Выступление Бога-Фараона

Глава III. Конец всего

      С нового года прошло 5 месяцев. Наступила весна. Снег уже растаял, на деревьях начинали расти листочки. Стало тепло.       Работа в ордене так же продолжалась. Во время своих исследований, Мэй заметила одну интересную деталь. Песок Мисра, хоть и на маленькую долю, но был пропитан силами всех богов. А растение, которое росло только в Даливарике обладало свойствами усиления. Называлось оно корень потентии. Если сварить из него отвар, то он мог усилить эмоции в несколько раз. А при добавлении в зелье, то увеличивал его силу. Мэй поняла, что с помощью этого можно создать зелье воскрешения! Корень потентии нужно смешать с песком Мисра, но при этом отделив силы других богов, кроме её мамы. Да, Мэй дочь богини смерти, и ей ничего не стоит воскресить мёртвого. Но это только ей, да и то с разрешения мамы, чтобы не нарушить баланс. Она хотела подарить эту возможность всем. И если бы она смогла создать это зелье, значит, ей это позволили сделать Высшие Силы. Мэй проводила целые дни в исследованиях. Люциус ей помогал. Но бывало, что Мэй засиживалась до поздна и даже засыпала на рабочем месте! Люциус, конечно же, относил её в комнату. Не переживайте, Мэй не забывала про отношения. Она регулярно ходила на свидания с Люциусом. Правда, со своей работой она совсем сломала себе режим.       Бастиан поддерживал её исследования, но тоже был против, что она так перерабатывала. И начал замечать в ней сходство с Джодахом. Он, в своё время, тоже мог работать сутками на пролёт.       Так же Бастиан и Селести нашли новый повод, в чём убеждать Лололошку. Поскольку у него уже есть жена, следующий этап- ребёнок. Они стали намекать Лололошке, что пора бы уже становиться отцом. Что хотят уже его детишек понянчить. Лололошка сразу всё понял и чтобы не создавать неловких ситуаций притворялся тупым. Будто совсем не понимал намёков.       Джодах смирился с тем, что его дочь встречается с его врагом. Или уже бывшим врагом? Первое время он наблюдал за Люциусом, а потом делал это всё реже и реже.       Воланд всё ещё пытался раскрыть правду о Мэй. Он хотел продумать идеальный план, чтобы точно всё получилось! Он хотел и при всех раскрыть силы Мэй, и призвать Джодаха, и переманить Люциуса на свою сторону, и убить обоих Ави. Но это было непросто.       Приближался день ежегодного выступления Бога-Фараона. Мэй, как его дочь, обязательно должна была быть в Мисре в этот день. Она дочитывала письмо Джодаха с напоминанием об этом событии.       … В общем, тебе придётся на день приостановить свои исследования. Я понимаю, ты погружена работой, я сам такой же, но этот день пропускать нельзя. Да и у нас важная операция с Смотрящим в этот день. Будем ловить одну бандитку. Я могу опоздать. Если что вдруг, тебе придётся выступить вместо меня. Не бойся, я в тебя верю. Да и после выступления, можешь погулять на фестивале. Развеешься, отдохнёшь. Может, какие-то идеи появятся. Да и с мамой повидаешься. До этого же ты на пять секунд в Миср заскакивала, за песком. А с Кнеф ты сколько не виделась? С поступления в орден?       В общем, надеюсь на тебя. Передай привет Джейсу и Лололошке. Целую!

