III: Искусство, подарок и четверо из Четвёртой Стаи

      В один из дней я решил сделать покровителю Этажа Философии подарок. Одна проблема: я не знаю, что подарить. В Библиотеке можно создать что угодно, но я хотел сделать что-то уникальное. Что-то, что было бы красивым и личным. Вывод: надо заглянуть на Этаж Искусства. – У нас на сегодня есть Приёмы? – спросил я у Маритзы, одного из товарищей на этаже. – Не, сегодня никого. – Вот и славно. Я на этаж к Нецаху, если что – зовите, хорошо? – Оки. Удачи там.       Войдя на Этаж Искусства, я увидел и самого покровителя за работой. Тот, с румянцем на лице и задумчивостью в глазах водил кистью по холсту. Неслышимо что-то риговаривая, он наносил на холст узоры, словно бы заставляя цветы распускаться. Увидев меня, он удивлённо поднял брови: – Ты с Философского? Что-нибудь нужно? Или Бина прислала? Если второе, передай, что зайду позже.       Я обошёл мольберт и встал рядом с Нецахом. – У меня личная просьба. – Ну, удиви. – Научи рисовать, пожалуйста. Настало неловкое молчание, прерванное спустя некоторое время. – ... Ладно, удивил. Но сразу говорю: научить не могу, но помогу, чем получится. – Спасибо большое. – Не за что ещё. Что рисовать будешь? – Что-нибудь не слишком сложное, но приятное глазу. Например, вазу с цветами на фоне звёздного неба. – Хороший выбор. Сейчас принесу ещё мольберт.       Спустя пару минут мы стояли вместе, каждый за своим рабочим местом. – Смотри, – начал Нецах, занося руку с кистью над холстом, – для начала тебе нужно представить, что будешь рисовать. Выбери цветок. – Пусть будут... лилии, да. Жёлтые. – Неплохо. Сейчас будет. Через минуту передо мной стояла ваза с жёлтыми лилиями. Нецах снова встал за свой мольберт. – Смотри. Главное – рисовать так, как ты чувствуешь. Обычно я делаю примерно так, – он вывел кистью несколько линий, прежде чем закрасить получившийся силуэт, – но ты можешь и сразу рисовать. Оглядев принадлежности, я заметил кусок угля. Я решил попробовать нарисовать контуры углём. – Даже так решил. Похвально, – улыбнулся Нецах, – Ладно, оставляю тебя здесь. Если что – зови.       Когда Нецах удалился, я продолжил рисовать. Для лепестков лилий и звёзд выбрал жёлтый, для вазы – иссиня-чёрный, для шестигранников на ней – золотой, для самого неба – тёмно-коричневый. Закончив картину, я поставил холст в угол и, дождавшись, пока краски высохнут, накрыл его тканью. Я подумал, что дарить её сразу – не лучшая затея. Как-никак, нужен повод, да и вдруг Бина сейчас занята? Было решено пока оставить картину здесь и попросить местных библиотекарей за ней присмотреть. Так и было сделано.       Придя наверх, на Этаж Философии, я спросил у Маритзы, не искал ли кто меня, и получил отрицательный ответ. Я пошёл к себе в комнату. Такая была у каждого библиотекаря, кроме, разве что, Анджелы и Роланда: у тех был отдельный кабинет. Моя была обставлена относительно просто: шкаф, комод, небольшой стол со стулом, пара полок и кровать, всё в цвета этого этажа. Стоило же мне присесть на кровать и закрыть глаза, так передо мной предстало видение в жёлтых тонах: глаз Большой Птицы снова дал себе знать. [Снаружи. Где-то в Гнезде R Corp. Четыре капитана, трое из которых у нас уже были, собираются подписать Приглашение вновь. Что-то подсказывает, что нашему этажу придётся с ними столкнуться.] Открыв глаза, я испустил тяжёлый вздох. Видимо, с подарком лучше повременить.