Глава II. Навязанные мечты

      «У меня не было времени ознакомиться с этим ранее». — Именно тогда, в погоне за своими эгоистичными желаниями, мой отец создал меня. — О Боже…       Демонстрируемый на экране ноутбука видеоролик вгонял Мидорию в ступор. — Но, увы, я был провальным творением. Вскоре он отверг меня. Я был отброшен в сторону и забыт.       Пресловутая «история жизни» Даби, разлетевшаяся по всему интернету не так давно, проливала свет на коммерческую жилку геройской профессии, которую на протяжении многих лет никто не хотел замечать. — И лишь поэтому он стал… Таким? — Изуку, пусть и получивший ответы на некоторые вопросы, всё ещё имел другие противоречия в собственном миропонимании.       А дней до сражения оставалось всё меньше.       Зеленоволосый старался не зацикливаться на этом и, досмотрев скандальное видео, начал готовиться к ещё одному важному для него разговору.       Несколько мгновений и на другом конце провода уже объявился желанный собеседник. — Здравствуй, Деку. — Приветствую, Старатель. Я не отвлеку вас надолго.       Мидория смог добиться звонка герою номер один, после диалога с Шото он был более чем уверен — это именно то, что нужно. — Мы сейчас «готовим почву» для того гада, так что у меня и вправду не так много времени. — Тогда перейдём сразу к делу, — Изуку взял в руки блокнот, на открытой странице которого было лишь одно большое слово — «Даби». Оно подчёркнуто и несколько раз обведено в овал. — Тодороки Тоя. Как и Шото, вы пытались взрастить из него героя, превосходящего Всемогущего, верно?       Старатель похлопал веками. Вопрос явился весьма и весьма неожиданным. Упёршись лицом в пол, он вздохнул и вполголоса произнёс: — Лишь для этого ты хотел связаться со мной..?       Деку не моросил. Для него сейчас было как никогда важно собрать нужную информацию для своего «пазла». — Тодороки-сама. Я лишь хочу понять все причинно-следственные связи.       От Энджи последовал ещё один протяжный вздох. Пусть лучший герой страны и переосмыслил для себя многое, окунаться в прошлое было всё также больно и неприятно. «Инстинктивно» Старатель принялся отнекиваться и отходить от темы. — Причинно-следственные? Чего ты хочешь добиться, Деку? — Порядка. — Я осознаю свою вину в происходящем, но пути назад нет, Деку. Мы должны остановить… — Остановить — это одно дело. Мы должны не допустить сохранения статуса-кво. — Статуса-кво?       Изуку лишь слегка кивнул и искусственно выдержал паузу в их превращающемся в непонятную шарманку разговоре, после чего вновь задал наводящий вопрос. — Скажите, Старатель, Тоя ведь хотел стать героем… Несмотря ни на что?       Потихоньку, помаленьку Энджи начал «раскалываться». — Причуда Тои приносила ему вред. Его пламя было сильнее моего, но даже при таком условии мне пришлось прекратить тренировки с ним. — Однако Тоя упирался, верно?       Старатель скорчил угрюмую гримасу, встречные вопросы Деку лишь подливали масло в огонь. Его огонь. — Я… В этом виноват. — Я понима… — Помолчи, Деку! — не стерпел прерывания мужчина. — Дай договорить.       Собственный пыл Изуку пришлось охладить. До поры до времени. — Я в этом виноват, да. Я отгородился от него, отдал на попечительство матери, прикрываясь работой. А он продолжал бороться за моё… Внимание. Каждый раз он повторял: «Смотри на меня! Заметь меня!». — Но вы… — осмелился снова вставить свои пять копеек Мидория. — Но я лишь ругал его за «подпольные» тренировки, наносящие ущерб его здоровью, — на этот раз спокойно ответил Энджи. — Такие ссоры только сильнее подогревали внутри него пламя, которое я сам и зажёг.       Разве герои убегают?       Именно этот вопрос, заданный женой, вспомнил в сие мгновение пламенный герой. — Я убегал от ответственности, старательно перекладывая её на… Рей, — Старатель вдруг уставился в потолок, будто «загоняя» подступившие слёзы обратно. На самом же деле, он поймал себя на мысли о безопасности собственной семьи. — А Тоя продолжал… «Смотри, отец!»… «Отец, я многому научился!», меня это раздражало. Рей пыталась достучаться до моего эго, она желала, чтобы я поведал непутёвому сыну о разностороннем мире, но я настолько зарылся в своём маленьком геройском мире, что не видел ничего прочего. Я убедил себя в личной непогрешимости и благих намерениях по отношению к Тое. Я верил, что… Переживаю за него.       Энджи потребовалось «переварить» всё сказанное перед тем, как продолжить. А также нейтрализовать боль, приходящую с последующими. Самыми горькими воспоминаниями. — Тоя был настойчив… Слишком настойчив. Вменяя всю вину в его поведении Рей, я силой пытался добиться того, чтобы она с ним совладала. Но она лишь кричала, что ей его не остановить. Тогда я… Я высказал Тое собственное мнение прямым текстом. Я велел ему перестать упираться, играть с Нацуо, Фуюми… Завести друзей, которые познакомят его с иным миром. Не миром… Героев. — Что же он ответил, Тодороки-сама? — «В классе все хотят стать героями».       Услышав это, Мидория буквально подпрыгнул на стуле, чем слегка смутил Старателя. Изуку мгновенно устремил взор в блокнот и очень активно моргал. — Деку? — Я, кажется, начинаю что-то понимать… — А… — Энджи не знал слов, которые следует произнести в подобной ситуации. — Ладно. — П-продолжайте, Старатель, — быстро закивав, сказал Деку.       Неожиданная возможность перевести дух сыграла герою номер один на руку. Завершал свой рассказ он увереннее и чётче. — Для Тои, нет. Ни для кого из своих детей я не стал отцом в привычном понимании этого слова. Каждый из них чувствовал себя несчастным и потерявшим ценность. Слава Богу, Фуюми и Нацуо мои эгоистичные желания не коснулись. Сейчас мне остаётся только расхлёбывать кашу, которую я варил на проятежнии долгих лет. — Спасибо, Тодороки-сама.       Старатель в заключительный раз вздохнул, затем даже продемонстрировав Мидории легкую ухмылку. Этот акт самопознания для него тоже не прошёл даром. — Пожалуйста, Деку, — герой оглянулся на часы. — Увидимся на поле боя. Удачи.