Твой папа

      Мэй дочитала письмо. Придётся оставить исследования на целый день! Она была на грани великого открытия! Она не хотела медлить ни минуты! Но это выступление было её обязанностью как принцессы. — Почему грустишь?       Мэй подняла глаза от письма. Перед ней стоял Люциус с двумя чашками. Он ушёл за кофе, и в этот момент Мэй получила письмо. — Папа написал, — ответила Мэй. — Что-то случилось? — Нет, просто через 4 дня выступление Бога-Фараона перед народом. Я обязана быть в Мисре. Мне придётся оставить исследования на целый день. — Так это же хорошо! Отдохнёшь, развеешься. Если хочешь, я пойду с тобой.       Мэй собиралась что-то сказать, но Люциус предугадал её мысль и сразу ответил. — Если ты один день не будешь создавать своё зелье, то ничего страшного не произойдёт. Ты итак много перерабатываешь. У тебя будет переутомление, заболеешь. Помнишь, как в марте у тебя было? Ты неделю не могла встать! Нужно беречь себя. Иначе тебя беречь буду я!       Люциус вручил кофе Мэй. — Хорошо. Пойдём вместе, — согласилась она.       Вечером, когда она готовилась ко сну в своей комнате (Люциус прогнал её из лаборатории), она написала ответ Джодаху, в котором сообщила, что с ней будет Люциус и попросила отдать приказ скульпторам Мисра, чтобы создали маски для статуй Бога фараона.       Настал заветный день. Мэй и Люциус отпросились у Бастиана и телепортировались в Миср.       Они оказались на главной площади. Там же, где и Лололошка в первый раз. Люциус сразу заметил, как жарко в Мисре. А когда открыл глаза, увидел, что всё вокруг из песка и песчанника. Жители одеты, в основном, в белую одежду. У многих мужчин не было рубашек. — Как жарко! — сказал Люциус. — Я говорила, что это пустыня, — сказала Мэй. — Да и я думала, что жара тебе не страшна. — Не страшна, но всё равно, температуру воздуха я чувствую! — Хи-хи. У нас есть ещё немного времени. Можем прогуляться по городу. — Давай. Только нужно воды купить.       Мэй и Люциус пошли в сторону рынка. Там они купили несколько бутыльков воды и пошли гулять. Люциус внимательно осматривал город. Ему было очень интересно понять, где выросла Мэй. Он был в Нарфанисе в первый раз. — Всё это совсем не похоже на Даливарику или Ад.       Люциус посмотрел на несколько смуглых тощих людей, почти без одежды, сидели на земле на старых тряпках. — Что с этими людьми? — спросил Люциус. — Они больны? — Нет. Это абды. Их за людей не считают, поэтому и обращаются так. — Какой ужас! — Я пытаюсь исправить эту ситуацию, но это очень трудно. С ними веками так обращались. Ой, а сколько времени? Нам уже пора к дворцу Бога-Фараона!       Мэй и Люциус в спешке пошли к дворцу. Полубог знал, что в этом дворце Мэй провела всё своё детство. По сути, он шёл к ней домой. В её настоящий дом. Было немного волнительно. А вдруг он встретится с её матерью? До этого он ни разу не видел её. Даже Мэй редко упоминала её.       Они подошли к высокому зданию из песчаника. Почти у самой крыши был балкончик. А перед дворцом стояли семь статуй. Люциус сразу заметил статую Мэй. — Красивая статуя, — сказал Люциус. — А кто остальные люди? — Это боги Мисра, — начала объяснять ангелица. — Вот та девушка с чёрными короткими волосами- богиня смерти, Кнефмтити, моя мама…       Люциус рассмотрел Кнефмтити. Это был первый раз, когда он увидел её. Пусть всего лишь скульптуру, но увидел. Не сказать, что они с дочерью сильно похожи. Скорее, их можно было принять за двух подружек.       Ронас, как сказал Мэй, был её старшим братом. Люциус тоже никогда не видел его, но девушка упоминала, что он уже многие тысячелетия находится в теле ребёнка и совсем не растёт. Но статуя была в виде гигантского человека с головой льва, а не маленького мальчика. Люциусу стало немного страшно. Тем более, этот старший брат был богом войн.       