Глава 22

      Я проснулась от того, что около 40 человек громко и неряшливо пели «С днем рождения, Крис».       Я услышала глухой удар, должно быть, она упала со своей кровати. Я открыла глаза и посмотрела на потолок, расплываясь в улыбке. — Какого черта, по-вашему, вы делаете?! — Я усмехнулась ее разъяренному крику. Я услышала несколько глухих ударов, когда она бросилась к двери. Я ждала.       Я услышала визг. Это, должно быть, мягкая игрушка для кошек. Ее брат сказал мне, что она всегда питала слабость к мягким животным, особенно кошкам. Я прикрепила ее к рогатке, сделанной из хирургической резинки, которую Нэнси любезно одолжила мне.       Когда она повернула дверную ручку, веревка, удерживающая ее, ослабла, в результате чего она катапультировалась ей в голову из своего укрытия на потолке. Я усмехнулась, мне потребовалось целых 10 минут, чтобы установить эту кошачью игрушку, пока она спала. — Райан! Диана! Я собираюсь живьем содрать шкуру с вас обоих! — Посетители кошачьего розыгрыша разбежались от смеха. Моя дверь распахнулась — или попыталась распахнуться, — но замок на цепочке остановил это. Я повернула голову, чтобы посмотреть на дверь.       Крис посмотрела на меня через щель шириной в ладонь: — Ты труп.       Я ухмыльнулась ей и лениво потянулась под одеялом: — Сначала ты должна поймать меня.       Она потрясла дверь, снимая цепочку, бормоча какие-то совсем не подобающие леди слова.       Я дала ей 10 минут, чтобы успокоиться, прежде чем выйти. Это не помогло.       Когда я вышла, она бросилась на меня, пытаясь повалить на пол. Мне удалось застать ее врасплох и вместо этого швырнуть на свою кровать. — Ты должна быть быстрее! — Крикнула я, выскакивая за ее дверь, и помчалась по коридору. Я услышала, как она выругалась и бросилась за мной, наша дверь захлопнулась за ней. К тому времени, как мы добрались до столовой, мы обе смеялись. — С днем рождения!       Она усмехнулась, опускаясь на свое место: — Кстати, как ты узнала, когда у меня день рождения? — Твой брат сказал мне.       Она вопросительно посмотрела на меня: — Когда ты познакомилась с Райаном? — Вчера, когда ты дремала, — усмехнулась я ее реакции.       Она покраснела из-за того, что ее застукали спящей на работе. Она устала. Я пробегаю мили, когда добываю пищу, выполняя большинство задач на большие расстояния. Она совершила ошибку, пытаясь не отставать. — Что ж, спасибо за кошку. Сколько времени у тебя ушло на то, чтобы все это настроить? — Около 10 минут. — Я посмотрела на нее: — Я волновалась, что тебе, возможно, придется сходить в туалет до того, как они начнут петь.       Она покачала головой: — Мне придется поставить сигнализацию на твою дверь.       Я рассмеялась и продолжила есть.

***

      Я поболтала с парой человек в автобусе.       Мы возвращались с похода за продуктами, мы ходили в яблоневый сад.       Крис не могла поверить, как быстро я могу лазить по деревьям, чтобы начать сбрасывать самые яркие яблоки дождем.       Группа сработалась слаженно, и я идеально вписалась в нее, как давно потерянный кусочек головоломки. Мы все идеально уравновешивали друг друга. У Мэтью было отличное чувство юмора. Перед тем, как мы сели в автобус для обратной поездки, я сказала ему, что планирую присоединиться к его группе. Он был очень взволнован. Мне нужно будет сообщить администраторам, когда я вернусь.       Как только моя новая группа распаковала яблоки, мы все решили захватить наши купальники и отправиться в бассейн.       Мы с Крис бросились в свои комнаты, я зашла в свою комнату и замерла.       Крис заметила, что я резко остановилась, и бросилась ко мне, она тоже остановилась от того, что увидела.       На боковой стене у меня висела большая фотография в рамке, на которой были изображены Кейли, Эван и я. Она была примерно в два раза больше оригинала. Она выглядела еще лучше, цвета были ярче, четче, и я не могла разглядеть, где были слезы. В далеком прошлом я была близким другом хорошего фотографа — я отлично владела навыками работы в Photoshop для балансировки цветов и ремонта, когда я их видела.       Я потеряла дар речи, на глаза навернулись слезы. Мы стояли и смотрели на это, пока Крис не отвлекла меня: — Смотри.       Я повернулась, чтобы посмотреть, на что она показывает.       Я подошла, на моем комоде лежали четыре принта размером 4×6 дюймов, а также 12 отпечатков размером с бумажник. Половина из них была заламинирована для защиты от воды.       Я должна кое-кому огромное спасибо, это было намного больше, чем я ожидала.       Я схватила купальник и быстро переоделась, постоянно поглядывая на фотографию на стене. Половину фотографий поменьше я засунула под матрас на случай, если мой «друг» вернется.

