Милый дом

28.07.2014 19:52 "We'll meet again, Don't know where, Don't know when..." Волны качают на себе одинокую рыбацкую лодку, алая краска которой потёрлась о прибрежные камни и выцвела от омывающей её воды. Рыбака в ней не было, кажется, её бросили, забыли, как и меня сегодняшним вечером. А дело в том, что я и мама в очередной раз разругались, ведь, пусть мы и на море, я не хотела шататься по всем нудным экскурсиям на которые она меня тянула. Именно поэтому сейчас мама пробует элегантные вина разных сортов, а я торчу под небольшой скалой, которая разделяла побережье и холмистые земли, тянувшись на километры обрывом. Здесь всегда было тихо и спокойно, единственными, кого я иногда видела – были проплывающие мимо рыбаки. Мне нравится море. По крайней мере, пока мои ноги не в воде, потому что я терпеть не могу ощущение этого холода, неизвестности на глубине и скользких камней. И водорослей. Я пусто пялюсь на медленно приближающееся к горизонту солнце, замечая, как меняется окрас воды вместе с небом. Багровые облака похожи на тревожный знак о чём-то исчезающем, сгорающем там, вдали, далеко от меня. Песок изрисован различными каракулями, которые выходили из под моей неискусной руки палкой, найденной у камня на котором я сейчас сижу. Это были завитки, строки из последней песни, которую я смогла вспомнить и непропорционально вытянутая фигура моей матери с хмурым выражением лица. Такой она была, когда я сказала, что не хочу три часа смотреть как она нюхает и пьёт виноград, ха-ха. "...but I know, We'll meet again, Some sunny days..." Я мычу себе под нос эту песню, пока не замечаю чайку, севшую на песок в нескольких метрах от меня. Её любопытные глаза осматривают меня пока она вертит головой, потом она опускает её вниз и клюв копошится в рисунке моей матери, откуда-то найдя там рачка и утаскивая его с собой. Мне, если честно, наплевать. Все эти каракули проглотит белая пена от волны, когда однажды, в ближайшем будущем, на берег обрушится шторм. Как и в тот раз. Невольно я погружаюсь в воспоминания о своём первом визите на море и они топят меня, как в море корабль. Это странная особенность моего больного разума – я постоянно сконцентрирована на переживании своего прошлого, как будто фантазирую о чём-то несбывшемся, непостижимом и глупом. О чём-то, чего никогда не было на самом деле, и мне приходится представлять всё в ярких деталях лишь ради того, чтобы поверить, что это случилось. *** 04.08.2008 22:23 Я стою на каменной дороге набережной, по которой мы с мамой гуляли каждый день нашего путешествия. Меня отделяет от обрыва к берегу белый извилистый забор, украшенный вырезками лиц моряков, погибших в плаву. Широко раскрытые глаза и рты изображают немой крик смерти, и я думаю о том, что крик этот терялся в звуке шторма, подобному тому, что сейчас был передо мной. Сверкает молния, она слепит меня и уродует моряков, разрезая их лица резкими тенями. Ветер сносит меня, окропляя одежду и лицо начавшимся ливнем и я смотрю, как некогда спокойное, практически мёртвое море бьётся в неистовой горечи о берег, утопляя вещи, которые люди побросали из-за резкой смены погоды. Не то чтобы много людей купалось в такое позднее время, но, хах, это же курорт! "...Keep smiling through, Just like you always do, Til' the blue sky drive the dark clouds Far away..." Почему-то я не могу отвести взгляд. Меня словно магнитит к этому чудовищному рёву, которым мне представлялся ветер, играющий с волнами и гром, изнывающий в грязных, серых тучах. Небо упало на землю и воду, разрушив их покой. Отель, в котором мы временно жили, был неподалёку. Мама не знает, что я здесь. Как так вышло? На вахте парень – зевака, а моя мама слишком часто отвлекается и пропадает из нашего номера. Даже здесь она нашла, чем себя занять, кроме как мной. Я спускаюсь вниз по спиральной лестнице, прыгая на песок и оказываясь так близко к буйствующей стихии, как никогда прежде. Я медленно подхожу к пенящимся волнам, бьющим о камни, и приседаю, пропуская воду через пальцы. Мне это нравится. Ещё один оглушительный раскат грома проносится высоко в небесах, он как будто приветствует меня и прогоняет одновременно, дуя холодным ветром в лицо. Я снова встаю и расставляю руки, чтобы ветер пронёсся по всему моему телу, избавляя от прежнего жара. Он срывает с моих волос надоевший мне бант и кидает в воду, похищая. Мои ноги мокнут в сандалях, а море бьёт в истерике лишь сильнее, будто бы разгневанное моим присутствием. Я отступаю на шаг назад но даже так волны дотягиваются до моих ног. Я смотря на них, как они с шипением и лопаньем обволакивают ступни, кажущиеся крошечными по сравнению с холодными волнами, и думаю, должно ли это было испугать меня. Или нет? Я снова делаю несколько шагов вперёд, пока не встаю в воде по пояс и не чувствую, как вода качает меня взад-вперёд по себе. Она отталкивает меня? Или приглашает зайти на глубину? Я уже начинаю мёрзнуть, но этот холод соблазняет сильнее и тогда я хватаю ртом воздух и ныряю, раскрыв на долю секунды глаза под водой. Лишь тьма днища и очертания камней, заросших тиной. Я наступаю на один из них и падаю, с трудом удерживая равновесие на острых ракушках. Поднявшись насквозь промокшая из воды, я смотрю на свои мокрые ладони и на водоросль, обвившуюся на моём колене. Затем раздаётся крик позади меня, который пробивается даже сквозь оглушительную непогоду, и я узнаю в нём голос своей матери. Она утаскивает меня оттуда и читает километровую лекцию о безопасности, пока я шмыгаю носом от воды и торопливо волочусь позади. Руки мамы тёплые, но объятия моря были слишком ледяными. *** 19:57 "...And I will just say hello To the folks that you know Tell them you won't be long!..." Из воспоминаний меня вырывает краб, которого я увидела прячущимся в камнях рядом с собой. Однако, делал он это не очень хорошо, но был быстр, как будто не шёл ко мне боком, а летел на всех парах своего красного панциря. Я подскакивая с места и ухожу. Просто клешни этого маленького проказника угрожающе блестели в метре от моей ноги, а я не хотела, чтобы он меня цапнул. "...They'll be happy to know, That as I saw you go, You were singing this song..." В отеле меня ждала клубника и персики, так я и провела остаток вечера, наедаясь фруктов и ягод до аллергии.