колено при новом шаге. Лёгкой походкой тот поспешил по улочке, не обращая внимания на оживлённую торговлю, бурлящую вокруг него. Не зная карты города, так как в этом месте он был впервые, мужчина искал глазами нужную таверну. В этом городке рынок был огромен, так как весь городской центр и состоял в основном из лавочек и магазинов, а бо́льшая часть торговли отдавалась под невольничий рынок. Какого товара тут только не было: от редчайших магических диковинок до рабов любой расы. Никого бы не смутила картина продажи земноящеров, как вьючных животных, или эльфов в качестве рабов, ибо такое здесь было повседневным делом. Даже драконы не были запрещены и имелись в торговле, как редкие магические существа, необходимые для ритуалов или зелий. В магазинах, лавочках и прям на улице на небольших лотках продавали, как магические предметы и готовые зелья, так и отдельные ингредиенты для них. Решив убить двух мантикор одним выстрелом, он подумал не только встретиться с братом в таверне, но и обосноваться на их постоялом дворе, найдя себе ночлег и какую- нибудь сносную еду. Наконец незнакомец остановился перед нужной вывеской - "Мрачный жнец". Усмехнувшись столь дивному названию для таверны, решил зайти туда, но не успев сделать и шага, как на него повесилась довольно хорошенькая дева и крепко его обняла, хохоча и дёргая за доспехи: - Анрелл, что за маскарад, дорогой,- пролепетала она, выглаживая ему всё, к чему только могла прикоснуться, явно заигрывая с ним,- ты мне не позвонил, бука! Потом блондинка, надув свои хорошенькие губки, состроила обиженную мордочку и показала на небольшой стеклянный шар в своей руке. Прикоснувшись к круглой панели вдруг осветившегося шара, она его включила и стала листать пальцем различные картинки, всматриваясь в хрустальное видение внутри него: - Ну вот, я же говорила, - а в это время шаловливые руки блондинки уже бродили под броней, намереваясь спуститься от пояса ниже к брюкам,- ты меня забыл? Так я напомню тебе... Перехватив вёрткие ручки девушки, мужчина слегка отстранил даму, думая, что брат получит сполна и за этот фокус тоже: - Родная, обязательно свидимся, - кивнул он, высвобождаясь из объятий настойчивой гурии, - в следующий раз. Спешу. И оставив даму в унынии, он всё же вошёл в таверну. Скрипнув старыми дверями, которые висели на заржавелых петлях, молодой мужчина вошёл в затхлое тёмное помещение. В просторном зале было полно тумана от курева дурманных трав, а свет падал только косыми лучами из прикрытых ставнями окон. Однако, народу было тут предостаточно. За ближайшим столиком сидела компания орков и что-то увлеченно обсуждала, попивая пряный эль, который здешний люд готовил очень хорошо в этой местности. За тремя следующими столами также не было места. Различного рода расы заполняла эту часть харчевни. Карга с клюкой доказывала человекоподобному змею про какие-то зелья, пытаясь продать ему снадобья. Тролли в дальней стороне комнаты пили и во всю глотку гоготали на своём языке, похрюкивая при каждом взрыве смеха над шутками вожака. Зверолюд с волчьей мордой скалил клыки, усмехаясь молодой официантке в красном чепчике, обслуживающего его. Увидев нового клиента, молодая девица кивнула ему по- приятельски и сообщила: - Давно тебя не было тут видно, Анрелл, что закажешь? Перестав даже удивляться, что его здесь путают с младшим братом, мужчина ничего не сказал против. Усмехнувшись и ей также мило, на сколько он был способен, он подмигнул: - Бутылку эля, мяса и комнату на ночь. Сразу же за этим, почти немедленно последовала звонкая пощёчина. Не успев отстраниться, мужчина понял на сколько хорошо Ромул, впрочем, которого тут называли Анрелл, отличился на поприще любви. Только прибыв на остров, незнакомец уже получил незабываемые первые впечатления от близкого знакомства с дамами этого городка: - Ты со мной заигрываешь? Это намёк? - последовало за этим от девицы. - Нет. Мне нужна комната на ночь. Оглядываясь и выставив руки в бока, она очень самоуверенно заявила: - Снова новая влюблённая дама. - Нет, просто комната. Желательно отдельная,- сказал сдержанно мужчина, всё ещё держась за щёку, - плачу серебром. - Есть отдельная комната,- она улыбнулась и ямочки появились на её румяных щёчках,- монета вперед. Заполучив серебро, она указала на дальний пустой стол и тихо сказала: - Присаживайся. Уходя, девчонка нелестно ворчала в адрес гостя, упоминая порочных женщин. Усмотрев в углу свободное место, куда и показала девушка, мужчина махнул в сторону стола и сказал хозяину таверни: - Эля, вяленого мяса и свежих овощей, - повторив заказ, он насыпал горсть мелких монет на стойку. Звякнув, они привлекли внимание маленького толстяка, который бросился выполнять заказ, лишь он забрал оплату к себе в карман: - Сейчас принесут, мастер Анрелл,- затараторил хозяин, и, бросив тряпку, с которой не расставался, протирая всяческие поверхности в своей излюбленной таверне, поторопился обслужить клиента. Сделав выводы, что младший братец слывёт здесь бабником, мужчина понимал теперь почему у него не задалась учёба. К тому же по всему было