***

      Мы с Крис побежали к открытому бассейну и прыгнули в воду. Наши брызги окатили нескольких загорающих на краю, к их большому неудовольствию, которое они выразили криками, когда холодная вода попала на теплую кожу. Половина моей новой группы уже была здесь. Я была счастливее, чем когда-либо за долгое время.       Мы плескались в бассейне почти час и решили поиграть в волейбол. Моя команда выиграла и завершила игру групповым «дай пять».       Крис подошла со стороны, и один из парней крикнул: — До меня дошли слухи, что это был твой день рождения!       Она повернулась, пытаясь сохранить хладнокровие: — Откуда до тебя дошли эти слухи? — Моя комната была через шесть дверей по коридору.       Я расхохоталась. Он взглянул на меня с усмешкой и повернулся обратно к Крис: — Так или иначе, кому удалось организовать это маленькое мероприятие?       Крис повернулась и насмешливо посмотрела на меня: — Угадай, кто… — Она моргнула и застыла от удивления.       Я увидела, что другие, стоящие передо мной, тоже застыли, эмоции плясали в их глазах.       Было ощущение.       Я не видела этого, но знала, что за мной кто-то есть. Сначала я услышала ворчание, а затем слабый свистящий звук, который едва был различим даже для меня. Я чувствовала опасность, хотя и не могла описать это чувство словами. Что-то быстро приближалось ко мне сзади, и это было очень опасно.       Я пригнулась и резко оттолкнулась под углом, перекатившись на плечо, чтобы развернуться и встретить угрозу лицом к лицу.       Адреналин и жар разлились по моим венам от осознания того, что позади меня была угроза, увеличивая мою скорость и оттачивая рефлексы. Копье вонзилось в землю там, где я стояла две секунды назад. Если бы я не использовала свою неестественную скорость и рефлексы, я была бы мертва.       Я посмотрела, чтобы увидеть источник, и моргнула в шоке.       Эрика.       Я замерла, пытаясь понять, что я вижу. Эрика запустила в меня копьём? Почему? Что происходит?       Она посмотрела на меня и зарычала с расстояния тридцати метров: — Ты! Ты должна была быть уже мертва! Ты была ответственна за нападение! Ты привела этого зомби прямо к ней! Ты несешь ответственность! Ты не имела права отнимать у меня звание! Ты заплатишь!       Ее истерика давно прошла, сменившись диким гневом. Все, что я сказала, только разозлило бы ее еще больше, я колебалась, как ответить, не усугубляя ситуацию.       Один из прохожих был очень расстроен и набросился на нее. Теперь я узнала в нем брата Керри: — Она? Если бы не она, Керри была бы мертва! Командиры пытались предупредить вас, что вы выходите за рамки своих действий. Ты сама навлекла на себя наказание!       Она не выдержала. Она начала кричать и бушевать. Она схватила меч, который был спрятан в траве, и повернулась ко мне: — Ты заплатишь за свои действия!       Она бросилась в атаку. У меня не было оружия. Я была одета для импровизированной вечеринки у бассейна. Я тоже не хотела причинять ей боль, у нее явно были проблемы с психикой. Я узнала симптомы из утреннего разговора с Нэнси.       Я пригнулась, готовая к маневру уклонения. Никто здесь не мог меня поймать. Они просто еще не знали об этом.       В воздухе раздался выстрел. Красное расцвело на ее рубашке, когда она, дергаясь, упала вперед.       Мы все подскочили от звука и посмотрели вверх. Командир базы стоял на коленях на балконе третьего этажа со снайперской винтовкой. По бокам от него подчиненные командиры и некоторые руководители групп с выражением ужаса наблюдали за происходящим внизу.

