Часть 17

      Близнецы уставились в экран мобильного внимательно, смотря на фотографию.       — Юми… Я… Нет! Это хуйня какая-то, — отшвырнув брата, поднялся Ран, вырвав телефон из рук девушки. Парень вглядывался фото, понимая, что оно сделано совсем недавно.       — Да это бред ебаный! Нет-нет, — обеспокоенно взглянул на девушку он, — Юми, это не правда, я ничего… Иида забрала телефон из рук, разворачиваясь к выходу.       — Не подходи ко мне больше, Ран.       — Юми! Стой! ЮМИ! — схватив за запястье девушку, повысил голос Ран. Иида вырвала руку, смотря в глаза Хайтани.        — Всё кончено. Ран смотрел в след уходящей спины девушки.

***

      Дверь за Юми захлопнулась почти беззвучно, но в душе громыхнула буря. Улица встретила ее равнодушным весенним ветром, словно подражая безразличию, которое пару минут назад увидела в глазах Изаны встретившегося у порога?. Слезы брызнули сами собой, обжигая щеки. Она шла, не разбирая дороги, сквозь пелену мокрых ресниц мир казался размытым и чужим. Ей было больно. Не просто обидно или неприятно — именно больно, как будто кто-то вырвал кусок сердца, оставив зияющую, кровоточащую рану. Она доверилась. Пусть не сразу, пусть с оглядкой, но она поверила ему. Поверила в его улыбку, в его прикосновения, в ту искру, которая, как ей казалось, пробежала между ними. И вот — доказательство, холодное и жестокое, что она ошиблась. Что для него это было всего лишь игрой.

***

      — Это блять твоих рук дело? — Ран схватил за грудки Рэйдена, тряхнув.        — Ты придурок? — рассмеялся блондин, — Каким образом я бы это сделал? Ран оттолкнул брата и медленно спустился по спинке дивана на пол, нервно сжимая волосы. Изана прошёл в комнату, присаживаясь рядом с Раном, смотря на его профиль.       — Вы с Рикой сошлись?        — Ты сам слышишь что говоришь? — скосил взгляд Ран. — Мне она не нужна, — смотря перед собой, пробубнил он.        — Не нужна, а уведу-ка я её у брата, — рассмеялся Рэйден, сев рядом с Изаной. Ран тяжело выдохнул.        — Прости меня… Я не знаю, что тогда нашло на меня.        — Простить? — ухмыльнулся Рэйден. — Ты действительно думаешь, что такое прощают?        — Послушай, — проглотив ком в горле, заговорил Ран, — Да, я поступил как последний мудак и нет мне прощения. Обманным путём, я использовал Рику, в надежде, что ты бросишь её и мы снова, как раньше, будем постоянно проводить время вместе.        — Ты идиот? — шикнул в ответ брат.       — Ревность? Серьёзно? — зачесав длинные волосы назад, он взглянул на Рана. — Ладно, я попробую понять это, но для чего нужно было начинать отношения с ней?        — Я два года упирался. Она как одержимая была, даже волосы перекрасил, чтобы перестала во мне видеть тебя, — Ран взглянул на близнеца, — Прости, брат, я испортил твою принцессу. Рэйден осторожно опустил взгляд вниз, а затем снова поднял на Рана.       — Я скучал по вам, брат.       — Я тоже, — легко улыбнулся в ответ Ран. Близнец-блондин протянул руку через сидящего Изану в примирении, брат ответил пожатием, а затем Ран откинул голову на сидушку дивана.        — Зачем вернулся?        — Практику проходить. В Лондоне мне не предоставили место, ссылаясь на то, что я незаконно проживаю на территории Великобритании.       — Да уж, — смотря в потолок ответил Ран.        — Так ты изменил Юми? — подражая брату, откинул голову Рэйден.       — Нет. Даже не думал об этом.        — А фото?        — Понятия не имею, когда она умудрилась их сделать, — задумался Ран, — Возможно тогда, когда мне подсыпали наркоту.       — Наркоту? — вскинул бровь Рэйден повернув голову в сторону брата.       — Да, на соревнованиях, мне кто-то подсыпал допинг, а потом эти фото… — Ран хмурил брови сжимая веки до мушек в глазах, — Вообще блять ничего не понимаю.        — Ты любишь её? Это вопрос заставил Рана задуматься. При упоминании Юми тело накрывалось тёплым мягким пледом с запахом лотоса. Зелёные глаза — словно сочная молодая трава отпечатались на зрачках Хайтани. Этот голос, словно из хрустали, такой нежный и хрупкий звучал, не переставая в ушах затмевая сознание. Бархатная кожа, не тронутая никем, кроме него самого, а вкусом вишнёвой помады сладко пропитались губы…        — Не ответишь? — перебил из раздумий голос Рэйдена.        — Люблю, — чуть слыша сказал Ран, смотря на брата.       — Тогда нужно её вернуть.       — Звучит так, словно ты хочешь мне помочь, — хмыкнул Ран.        — Хочу, — встал Рэйден, поправляясь.        — Зачем?       — Потому что так поступают хорошие братья. Ран и Изана смотрели на ходящего по квартире Рэйдена, что искал рабочий портфель, чтобы достать блокнот и ручку. Курокава посмотрел на друга, и придвинулся ближе.        — Слушай, я тогда поеду, ладно?        — Что так? — скосил взгляд Ран.        — У меня там Наоми дома одна, да и вам мне кажется есть что обсудить наедине.       — Вы вместе?        — Типо того. Изана встал и, хлопнув ладонь Рану, направился на выход.       — Ещё увидимся. Курокава скрылся в коридоре, а затем дверь за ним закрылась. Рэйден прошел в гостиную и сел на диван.       — Твой друг ушёл?        — Да, его ждёт Наоми.        — Наоми? Наша Наоми?       — Именно.        — Она же вроде того.       — Уже не того, — ухмыльнулся Ран, смотря снизу наверх на брата. Рэйден сложил ногу на ногу, и принялся записывать.       — Что ты там пишешь?        — Хочу составить всю картину произошедшего. Рассказывай.

