часть 3. Истощённая дружба

В руках папка с делом, которую Кайла заприметила ещё в кабинете Кима на столе. Вроде как, камеры отключены, но вряд ли это долго продлится. Сынмин не говорит и не делает чего-то просто так, видимо, в ней что-то важное. Убрав со лба прилипшие волосы и успокоив дыхание, девушка села на пол, не обращая внимания на холод. Пальцы коснулись папки и перевернули первую страницу.   Кристофер Бан Чан — 26 лет  — внешность изменчива, чтобы скрываться меняет цвет волос, цвет глаз и скрывает в частности лицо под маской — неуравновешенный, продуманный, агрессивный, нестабильный — нет постоянного места работы и жительства — подозревается в похищении, причинении телесного вреда  «Похитил шестерых людей. Скорее всего они используются в каком-то деле, вполне вероятно, связанном с криминалом. В заключение непонятно: добровольно или нет. Нет следов, которые указывали бы на то, что похищенные живы».      Кайла читала досье на своего бывшего человека и, в целом, она знала о нём всё сама. Единственное, что сильно её удивило и испугало - похищение людей. Скорее всего, это произошло после того, как они виделись с Крисом в последний раз. Когда глаза прошлись по печатным строкам, Кайла принялась читать то, что было написано от руки снизу от основного текста. «Бан Чан похитил шестерых парней для неизвестных целей. На месте происшествия последнего преступления я был один, тщательно оссматривая обстановку. Моё внимание привлекла серёжка, оставленная на столе рядом с кружкой. Будто кто-то устало снял украшение на время, намереваясь после отдыха вновь его надеть. Только дело вот в чём, пропавший Со Чан Бин никогда не носил украшений. Значит вещь не его, тогда… Доставая небольшой фотоаппарат, фотографирую улику. Никаких следов борьбы не было обнаружено, и я собирался уже уходить, пока не услышал звук со второго этажа. Являясь частным детективом, я не имел оружия при себе, ведь того не требовало моё положение. Все места, где совершались преступления, мне разрешалось просматривать только в присутствии правоохранительных органов. Таковые имелись, только они ждали на улице. Согласен, опрометчивый поступок с их стороны и глупый. Со мной поехали новечки, которыми достаточно просто руководить.   Я заметил движение краем глаза и ринулся к выходу, стараясь как можно быстрее оказаться на улице. Преступник здесь, а я полностью безоружен. За правую руку меня сильно и резко дёргают, из-за чего мышцы больно тянет. Я морщусь и под весом, склоняюсь назад, когда по голове прилетает тяжёлый предмет. Голова начинает раскалываться от причинённого удара, а на лице ощущаю тряпку с ужасно знакомым запахом, но мозг отключается сразу после ужасной догадки».   Кайла заканчивает читать, когда по помещению проходятся звуки помех. У девушки внутри всё сжимается, что она судорожно закрывает папку, пытаясь найти место, где её спрятать. Чуть правее от себя она цепляется взглядом за линолеум, который немного отходит от пола. Стремглав, та кинулась на него, прикладывая силы и отдергивая его всё больше. Когда пространство свободное расширилось, она положила туда папку, мысленно запоминая место, где она находится. Вряд ли Крис будет присматриваться к этому линолеуму после того, что случилось. Сейчас для него намного важнее найти саму девушку и вернуть контроль за положением. Из динамиков вновь доносятся помехи, и вскоре всё затихает.   Кайла уже отползла от места, где спрятала дело, и сидела, прижимая голову к коленям. В таком положении Крис не сможет распознать её страх быть пойманной, а это то, что ей нужно прямо сейчас. Секунды длятся, а девушка может только тихо втягивать воздух носом, стараясь минимально двигаться всем телом. В голове крутятся мысли о Сынмине, всё ли с ним в порядке. Потому что Ким Сынмин - надежда на спасение, которую терять бы не хотелось. —Неужели Ким Сынмин наобещал тебе чего-то, что ты так легко поверила его словам, малышка? — рассерженный, но всё же спокойный тон голоса заполнил пространство, — хотя его подвешенный язык сыграл свою роль, я и сам было поверил в его преданность…   Кайла тяжело сглотнула и подняла свою голову с коленей. Девушка более менее успокоилась, но держала себя в руках, чтобы случайно не посмотреть в ту сторону, где спрятана от Криса важная и полезная информация. —Чего молчишь, Кайла? Боишься проговориться? — его голос приобретал гневные нотки, и с каждым словом парень всё сильнее давил на сознание, — что бы вы не придумали, Ким уже выведен из игры. Ты одна, как и должно быть. Если случится что-то похожее ещё раз, то тебя будет ждать наказание.    