***

      Я сидела в кабинете командира базы.       Это было долгое совещание, и я устала сидеть. У них были подозрения относительно того, кто несет ответственность, им просто нужны были доказательства. Очевидно, эти кастрюли были доставлены из места, доступного только кухонному персоналу. Они незаметно следили за ней последние несколько дней. Когда один из командиров услышал ее ворчание о том, что она «поквитается», и увидел, как она выходит из оружейной, он побежал в кабинет командира базы.       Он случайно выглянул из окна, чтобы посмотреть, сможет ли он ее заметить, и действительно увидел, как она направляется к бассейну. Он схватил свою снайперскую винтовку из-под стола.       Оказывается, балкон на самом деле соединялся с его кабинетом, где он встречался с большинством командиров, которые подчинялись непосредственно ему, а также с несколькими руководителями групп.       Когда он увидел, что ситуация ухудшается, он начал действовать. На самом деле, он не думал, что она собирается метнуть копье, и рассыпался в извинениях за свое предположение, поскольку это подвергло риску мою жизнь.       Командир базы приносит извинения…       Он был впечатлен моей скоростью: — Кстати, что ты планировала делать, когда она набросилась на тебя? Я видел, что у тебя был какой-то план на уме.       Я ухмыльнулась: — Уклончивые действия. На самом деле она была не такой быстрой, она скорее загорала, чем тренировалась. Если бы все остальное не помогло, я бы прыгнула в бассейн. В моем купальном костюме я смогла бы плавать быстрее, чем она, а попытка размахивать мечом, находясь в воде на большой глубине, просто не сработает.       Он рассмеялся.       Я удивленно моргнула. Он казался довольно покладистым, хотя у меня из головы не выходило, что снайперская винтовка была прикреплена к нижней части его стола всего в нескольких футах от меня. — Это был отличный план. К сожалению, я не мог допустить дальнейшего ухудшения ситуации. Возможно, она в ярости набросилась на окружающих, и я не был уверен, было ли у нее при себе огнестрельное оружие. Нам в любом случае пришлось бы выслать ее из-за ее действий, и она прожила бы за оградой не больше дня или около того. В любом случае ей грозил смертный приговор. Печально, но это так.       Несколько мгновений мы сидели молча. В конце концов он нарушил молчание, и мы поговорили о пустяках, о предстоящем выпуске, о новой деревне, с которой они познакомились, и о том, к какой группе я присоединяюсь. Он слышал истории о моих усилиях убедиться, что мой сосед по комнате встает до того, как прозвучит утренний звонок, и был удивлен услышанным.       Он проводил меня до двери. Крис ждала на стуле чуть дальше по коридору. Мы попрощались, и я повернулась, чтобы уйти. Я услышала, как он повысил голос позади меня: — О, и Крис? С днем рождения. — Дверь в его кабинет щелкнула, закрываясь.       Крис посмотрела на меня. Я пожала плечами: — Я ничего не говорила. Судя по всему, мало что происходит без его ведома.       Остаток вечера, к счастью, прошел без происшествий.

***

      Это был сон, и я это понимала. Но это не значит, что мои эмоции были менее сильными.       Я наблюдала, как Кейли встала и обернулась, ее рубашка была забрызгана кровью, а глаза горели ярко-красным. Позади нее лежало мертвое тело ребенка с ранами от укусов на плечах и шее. Это была девочка, которую я защищала от зомби прямо перед тем, как меня укусили. Кейли злобно ухмыльнулась мне, из ее рта капала кровь. Она зарычала и бросилась на меня со всей скоростью стрижа.

***

      Я проснулась вся в поту. Адреналин и жар мчались по моим венам, готовые помочь мне в борьбе или бегстве. В комнате было слишком жарко, я, шатаясь, поднялась на ноги и распахнула окно.       Я повернулась и села на подоконник, вдыхая прохладный воздух, пытаясь развеять печаль и чувство опасности, которые приходят вместе с ночным кошмаром. Я подняла глаза и уставилась на него. Мое отражение смотрело на меня в зеркале. Мои глаза буквально светились, ошибки быть не могло. Это не было отражением света или каким-либо другим оправданием, которое использовала я или предполагали другие. Они светились сапфирово-синим цветом, это было не яркое свечение, но это определенно было свечение.       Я глубоко вдохнула прохладный воздух, глядя на свое отражение. По мере того, как мой адреналин угасал, жар спадал, и мои глаза медленно тускнели, пока я едва могла различить самый слабый отблеск. Это щелкнуло у меня в голове.       Жар, который я ощущала последние несколько раз, отличался от жара, который предшествовал боли от недостатка физической нагрузки. Этот жар не имел никаких болезненных последствий. Он появлялся при сильных эмоциях или осознании опасности. Большинство комментариев о моих глазах были сделаны после того, как я вспомнила, что почувствовала этот особый жар, обычно после того, как испытала сильную эмоцию.       Когда я почувствовала жар, мои глаза, должно быть, засветились сильнее.       Неудивительно, что я напугала руководителя группы Крис, это не было игрой света.       Мои глаза действительно светились — возможно, даже более интенсивно, чем сейчас. Хотелось бы надеяться, что это будет менее заметно при дневном свете, даже если свеча кажется более тусклой в светлой комнате по сравнению с темной.       Светящиеся глаза не были нормальными.       Ладно, в этот момент мне пришлось признать, что я больше не была нормальной.       Кем я была тогда? На это у меня не было ответа.       Я вышла на пробежку в лес, чтобы успокоить нервы.       Это само по себе было иронично.       Я вышла за ограду, чтобы побегать по лесу с десятками зомби, чтобы успокоиться. Я всегда видела зомби на своих пробежках. Обычно они не замечали меня, если я не подходила к ним близко. Должно быть, у меня ночное зрение лучше, чем у них.