Мэй рассказала про каждого из богов. И наконец, остался последний Бог. Он был с большими золотыми крыльями, руки сложил на груди крестом, а на лице была маска. — А это Бог-Фараон, мой отец. Раньше его должность занимал другой человек, смертный, потому что много лет назад папа ушёл с должности. Этого человека и тех, кто был до него, называли обычными фараонами. Но предшественник папы, Салик, за подвиг провозгласил себя Богом. А потом мама превратила его в солдатика для Ронаса, и папа вернулся к власти. А потом и я появилась. — Интересная история.       Из дворца выбежали несколько служанок. — Принцесса Мэй! — заговорила одна из них. — Ваш отец ещё не прибыл, и вряд ли прибудет. Придётся вам выступать за него. — Да, я подозревала. Я готова. — Да как же вы готовы? Вас нужно принарядить! — Да. И Люциусу, моему спутнику, подайте лучшие угощения. Он наверняка проголодался. — Верно! — подтвердил полубог.       Служанки повели их во дворец. Мэй повели по правому коридору, а Люциуса по левому.       Бывшего полубога отвели в просторный зал. Абды принесли напитки и разные сладости. — Угощайтесь, господин Люциус. — Тут всё самое лучшее. Наслаждайтесь. — Спасибо, — поблагодарил он.       Спустя какое-то время кто-то зашёл в комнату. Диван, на котором сидел Люциус, был спиной к двери. Он обернулся и увидел Мэй, которая была в красивом белом платье. Оно очень подчёркивало её талию. Так же был вырез, частично открывающий живот. Рукава были широкими, сужались к кистям и были будто воздушными. Плечи были оголены, вокруг них обвивалось золотое кольцо, часть платья. Волосы кудрявые, на голове небольшой, но красивый немес. На лице яркий макияж- чёрные стрелки и тёмно-синие тени. — Как тебе? — спросила Мэй и покрутилась перед парнем. — Прото божественно! Ты такая красотка! — Спасибо. Совсем скоро выступать. Я так волнуюсь! — А ты уже выступала? — Да, но мне тогда 15 было. Очень давно. — Если хочешь, могу поддерживать тебя. Буду стоять за балконом. — Нет, спасибо. Тебе лучше быть внизу. Там вид лучше. — Хорошо. — Уже пора.       Люциус выше на улицу. Там уже собралось множество людей. Полубог нашёл для себя свободное место и стал ждать начала. И вот, все затихли и стали смотреть наверх. На балкончик вышла Мэй. — Жители Мисра! Прошёл ещё один год с момента прошлого выступления Бога-Фараона. Но, к сожалению, сам Бог-Фараон не смог прийти, поэтому я, его дочь принцесса Мэй, проведу церемонию вместо него! Я говорю с вами, а через меня говорят Боги! И…       Вдруг сверху кто-то приземлился рядом с Мэй. Кто-то с растрёпанными грязными перьями, волосы спутаны и запачканы, лицо и руки в ранах, царапинах и крови, тоже испачканы. Мэй сначала не узнала его, а потом поняла, кто он. Это был Джодах. Он стал менять свой облик: крылья сделал золотыми, волосы и лицо спрятал за маской, грязную и порванную одежду заменил дорогим костюмом. — А вот и я! — воскликнул Джодах изменённым голосом.       Толпа стала приветствовать Бога-Фараона радостными криками. — Ты как? — шепнула Мэй. — Нормально, — так же тихо ответил Джодах. — Трудная была битва. Главное, что успел. (затем Джодах заговорил громче) Этот год был непростым…       Речь продолжалась около 10 минут. Джодах мог говорить и дольше, но заметил, что жители начали скучать, поэтому закончил: — Я, Бог-Фараон, волей богов, стоящих за моей спиной, объявляю данный момент началом нового года! Да отметим же этот прекрасный момент на фестивале!       Толпа вновь радостно закричала. Затем все стали уходить. Мэй и Джодах тоже пошли обратно.       Люциус побежал к ним. К нему уже бежала его девушка. — Ну, как тебе выступление? — спросила она. — Просто замечательно! Ты молодец. А что с мистером Арист? — Он только после битвы. Ранений много. — Мне даже на секунду показалось, это это Джодах. — Надо же. Давай погуляем? Там конкурсы интересные будут. Папа мне утенов дал.       Мэй продемонстрировала в руке горсть золотых скрюченных проволок. — Ну пойдём.       Мэй и Люциус присоединились к общим гуляниям. Всюду было веселье. Они случайным образом нашли несколько торговцев, которые торговали разными травами и инструментами для алхимии. И зельями. Они открыли свои лавки после выступления Бога-Фараона, поэтому найти их раньше Мэй и Люциус не могли. — Уважаемая принцесса, смотрите, выбирайте, — заговорил продавец. — Всё для ваших зелий!       