Глава 5

*** 1991 год. Я впервые переступаю порог Хогвартса. Началась новая страница в моей жизни. Я невероятно счастлив, вокруг много друзей, все знают меня и уважают. Всё, но не она. Гриффиндорская выскочка, подружка того самого, «избранного» Поттера. Даже смотреть на неё — ниже моего достоинства, но я смотрю. Смотрю, как она часами сидит в библиотеке, как убегает, смахивая слезы, в сторону туалетной комнаты, как увлечённо болтает с друзьями. Нет, мне нет до неё дела, просто она слишком старается быть лучшей, но лучший здесь только я. *** 1992 год. Отец назвал Грейнджер грязнокровкой. Такие как она позорят магический мир. Она все время со своими друзьями, даже не смотрит в мою сторону. А когда смотрит, то на её лице только отвращение. Эй, все не так, это я должен чувствовать отвращение к ней. И мне почти удаётся убедить себя в том, что мне все равно, что она настолько ниже меня по статусу, что не стоит даже одной моей мысли. Но вот она в больнице. Чёртов Василиск, чёртов Поттер, который не смог уберечь свою подружку. Я тайно прихожу к ней в палату и просто смотрю. Грязнокровка, пожалуйста, выживи. *** 1993 год. Нос, она сломала мне нос! Я хотел ответить, но не смог даже поднять на неё руку. Убежал, как последний трус. Но боюсь я вовсе не Грейнджер, я боюсь своих мыслей. Какая же она чертовски красивая в гневе. *** 1994 год Я смотрю на танец Грейнджер и Крама. Когда она стала такой красивой? Не могу оторвать взгляд. Меня дёргает за рукав Астория. Я так увлёкся своим наблюдением, забыв, что пришёл на Святочный бал с ней. Даже кружась в танце с Гринграсс, я не отвожу взгляд от Грейнджер. Вдруг она смотрит прямо на меня. Сколько длится это неловкое мгновение? Она в объятиях Крама, я в объятиях Астории, но никто не отводит взгляд. Странные ощущения в животе, кажется, это начало чего-то нового. *** «Нас могут заметить, Драко!» — хихикает Гермиона, пока я целую её шею, спрятавшись от всех в нише коридора. Как хочется просто войти в Большой зал, держа её за руку, чтобы все видели, что это моя девушка. Но нет, никак нельзя этого допустить. Родители абсолютно точно не поймут мой выбор, а её друзья, наверняка, не поймут её. Мы прячем от всех свои отношения, свои чувства. На людях я все тот же засранец Малфой, а она все та же правильная девочка. Она таскается с Поттером и Уизли, а я с Асторией, Пенси и Блейзом. Кажется, Тори начала что-то подозревать. Устроила истерику. Не удивительно, ведь родители уже обсуждали нашу помолвку. Плевать, плевать на все, этого не будет. Только одна девушка имеет для меня значение. Только Гермиона Грейнджер. *** 1995 год. Всё летит к черту. Он вернулся, Лорд Волдеморт действительно вернулся. В школе теперь как в тюрьме, но мы с Гермионой умудряемся найти время и место, чтобы побыть вдвоём. Я не могу рассказать ей о связи Волдеморта с отцом, нет, не сейчас. Сейчас хочется просто утонуть в её объятиях. Она — как остров спокойствия в этом море безумия, страха и жестокости. *** 1996 год. Я думал, что хуже уже не будет. Черт, я так сильно ошибался. Я не смогу, не смогу этого вынести. Не смогу признаться ей, что именно я должен сделать. Она узнала о моей метке. Я так боялся её реакции, боялся, что она начнёт кричать, уйдёт, хлопнув дверью. Но Грейнджер просто тихо плакала и гладила кожу на моём предплечье. Мерлин, почему нам суждено пройти через это. Я должен убить директора. ОН не простит мне, если я не справлюсь. А ОНА не простит мне, если справлюсь. *** 1997 год. Она исчезла. После смерти Дамблдора она просто исчезла, вместе со шрамоголовым и рыжим. Черт, как же я зол на себя. Не могу забыть её разочарованный взгляд там, на астрономической башне. Она видела, видела, как я направлял палочку на старика, видела, как моя рука дрожала, видела слезы, которые застыли на глазах, так и не решившись скатиться по щеке. Она видела, что я не смог это сделать. Но она все равно не простит меня, никогда не простит. Я потерял самое дорогое, что у меня