***

      Остаток моего дня прошел лучше, моя группа отправилась попробовать свои силы в рыбалке в большой землянке, где водилась форель. Крис все еще следовала за мной.       Очевидно, до этого она ловила рыбу удочкой всего раз или два. Она перенесла несколько добродушных поддразниваний от моих одногруппников в хорошем настроении.       На обратном пути парень из шестого подъезда посмотрел на Крис: — Итак, что побудило ее проснуться сегодня утром?       Она взглянула на меня. Я уставилась в окно, как будто очарованная знакомым видом. — Я проснулась от того, что в моей комнате было восемь кур. Одна из них прыгнула мне на голову и разбудила меня. Хорошо, что они такие маленькие и быстрые, иначе на завтрак была бы курица.       Он расхохотался, и к нему присоединились остальные, кто подслушивал.

***

      По ходу вечера я, в конце концов, забралась в постель, размышляя.       Сегодня был седьмой день. С завтрашнего дня, вероятно, Крис собиралась вернуться к своему собственному расписанию занятий в группе. За прошедшую неделю мы стали хорошими подругами. Честно говоря, мне очень понравилось ее общество. Благодаря тому, как была обставлена эта комната, я смогла улизнуть, но вечером у меня все равно была компания. Она спала достаточно крепко, чтобы я могла легко оставить записку о том, что ушла на раннюю пробежку. Она уже знала, что я могу прокрасться по ее комнате незамеченной. Но если бы я продолжала эти шалости, которые, как правило, будили ее за 15 минут до утреннего будильника, она могла бы стать ворчливой. Если бы меня поместили в двухъярусную комнату с кем-нибудь из моих товарищей по группе, мое отсутствие на большую часть ночи было бы прокомментировано довольно быстро.       Возможно, мне лучше дать ей передышку или выбрать то, что подождет до тех пор, пока не прозвенит утренний звонок и она не встанет сама. Таков был ответ. Мне очень понравилась текущая обстановка и планировка комнаты, она идеально подходила для моих целей. Мне просто нужно было сказать руководителю ее группы, что из нее получилась отличная соседка по комнате, и посмотреть, позволит ли она ей остаться в комнате. Моя старая комната уже была занята, и владение ею составляло девять десятых закона. Мы оба были довольны обстановкой. Вряд ли кто-то стал бы раскачивать лодку, когда она плывет так гладко.       Я сидела на кровати и читала, ожидая утреннего звонка. Как только он прозвенел, я дала ей пять минут, чтобы встать и одеться, прежде чем появиться. Крис осторожно оглядывала комнату.       Она посмотрела на меня: — Хорошо, я сдаюсь. Что ты сделала? — Ничего.       Она выглядела шокированной и подозрительной, я еще никогда не дарила ей утро без сюрприза. — Ничего?       Я улыбнулась ей: — Ничего. Я подумала, что ты заслужила перерыв. Кроме того, ты мне действительно нравишься как соседка по комнате. Я не хотела тебя спугнуть.       Я склонила голову набок и продолжила: — Итак, я подумала, мне очень нравятся эти комнаты и то, что ты здесь. При условии, что ты чувствуешь то же самое, и я обещаю, что утренние сюрпризы будут более приятными, как насчет того, чтобы мы разыскали твоего руководителя группы и посмотрели, сможем ли мы сделать это постоянным? Это должно быть лучше, чем твоя последняя комната.       Она расплылась в улыбке: — Ты уверена? Ты не возражаешь? — Она была взволнована, и я ее не винила. Ее старая комната была одной из тех огромных, с восемью двухъярусными кроватями, вмещавшими 16 человек. — Конечно, у меня больше места, чем в моей предыдущей комнате. Кроме того, даже если мне понадобится воспользоваться ванной, мне больше не придется тебя будить. И ты знаешь, что я не разбужу тебя, если не попытаюсь. — Я усмехнулась этой последней фразе.       Она была в восторге. Она схватила меня за запястье и начала вытаскивать за дверь: — Пошли! Мы можем поймать ее, когда она выйдет из своей комнаты!       Мы нашли ее как раз в тот момент, когда она выходила из своей комнаты. У нее не было никаких проблем с тем, что мы оставили за собой эти две комнаты. Очевидно, дизайн смежных комнат часто заставлял человека, находящегося ближе к выходу, раздражаться из-за постоянного движения, что делало его непопулярным. Мы узнали, что, если ничего не произойдет, Крис завтра вернется к своему старому расписанию.