Мэй стала смотреть товар. — Даже на отдыхе ты думаешь о работе, — сказал Люциус. — Я очень хочу как можно скорее создать это зелье. Возможно это дело всей моей жизни! Может для этого я и была рождена? Это будет величайшее открытие!       Мэй взяла какой-то корешок в руки, подняла его и стала рассматривать. — Но я ещё стала часто задумываться кое о чём. — О чём? — А вдруг я наоборот, не должна создать это зелье? Вдруг Вселенная мешает этому? И чтобы я точно не смогла создать зелье, ей придётся меня…       Мэй замолчала. Люциус понял, о чём она. — О чём ты говоришь? Не думай так! Никто не посмеет тебя убить! Ты не умрёшь, слышишь?! — Да, знаю. Но что будет, если вдруг всё-таки посмеет? Несмотря на то, что я бессмертна, всё равно есть способы убить меня. В какой-то момент раз- и всё, меня не будет. — Если вдруг с тобой что-то случится, то я обещаю закончить твои исследования. И обещаю вернуть тебя к жизни. А с чего вдруг ты заговорила про смерть? — Я не знаю. Просто совсем недавно появилось чувство, будто скоро придёт конец. У меня с детства есть некое «шестое чувство», которое подсказывает будущее.       На самом деле это были демоны. Они уже давно нашёптывали ей странные слова. Будь осторожнее Просим! Исследования того не стоят, жизнь дороже Ой, к чему это тебя приведёт! — И всегда сбывается? — спросил Люциус. — Да.       Мэй повернулась к парню и заметила, как он погрустнел. — Ой, прости, Лютик. Я тебе настроение испортила. — Нет, ничего, всё в порядке! Будущее многогранно, оно может измениться. А давай к Окетре и Лололошке зайдём? — Давай. Я возьму вот это.       Мэй купила несколько вещей, и они пошли к Лололошке. Через пару кварталов они увидели большой дом. Довольно богатый. — Это дом Лололошки? — удивлённо спросил Люциус. — Да. Вернее, это дом Окетры. — Фига у неё хоромы. — Опа, какие люди! — вдруг раздался голос Лололошки.       Мэй и Люциус повернулись. К дому подходили Окетра и Лололошка. — Привет, Лололошка, — поздоровалась Мэй. — Здравствуйте, леди Окетра. — Привет, Мэй! — леди Окетра обняла ученицу. — Как давно я тебя не видела! А что с тобой? У тебя мешки под глазами. — Да, я знаю. Я много работаю, иногда поспать забываю. — Ты это зря. Нужно отдыхать. А ты ведь Люциус, я правильно помню? — Да, всё верно. — Честно скажу, не ожидал тебя тут увидеть, — сказал Лололошка. — Я-то думаю, зачем на статуи Бога-Фараона маски надели? — Ло! — воскликнула Мэй. — Да ладно, ладно, всё нормально. Давайте зайдём в дом?       Лололошка положил руки на плечи Мэй и Люциуса и повёл в дом. Окетра пошла за ними. Когда они вошли, Лололошка тут же спросил: — Абди, Хануф, вы тут?!       Из глубин дома вышла милая смуглая девушка. — Леди Окетра, Лололошка, вы вернулись. Мэй! Ты тоже здесь! Я соскучилась. — Хануф, привет! — Мэй побежала к Хануф и крепко обняла её. — А где Абди? — спросила Окетра. — Наверху, цветы поливает. Он, видимо, не услышал вас.       Хануф повернулась и заметила Люциуса. — Ой, здравствуйте, господин, — Хануф поклонилась. — Здравствуй, — Люциус очень удивился такой реакции. — Не нужно кланяться, вставай. — Хануф, будь добра, сделай нам чай, — сказала Окетра. — И себе с Абди тоже. — Хорошо, — Хануф поклонилась и убежала вниз, на кухню. — Получается, тут прошли все твои уроки? — спросил Люциус. — Да, — подтвердила Мэй. — Мэй была очень хорошей ученицей, — сказала Окетра. — А после занятий я играл с ней, — сказал Лололошка. — Да, сколько же передряг вы устроили, — сказала Окетра. — И сколько раз мы от папы получили, — дополнила Мэй. — Лучше не вспоминать, — сказал Лололошка. — А что вы делали? — спросил Люциус. — У-у, это тёмная сторона её жизни, — сказал Лололошка. — Лучше тебе не знать. — Сколько же ещё у тебя тайн, Мэй? — Очень много.       