Кайла подняла голову и взглядом нашла камеру. Выставив руку вперёд перед собой, показала в неё средний палец, усмехаясь от своей же глупой смелости. Крис едва слышно выдохнул: —Оставь детское ребячество на потом. Лучше бы тебе идти дальше, Кайла, пока сама можешь… — его голос затих, а огонь внутри девушки только разгорался.   Нет смысла тратить время, сидя в коридоре. Сейчас она всё равно не дочитает папку, ей следует идти дальше, может, повезёт и она встретит кого-то, кто сможет ей помочь, как пытался это сделать Ким Сынмин. Сынмин…   Интересно, что с ним сейчас и где он вообще находится. В порядке ли парень, ведь очевидно кто-то за ними гнался, причём с плохими намерениями. Сердце сжалось от страха за него, но это чувство девушка постаралась поскорее подавить. Кристофер именно на этом и хотел сыграть, он просто пытается вывести из колеи своими словами о Сынмине. Главное, не думать о плохом и стараться не накручивать себя, очень важно собраться мыслями и силами, чтобы продолжить путь.   Дурацкий коридор уже знатно надоел за всё время, настолько, что девушке хотелось вырвать себе глаза. Повернув очередной раз направо, она встала в ступор. Тонкое пространство сменилось более широким. Перед глазами обычный больничный коридор, который очень похож на стационарный. Медленно продвигаясь вперёд, девушка замечает типичные больничные плакаты с советами, которые там обычно висят на стенах. Кайла слегка поёжилась, ведь температура в этом помещении явно ниже, чем в прошлом. В воздухе витает запах таблеток и других медикаментов, свет очень тусклый и белый, что в совокупности создаёт ужасную и гнетущую атмосферу. Слева поочередно стоят белые небольшие диванчики, будто для ожидающих, а ещё реже встречаются капельницы. Всё вскоре сменяется палатами с номерами.   Кайлу одолели неоднозначные чувства, когда двери к ним были закрыты. Что-то её сильно смутило, поэтому она постучала по ним. Пальцы нащупали тонкий материал, похожий на картон. То есть все эти палаты - пустой муляж. Вернувшись в центр, девушка скептически взглянула прямо по коридору. В конце него ещё одна долбанная дверь, которая явно скрывала за собой нужную комнату. Ноги предательски дрогнули, когда Кайла ступила вперёд.   Эта дверь была уже настоящей и пришлось приложить усилия, чтобы её открыть. Войдя в палату, в нос сильнее ударил запах лекарств, а ещё в помещении было душно, но терпимо. Внутри она оказалась не сильно большой, поэтому в ней помещалась только большая больничная койка и множество аппаратов. Такое количество приборов, капельниц, устройств Кайла видела впервые, особенно пугало то, что все они подключены к одному человеку. Пройдя чуть ближе, девушка заметила очень светлые тонкие волосы, собранные в хвост, но тем не менее расстрепавшиеся на подушке. Бледное лицо с еле заметными веснушками, тонкий аккуратный нос, впалые щёки и острые скулы, пухлые, но потерявшие цвет сухие губы. Черты лица навевали какой-то образ в сознании, будто это кто-то знакомый. От ужаса осознания, кто перед ней, девушка прикрыла рот рукой, чтобы заглушить всхлип.  Ли Феликс.   Познакомилась она с парнем как раз из-за Криса, потому что Феликс был единственным его близким другом на тот момент. И именно Ли всегда подмечал странности в поведении друга, он пытался помогать паре советами и как-то материально, если то было нужно. Он всегда защищал Кайлу от нападок Криса, если таковые случались. Феликс был самым доброжелательным человеком в её жизни, он заботился о ней намного больше, чем собственная мать. Парень никогда ничего не жалел ради неё, всегда оставаясь рядом и являясь верным другом. В момент расставания с Крисом и тем, как она поступила с ним, Кайле не менее отвратительно было на душе, ведь её волновало мнение Феликса и его нынешнее отношение к ней.   