***

      Прошла неделя с тех пор, как Крис вернулась к своим старым обязанностям. Я действительно скучала по ее компании в течение дня. Недавно вечером она упомянула, что руководитель ее группы был впечатлен ее улучшившимся физическим состоянием. Я думаю, что пытаться угнаться за неугомонным собирателем было гораздо более сложной физической задачей, чем стоять в карауле на посту.       Я отлично вписалась в свою новую группу.       Мэтью был еще более покладистым, чем Алекс, даже помогал нам разыгрывать другую группу. Мэтью, должно быть, нашел общий язык с Алексом, поскольку он давал мне большинство текущих заданий и следил за тем, чтобы я продолжала двигаться. Наконец-то я записала имена своих одногруппников, что было немного сложнее, поскольку двое из них оказались однояйцевыми близнецами.       Я наслаждалась видом со своего места. Листья только начинали желтеть. Зима быстро приближалась, хотя нас всех заверили, что у нас вдвое больше необходимых запасов еды и одежды, чтобы продержаться до лета. Тем не менее, никто не собирался отказываться от большего количества еды или припасов.       В настоящее время мы были в совместном походе с группой рейдеров, возвращавшихся на ферму, у которых было гораздо больше припасов, чем они могли унести в прошлый раз. Совместных походов становилось все меньше, фактически несколько рейдерских групп превратились в группы собирателей. Мы уже побывали почти на каждой крупной ферме или в маленьком городке в радиусе 4 часов езды. Фуражиры приносили больше, чем рейдеры, когда дело доходило до еды, а нам было нужно не так уж много твердых припасов и инструментов.       До места было четыре часа езды, и мы остановились на вторую передышку. Я пробежалась трусцой, якобы проверяя, нет ли там хороших ягод, других припрятанных съестных припасов или чего-нибудь ценного. На самом деле я разминала ноги, чтобы не поддаваться предупреждающей жаре. Руководители группы знали, что я делаю, хотя другие участники были в неведении. Однако наша последняя остановка принесла свои плоды: я нашла скрытый дом с огромным магазином за деревьями. Рейдеры быстро проверили его и сделали пометку вернуться позже — там было много инструментов и расходных материалов, которые искали механики.       Рейдеры продолжали присматриваться к моему мечу, поддразнивая меня, что они хотели бы получить его в подарок на день рождения. Я поддразнила их в ответ. Я не собиралась отдавать свой меч, пока они не найдут мне меч получше.       Всякий раз, когда я выходила за ограду, у меня был с собой рюкзак. Мой лук был на спине в специальном держателе, который позволял мне хватать его, не снимая рюкзака, но при этом был достаточно надежным, чтобы удерживать его независимо от того, какие акробатические трюки я выполняла. Колчан был с правой стороны, а меч — с левой. У меня также были кинжал и поясной нож на поясе.       У всех собирателей был тяжелый поясной нож, он помогал при разделке мяса или снятии шкуры, если мы охотились. Многие носили луки, особенно если мы направлялись в лесистую местность на случай, если спугнем кролика или куропатку. Большинство не утруждали себя оружием ближнего боя, у них не было планов находиться так близко к зомби. Большинство хороших видов оружия ближнего боя были тяжелыми и длинными, добавляя нежелательный вес и неудобства. Многие больше не носили копий, так как нам приходилось их таскать, и это занимало наши руки.       Вероятно, я не хотела знать, насколько тяжелым был мой рюкзак. К счастью, я почти не замечала его веса из-за своей дополнительной силы.       Этот перерыв не принес никаких хороших результатов. Слишком плохо.