***

      Более часа прошло с момента завершения созвона. Изуку, «обрабатывая» всю полученную информацию, задремал. Погода стояла пасмурная, никакое солнце ныне не мешало ему отдохнуть.       Взяв с тумбочки телефон, парень в пучине ленты телеграм-каналов на несколько мгновений даже забыл о своих бесконечных думах, чат их класса по какой-то причине «разрывался» от потока сообщений, но герой быстро осознал, что у него нет времени, которое можно потратить впустую.       Дела не ждали.       Удалив приложение как отвлекащий фактор, что, наверное, было даже слишком радикально, Изуку встал с кровати и приступил к собственному исследованию.       Вновь оказавшись за столом, Деку начал старательно записывать всё, что узнал, понял и до чего додумался в блокнот. «Стать героями… Все хотят стать героями», — зеленоволосый неоднократно прокручивал в голове эту цитату. Постепенно к нему в голову стали приходить и другие.       Они создали иллюзию вашей защиты, но на самом деле защищают только себя! — это произнёс Даби в «личной истории».       Не стоит забывать и о геройской популярности, — а это уже когда-то давно сказал Киришима. В автобусе, следующем в USJ.       Я стану тем, кто войдёт в историю! — цитата Джентла. — Популярность, история, деньги… — Изуку «лёг» на стол. — Кто навязал людям все эти желания? Если Даби встал на свой путь от обиды, от несбывшейся мечты, а Старатель не сумел показать ему чего-то иного, ведь сам ничего иного не видел, то… Видят ли люди вообще хоть что-то? Видел ли я…       На горизонте показался мозговой штурм. «Все хотят стать героями ради самоутверждения», — дополнил цитату Тои Деку в собственных мыслях. — «И почувствовать ценность своей жизни тогда и только тогда, когда взберутся на этот пьедестал».       Внезапно в голову Мидории «ударили» ещё одни когда-то услышанные слова.       «Отбросы привыкли, что их защищают. А защитники делают это ради наживы. Они и создали отбросов, нуждающихся в том, чтобы с ними нянчились. Ужасный порочный круг».       Шигараки. «Все хотят стать героями ради наживы», — Изуку приподнялся. — «Никто не хочет… Спасать людей».       Нарастало отчаяние. Казалось, ещё в схватке с Леди Наган Деку усвоил урок о серости мира, но основу всего ему удалось понять лишь сейчас. — Как же долго это всё было скрыто от наших глаз… — обеими руками парень зарылся в своих волосах. — И как же активно это всё… Гнило.