Часть 1, Пролог

Затишье.

То, что перед бурей.

Это была ночь, когда мир ещё не знал, что совсем скоро падет величайший темный маг своего времени, и когда сама смерть, казалось, замерла в ожидании.

В одной из глухих деревушек на севере Шотландии, в полуразрушенной хижине, окутанной чарами скрытности и отчаяния, дрожащими руками держала новорожденную дочь Элоиза Вейн. Девочка не плакала — она внимательно смотрела на маму. Глаза, слишком большие для такого маленького лица, были цвета серебристо-голубого инея, и в них уже читалась та самая тишина. Элоиза знала: у неё осталось мало времени. Пожиратели Смерти уже на подходе. Она не могла уйти — не с ребёнком на руках и не с проклятием, медленно разъедающим её изнутри. Но она могла попытаться спасти её.   «Ванесса», — прошептала она, прижимая девочку к груди. — «Ты не его. Ты — моя. Ты — Вейн».  

Элоиза была последней из Вейнов — древнего чистокровного рода, чьи корни уходили в эпоху основателей Хогвартса. Род Вейнов восходит к одному из учеников Годрика Гриффиндора — магу по имени Эдриан Вейн, известному не боевыми подвигами, а редким даром — способностью улавливать намерения других и создавать магические барьеры, проницаемые лишь для тех, чьи сердца были чисты. В отличие от многих чистокровных семей, стремившихся к власти или славе, Вейны избрали путь защиты. Со временем репутация Вейнов стала почти мифической. Говорили, что их дом невозможно найти, если они сами не пожелают тебя видеть. Что их амулеты способны отразить Аваду, а их плащи делают невидимым тело.

Вейны никогда не были фанатиками чистоты крови, хотя и оставались чистокровными по традиции. Их защитная магия, как считалось, «тускнеет» при смешении с магией, ориентированной на разрушение. Однако в их семейных хрониках есть записи о союзах с полукровками (включая одного целителя-магглорождённого), которые обладали «чистым намерением».

«Non per vim, sed per scutum» — «Не силой, а щитом».

