Часть 34

Мышкин:       Влад проснулся от ощущения жара на коже. Но этот жар не был связан с ночной лихорадкой, скорее, его руку и левый бок опаляло июньское солнце. Он не очень любил все эти летние штучки, но сегодня был им искренне рад. Хотя, казалось, с чего бы? Ему в принципе не удавалось воспроизвести в памяти день, когда он в последний раз был по-настоящему счастлив. Разве что с Варей, пять лет назад, но… По ощущениям, это было давно. В прошлой жизни. И вообще, будто не с ним.       Ладно. Влад не любил врать. Самому себе. А иногда ведь очень хотелось…       В это утро он открыл глаза, не успев стереть странную улыбку на бледном лице. Она пропитала его теплом до самого мозга настолько, что он в принципе начал работать как-то иначе. Во всяком случае, Влад воспринял свое стремление поскорее подняться с постели и отправиться на поиски приключений именно так.       Он попытался отогнать от себя это сладко-дурацкое чувство, поёрзав в кровати ещё минут десять, но чуда не произошло и он, поднявшись, подошёл к шкафу. Найдя на полке черную рубашку, которая выглядела более менее прилично (по крайней мере, она не была такой мятой как хренова туча футболок), он быстро накинул ее на себя. В тот момент ему казалось, что вместо крови по венам тек энергетик, который, проходя по кровеносному руслу, выбрасывал в него литры очищенного серотонина. Чёрт знает с чем это было связано, но Владу понравилось.       А если честно, он всё же лукавил. Он понимал с чем связан прилив его сил, но всячески отгонял от себя эти мысли, боясь в очередной раз провалиться в бездну отчаяния, как это случалось с ним сотни раз до этого дня.       Он помнил, что ему часто снилась Колючка. В одних снах она была такой же как раньше: заботливой, ласковой с сияющими от счастья глазами. В других — её сарказм становился главным оружием против Влада и он упорно противостоял, а в третьих… Влад не любил вспоминать третьи. В них он вновь переживал то унизительное расставание. Повторял гадкие слова снова и снова, видя как на лице Вари отражалось болезненное непонимание. Но объединяло все сны лишь одно — после них Влад чувствовал себя мерзким предателем, которым по сути он являлся. Его вновь одолевали жуткие муки совести и он привычно загонял себя в лапы депрессии. Ну а потом всё превращалось в замкнутый круг: сны => депрессия => панические атаки => новый этап терапии => состояние безвольного овоща, как побочное явление тяжёлых лекарств.       Но сегодня всё было иначе. Он помнил свой сон и помнил сидящую рядом Колючку. Она нежно касалась его руки, а потом переводила пальцы на лоб и острые скулы. Он помнил как целовал её, впитывая в себя сладкий вкус её губ. Он помнил как осыпал поцелуями Варины руки и говорил ей всё то, что долго хранилось у него на душе. Всё это время Влад считал, что его чувства были лишь тяжким бременем, мёртвым грузом, лежащим на сердце, но сегодня он вдруг осознал, что любовь была его источником принятия этой жизни. Благодаря ей он нехотя просыпался и пытался вернуться обратно, вновь став привычным для всех Владом или Владиславом Владимировичем.       Конечно, в порыве отчаяния или нового витка глубокой депрессии он всерьез задумывался о том, чтобы наложить на себя руки, но его всегда спасали таблетки и не дающий прохода Александр Александрович Абрикосов, будь он трижды неладен. Иногда Владу даже казалось, что у Саши была секретная комната, как у хранителя Сказок, в которой каждый раз, когда Князеву приходила в голову новая упадническая идея, начинала мигать красная лампочка, свидетельствующая о том, что пора бы Сашеньке появиться…       А, ну да, ещё ведь была Василиса… Отдельный пункт в его списке незванных гостей.       