***

      Поднимаясь по лестнице в общежитие, Юми пыталась унять дрожь. Безуспешно. В комнате царил полумрак, пахло яблоками и чем-то уютным, домашним. И тут она увидела их. Суми и Коджиро. Они лежали на ее кровати, обнявшись, такие близкие и счастливые в своем маленьком мирке. Контраст был оглушительным. Юми не выдержала. Она рухнула на свою постель, уткнувшись лицом в подушку, и зарыдала. Беззвучно, отчаянно, как зверь, загнанный в угол. Рыдания сотрясали ее плечи, душили, не давая вздохнуть. Суми и Коджиро подскочили, как от удара током.       — Юми? Что случилось?! — Суми первая подбежала к ней, касаясь ее плеча. Коджиро нахмурился, обеспокоенно глядя на лучшую подругу. Юми не могла говорить. Она просто протянула им телефон, дрожащей рукой показывая на экран. Суми пролистала фотографии, и ее лицо исказилось от гнева.       — Этот Хайтани… да он просто конченый! Как он мог так с тобой поступить! Коджиро молчал, хмурясь.       — Подождите, ребята. Может, это не правда? Почему вы сразу так думаете? Может, это какое-то недоразумение… — Он говорил осторожно, стараясь не усугубить ситуацию. Суми сердито взглянула на него.       — Ты его защищаешь?! Да посмотри на нее! Она же убита горем! Не может быть, чтобы все это было просто так. Юми продолжала рыдать в подушку, не в силах ни говорить, ни думать. Ей просто хотелось, чтобы эта боль утихла. Чтобы кто-то сказал, что все это — всего лишь дурной сон. Но реальность была жестокой и безжалостной. И она осталась с ней один на один.

***

       — Ну, как-то так, — всё ещё лёжа головой на диване сказал Ран, смотря в потолок. Рэйден задумчиво почесывал подбородок.        — Что думаешь?        — Нужно опросить Рику, слишком странные совпадения.        — От меня что-то нужно?        — Да, — достав бланк из портфеля, ответил Рэйден, — Заполни заявление.        — Что за заявление? — с сомнением взглянул на брата Ран.        — Склонение к потреблению наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов. Это статья. Уголовно-наказуемая.        — Хуя себе. Это не слишком?        — Дальше я сам всё решу. Напиши на всякий случай. Лишним не будет. Ран пересел на диван, взяв из рук брата планшетку, начал под диктовку Рэйдена писать.        — Останешься у меня? Время уже позднее.        — Да, — поднял голову Ран, и улыбнулся. — Спасибо, что предложил.

***

      Утром, солнце едва успело встать. Суми проснулась от звука застёгивающееся молнии. Разлепив с трудом веки, она протёрла кулаками глаза, поняв, что ей это не снится. Юми собирает вещи.        — Эй, ты куда собралась?        — Я уезжаю домой.        — С ума сошла? Суми подскочила, схватив за руку подругу, взглянув в глаза. Синяки под глазами Юми были наливными, а белки красные, девушка явно не спала всю ночь.        — А как же учёба?       — Думаю взять больничный.       — Юми? Это ты вообще говоришь? Какой нафиг больничный? Иида выдернула руку продолжая собирать вещи.        — Мне плохо Суми, — остановилась Юми, смотря перед собой, — Мне ужасно больно. Я должна уехать и провести время с родными, — застегнув замок на сумке, девушка выпрямилась и повернулась лицом к подруге.        — Хайтани того не стоит, — с сожалением посмотрела Такаяма.        — Возможно, ты права, — задержала паузу, — Но я поняла, что люблю его, и от этого ещё больнее. Суми растерялась, в попытках подобрать слова. Юми закинула сумку на плечо, и выдвинулась к выходу.       — До встречи. И вышла, оставляя шлейф цветочных духов.

***

      Рэйден раскладывал бумаги, готовясь к встрече с Рикой. Ранним утром он отправил на адрес Сон уведомление о том, что её вызывают в отделение полиции. Парень морально готовился к встрече с возлюбленной, которую не видел более трёх лет. Он старался держаться уверенно, но бешеное сердцебиение говорило об обратном. Закинув пару таблеток успокоительных, блондин сел в кресло и подготовил нужные документы, аккуратно раскладывая на стол. За дверью, послышались возмущенные крики:        — На каком основании, инспектор? Рэйден задышал чаще, услышав тот самый голос, что заставлял всё тело содрогаться. А следом, едва знакомый мужской голос:        — Эй, малышка, успокойся, это просто недоразумение. Разберемся, кис, не переживай. Дверь без стука открылась, куда влетела разъярённая блондинка. Рэйден склонил голову вниз, бегая глазами по заявлению написанное Раном.        — Госпожа Сон, вас будет допрашивать наш практикант, будьте добры отнестись с уважением, и убедительно прошу вас не лгать, иначе, всё вами сказанное будет против вас, — сказал инспектор, провожая к столу Рику, — А вы, молодой человек, ждите за дверью.        — Детка, я буду ждать тебя в коридоре, — прикрикнул Ханма из-за спины полицейского. Инспектор прикрыл дверь, оставляя Рэйдена и Рику наедине. Минутная тишина. Быстрое дыхание обоих. Пульс отбивает ритмичные звуки где-то в барабанных перепонках. Блондин первый поднял взгляд, встречаясь с угольно-чёрными глазами, накрытыми пеленой слёз.        — Добрый день, Госпожа Сон.        — Р-рэй?