было. *** 1998 год. Какое счастье снова видеть её, мою Гермиону. Когда троица снова вернулась в замок, я понял, что не могу больше её потерять. Я должен все исправить. Поттер искал диадему, я знаю, для чего она ему, у меня было достаточно времени, чтобы разобраться. Я знаю точно, где она, ведь я видел её, когда чинил исчезательный шкаф. Поттер и Уизли не доверяют мне, а Грейнджер… Она снова смотрит на меня. Смотрит не как на врага, не как на человека, растоптавшего все хорошее, что между нами было. Гермиона смотрит на меня как раньше. Я держу её за руку, когда Поттер уходит в запретный лес. Она утыкается мне в плечо и плачет, когда Тёмный Лорд заявил о том, что Гарри Поттер мёртв. Чёрта с два. Этот сукин сын оказался чрезвычайно живучим. Я вижу, как он поднимается, вижу и бросаю ему свою палочку, ему она точно понадобится. И вот Лорд Волдеморт пал. Все. Этот кошмар, длившийся столько лет, позади. Мы можем быть счастливы, можем быть вместе. Я целую её так жадно, так страстно. Я никогда и никому её больше не отдам. *** 1999 год. Не могу поверить. Гермиона Грейнджер теперь моя жена. Теперь она Гермиона Малфой. Я думал, что отца хватит удар, когда он узнает о том, что я сделал ей предложение. О да, он был в ярости, грозил даже выжечь мой портрет на фамильном древе. Но, как ни странно, достаточно быстро смирился. Я до сих пор не могу в это поверить. Астория проклянала меня, как только могла, я нарушил её планы относительно удачного замужества. Но все это уже не имеет значения. Гермиона моя, только моя. И у нас впереди вся жизнь. *** 2000 год. Как же я ненавижу лицемерие. Сегодня мы на благотворительном приеме в честь годовщины окончания второй магической войны. Вечер, который организовал мой отец, один из главных слуг Тёмного Лорда. Он улыбается гостям, произносит приторно сладкие речи. Я не мог не быть здесь, но чертовски хочу поскорее покинуть это место. Гермиона тоже не в восторге, но она искренне пытается помочь моему отцу отбелить его репутацию. Она и так сделала слишком много — вышла за меня замуж и взяла фамилию Малфой. Это ли не лучший способ вернуть нашей фамилии былое уважение. Вижу на приеме Асторию, она не сказала мне ни слова. Зато мило беседует с моим отцом и матерью, проделывая в моей голове дыру своим взглядом. Лицемерка, такая же, как и они все. Я осторожно увожу свою жену подальше от толпы и предлагаю сбежать. Она тихо хихикает. Как же сильно я люблю её смех. Мы выбегаем из зала и трансгрессируем в Малфой мэнор. Она стоит у окна, обнажённая, лишь тусклый свет луны падает на её плечи и спину. Я не могу налюбоваться ей, настолько она прекрасна. Только под утро мы уснем. Она, как обычно, закинет на меня одну ногу, обнимет и уткнется носом в мою грудь. Утром мне нужно в банк Гринготтс, я уезжаю, стараясь не потревожить её сон. Целую на прощание в лоб, она слегка морщится во сне. В Грингортс снова встречаю Асторию. Эта девица преследует меня? Как ни странно, она сама подошла ко мне, и мы даже смогли немного поговорить. Неужели остыла? Прощаясь, приобнимаю старую подругу, а она, совершенно неожиданно, целует меня в губы. Это вывело меня из равновесия. Она убежала по делам, а я стоял как дурак посреди холла, пытаясь понять, что же это было. Из оцепенения меня вывели глаза. Её глаза. Черт, почему Грейнджер поехала за мной. Снова этот взгляд, полный разочарования. Бегу за ней, хватают за руку и трансгрессирую в Менор. Она в ярости. Она плачет. Я пытаюсь объяснить ей, насколько глупая вышла ситуация, но она даже не пытается меня слушать. Хватает свою сумку, хлопок, и она исчезла. Я решаю дать ей время остыть. Но и к вечеру она не появляется дома. Мерлин, ну что за упрямая женщина. Я ложусь спать в пустую, холодную постель. Утром, как обычно, я просыпаюсь и спускаюсь в столовую. Её нет. Конечно, я бы заметил, если бы она пришла ночью. Мать и отец в приятном расположении духа, хоть у кого то все в порядке с настроением. Спрашиваю у них, не видели ли они