Часть 1

847 год, 2 года после падения стены Мария… — Эй, немедленно представься, кадет! — громко кричит инструктор, глядя Ирме прямо в глаза. Пожалуй, выглядел он и правда устрашающе, но на лице Ирмы Гофман ни один мускул не дрогнул, хотя все это представление ей уже порядком надоело, и она поскорее хотела идти обедать. Немного скучающий взгляд почти чёрных глаз, посмотрел на инструктора. — Я Ирма Гофман из деревни Рагако на юге стены Роза! — громко и четко ответила ответила девушка. Инструктор Шадис еще несколько секунд прожигал ее своим колючим взглядом, после чего перевел взгляд на другого кадета, и начал запугивать уже его. Гофман наконец смогла немного расслабиться, и начала рассматривать других ребят, с которыми она проведет ближайшие несколько лет вместе. Жан Кирштейн, Марко Ботт, они были первыми новыми знакомыми, кого она запомнила. Хоть ее цель пребывания здесь инструктор предпочел не узнавать, Ирма сразу поняла, что они с этим Жаном и Марко хотят одного и того же. Работать в военной полиции, жить во внутренних землях, и зарабатывать побольше денег. Это и правда был для нее самый лучший вариант развития событий. Так она сможет хорошо жить сама, так еще и помогать семье будет. Отец ее обычный пьяница из Гарнизона, зарабатывает мало, семье практически не помогает, дома бывает редко. Вот ей и приходится всю работу делать за него. Точнее приходилось, ведь теперь она в кадетском корпусе должна войти в десятку лучших, чтобы достичь своей цели… Но поток ее мыслей прервал очередной крик инструктора. — Ты следующий! Кто такой? — Конни Спрингер, я из деревни Рагако, что на юге за Розой! — ответил парень. Ирма покосилась на него, и в очередной раз задумалась почему же она вообще общается с этим идиотом. — Как можно было приложить руку не туда… У него что, сердце справа? — еле слышно пробубнила Ирма. Они знали друг друга с детства, но вот Конни всегда был веселым и простодушным ребенком, из-за чего Ирма ему самую малость завидовала. Конечно, она тоже хотела обычное и беззаботное детство, но судьба у нее сложилась куда хуже. Вместо того, чтобы гулять с ребятами, она делала всю работу по дому, присматривала за маленькими сестрами, так еще и тренировалась. Несмотря на всю свою занятость, пожалуй именно с Конни она общалась больше всего. Это был её первый настоящий друг, с которым она была с самого детства. Он даже иногда помогал ей с делами, за что Ирма ему была сильно благодарна. Ирма уже представляла, как инструктор Шадис избавляется от старого друга, как девочка, безмятежно жующая картошку, спасла его. Саша Браус кажется… Да, Гофман сразу поняла, что она ненормальная…

***

— Привет, ты ведь Жан, да? Я слышала ты хочешь в военную полицию, — подошла к столу Ирма, держа поднос с едой в руках. Она искала место, чтобы наконец пообедать, и приметила этого парня, которого запомнила еще с церемонии посвящения. — Да, хочу. А тебе чего от меня надо? — Да ничего. Я просто точно также, как и ты, хочу попасть туда, — пожала плечами Ирма. Взгляд ее был безразличным, а голос монотонным. — Я тут никого не знаю, кроме одного идиота, но он сейчас достает какого-то парня с расспросами про титанов, вот и подумала, что надо заводить новые знакомства. — Да пожалуйста, садись рядом если хочешь, — ответил Кирштайн, рассматривая свою новую знакомую. Он вспомнил ее приветствие, и понял что инструктор не спрашивал о ее целях пребывания в кадетском училище. Жан сразу понял, почему Шадис особо ничего не спрашивал у Ирмы. Она вроде выглядела обычной симпатичной девушкой, с длинными, светло-русыми волосами, но взгляд ее был ледяным и безразличным, а почти черные глаза как будто смотрели прямо в душу. Она выглядела так, словно пережила много ужасов за всю свою жизнь, но почему-то уверенность в том, что на самом деле это не так, укоренилась в его сознании. — Ну, Жан Кирштейн, будем знакомы, — ответила ему девушка, слегка улыбнувшись, присаживаясь за стол рядом с ним.