Гнев

У Драко случился инфаркт жопы. Ему написала Пэнси Паркинсон и она приезжает через два дня. Малфой не мог поверить в это, он ее увидит, возможно трахнет. Он так хотел почувствовать ее вкус, запах, увидеть глаза. Он не любил её, просто хотел быть с ней. Драко начал встречаться с девушкой еще на пятом курсе, она его поддерживала во всем и всегда была рядом. Малфой сидел на Зельях и со скучающим видом слушал преподавателя. — Запомните, дети. Глазное зелье «Любовь слепа» — это одно из разновидностей любовного зелье, но у него совершенно другое воздействие, чем у амортенции. Кто мне скажет, какие ещё разновидности любовных зелий вы знайте? Мисс Грейнджер, прошу вас. Как только ее имя прозвучало, Драко сразу же направил на нее взгляд. Все как обычно, она тянула руку, чем он не мог не восхищаться. Даже после всего, что с ней произошло, Грейнджер продолжала учиться и получать хорошие оценки. — Бедовый лосьон, Целующиейся зелье, Первый любовный соблазнитель, Кристаллы Купидона. Малфой дальше не слушал, так как заметил, как девушка покраснела, когда называла зелья. Неужели она стыдится этого? Драко стало интересно, а был ли у нее секс? Дотронулся ли кто то до Золотой девочки? Фу, какие страшные мысли идут, когда скучно. Гермиона закончила перечислять и села на место. — Правильно, десять очков Гриффиндору. А теперь, попробуем сделать зелье Кристаллы Купидона, становитесь пожалуйста к своим котлам. Ребята подошли к рабочим местам. Гермиона открыла учебник, зелье было средней сложности, но она считала, что оно опаснее, чем Авада.Стать одержимым другим человеком, это очень страшно и ей бы не хотелось быть проклятой. Она подняла глаза от учебника и наткнулась на два серых глаза, они смотрели на нее с любопытством. Девушка нахмурилась и покачав головой, вернулась к заданию. Этот взгляд ее отвлекал, она не могла сосредоточиться на зелье. Место, куда смотрел Малфой зачесалось и будто покраснело, она потерла лоб и с вызовом посмотрела в ответ, но какого было ее удивление когда на нее смотрели другие глаза, голубые. Теодор Нотт. Она плохо помнила этого парня, они как-то не сталкивались и не разговаривали, но он единственный из слизеренцев, который относился к ней нейтрально. Нотт улыбнулся, что вызвало у девушки какие то приятные ощущения в животе. — Гермиона, а ты хотела бы напоить кого то этим зельем? Голос Джинни, которая заговорила с ней первый раз за весь день, заставил отвести взгляд и по краснеть. — Что прости? — Я говорю, ты бы хотела кому то подлить это зелье? Гермиона с удивлением посмотрела на Уизли. — Нет, конечно. Это же очень подло, заставить кого то любить себя. — А я вижу, что тебе это не нужно. Нотт на тебя глаз положил. — Джинни, не неси чепуху, он так любезен со всеми. Рыжая только пожала плечами и улыбнулась. Гермиона снова посмотрела в сторону Нотта, но последний уже делал зелье. Драко наблюдал за этой сценой, с интересом. Неужели Нотт правда в нее втрескался? Да ну, не может быть. Ему нужна девушка, а не кусок бревна. — Малфой, подай мне волос единорога. — Нотт, что это было? — спросил Драко, передавая ингредиент. — Ты о чем? — О ваших перегладках с Грейнджер. — Просто посмотрел и все. Ревнуешь? — Ты еблан? Никогда в жизни. Нотт только кивнул и принялся доделывать зелье. Малфой не умеет ревновать, потому что никогда никого не любил. Гермиона наконец то закончила и устало протянула руку, что бы оповестить об окончании задания, вместе с ней поднял руку Малфой. Профессор Слизнорт улыбнулся и направился к Малфою. Грейнджер нахмурилась, а Драко ухмыльнулся. Девушка зло смотрела на него и искренне не понимала ничего. Может про ее истерику знает уже каждый? Девушка отвернула голову, еле сдерживаю слезы, она сходит к мадам Помфри и попросит успокоительное. — Прекрасно, мистер Малфой, двадцать очков Слизерину. Змеи радостно заулюлюкали. — Спасибо, профессор, — сказал Драко. Эти слова резанули по ушам Грейнджер, она сглатнула и прикрыла глаза, чтобы