Глава 18 «Клуб»

Когда Кэтнэп и Догдей пошли спать, Киккин остался на крыше и глядеть на луну. Он достал из кармана жетон Хоппи и начал рассматривать его. Жетон крутился на ветру из стороны в сторону. Киккин: Ох, моя Хоппи... Он крепко сжал его в кулаке, а потом глубоко вздохнул и лег. Киккин долго смотрел на жетон Хоппи, а затем прижал его к своей груди. Цыплёнок долго не мог заснуть, туда-сюда ворочался, но спустя какое-то время он заснул. Киккин находился посреди бескрайнего ромашкового поля, рядом с ним стояла Хоппи. Цыплёнок и зайчиха посмотрели друг на друга и покраснели. Хоппи улыбнулась и взяла Киккина за руку. Хоппи: Пойдем... Ее голос раздался эхом. Цыпленок шел заруку за зайчихой через ромашки. Солнце было очень ярким и обоим светило прямо в глаза, а небо было безоблачным и ярко-голубым. Но вдруг Хоппи и Киккин остановились и зайчиха посмотрела в глаза цыплёнку. Киккин: Хоппи, я давно тебе хотел сказать... Хоппи: Ну, давай говори... Киккин: Я, я тебя лю... Но тут Киккин резко встал с отдышкой и холодным потом на лице. Он опять посмотрел на жетон Хоппи и на его глазах начали наворачиваться слёзы. Киккин: Хоппи, за что, Господи, за что, блять! Он резко опрокинулся назад, повернулся на бок в позе эмбриона и закрыл свое лицо руками. Киккин: За что мне это всё... На следующее утро Кэтнэп и Догдей решили проведать Киккина, они поднялись на крышу и увидели его лежащего на боку. Догдей: Мдааа, тяжёлый случай... Пес почесал затылок. Кэтнэп: Ну, бывает... Они подошли к Киккину и пересели возле него. Кэтнэп: Эмм, рядовой, все в порядке? Киккин ничего не ответил, а только тяжело вздохнул. Догдей: Слушайте, лейтенант, а может его здесь оставим? Кэтнэп: Офицер, вы чего?.. Догдей: Ах да, он же наш боевой товарищ... Хей рядовой, может пойдем с нами? Киккин повернулся на другой бок и неохотно поднялся. Киккин: Ох, делать нечего, пойду. Догдей: Вот и отлично тогда идем. Вся троица пошла вниз с крыши. Они все сидели в комнате за картой и обсуждали сегодняшний день. Догдей: Значит так солдаты, наша следующая остановка клуб « 5-тый смертный грех». Кэтнэп: Ого, в стрипуху что ли пойдем судя по названию этого места. Догдей: Хах, верно мыслите, лейтенант. Киккин: Хорошо что этого Хоппи не видет, ой... Догдей: Рядовой, ты опять за свое? Киккин: Ох извините офицер, я не это имел ввиду... Догдей: Так ладно, хватит болтать, пойдём. Все троя вышли из полицейского участка и пошли по направлению клуба. Спустя пару кварталов восточного Мурр-Сити отряд Догдея дошел до стрип клуба. На вид это двухэтажное здание выглядело не таким разрушенным как остальные дома. Неоновая вывеска, которая давным давно не светилась, висела покачивалась на здании клуба и вот-вот упадёт. Все троя ближе подошли к затемненным дверям клуба. Догдей: Ну, я пошёл, лейтенант прикройте меня. Догдей выпнул двери клуба, они с грохотом открылись, все троя зашли туда. В здании клуба была кромешная тьма, лишь небольшая дыра в потолке давала немного света в здании. Кэтнэп надел свое ПНВ. Догдей: Вот дерьмо, нихрена ниче не видно... Так, надо бы где-нибудь поискать рубильник. Все разошлись кто куда. Кэтнэп пошел на 2-ой этаж клуба, а Киккин и Догдей ошивались на 1-ом. Но тут Кэтнэп аккуратно зашел в какую-то подсобку и там нашел рубильник. Он включил его и по всему зданию пошло электричество. И тут по всему зданию врубилось электричество. Заиграла музыка, неоновые лампочки загорелись и осветили большой зал со сценой, на которой находились шесты, где когда-то крутились полуголые девушки. На стене висели плакаты с этими самыми девушками. А в далеке была барная стойка где кого-то продавали пойло, правда мародеры всё спиздили. Киккин подошел к бару. Киккин: Ну вот и не одной бутылки. Догдей: Мы не за этим сюда пришли, рядовой. Киккин: А что мы тогда тут делаем? Догдей: Сейчас, лейтенант доложите обстановку. Кэтнэп: Офицер, на 2-ом этаже всё часто. Догдей: Так, что ты хотел рядовой? Но тут из подвального помещения Стрип-клуба вышло несколько вооружённых псов из отряда сопротивления. Пес: Эй, кто врубил электричество?! Это наемники! Догдей: Черт, кажется попали! Киккин и Догдей скрылись за барную стойку и между ними завязалась перестрелка. Музыка в клубе заиграла тяжелым роком. Кэтнэп обратил внимание со второго этажа клуба на этот хаос. Кэтнэп: Офицер, держитесь я иду! Он с разбега своим телом разбил окно VIP-комнаты и словно в слоумо полетел вниз со 2-ого этажа, отстреливаясь от псов из отряда сопротивления. Кэтнэп в воздухе застрелил троих псов из отряда сопротивления. Кот упал рядом со столами, а когда перестрелка закончилась к нему подбежали Догдей и Киккин. Догдей: Лейтенант, вы в порядке? Кэтнэп: Да, все норм, офицер, оххх... Догдей: Так, они вышли от туда. Киккин: Из подвала что ль? Догдей: Ну, да. Отряд пошел в подвальное помещение клуба, откуда вышли псы из отряда сопротивления. После того как они спустились по подвальной лестнице, то они увидели что это бывшее место где гримровались и переодевались стриптизерши, переоборудованное в базу отряда сопротивления. Киккин: А, вот они где все бухло прячут. Догдей: Ты все о своем? Киккин: Извините офицер... На столе лежала карта, а в красном кружке было отмечен небоскрёб «Аль-Мари». Догдей: Ага, мы находимся здесь, так значит нам до небоскрёба ещё пару кварталов. Ну, давайте поднажмем, мы почти уже у цели. Киккин: Офицер, слушайте, ааа может не существует на самом деле никакого так называемого Кайота и нас командир просто оставил умирать в этом чертовом городе?! Догдей: Рядовой ты че, совсем с ума сошел? Киккин: Это я с ума сошёл?! Да это вы с ума сошли. Кто нас отправил с Хоппи в другую сторону? Правильно, ты офицер! Это ты, ты виноват в том что затащил нас на эту войну! Это ты нас затащил в этот проклятый город! Это ты виноват в гибели Хоппи! Кэтнэп: Рядовой!.. Киккин: А ты не поддакивай ему, лейтенант!.. Киккин развернулся и пошел назад. Догдей: Эмм, лейтенант? Кэтнэп: Рядовой прав, товарищ офицер... Догдей: Тогда рядовой был чертовски прав, но я не поверил ему...