Влад невольно поморщился. Утро началось слишком прекрасно, для того чтобы вспоминать сейчас о Вась-Вась. Как же он этого не хотел, но… в его памяти уже всплыли картинки вчерашнего собрания, взбунтовавшегося Морока и… точно, он же был тяжело ранен! Странно, но сейчас Влад этого даже не чувствовал. Если бы не красочный кадр воспалившегося плеча, он бы ни за что не поверил, что это произошло с ним.       Решив наверняка всё проверить, он стянул с плеча растегнутую рубашку и удивился. На месте вчерашней дыры, размером с мировой океан, была лишь небольшая, почти затянувшаяся кожей царапина. Таких на его теле были сотни, если не тысячи. Едва ли не каждый день он приносил по паре таких с занятий по боевому искусству. А тут…       Влад снова накинул рубашку на плечи и стал быстро застёгивать пуговицы. Видимо, он пропустил вчера нечто важное, но что именно, он не помнил. Что ж, наверняка это уже обсуждалось на очередном собрании Василисы.       Мысли сменяли друг друга быстрее чем мелкие пуговицы. Впрочем, Влад справился с ними меньше чем за минуту. Он даже успел завязать хвост, предусмотрительно превратив его в высокий пучок. Он вовсе не хотел чтобы во время следования до кабинета Вась-Вась его глаза застилали темные пряди. Да и вообще…       Влад замер. Его взгляд застыл на лежащих на столе сырниках.       С минуту он стоял посреди комнаты, пытаясь уложить в голове всё, что с ним сегодня случилось. Почему он так легко воспринял свой сон? Откуда на столе взялся завтрак, о котором он бредил пол ночи? Почему его плечо зажило всего за восемь с лишним часов? А главное… Он что, действительно всё рассказал Варе? О своей боли, о чувствах, о ненависти к себе после их расставания?       Нет, это не могло быть правдой, потому… Да просто потому что! Что здесь могла забыть Колючка, после всего того, что он натворил? Бред… Но с другой стороны… откуда в его комнате взялся приготовленный ею завтрак?       В том, что сырники и свежесваренный кофе было делом рук Вари, Влад не сомневался ни секунды. Даже спустя сотни лет, он с лёгкостью узнал бы в них руку мастера, а уж тем более вкус… В его памяти всплыла знакомая сладость ее сырников с изюмом. Варя ведь до жути любила все эти сладости, но так как она тщательно следила за фигурой, то заменяла их на сушеные фрукты. — Колючка…       Влад пулей вылетел из своей комнаты и бегом полетел на собрание.

***

— Портал запечатан, — устало произнесла Василиса.       Она потратила слишком много сил и времени на то, чтобы создать барьер между двумя мирами, заручившись поддержкой Кощея и Ядвиги Петровны. На всё это ушло почти семь часов, оставив на сон лишь жалкие девяносто минут. Но Василиса не жаловалась. Она вообще не привыкла показывать свою слабость. Особенно посторонним. Особенно Саше и девочкам из Сказочного Патруля. Особенно Варе… — Что насчёт защиты Штормграда? Виктор возвёл магический купол? — взволнованно спросила Варвара, прекрасно понимая, что её место там, но теперь она, как никогда прежде, была нужна здесь. Во всяком случае, покинуть Влада она бы сейчас не смогла. — Да, Кощей направил ему две сотни солдат, они на время закроют брешь в обороне. — Спасибо, — искренне поблагодарила Варя. — А что у древлян? Известно что стало с их западными границами? — Они стянули к приграничью целое войско, не беспокойся, — уверенно произнёс Влад.       Его дыхание ещё немного сбивалось, но он должен был проверить свои предположения относительно Вари прямо сейчас. Варя обернулась и, слегка улыбнувшись, продолжила: — Отлично, значит у нас ей в запасе ещё пара суток. За это время мы сами сможем выстроить оборону Штормграда.       