Часть 7, в которой Николь проходит испытание

      Николь схватила вещи с тумбочки, вышла из кабинета Ребекки, громко хлопнув дверью.       Мимо проходили люди в военной форме и белых халатах. Шли по своим делам, не обращая внимания на девушку. А она смотрела на них, растерянная, непонимающая. Каждое лицо мгновенно стало вызывать неприязнь и недоверие.       Куда теперь идти?       Перемещаться по штабу в пределах лабораторного корпуса она могла. Решая для начала переодеться, Николь зашла в процедурную, переоделась. Посмотрела на руки. Они дрожали.       — Мне нужно выбираться, — сказала сама себе и осмотрелась.       Дверь была только одна. Камеры стояли в углах комнаты. Пока за ней никто не пришёл, но это вопрос времени. Ждать визитёров, которые скрутят её и потащат на очередные проверки не входило в план. Поэтому Николь накинула халат на плечи, чтобы слиться с местными учёными, и вышла из комнаты.       Коридор опустел. Это не могло не озадачивать.       Шаг за шагом она вышла из лабораторного корпуса. И увидела перед собой ещё один пустой коридор. Не возникало сомнений, что это сделано специально. Николь была вынуждена торопиться.       Ещё пара шагов и…       Сирена.       Тёмно-зелёные стены окрасились в красный. Звук был настолько пронзительный и громкий, что Николь пришлось закрыть уши. Вибрация расходилась по телу, играла на тонких струнках нервов — будоражила зверя. Контролировать его вдруг стало в разы сложнее.       — Нет-нет-нет, — бормотала Николь под нос. — Мне нужна тишина.       Обшарила взглядом стены коридора, заметила квадратное отверстие, закрытое решёткой. Вентиляция. Молниеносный бросок, рывок и винты посыпались к ногам девушки. Решётка была вырвана без сожаления.       Николь уже наполовину заползла в вентиляционную шахту, когда почувствовала, что её ноги схватили и потянули обратно в шумный коридор.       Отчаянно цепляясь за гладкие пластины, она принялась верещать. Сердце колотилось в ушах, грозя разорвать барабанные перепонки.       Когда же Николь снова оказалась в коридоре, он уже не был пустым. Её окружили пять человек: трое военных с табельным оружием и двое бронированных с автоматами. И это они хорошо подготовились.       Один из мужчин крикнул, чтобы выключили сигнализацию. А когда стало тихо, он усмехнулся, приказывая своим помощникам поднять беглянку.       — Если эта девчонка настолько опасна, как о ней говорят, почему не нападает на нас?       — Бережёт силы, — хохотнул мужчина в броне. — Вот же Кеннеди повезло.       — Ты это о чём? — буркнул второй бронированный.       — Да легко ему будет с ней биться. Смотри какая хилая, — он ткнул дулом автомата в бок. — Какой же она — монстр?!       Первый мужчина снял кепку, почесал затылок. Отвёл оружие сослуживца.       — Был приказ, Мич: доставить в человеческом облике. Начальство само хочет посмотреть от начала и до конца.       Человеческий облик. Начальство. Какой-то ещё Кеннеди… Неужели её ждут гладиаторские бои? Как бы там ни было, Николь не собиралась выпускать зверя. Она переборет его. Вернёт себе прежнюю жизнь, которая сейчас казалась несбыточным сном. Но для начала ей нужно покинуть это место.       — Пустите, — сказала она, — я сама пойду.       — О-о-о, посмотрите, кто заговорил! — засмеялся первый. — Ну, что же, тогда пойдём.       Мужчина указал на коридор, и Николь, под конвоем, пошла навстречу своей судьбе.       Крис встретился взглядом с Ребеккой. Она виновато закусила губу, отвела взгляд. Он знал, что подруга ни в чём не виновата. Она выполняла свою работу, как и он.       В помещении было гулко. Народ собирался, как на представление.       — Я никогда прежде такого не видел, — признался Леон. — А ты?       — И я, — ответил Крис, продолжая осматриваться.       Он ждал, когда откроется дверь и на пороге появится Николь. Под охраной и, возможно, связанная. Как дикий зверь. И он ничем не сможет ей помочь.       И вот, дверь открылась. Первое, что ему бросилось в глаза — енот на борцовке. Взгляд выше — и Редфилд уже видит испуганное лицо подопечной.       Николь оказалась в ловушке. Окружена незнакомыми, желающими ей зла, людьми. И главный из них сейчас стоял рядом с блондином, уже знакомым ей. Крис странно смотрел на неё: в его взгляде читалось сожаление.       — Вот она, — произнёс мужчина в военной форме со множеством нашивок и значков, напоминающих медали, — наша надежда на светлое будущее. Будущее без террора и биологического оружия.       — Ты не жалеешь, что не выполнил приказ? — спросил Леон.       — Я сделал правильный выбор, — ответил Крис. — Даже сейчас. Помнишь уговор? Без провокаций, Леон.       Кеннеди кивнул. Взглянул на Николь, дождался, когда она посмотрит на него в ответ и подмигнул.       Конвой расступился, встал позади девушки, отрезая ей путь к отступлению. Николь послушной куклой направилась к Леону. Он подмигнул ей, а это для неё что-то да значило. По крайней мере то, что хотя бы один человек из присутствующих здесь был в курсе происходящего и мог ей, если не помочь, то хотя бы рассказать, что им всем от неё нужно.       — Эта девушка — единственная выжившая из числа жителей карпатской деревни. И она — ключ к нашему, общечеловеческому благосостоянию, — продолжал говорить мужчина. — Мисс Чемберс разработала вакцину, способную контролировать мутацию.       Ребекка от услышанного чуть привстала, желая сказать что-то, но не решилась высказаться при такой большой аудитории. И даже если бы сказала, её поспешили бы заткнуть. Закусив губу, она села на место под аплодисменты и поздравления.       — Она не разрабатывала вакцину по контролю за мутацией, — сказал Крис Леону. — Николь сама контролирует зверя.       — Думаешь, она им соврала?       — Ребекка? Нет. Только не она. Мы через многое прошли, сам знаешь. Она сказала им правду.       — А они всё переврали, — Леон хмыкнул. — Как всегда. И нам за ними подчищать. Крис поморщился.       — Как всегда.       — И сегодня мы проверим работу нашей учёной на практике. Леон Скотт Кеннеди зарекомендовал себя перед президентом и страной. Вы окажете нам честь, если протестируете подопечную капитана Редфилда. С вашего позволения, разумеется, — мужчина приложил руку к груди и слегка наклонился, обращаясь к Крису.       Редфилд ничего не ответил. Только кивнул Леону и отошёл в сторону.       Нет. Это должно быть сон. Николь спит. И ей снится кошмар. Кошмар длиною в часть жизни. Но проснуться нет возможности. Нет сил.       Она подошла к Леону.       — Я не причиню тебе или твоему зверю вреда, — произнёс он настолько тихо, чтобы слышала только Николь.       — Во мне нет зверя, — смотря в глаза блондина, сказала она. — Он — часть меня. Мы едины.       С этими словами она бросилась на Леона.       Прыжок оказался внезапным и для человека почти невозможным. Устоять на ногах у агента не получилось. Но врасплох он тоже себя не дал застать. Оказавшись на спине, он обхватил Николь и в кувырке назад скинул её с себя.       Леону были привычны акробатические движения. Он с лëгкостью встал на одно колено, при этом выхватив нож из кобуры на лодыжке. Николь оставалось только удивляться и приходить в себя.       — Тем лучше, — произнёс Леон. — Ты приручила его. Так докажи, что можешь контролировать.       На этот раз Кеннеди сделал выпад в сторону девушки. Размахивая ножом почти у самого лица. Николь не была готова к происходящему. Не знала на что способен противник. Но догадывалась, что от неё хотели собравшиеся. И осознание этого разожгло в ней ярость.       Радужки глаз пожелтели. И это было видно не только Леону. Редфилд тоже всё видел. Отстранившись от стены, на которую он опирался, Крис подался вперëд. Если будет нужно, он ещё раз кинется на зверя. И будь что будет.       Движение Криса не осталось не замеченным.       — Капитан, вернитесь в строй! — скомандовал всё тот же мужчина с медалями. — Ваше время ещё не пришло.       — Молитесь, чтобы этого не случилось, — огрызнулся Редфилд и вернулся к стене.       Николь уворачивалась от нападения агента всё лучше и лучше. Движения становились слаженными, ритмичными. Вскоре они, словно пара, танцевали в самом центре спортивного зала, позабыв о других.       Вот только эти «другие» о своей цели не забыли и внимательно следили за происходящим.       Представители командования перешëптывались, посматривали в сторону Пирса. Протеже Редфилда только кивал им. И Крису это не нравилось. Отвлекаясь на своё начальство, он не заметил как Николь с грацией кошки ловко обошла Леона. Оказалась у него за спиной и запрыгнула. Ноги крепко обвили торс, сцепились в замок. Кеннеди пытался достать её. Но сколько бы не изворачивался, ничего не получалось.       — Мисс Валентайн, не поможете? — всё тот же мужчина подошёл к бывшей напарнице Криса.       Женщина взволновано посмотрела сначала на военного, потом на Криса. Тот отрицательно покачал головой. Он твёрдо стоял на своём, и оспаривать его решение Джилл не собиралась.       