видно, что Анрелл был здесь постоянным клиентом. Бросив на человека беглый взор, тролли, колдунья, змееящер и вовкулак не проронили и слова против его присутствия. Он прошёл к столу и зычно уронив на него свой меч, расположился, удобно развалившись на лавке, намереваясь отдохнуть и поесть на славу. Усевшись далеко в тени, стал почти скрытым от любопытных глаз, ожидая встречи. Последняя сделка принесла нашему герою приличный доход, который он тратил уж как вторую неделю. Мешочек с монетами стал на много легче с тех пор, и он стал подумывать взять новое задание, чтоб заработать. Наконец-то в проёме показался Ромул. Проходя мимо официантки, кивнул ей, на что она ответила: - Комната готова. Можете вселяться в неё, мастер Анрелл. Удивлённо всматриваясь в девушку, он сказал, что комната не нужна ему для ночлега, так как он уже имеет жилище. Презрительно фыркнув, дама вложила в руку парня серебряную монету и молча ушла обслуживать клиентов в конце другой стороны зала. Недоумевая от происходящего, Ромул нашёл брата и присел за стол к нему: - Странные странности творятся тут, Свят, - показывая монету. - Отлично, ты лишил меня ночлега,- улыбнувшись, произнёс старший собеседник, именуемый Святогором. Как две капли похожие друг на друга, первый был жёстче и сдержаннее второго, дружили с самого детства - хотя разные по натуре, они были ближе, чем братья. К тому же совсем несущественным, казалось бы, являлось различие в цвете глаз. На чрезвычайно живом и весёлом лице младшего были золотисто- карие глаза. Глаза же старшего отличались чернотой, поражая окружающих глубиной взгляда. Расхождение в возрасте у них было в два года, но это только опытный и внимательный человек мог определить. Ромул был остроумен и всегда очаровывал женщин, находя для комплиментов изысканные ласкательные слова. Негативное влияние на поведение и учёбу младшего оказывали также изощрённая хитрость и сарказм, чего недоставало Святогору, старшему из них. Свят, как его называли близкие и друзья, в свои двадцать шесть лет, считался самым храбрым, уважаемым и сильным парнем в их местности. Он был человеком чести. То есть человеком, который относился к другому со скурпулезной честностью, но которого нельзя оскорблять безнаказанно. Он не любил пустячные ссоры и часто останавливал подобное у друзей. Поступи так любой другой человек, это считалось бы малодушием, но что-то в Святогоре мешало так о нём думать. С другой стороны, и он сам мог ответить на оскорбление дракой либо острым словом, считая тот или иной случай достойный такого ответа. Налив и Ромулу эля, Свят с улыбкой произнёс: - С какой стати ты назвался здесь Анреллом? - Взял псевдоним, чтоб меня не нашли родственники,- успокоил его младший, поедая из тарелки жареное мясо. - А может это имя ты выбрал, чтоб оно подходило для любовной атмосферы и кутежа? Поперхнувшись, Ром уставился на братца: - Да я ни за что ... - Тут, понимаешь, одна милая дама меня прям в проёме таверны чуть не изнасиловала, так стремилась угодить, - сдерживая улыбку, проговорил негромко Свят,- и называла она меня твоим прозвищем- Анрелл. - Ну, каюсь, каюсь, - рассмеялся кареглазый,- есть такой грешок за мной. - Когда ты уже успокоишься... Обговорив мелкие детали его прибытия, братья продолжили завтрак, накинувшись на еду с усердным аппетитом. Ромул убеждал пожить у него, так как места хватит обоим. Веселое настроение после выпитого эля заставило Ромула расслабиться и, он посчитал отличной шуткой, чтоб срезать висящий скелет дракона над головами присутствующих. И после краткой магической формулы, он провёл пальцами резко в сторону, срезая чудище прям на головы троллей. Свят не был столь пьян и среагировал моментально на происходящее. Владеющий начальной магией от своей матушки, а далее изучая магическую науку, как самоучка, это ему не составило труда. К счастью, в последний миг он словил и подцепил на место увесистый скелет дракона: - Ты сдурел, Ром? В ответ был лишь хохот пьяного братца. Отчитывая копию себя, Свят забрал свои вещи и одел меч на пояс, а затем ухватил и поднял с лавки брата: - Пойдём, чудо, домой,- забросив его руку к себе на плечо, Святогор, накинул на голову младшего капюшон, чтоб не пугать окружающих раздвоением Анрелла и не объяснять попусту происходящее. Уже выдвигаясь к выходу из таверны Ромул заявил: - А давай ты вместо меня поучишься, раз мы так похожи. Поможешь мне с экзаменами и подтянешь меня по учебе. Никто и не поймет подмены, будь мы хоть оба тут на острове, места хватит обоим, - и обхватив его второй рукой, крепко прижал к себе,- мне так тебя не хватало! Предложение мелкого оболтуса Свят воспринял со смехом, но позже, когда уже ночь опустилась на город, а Ромул спал в собственной кровати, он обдумал предложение, решив, что это неплохое решение проблемы, так как он будет под присмотром, а учёба брата пойдёт на лад. И когда город видел уже десятый сон, Свят с улыбкой представил, как он пойдёт на занятия обычным студентом, и рассмеялся. Засыпая, он всё также улыбался и, уснув, наконец, искренняя и совсем ребячья улыбка не покинула его губ.