Влад нервно сглотнул. Если Колючка ему улыбнулась, значит его сон… не был чёртовым сном? Она действительно была рядом с ним? И он целовал этой ночью реальную Варю? Не может быть…       Он медленно опустился на стул, не сводя с девушки удивленного взгляда. Да, определенно, это была она… Влад слишком хорошо помнил ее привычки и невербальные знаки. За месяцы их отношений он узнал, что когда Варя не высыпалась или же просто уставала от бытовухи, она заплетала две объемные косы, чтобы убрать ненужные пряди с лица, но в то же время, чтобы не заморачиваться над прической. Она никогда не отвечала прямо на поставленный Владом вопрос, а таинственно отворачивалась, продолжая вести с оппонентом беседу, как ни в чем не бывало. Она не злилась, когда он прерывал её монолог, но игнор становился для него неотъемлемой частью. Он также знал, что когда Варя прощала его после затянувшейся ссоры, то садилась рядом, по правую руку, тем самым, давая знак к примирению. Само собой, что гордость принцессы была главной чертой её непростого характера, поэтому, этим жестом она показывала Владу, что он может подходить извиняться. Поначалу бывшего князя ломало от необходимости подобных прошений, но потом он привык. Ведь не разговаривать с Варей, находясь рядом с ней, было куда более жестоким испытанием, чем банальное: «Любимая, извини».       Вот и сейчас, закончив свой диалог с Василисой, она молча заняла место на соседнем от Князева стуле. Он долго изучал её профиль, словно боялся проснуться. Такое развитие событий, казалось ему более логичным и ожидаемым. Мог ли он себе представить, что настанет тот день, когда Варя смилостивится и простит его? Наверное, нет. Но он, кажется, наступил… — Значит, придерживаемся нашего плана. Кощей с Алисой и Ядвигой Петровной охраняют вход со стороны Сказочного Мира. Я, принимая во внимание советы и консультации Владислава Владимировича, слежу за положением Мышкина, ну а девочки из Патруля… Будьте готовы отразить атаку в любое время по обе стороны карты. Девочки синхронно кивнули. — Маша, с тебя инструктаж по военному потенциалу древлян. Варя — на тебе разработка стратегии в отношении Штормграда. Алёна — поддерживай связь с родителями по поводу происходящего в королевстве. Ну а Снежка… на твоих плечах — поднятие боевого духа внутри вашей команды. К сожалению, я вижу, что с ним у вас всё непросто. — А я? — удивлённо спросил Абрикосов. — А Вы, Александр Александрович, продолжайте обучать учеников боевому искусству и… — на миг она замолчала, но Саша всё понял и так. — Будьте на чеку. Опасность может подстерегать нас там, где мы даже не ждали.       Естественно, Василиса имела в виду Морока. Это понял бы даже Влад, если бы не был так сильно увлечён сидящей рядом Варварой. Надо же… Он чувствовал себя бездомным щенком, которого приманили едой и клятвенно пообещали забрать с улицы… — Ну а пока вы можете быть свободны, — закончила Василиса, захлопнув папку с планом их действий.       Кабинет довольно быстро опустел. Снежка с Машей привычно отправились в библиотеку, Алёнку куда-то потащил с собой Саша, а Влад… — Ваше Величество… — неуверенно начал он, обернувшись к шедшей позади Варе.       Его сердце едва не выпрыгнуло из груди, не в силах скрыть то волнение, что отразилось в адресованных Варе словах. Влад очень боялся ошибиться и вновь потерять ту надежду, которая зародилась в душе этим утром. Те доли секунды, которые прошли с момента его обращения к Варе, показались ему целой вечностью. Он смог выдохнуть только тогда, когда увидел знакомое выражение на её лице и лишь затем неосознанно улыбнулся. — Господи, Влад… — наигранно закатив глаза, протянула принцесса. Он не успел ей ответить, но вместо ответа, он ощутил на себе тепло её губ. — Какой же ты… тормоз, — тихо прошептала она, вовлекая его в томительный поцелуй…