***

Последователи Темного Лорда прознали про семейную защитную магию Вейнов и начали охоту за Элоизой из-за редчайшего артефакта Вейнов — «Щита Предков», способного отражать смертельное заклятие. Поместье Вейнов опустело, артефакты оказались скрыты или утрачены. Элоизе удавалось скрывать метаположение своего жилья, но даже это её не спасло. Выследив женщину после того, как она закрывала свою лавку Зачарованных Артефактов в Хогсмиде, похитили и доставили напрямую к Темному Лорду. Это был самый долгий месяц... месяц пыток и изнасилований. На женщине не осталось живого места... Она сидела в глухой темнице, прижав колени к груди и опустив голову, словно пытаясь стереть из памяти всё, что коснулось её тела. Взгляд был пустым — не от отсутствия мыслей, а от их избытка, от боли, настолько глубокой, что слова уже не могли её выразить. На щеке — глубокая царапина и багровый синяк, как тень чужой воли. Темной воли. Волосы спутаны, как мысли. В глазах — не слёзы, а лёд: хрупкий, прозрачный, за которым прячется обжигающий пепел унижения. Всё тело будто перестало ей принадлежать. Оно стало чужим, осквернённым, из него будто ушла душа — и не знала, вернётся ли. Но даже это не смогло сломать её верность семейному делу. Если Темные силы завладеют её даром или семейными реликвиями, миру настанет конец... Спустя время Пожирателям надоела их жертва и Темный Лорд приказал убить Элоизу Вейн. «Неужели всё так и закончится для меня?». Этот немой вопрос так и крутился в голове женщины. В следующее мгновение она почувствовала будто её затягивает в воронку. Подняв голову, она увидела знакомые очертания Хогсмида. — Если бы не Темный Лорд, мы бы ещё с тобой поиграли, тварь... — сказал один из державших её Пожирателей. — Нельзя трогать сук после Хозяина, Август, тебе ли этого не знать, — сказал бледный, худой молодой Пожиратель среднего роста с крючковатым носом и сальными, до плеч, волосами. Его холодные, черные глаза напоминали «темные туннели», но в них не было тепла. Тонкие губы кривила насмешливая улыбка. Он говорил мягким, низким голосом, в котором, впрочем, чувствовались стальные нотки. — Для чего вы меня сюда притащили? — из последних сил спросила женщина. — Я всё равно вам ничего не скажу, хоть убейте. — И вправду, Северус, давай уже покончим с ней и вернемся на пир! Там столько хорошеньких женщин! — Темный Лорд пожелал оставить подарок Дамблдору, мы не можем не выполнить его приказ. — ледяным тоном сказал второй. В нетерпении Август взмахнул палочкой, желая покончить с этим делом как можно скорее, как внезапно в них полетели десятки заклятий. Элоиза, державшаяся из последних сил, почувствовала окутавшую её слабость и потеряла сознание. Вокруг её тела образовался искрящийся золотистый купол. Началась бойня. Одно из заклинаний попало прямо Августу Руквуду прямо в лицо, отчего Пожиратель отлетел назад на несколько метров и больше не шевелился. Оценив свои шансы на победу с превосходящим количеством противника, второй спешно трансгрессировал к Темному Лорду, чтобы доложить о случившемся нападении. Нападавшими оказались члены Ордена Феникса, которые знали о похищении владелицы лавки Зачарованных Артефактов и следили за последователями Волан-де-Морта. Аластор Грюм послал Альбусу Дамблдору Патронуса с сообщением, что им удалось отбить у Пожирателей Элоизу Вейн, но она находится в бессознательном состоянии и укрыта защитным куполом. Ответ не заставил себя долго ждать. Женщину было решено доставить в Больничное крыло Хогвартса, где она сама когда-то училась... Но магия разбивалась о щит, поэтому мужчинам пришлось соорудить носилки и нести пострадавшую на руках. С того чудесного спасения прошло чуть больше месяца, как Элоиза узнала о своей беременности. Телесные раны затянулись, но страх и боль сидели у неё глубоко в душе. Она знала, что так просто они её не оставят в покое. В попытках выжить Элоиза была вынуждена скрывать свою беременность от всех. Она знала: ребёнок, зачатый от Темного Лорда, может стать ключом к новому ритуалу бессмертия. И решилась попросить убежища у своего бывшего Директора Школы — Альбуса Дамблдора.

***

Апрель 1980 года

Орден Феникса попытался спасти Элоизу, но Пожиратели убили её 29 апреля, когда новорожденной малышке не было месяца. Единственной, кого удалось спасти, была Ванесса — маленькая, беззащитная, завёрнутая в плащ с амулетом в виде феникса — её сумели вырвать из лап Тьмы. Эммелина Вэнс, Сириус Блэк, Римус Люпин, Фрэнк Долгопупс и Аластор Грюм из Ордена Феникса ушли в ту ночь, оставив за собой лишь тлеющие руины и слух о погибшей семье маглов. Потери были как со стороны Пожирателей, так и со стороны Ордена. Задорная белокурая Марлин Маккинон попала под Убивающее проклятие, прикрывая собой тело уже мертвой Элоизы с ребенком на руках. В Ордене был траур... Девочку доставили прямиком к Альбусу Дамблдору, чтобы решить что же делать дальше с крохотным человечком. Все понимали, что оставлять её в поле зрения Темного лорда было опасно, зная о его интересе к этому ребенку и семейным реликвиям Вейнов. Покрутив в своих морщинистых руках амулет в форме феникса, надел на шею спящей девочке. Мадам Помфри с домовыми эльфами хорошо постарались и позаботились о Ванессе. С тяжелым сердцем Альбус решил отправить девочку в магловский приют на окраине Лондона.