не сойти с ума. Его голос, как нож, он разрезал все и каждого. — Мисс Грейнджер, у вас все хорошо? Девушка не заметила, как профессор подошел. — Вы знайте, профессор, эти слова я стала слышать все чаще и чаще. Слизнорт понимающе кивнул и, не посмотрев ее зелье, отошёл к другим ученикам. Гермиона вздохнула и снова посмотрела на Малфоя, он о чем то беседовал с Забини и из их разговора услышала про Паркинсон. Приедет что ли? Вот засранец развлечется. Следующее утро началось с дождя. Он бил по крыше так яростно, что казалось будто хотел разбить замок. Гермиона пила кофе в комнате и сидела на подоконнике. Она любила дождь, запах этого явления заставлял расслабиться и улыбаться. Он пах свежестью и чем то, захватывающее дух. Девушка готовилась к разговору с МакГонагалл, под звук дождя она представляла, что будет говорить директору и как оправдает свое поведение. Кофе заканчивался, а она сидела и смотрела на улицу. — Гермиона!!!!! Звук из коридора доносился оглушающий, слуховые перепонки лопнули бы от еще одного такого звука. В комнату вбежал запыхающиеся Рон. — Рональд, ты в своем уме? Увидев, опечаленное лицо друга, Гермиона спрыгнула с подоконника и подошла к нему. — Что случилось? — Гермиона… Рон готов был заплакать, девушка обеспокоенно на него смотрела. — Это правда? Ты правда спишь с Ноттом? Грейнджер в ужасе отпрянула. — ЧТО? Что ты несешь? Кто тебе такое сказал? — Я слышал, как Малфой что то трещал про это. — Пизда ему. Девушка решительно направилась к двери, оставив ошеломленного Рона в комнате. Она неслась, как орел на добычу, расправив крылья и заострив когти. Большой Зал был набит учениками, но это ее нисколько не смутило, скорее наоборот, дало храбрости высказать все в глаза этому уроды, а может даже и глаза вырезать, как она обещала. Гермиона решительно направилась к столу Слизерина. Он сидел там, как ни в чем не бывало. — Ах ты сукин сын! Малфой обернулся на голос и увидел перед собой разьяренного быка. Нотт сидел слева от него и застыл с ложкой возле рта. — Грейнджер, я бы так уверенно даже к коню не направился, — усмехнулся Тео. — Это тебя тоже касается? Ты в курсе, что мы с тобой спим? — Чего? Малфой кажется понял в чей огород камень, поэтому просто хмыкнул. — Ты чего лыбишься, сволочь? Это же ты разнес этот слух, да? Тебе мало того, что я сейчас переживаю, так ты решил подкинуть дровишек. Пошли. — Никуда я с тобой не пойду, истеричка. — Пойдешь! Гермиона не стала его ждать, направилась к выходу из Большого Зала. Малфой лишь пожал плечами и пошел вслед за гарпией. Когда он зашел за угол, Грейнджер взяла его за шиворот и ее глаза сверкнули не добрым огоньком. — Значит так, если ты еще раз по смеешь выкинуть что то подобное, я сделаю так, что ты никогда не сможешь играть в квиддич, ты понял, скотина? Драко был поражен таким нахальством, тут же скинул ее руки и тихо зашипел. — Еще раз ты по смеешь меня коснуться, сука, я сделаю так, что ты не прочитаешь ни одной книги. Ты как смеешь со мной так разговаривать? — А как ты смеешь пускать такие слухи? — Какие слухи, что ты несешь? — А то ты не знаешь? — Ну так, удиви меня! — Про то, что я сплю с Ноттом. — Это не я разношу слухи, ебанутая. — А кто тогда? — Спроси у своей Патил. Это она бегала по Хогвартсу и щебетала о твоей ебли с Тео. Уши Гермионы покраснели, неужели это правда? Тогда, наверно стоит извиниться. Она посмотрела на Малфоя, тот стоял и ждал. — А доказательства? — Да Патил это распиздела. Голос был у них за спинами, они обернулись и увидела Нотта. Он спокойно стоял, смотря на свои ногти. Гермиона тут же кинулась на него. — Тогда ты почему ничего с этим не сделал? — Зачем? Голос у Тео был таким спокойным, что казалось, будто он не причем и эти слухи не про него. Девушка от возмущения открывала и закрывала рот, как рыба, раскинув руками, она сказала: — Как зачем? Слухи то про тебя, тебе разве похуй? — Фу, Гермиона, не матерись, это пошло для тебя. Грейнджер, действительно, была