Пока готовился чай, Люциусу решили провести экскурсию по дому. Он вновь и вновь поражался красотой дома. А когда чай был готов, они расположились на диванчиках и подушках у стола в гостиной. — Очень вкусно! — сказал Люциус. — Господин Люциус, разрешите спросить, — заговорила Хануф. — Разрешаю. — Вы приехали из другого города? Или вы мироходец? У вас необычная запоминающаяся внешность, раньше я вас не видела. — Я из другого мира, из Даливарики. Я пришёл сюда вместе с Мэй. — Если я правильно помню, ты же её парень? — уточнила Окетра.       После этого вопроса Люциус почувствовал странный необъяснимый холод, будто загробный. Но не придал этому значения. Сквозняк. — Да, она моя девушка, — подтвердил Люциус.       Вдруг этот загробный холод стал сильнее. Его ощущали все. И через секунду перед ними появилась Кнефмтити. Она была в точности такой же, как на статуе. Только одежда была более разноцветной. И выглядела, Люциус подметил, очень молодо. Её глаза светились серым пламенем. — Что я слышу?! — строго заговорила она. — У моей дочери парень?!       Кнефмтити подскочила к Люциусу и взялась обеими руками за его голову. Она стала рассматривать его со всех сторон. — Мам, успокойся, — сказала Мэй. — Здравствуйте, — сказал Люциус. — Рад наконец с вами познакомиться. — Отвечай: ты парень Мэй или нет? — Парень, — Люциус уже немного боялся её. — Отлично! — Кнефмтити отпустила его и повернулась к Мэй. — Теперь ты! Почему ты не появлялась дома несколько месяцев? — Я была занята. — И чем же? — Я на работу в орден магов устроилась.       Огонь в глазах Кнефмтити потух. Взгляд стал удивлённым. — Ты уже работаешь? Почему не сказала? — Да как-то повода не было. — Ладно. Может познакомишься меня со своим парнем. Кто он?       Люциус встал со своего места и заговорил. — Я Люциус, сын Агния, бывший полубог огня, король Ада. Бесконечно рад с вами познакомиться. — А-а, ты тот самый Люциус? У которого силу украли. — Неужели слухи обо мне зашли так далеко?       Кнефмтити повернулась к дочери. — И зачем тебе такой? Ему же тысяча лет. Ещё и илы никакой нет. Из-за власти? Такк она у тебя есть. — Мама! Я его люблю!       Кнефмтити закатила глаза. — Вся в отца. Такая же…       Было видео, слова Кнефмтити задели Мэй. — Кнефмтити, — в разговор вмешался Лололошка. — Не хотите ли тоже чаю? Вам стать успокоиться. — Ладно, — сказала богиня смерти. — Ну, Люциус ибн Агний. расскажи хоть что-то о себе. Или ты немой?       Люциус вздрогнул под пронзительным взглядом богини, прокашлялся и заговорил: — Я очень рад, что мы с вами встретились. Давно мечтал с вами познакомиться. И будьте уверены, хоть у меня нет магии, я всё ещё силён и смогу защитить вашу дочь. — Пф. Да она сама сможет защититься. И тебя заодно. Лучше объясни, чем же ты так понравился ей? — Ну, не знаю. — А она тебе? — Милая, добрая, вежливая. Прекрасная. У нас много общего.       Люциус посмотрел на Мэй. Она была обеспокоена, но не вмешивалась, чтобы не усугубить ситуацию. — Угу, — кивнула Кнефмтити. — А её родственники? Тебя это не смущает? — А что меня должно смущать? — Люциус волновался. — Вы сильные боги, мы с вами почти на одном уровне. — Нет-нет-нет, ты не понял. У тебя же были разногласия с её отцом. Это тебя ни сколько не останавливает? — Вы о чём? Не могу припомнить, что такого он мне сделал.       Кнефмтити повернулась к дочери. — Ты не рассказала ему? — Ну а как ты представляешь, чтобы я о таком говорила? — Вы о том страшном секрете? Я приму её любой!       Кнефмтити повернулась к полубогу. — Не стоит разбрасываться словами, — сказала она. — Ты не знаешь, о чём говоришь, но уже принял решение. В общем. Мэй. Вроде он адекватный, но если ты хоть что-то сделаешь, знай, тебе не жить. И даже не я к этому буду причастна. А ты! — Кнефмтити повернулась к дочери. — На будущее. Узнавай заранее, в кого влюбляешься и контролируй чувства. Всего хорошего!       Кнефмтити испарилась. А Люциус выдохнул. — Сильная женщина, — сказал он. — Я так испугалась, — сказала Мэй. — Я думала, она тебя по всем пунктам раскритикует. — А что не так? — Кто бы знал. И хорошо, в этот раз даже без оскорблений папы получилось. — Знаете, — заговорила Окетра, которая всё это время стояла в стороне. — Я думаю, нам всем нужно на воздух. — Поддерживаю, — сказал Лололошка.