Гермиону. Выражение их лиц сразу же меняется. Отец не понимает, о ком я говорю. Что за шутки? Спрашиваю ещё раз у матери, она чуть заметно побледнела. Что происходит? Они спрашивают у меня, все ли со мной в порядке. Спрашивают меня, кто такая Гермиона. Салазар, я слишком взбешен, чтобы играть в эти игры. Собираюсь и еду в Министерство. Прямо к главе аврората. Поттер, она, конечно же, должна быть у него. Врываюсь без стука и спрашиваю про Гермиону. Снова то же непонимающее лицо. Она решила разыграть меня, наказать? Браво, Грейнджер 50 очков Гриффиндору. Выбегаю из кабинета в ярости. Вот только найду её, покажу, как шутить со мной такие шутки. Шутка… Так почему же сердце так предательски колотится, словно чувствует, что что-то не так. Ловлю первого попавшегося клерка в коридоре. Спрашиваю, знает ли он, кто такая Гермиона Грейнджер. Он отрицательно мотает головой. Повторяю попытку снова, и снова, и снова. Ничего. К министру, мне срочно нужно попасть к министру. Влетаю в его кабинет, успевая заметить лишь открытый от удивления рот его секретарши. Почти кричу ему, знает ли он, где находится Гермиона Грейнджер. И снова это до боли знакомое выражение лица. Нет, это не шутка. Это, блять, уже не шутка. Прошу министра проводить меня в архив. Кингсли сбит с толку, но, видимо, моё обезумевшее выражение лица напугало его, и он не сопротивляется. Газеты, сводки, отчёты, рапорты. Хоть что-то, я должен найти хоть что-то. Вот оно золотое трио, победившее Волдеморта. На странице фотография: Гарри, Рон и..... Джинни. Нет, нет, это дурной сон. Пересмотрел гору материала — ничего. Ни слова про Гермиону Грейнджер. Медленно опускаюсь на пол, истерически смеясь. На пороге архива уже стоит мой отец. Извиняется перед Кингсли, хватает меня за плечо и тащит к камину. Я не могу идти, не чувствую ног. Пару секунд — и я теряю сознание. *** 2005 год. Пять лет безнадёжных поисков той, которой не существует. Той, от которой не осталось и следа. Все её вещи, все наши колдографии, все упоминания о существовании Гермионы Грейнджер исчезли. Испарились. Словно её никогда и не было. Через пол года после её исчезновения я поступил на службу в аврорат. Сложно было убедить министра и Поттера в том, что я все ещё в своём уме после того, что устроил в Министерстве. Но, благо, Малфои влиятельные люди, везде смогут договориться. Все они считают, что у меня были галлюцинации после огромного количества выпитого огневиски. Мерлин, какой позор. Но это лучше, чем если бы меня сочли сумасшедшим и заперли в Мунго, в отделение для душевнобольных. Нет, этого не будет. Я надеваю свою маску день за днем, вот уже пять лет. Работая аврором я продолжаю искать её. Только мать с отцом видят, что происходит со мной на самом деле. Они убедили меня начать общаться со старыми друзьями. Блейз, Пенси, Тори… Естественно, они тоже ничего и никогда не слышали о Гермионе. Блейз попытался пошутить, что я увидел девушку в своём эротическом сне, и он был настолько реальным, что я стал искать её. Но увидев в моих глазах ярость в ответ на безобидную шутку, больше не рискует так шутить. Астория вела себя так же, как и в Хогвартсе, как будто и не было расставания. Нет, для неё и правда ничего не было, она уверена, что мы по прежнему пара. Но мне не нужен никто. Кажется, до неё все же дошло, насколько она мне безразлична и она переключилась на кого-то другого. А я… Мерлинова борода, я все ещё хочу понять. Отец не верит мне, но отдал мне в распоряжение несколько своих людей, чтобы я хоть немного успокоился. Они с матерью боятся за меня. Сегодня я слышал, как мать плачет у себя в комнате. Прости меня, мама, я не могу сдаться. Хотя может я и правда свихнулся. Сегодня Френк с парой-тройкой своих людей снова выехал на поиск. В Питсбурге, штат Пенсильвания, видели похожую под мои описания девушку. Это, вероятно, сотая попытка, или около того. Мне осталось только ждать и хранить в душе хотя бы крупицу надежды. Надежда — это все, что у меня осталось