шокирована таким обращением. Она только махнула рукой и ушла. Малфой смотрел ей вслед, восхищаясь каждой эмоцией девушки, она была живой, настоящей, искры из глаз летели, как пули. Нотт же смотрел с нежностью, считая Гермиону самым чувственным существом на планете, но никто из них двоих не признаются, что они чувстовали. Гермиона шагала к МакГонагалл, злая, холодная и раздраженая. Она постучала и вошла. Директор подняла глаза на ученицу и жестом руки предложила присесть. — Мисс Грейнджер, в последнее время я вас не узнаю совсем. Скажите, что с вами происходит? — А то вы не знайте. Девушка сказала это грубее, чем хотела. Минерва хмыкнула и уставилась в пергамент, что то читая. — Знаете, вы же всегда были сильной девушкой, что случилось сейчас? Неужели не принятия на пост старосты, вас так задело? — Вы даже не представляйте на сколько. Я столько лет к этому шла. Гермиона сидела со сложенными руками, облокотившись на спинку стула, всем видом выражая, что ей не нравится этот разговор. — Я знаю, мисс Грейнджер как много вы трудились. Но я хочу вам сказать, что вы достойны большего. — Большего мне не надо. Староста факультета это самое большое звание, к которому я стремилась. — Нет, это не самое большое звание. У вас уже есть титул героине Войны, но и он тоже не важен. Есть куда более высокие звания, поверьте. Эти титулы они самые обычные, но самые значимые. Такие как, добрый человек, душа компании, мама и многие другие, которые на первый взгляд ничего не стоят. — Это чушь. Девушка встала с места. — Это все чушь. — Как прошла ваша отработка? — Нормально. Гермиона ушла из кабинета. На самом деле отработка прошла ужасно, это еще мягко сказано. «Гермиона вошла в каморку, работы было дохера, но что делать. Она принялась сначала за полки для инвентаря, натирая их, при этом злясь на свою тупость. Она не могла такого допустить, вела себя просто ужасно. — Грейнджер, ты дома? Стук в дверь вывел из равновесия Гермиону, которая протерала верхнюю полку, она не успела не за что зацепиться и полетела вниз. Сильные руки успели поймать ее уже возле пола. Малфой держал ее на руках и смеялся. Грейнджер слезла и стукнула его по плечу. — Что тебе надо? — Да так, решил в гости зайти, не плохо ты тут устроилась. Гермиона закатила глаза. — Как неоригинально, Малфой. Твои шутки на уровня первого курса. Не надоело? Девушка оперлась на стенку, держа тряпку в руках. — Красивое у тебя платье, когда наденешь? — Отвали. Она повернулась и продолжала протирать полку. — Да уж, видишь, что происходит из-за истерик. Неужели ты девушка? — Малфой, отстань от меня, я сейчас не в лучшем состоянии, чтобы с тобой разговаривать. Так что иди куда шел. — Да ладно тебе, истеричка. Тебе подходит этот фон, на своем месте. Гермиона выронила тряпку из рук, на глазах навернулись слезы. — Какая же ты сволочь. Неужели ты не научился закрывать свой рот! Как ты достал постоянно оскорблять, хотя кроме этого ты ничего не можешь сделать. Ты думаешь, что лучше всех, но это не так. Ты мерзкий Пожиратель, в тебе ни капельки совести и доброты, ты постоянно унижаешь всех, думая, что тебе не вернется ничего. Так знаешь что, карма настигнет тебя и ты сгниешь в Азкабане, как последний щенок. Потому что ты По. Она не успела договорить, Малфой сдавил горло грифиндорке и прошипел на ухо: — Ты сучка, совсем уже охуела? Ты грязнокровка, ты ничтожество и тебя никто никогда не захочет и не полюбит. Я считаю себя лучше других? Да, потому что так и есть. По крайне мере я лучше, чем ты в сто раз, а ты сдохнешь, Грейнджер, а я буду смотреть на это и ликовать, что на одну грязнокровную суку стало меньше. А теперь взяла тряпку и занимайся своим делом, пока можешь. Он отпихнул ее и вытер руки о мантию. Гермиона ударилась головой об полку и шикнула от боли. Малфой ушел, а она прорыдала всю ночь». Гермиона снова сдерживала слезы, пока не наткнулась на кого то. Падение было неизбежно, она шлепнулась. — Грейнджер? — Паркинсон?