***

      Мы подъехали к ферме.       Мне и еще двоим было приказано быстро пробежаться по периметру, чтобы убедиться, что за зданием не прячутся зомби, пока остальные распаковывают инструменты. Зомби поблизости не было, что облегчало нашу работу. Как заботливо с их стороны.       Нескольких собирателей и меня направили в огород за сараем, там были тонны свежих овощей, готовых к сбору. Мы смотрели в оба, болтая и прогуливаясь.       Я внезапно остановилась, подняв руку. — Тихо. — Мой голос был тихим, я склонила голову набок, прислушиваясь.       Я была уверена, что что-то услышала. Остальные немедленно остановились и начали оглядываться.       Джим прошептал: — Я ничего не слышу…       Это было снова, я быстро повернула голову, пытаясь определить источник шума. Я вытащила меч и медленно пошла вперед, мои шаги по траве были бесшумны.       Я остановилась, прислушиваясь, наверху в сарае определенно что-то было. Я повернула голову, указала на Джима и указала в направлении автобуса.       Джим сорвался с места, стараясь бежать бесшумно, направляясь к руководителям группы. Остальные молчали, все еще пытаясь уловить то, что я слышала. Трава делала их шаги почти бесшумными — почти. С моим слухом я могла сказать, что оба лидера группы быстро бежали за мной. Они замедлили шаг и остановились рядом со мной. Мои глаза все еще были сосредоточены на сарае. — Наверху в сарае что-то есть. Звуки кажутся неподходящими для обычного зомби, но я также не думаю, что это стриж. Оба бы уже выбрались с открытого сеновала из-за шума, который мы производили.       Лидер группы рейдеров выглядел задумчивым: — Мы думали, что видели признаки возможной активности здесь в прошлый раз, но мы решили, что это просто кто-то проходил мимо. Мы не нашли никого или каких-либо недавних признаков.       Он шагнул вперед, сложил ладони рупором у рта и крикнул: — Привет! Если здесь кто-нибудь есть, пожалуйста, выходите. Мы не хотим причинить вреда. Мы считаем, что в сарае кто-то есть, и мы не хотим случайно принять вас за зомби, когда войдем.       Я вложила меч в ножны, чтобы не напугать выживших. Я надеялась, что у них нет оружия и они не стреляют в нас. Я едва расслышала шарканье и две пары шагов, едва различимые на грани моего слуха. — Две пары легких шагов, я думаю, они спускаются.       Он посмотрел на меня, было очевидно, что он ничего не слышал. Мы ждали.       Прошло совсем немного времени, прежде чем дверь сарая медленно со скрипом открылась и оттуда вышли двое детей. Девочке и мальчику на вид было около 12 и 14 лет, очевидно, братья и сестры. Они были грязными и худыми, первоначальный цвет их одежды определить было невозможно. Они выглядели испуганными, когда топтались в дверях. Мы никогда раньше не находили выживших детей.       Я услышала, как Мэтью рядом со мной тихо окликнул одну из моих одногруппниц: — Миранда, не могла бы ты… — Миранда была одной из старейших собирателей, ей было около 40 лет, и она выглядела по-матерински. Она была лучшим кандидатом, чтобы подобраться к ним поближе, не спугнув их. Налетчики были одеты в защитное снаряжение и выглядели примерно так же доступно, как члены команды спецназа.       Мне не нужно было оглядываться, чтобы знать, что несколько налетчиков прятались с натянутыми луками, на случай, если появится чрезмерно заботливый родитель. Это было странно, я знала, где находится каждый из них, по звуку, даже не оборачиваясь.       Миранда медленно приблизилась к ним с распростертыми объятиями, бормоча им заверения, что, если они захотят пойти с нами, мы могли бы отвести их в безопасное место. В конце концов они подошли к ней, и она присела на корточки, чтобы тихо поговорить с ними, пытаясь успокоить их настолько, чтобы они поверили ей.       Я услышала стон и повернула голову в направлении чердака. Мое внезапное движение, напряженная поза и непоколебимый взгляд были молчаливым предупреждением для окружающих.       Лидер группы рейдеров все еще находился позади меня справа, и я была на виду у большинства двух других групп. Лидер группы рейдеров тихо позвал: — Миранда, в сарае есть еще кто-нибудь?       Мальчик шмыгал носом, его ответ был достаточно громким, чтобы его услышали большинство: — Наш папа все еще внутри, ему больно.       Тихим свистом налетчик собрал вокруг себя большую часть своей группы. Миранда повела детей в направлении автобуса, пообещав бутерброды, сок и воду. При упоминании о еде она сразу привлекла их внимание и смогла увести их прочь.       