Она пожала плечами.       — Я уверена, что Леон прекрасно справится сам. Ему не нужна моя помощь, — Джилл улыбнулась мужчине.       — Что ж, — поморщился тот, — возможно, вы правы, мисс Валентайн. Но, может быть, господин Оливейра хочет продемонстрировать свои умения?       Коварный взгляд военного переместился на Карлоса.       Растерянный, тот находился между двух огней: с одной стороны — его новые работодатели, а с другой — верная подруга, которая не потерпит измены.       Его нерешительность заметили. И не упустили возможность напомнить о прошлом кудрявого красавца.       — В прошлом Карлос Оливейра показывал блестящие успехи, работая на Umbrella. Так что вы просто обязаны продемонстрировать свои навыки, — произнёс другой мужчина, который сидел позади Карлоса и Джилл.       Командование было надоедливым и хорошо информированным. От них ничего нельзя было скрыть. И обмануть было тоже невозможно.       Карлосу ничего не осталось, как подняться с места и направиться к Леону, так ничего и не противопоставив своим нанимателям.       Николь не слезала с Леона, а он не старался скинуть её с себя.       — Крис не хочет, чтобы ты обращалась. Он волнуется за тебя, — говорил агент, защищая голову от когтей.       Николь чувствовала вкус крови на губах. В ушах звенело разбивающееся стекло. Перед глазами встал безобразный облик Сальватора. Чёрный балахон прикрывал его изуродованное мутацией тело.       Бесхребетная марионетка Миранды.       Он причинил Николь боль и поплатился за это. Жаль, что не она это сделала. Месть не свершилась и не оставила в покое. Теперь же военные хотят воспользоваться её силой. Даром, который она никому не пожелала бы.       И чем это не месть? Сами обстоятельства складывались для Николь в один большой знак: здесь и сейчас. Только ты и твои враги.       Золото глаз теперь было видно всем. На мгновение Карлос замер на месте. Не то в изумлении, не то в ужасе.       Когти впились в плечи Кеннеди. Он застонал, опустился на колени, выпуская нож. На раны капала слюна, обжигала кожу, прикрытую лишь лоскутами одежды.       Лицо девушки исказилось: глаза округлились, впали; брови почернели и стали густыми. Складки кожи собрались в области ноздрей, подтянутая верхняя губа показывала длинные острые клыки. Руки Николь начали покрываться тёмной шерстью.       Командование замерло в предвкушение.       Мужчина, что недавно подстрекал Карлоса и Джилл, поднял руку в жесте готовности и ожидания команды. Но для кого был этот немой взгляд?       Леон из последних сил толкнул нож в сторону Карлоса.       — Давай! — крикнул он.       Джилл вскочила с места, но её тут же усадили назад два бронированных солдата.       — Ей нужно дать лекарство, — воскликнула Ребекка, шаря по карманам медицинского халата. В одном из них был шприц.       — Ещё не время, мисс Чемберс. Не время. Если подопечная легендарного Криса Редфилда справится сама, о вас, мисс Чемберс напишут в газетах на первой полосе. А если нет, то вакцина уже не понадобится. И задание мистера Редфилда завершит его протеже. Я прав, мистер Ниванс?       Пирс достал из кобуры пистолет, нацелился на Николь.       Для Криса не было ничего страшнее предательства. Особенно тех людей, которым он доверял прикрывать спину. Которых он любил, как братьев и сестёр. Когда Джилл была на стороне Вескера, Крис не воспринял её, как врага, как предателя. Она была под контролем Альберта. Но в отношении Ниванса Редфилд не знал, как себя вести.       Что могли пообещать ему? Место капитана?       Пирс не метил в ряды управленцев. Он резок не умеет взвешивать все «за» и «против». Для него есть только приказ командования. И порой даже Крису сложно его переубедить. Видимо, на этом и сыграло начальство.       — Пирс, не делай глупостей, — попытался заговорить с ним Редфилд.       — Капитан, — начал Пирс, — со всем уважением, но вы растеряли хватку. Потеряли цель. Смысл, которому учили меня. Если вы не решились завершить задание, я сделаю это за вас.       Карлос взял нож, крепко обхватил рукоятку. Прежде чем Николь успела в очередной раз вонзить чёрные когти в тело Леона, он подался вперёд, перехватил руку. Но тут же пожалел об этом. Николь в облике оборотня одним движением откинула Карлоса. Выгнула спину, завыла и, раскрыв пошире пасть, вонзила склизкие от слюны клыки в плечо Кеннеди.       Леон вскрикнул, но его голос заглушил выстрел.