***

Годы шли. Ванесса росла в приюте, где никто не знал ничего, кроме её имени и амулета в форме феникса. Она рано научилась драться, защищаясь от задиристых мальчишек из приюта. В такие моменты непонятная злость охватывала девочку и с недругами случались несчастья. Однажды у одного из мальчишек пошла кровь из носа и ушей, которая не прекращала литься и после этого случая девочку отселили в одиночную комнату. С возрастом Ванесса и окружающие всё больше стали замечать странности, которые происходили с ней. Дети и воспитатели сторонились её — не потому что она была злой, а потому что рядом с ней всё менялось. Вспышки света в темноте. Летающие предметы. Стихийная магия с каждым годом росла в этой девочке. Чего скрывать, это пугало даже её саму. Она не понимала, что с ней происходит.

***

Дождь стучал по подоконнику приюта «Святой Марии» — тихо, упрямо, как будто пытался разбудить кого-то, давно забывшего, как звучит тепло. Ванесса сидела на краю своей узкой кровати, обняв колени. За окном — утреннее серое небо, перед ней — потрёпанная книжка о звёздах, которую она читала уже в третий раз. Дети из соседней комнаты смеялись, но не с ней. Никогда — с ней. Замкнутость и одиночество были её спутниками.

Утро 31 августа 1991 года

В дверь никто не постучал. Она просто открылась. На пороге стояла женщина в изумрудно-зелёной мантии, с острым, как лезвие, взглядом и сжатыми губами, будто она всю жизнь сдерживала что-то важное. В руках — чёрная трость... нет, не трость. Палочка. Тонкая, тёмная, с серебряной насечкой у основания. — Мисс Ванесса Вейн? — произнесла она, и голос её был строгим, но не жёстким. Скорее — уставшим от долгого ожидания. Ванесса кивнула, не вставая. Она привыкла, что взрослые приходят с выговорами или списками «странностей». Её даже показывали врачам, но те лишь разводили руками. — Меня зовут Минерва Макгонагалл. Я заместитель директора Школы чародейства и волшебства Хогвартс. Девочка моргнула. Школа чародейства? Она хотела улыбнуться — наверное, это шутка. Но женщина не шутила, а говорила весьма серьезно. — Вы — волшебница, Ванесса Элоиза Вейн. И с сегодняшнего дня вы больше не останетесь в этом месте. Слово «волшебница» повисло в воздухе, как пыль в солнечном луче — невидимое, но настоящее. Ванесса почувствовала, как что-то внутри неё дрогнуло. То, что происходило с ней... оно не было больным. Оно было ею. Она волшебница? — Но... я ничего не умею, — прошептала она. — Я только... иногда... всё ломается или летает. — Это не ломается, — мягко сказала Макгонагалл, подойдя ближе. — Это магия. Стихийная. Очень сильная. И очень древняя. В вашем роду её берегли веками. Она достала из кармана конверт с восковой печатью — герб с львом, змеёй, орлом и барсуком. — Это ваше письмо-приглашение. Вы зачислены на первый курс в Хогвартс. Там вы научитесь управлять своей силой. Там вы найдёте тех, кто поймёт и поддержит вас. И, возможно, — она чуть помедлила, — тех, кто уже давно вас ждёт. Ванесса взяла конверт дрожащими пальцами. Бумага была тёплой. Как живая. — А моя мама... — она не договорила, но Макгонагалл поняла. — Элоиза Вейн была одной из самых талантливых волшебниц своего поколения. Ванесса опустила глаза. По щеке скатилась слеза, но на этот раз — не от страха. — Я... я не знаю, как быть волшебницей. — Никто не знает в начале, — ответила Макгонагалл. — Но вы —действительно волшебница. Пойдёмте, мисс Вейн. Нам предстоит подготовить Вас к Школе и приобрести некоторые вещи в Лондоне. И впервые за одиннадцать лет Ванесса пошла за кем-то. За тем, кто знал её имя. За тем, кто знал правду о её происхождении. За тем, кто вёл её в мир, где она не будет изгоем — а станет той, кем была рождена быть. Но прошлое не отпускает так легко.   Особенно если оно — часть Тьмы.   Это не история о том, как стать героем.   Это история о том, как остаться человеком — даже если ты рождена от монстра.