Воспоминания вихрем пролетали в её голове, вызывая бурю эмоций. Встретить его сейчас - она никак не ожидала, ещё и в таком состоянии. Что же случилось с Феликсом, почему он буквально зависим от тысячи аппаратов?   Стараясь не шуметь, Кайла подошла ближе к одному прибору, показывающему пульс и давление. Данные не вызвали никаких положительных эмоций, ведь таких плохих показателей она не ожидала. И ведь скорее всего это лишь малая часть его подвешенного здоровья. Взгляд зацепился на самом устройстве: оно было покрыто пылью. Девушка стала осматривать и остальные, но картина та же, они все в пыли. Глазами девушка нашла вентиляцию, полностью забившуюся грязью. Губы поджались сами собой от злости, в таком состоянии находится в душной и грязной палате категорически нельзя.    Сзади в самом углу комнаты стоял небольшой умывальник, девушка стала искать тряпку или хоть что-то похожее на неё. Обыскав тихо всю палату, Кайла гневно опустила руки. Ничего не было. Трогать одеяло и подушки, чтобы взять ткань, она не стала, лишь бы не потревожить Феликса. Руки сами потянулись к своей майке, резко отрывая от неё кусок. Теперь на ней что-то похожее на топ, еле прикрывающий грудь. Благо черная куртка всё ещё скрывала тело от лишних глаз. Намочив ткань, девушка сперва направилась к вентиляции. Дотянутся до неё не составило никакого труда, поэтому она принялась мыть её. Не обращая внимание на всю грязь и свою брезгливость, девушка продолжала всё тщательно вычищать. После она сразу направилась к приборам и другим поверхностям, смывая всю пыль. Девушка открыла дверь, чтобы более менее свежий воздух попал вовнутрь.       Закончив влажную уборку, она кинула кусок бывшей майки в умывальник и помыла руки. Вернувшись к парню, Кайла осторожно прикоснулась к одеялу, пытаясь почувствовать былое тепло этого солнца через вещи. Не успела она коснуться, как ткань зашевелилась. Подняв взволнованный взгляд выше, девушка столкнулась с взглядом парня напротив. Раньше его карие глаза выражали одним своим видом добро и позитив, сейчас никакого света в них не осталось, лишь тусклый отблеск былого. Его глаза были слегка приоткрыты, а зрачки оставались на одном месте.  —Ликси… — Кайла не сдержалась и тихо прошептала ласковое имя друга, больше из-за своей внутренней потребности вновь обратиться так к нему.   Глаза парня медленно раскрылись от удивления. Прибор слева показывал учащённое сердцебиение, пока сухие губы немного двигались. Парень кинул взгляд позади девушки, не отрывая его. Кайла обернулась и кроме выхода заметила небольшой шкафчик. Подбежав к нему, она открыла тот, и достала маленькую бутылку воды. Открутив крышку, девушка налила в неё воды и поднесла к губам Феликса. Чтобы не было больно от обезвоживания, она понемногу смачивала его рот, потом давая ему всё больше жидкости. Парень сомкнул губы, намекая, что ему достаточно, и Кайла убрала бутылку в сторону на пол. Пару секунд Феликс молчал, но потом очень хрипло произнёс: —Кайли, это правда ты… — голос звучал низко, и от непривычки говорить Феликс прокашлялся. Кайла испуганно склонилась к нему, переживая за его состояние. Вновь слышать ласковое обращение из его уст необыкновенно тепло и приятно.  —Ликси, ты можешь рассказать, что с тобой произошло, и как ты тут оказался? — её голосок излучал трепет, стараясь не тревожить лишний раз громкостью. —Не волнуйся, Кайли, временные неприятности, ты же знаешь, — уголок его губ поднялся, но быстро дрогнул. —Если тебе тяжело говорить, то ненужно,  — девушка поднесла к нему руку, но так и не посмела прикоснуться. Видеть его в таком состоянии очень тяжело, учитывая, что скорее всего этим его наказала сама Кайла.  —Когда вы с Крисом… расстались, — он выделил это слово и поморщился, будто пробуя то на вкус, — всё полетело к чертям. Он по-настоящему сходил с ума из-за любви к тебе, а после - из-за ненависти. Я всё время был рядом, пытаясь вытаскивать его из разных передряг, но с каждым днём становилось только хуже, — хриплый низкий голос заполнял пространство, вновь погружая девушку в воспоминания того самого дня. —Крис снаружи оставался тем же, но внутри изменилось всё. Стараясь оградить его от новой опасной выходки, я травмировал спину. С того момента и моё здоровье пошло к чёрту. Крис во всём винил себя и просто уничтожал свою личность изнутри. Видя это, я и сам стал меняться. Не справляясь друг с другом, мы оба тянули себя на дно. Единственным важным человеком после твоего ухода для меня был он, не выдерживая смотреть за его мучениями, я отдалился. Каждый день кусок в рот не лез, мне было противно от самого себя. Я не понимал своего поведения, своих мыслей. Я считал, что недостоин жизни и привёл себя сам к этому состоянию. Мой иммунитет спал и более не способен был бороться с обычными простудами. Я сломлен не только морально, но и физически. Все эти аппараты поддерживают моё состояние, на котором я могу выполнять самые простые навыки: дашать, глотать, говорить и так далее, — он устало прикрыл глаза, но продолжил говорить. —Я жил один, и в какой-то из дней потерял сознание от нехватки сил. Мой примерный вес был 49 килограммов. Тогда то меня и нашёл Крис, не знаю откуда он узнал, где я, но по итогу не бросил. Сейчас я говорю и дышу  благодаря ему, как и прикован к этой постели. Мы нечасто с ним видимся, ведь он не может смотреть без слёз на меня, поэтому скрывается. Оба вспоминаем прошлое: когда мы были втроём, это помогает нам забыть о реальности. А сейчас и ты тут, Кайла. Не подумай, я безумно рад тебя видеть, только я сомневаюсь, что ты по своей воле здесь оказалась. —Как только Крис забрал меня к себе, я ещё был в состоянии ходить. Он часто не отвечал на мои вопросы, но в один из дней я подслушал его разговор с кем-то. И говорили они о тебе, Кайли. Ненависть, план, место. Помню только обрывки, но тогда я заглянул в его кабинет и увидел твои фотографии со стороны, обклеенные везде. Он следил за тобой, — парень перешёл на шёпот, а в глазах застыли слёзы. —В один из дней я заметил в коридоре какого-то парня, он был полностью в чёрном и держал в руках твою фотографию. После ножом он разрезал её на несколько маленьких частей. Меня охватил ужас. Как раз после того момента Крис запретил мне покидать комнату, которая теперь превратилась в палату и мою мягкую клетку. —Феликс, я не знаю, что сказать, — девушка судорожно смахивала слёзы, подавляя всхлипы. Не такой жизни она хотела ему. Он просто недостоин всего того, что пережил и правда в частности из-за неё. Кайле было тяжело просто представить всё то, что вытерпел он, — что мне сделать? —Кайли, мне уже ничем не поможешь, поэтому я попрошу только две услуги, сможешь? — он облизал вновь пересохшие губы, отказываясь от воды. —Всё, что угодно, — Кайла искренне готова выполнить всё, что он попросит. —Во первых, беги отсюда. Я не знаю, что Крис подготовил для тебя, но это что-то ненормальное. Я боюсь, что он может навредить тебе, чего совершенно не хочу. Просто пообещай, что выберешься отсюда живой, хорошо? — до этого у него был измученный и больной вид, но сейчас он прикладывал огромные усилия, чтобы добавить в голосе серьёзности. —Хорошо —Нет, Кайли, пообещай. —Я обещаю, что выберусь живой, Ликси, — парень удовлетворенно прикрыл глаза. —Во вторых, перед тем, как уйти, нажми на зелёную кнопку рядом с прибором, который справа от тебя, — внимание девушки вновь заострилось на аппарате с пульсом и давлением. Рядом с ним действительно была зелёная кнопка. Кайла встала и на ватных ногах подошла ближе, рассматривая единственный провод, соединенный с той самой кнопкой. Но далее тот самый провод подключался к одной сети, в которой сходились все остальные приборы. Кайла испуганно взглянула на друга и начала качать головой из стороны в сторону. Она не сможет этого сделать. Так она убьёт не только его, но и себя. —Кайла, я прошу… Я больше не могу так жить… —Нет, Феликс. Ты всегда говорил, что жизнь - сокровище, подаренное нам.  —Говорил, и я так до сих пор считаю. Но за сокровищем нужно ухаживать, чего я попросту не могу делать. Наблюдать за тем, как рушится мой привычный мир - самое больное и невыносимое. Я просто хочу оставить в памяти те же моменты, когда мы были втроём и жили счастливо. Не могу жить в этой реальности, которая с каждым днём разрушает меня морально. У меня отняли физические силы, пожалуйста, помоги сохранить те золотые воспоминания о нашей дружбе, не разрушая их настоящим. Я всё равно мертвец, рано или поздно это случится, но я так устал страдать, Кайли. Это моя последняя просьба, пожалуйста…   Кайла не могла прекратить панически дёргать головой, захлёбываясь горькими слезами. Она и так причинила море боли ему, а он хочет, чтобы девушка лишила его ещё и жизни. Но разве она не это ли и сделала в тот самый день? Именно тогда она убила своего единственного друга.   Её руки тряслись, и она вновь подсела к Феликсу на самый краешек. Девушка едва ощутимо коснулась его волос, родинок и веснушек на лице, аккуратно очерчивая их контуры. Слёзы так и капали вниз, поэтому девушка прикрыла глаза. Около них она ощутила тёплое и нежное прикосновение, Феликс смахивал   слёзные дорожки с её лица. И, пока она сидела с закрытыми глазами, ей в сознании отобразилось чёткое воспоминание.   После ссоры с Крисом, Феликс примчался к ней с любимыми сладостями. Он два часа слушал её и пытался помочь разобраться в ситуации, потом просто молча позволил ей выплакаться в своё плечо, отчего весь рукав его футболки сильно намок. Пока Кайла сидела с закрытыми глазами, успокаиваясь от истерики, Феликс заварил её любимый чай и поставил рядом с девушкой. От приятного аромата она открыла глаза и слегка смутилась: парень тянулся к ней рукой. Он ласково коснулся её кожи, смахивая слёзы. От его пальцев становилось тепло, а от его поддержки - легко.    Сейчас открывая глаза, Кайла видела перед собой того же Феликса. Его измученный, ужасно больной вид никак не затмит то солнце, скрывающееся внутри. И пускай это солнце сейчас сжигает само себя, оно продолжает дарить тепло окружающим, пока вскоре не потухнет.  —Я даже сейчас чувствую мяту, Кайли. Спасибо тебе за эти замечательные мгновения, пускай тебе будет так же легко, как тогда… — Феликс прикрыл глаза, напоследок скрепляя их руки вместе. Девушка молча тянется к кнопке, едва прикасаясь к ней. Он всегда считал её очень сильной личностью, и всегда говорил, что Кайла делает всё правильно. Ей никогда не стоит сомневаться в своих решениях. В груди всё сжимается от боли, но пальцы всё же нажимают на кнопку. Раздаётся короткий писк аппарата, и он затухает. Дальше цепочкой один за другим они прекращают гореть. Вместе с ними затухает пламя, ранее горящее в её лучшем друге. Но его тепло она запомнит навсегда.    Тонкие пальцы более не держат её руку, и она сама отпускает их. Накрывая Феликса одеялом с головой, Кайла еле встаёт на дрожащие ноги. Комната погрузилась в молчание. Феликс всегда любил тишину, наслаждаясь собственными мыслями и присутствием друзей. Он любил сидеть на открытом пространстве, где-нибудь на крыше дома, пока его волосы обдувал прохладный ночной ветер. Жалко, что его последние минуты жизни прошли в закрытом помещении. Но больше всего он любил своих друзей, и в самом конце Феликс принял свой исход не один. Просто так покинуть палату невозможно, она думает, что есть возможность изменить случившееся. Грёбаная надежда продолжает теплиться в её душе, не давая реальности взять своё. Кайла разворачивается назад и в конце коридора замечает мужской силуэт, он достаточно далеко, но не узнать его, невозможно. Крис держит в руках васильки - любимые цветы Феликса.    Его глаза блестят не только от света, но и от застывших слёз. Он тяжело сглатывает и кивает головой в сторону. Кайла смотрит туда, куда он направил, и без замешательств идёт в том направлении. Сокращая расстояние между ними, девушка замечает, как дрожат его руки. Она на секунду останавливается перед открытой дверью, и оглядывается. Девушка тяжело сглатывает и ступает вперёд, закрывая за собой. Через небольшое окошко справа замечает, как Крис направляется к Феликсу.  “Не бойтесь смерти, но опасайтесь потерять близких. Больше не бойтесь ничего.” П.Н. Мамонов, 1951   Феликс не потерял близких, поэтому он и не боялся смерти.