Налетчики осторожно вошли в сарай.       Я слышала, как они время от времени выкрикивали, обыскивая сарай: — Сэр, вы здесь? Мы здесь, чтобы помочь. — Я не услышала никакого ответа, кроме одного-двух тихих стонов с чердака.       Когда они поднимались по скрипучей лестнице, я услышала другой скрипучий голос: — З-здесь… Я здесь. — Я услышала, как он тихо застонал после этого.       Я моргнула, затем взглянула на Мэтью. Он переводил взгляд с меня на Барна. Он смог расслышать зов Налетчика, но не слышал, как мужчина ответил. — Я услышала, как другой голос, наконец, ответил им, и я думаю, что это тот, чей стон я слышала раньше.       Он кивнул и провел рукой по волосам: — Это хорошие новости, я присмотрю за происходящим здесь. Не могли бы вы, пожалуйста, начать выкапывать эти морковь и картофель? Выжившие или нет, мы пришли за едой. И с тремя другими людьми нам понадобится больше еды.       Я кивнула и направилась в указанном направлении, бросив взгляд, пятеро, которые были со мной раньше, последовали за мной. Мы могли видеть, где предыдущие группы выкопали овощи, и некоторые другие новые места, где кто-то еще что-то выкапывал. Я копала картошку лопатой, в то время как двое других подбирали ее.       Пока мы копали, мы увидели, как двое налетчиков выносили крупного мужчину, используя свои руки как стул. Его голень была забинтована какой-то медной трубой и тканью. Они усадили его в кресло на крыльце, чтобы он отдохнул, в автобусе было бы слишком жарко. Его кожа была бледно-серого оттенка. Его одежда была грязной и слишком свободной. Ему явно было больно. Лидер группы рейдеров осматривал его.       Ближе к полудню мы сделали перерыв, чтобы поесть. Мы узнали, что мужчина сломал ногу где-то на прошлой неделе. До сегодняшнего дня вокруг было довольно много зомби, поэтому они не могли достать что-нибудь из сада. Они ели так, словно умирали с голоду. Дети спали рядом со своим отцом, свернувшись калачиком на матрасе, который кто-то притащил для них из дома. Мы наложили ему шину на ногу, как могли, и дали пару таблеток тайленола. У нас с собой не было ничего более сильного.       Мы продолжали работать, внимательно наблюдая. Один из остальных увел единственного появившегося зомби. Когда мы закончили, мы все разбежались, чтобы перепроверить вещи, на случай, если кто-то пропустил что-то полезное.       Я стояла в сарае и смотрела на дальнюю стену.       Я услышала, как Мэтью подошел ко мне: — О боже, я никогда не захочу встретиться с человеком, который решил создать эту штуку…       Я была полностью согласна. Это было отвратительно.       Плакат был выше меня, около 3 метров. Это была верхняя половина злобного клоуна с ножом в руке. Это было похоже на то, что вы видите в доме с привидениями на Хэллоуин. Это было не то, что кто-либо хотел бы видеть в своей комнате, независимо от возраста.       Я усмехнулась: — Думаю, я хочу забрать это с собой.       Я взглянула на Мэтью, он выглядел испуганным от этой мысли: — Пожалуйста, скажи мне, что ты шутишь.       Я снова посмотрела на плакат: — Я ничего не делала Крис последние пять дней. Она подумает, что я держу на нее зуб или что-то в этом роде.       Я услышала, как он слабо усмехнулся, направляясь к сараю.       Он вернулся с лестницей и передал ее мне с ухмылкой: — Пожалуйста, пообещай мне, что эта штука не появится в моей комнате.       Я усмехнулась его дискомфорту с клоуном: — Ничего не могу обещать.       Я поставила лестницу и начала подниматься, чтобы снять плакат. Мэтью придержал для меня основание лестницы.       Он спросил: — Как только ты будешь мучить Крис этой штукой, что ты планируешь с ней делать после?       Я спустилась с ней по лестнице. Плотно свернув его, я озвучила еще одну идею: — До меня дошли слухи, что у командира базы довольно хорошее чувство юмора… Каковы шансы, что вы и некоторые другие командиры будете отвлекать его во время обеда, в то время как я прокрадусь в его комнату и повешу это у него на стене? — Он мог бы запереть двери своего кабинета, когда уходил, возможно, у кого-нибудь был бы запасной ключ или что-то в этом роде.       Он странно посмотрел на меня. Улыбка медленно расползлась по его лицу: — Дай мне несколько дней, чтобы поработать над этим…       Я улыбнулась в ответ. Он был потрясающим руководителем группы. Однако у меня была последняя просьба: — Пожалуйста, сохраняйте тишину, пока не услышите крик завтра утром.       Он рассмеялся и согласился.

***

      Мы собрались в тени рядом с домом, где мы все прятали.       Лидер группы налетчиков повернулся к мужчине на крыльце: — Мы могли бы с таким же успехом посадить вас в автобус прямо сейчас. Мы открыли все окна, так что должно быть достаточно прохладно.       Мужчина поморщился, но согласился. Я вспомнила, что двое, которые ранее несли его, изо всех сил пытались поднять его.       Я решила предложить свою помощь: — Сэр, если хотите, я могу его понести. Только один человек может пролезть в дверь автобуса. — Налетчик посмотрел на меня, размышляя. Мужчина был не в той форме, чтобы прыгать на одной ноге по лестнице. Это, скорее всего, повредило бы его вторую ногу еще больше, к тому же причинило бы сильную боль. Я продолжила: — Вчера я пять раз пронесла этот 200-килограммовый манекен пожарного по тренажерному залу. Это не будет меня напрягать.       Это, должно быть, стало для него решающим.       Он кивнул, поворачиваясь к мужчине: — Если вы не возражаете, Диана готова вас нести. — Мужчина кивнул, выглядя немного сомневающимся, что я смогу поднять его.       Я бросила свой рюкзак на землю и подошла к нему. Он неуверенно встал. Я смогла взять его на руки и дойти до автобуса. Его худощавое тело казалось слишком легким по сравнению с обычными грузами, которые я таскала с собой. Дети последовали за нами в автобус.       Я вернулась туда, где собрались остальные. Руководители групп осмотрели кучу собранных нами вещей. Когда каждый из нас вышел вперед, они указали нам, что взять. Оставив наименее желательные вещи напоследок, на случай, если не хватит места. Нам часто разрешали взять с собой что-нибудь маленькое для себя, друзей или семьи. Это была небольшая льгота за наши рискованные позиции. Мой плакат должен был ехать рядом со мной на обратном пути. Мы начали собираться.       Я выходила из автобуса, когда услышала, как кто-то крикнул: — Стриж! — Это была Тиффани, налетчица, которая стояла на страже с другой стороны автобуса.       Я подтолкнула Миранду и парня-рейдера к автобусу с парнем и детьми: — Садитесь и закройте дверь!       Я слышала, как другие люди бежали за домом, а лидер группы налетчиков направлял их в сарай. Мэтью находился на заднем сиденье первого автобуса.       Внезапно я услышала крик первой леди. Быстро перебежав за первый автобус, чтобы он не загораживал мне обзор, я увидела Тиффани, которая лежала на земле и пыталась подняться. Она была примерно в 100 метрах от меня, а стриж — примерно в 300 метрах.       Я побежала вперед, чтобы помочь Тиффани. Прежде чем я добралась до нее, она встала на ноги и, сильно прихрамывая, направилась к автобусу.       Мысли проносились в моей голове, пока я бежала к ней. На такой скорости она ни за что не успеет к автобусу вовремя. Я не была уверена, что смогу нести ее достаточно быстро. Я посмотрела на стрижа, он быстро приближался, не сводя с нас своих ярко-красных глаз.       Последние два раза, когда я сражалась с зомби, были последствия. В первый раз меня укусили. Во второй раз я едва могла двигаться большую часть дня. Это были обычные зомби, с их скоростью медленнее бега трусцой и плохой координацией. Этот был стремительный.       Я приняла решение.       По крайней мере, я знала, что моя нынешняя группа поможет мне, когда мои мышцы откажут. Если я выживу.       Лучше бы меня не кусали.       Я изменила курс. Я выхватила меч и увеличила скорость. Адреналин потек по моим венам, а за ним последовал жар.       Жар. Раньше я всегда сопротивлялась этому, думая, что жар предшествует боли в мышцах. Теперь я знала лучше. В последнем бою жара увеличила мою скорость и рефлексы. Мне понадобится все преимущество, которое я смогу получить против свифта. На этот раз я приветствовала жару.       Я почувствовала немедленную перемену. Моя скорость возросла, а зрение стало острее, выделяя мельчайшие детали.       Я подошла ближе и увидела, что стриж сосредоточился на мне. Между нами оставалось около 100 метров. Это было быстро сокращающееся расстояние.       Стриж сбавил скорость, как будто был сбит с толку моим приближением. Я не замедлила бега и была всего в нескольких метрах от него.       Стриж почти полностью остановился. Я слегка изменила направление, или бы я просто промахнулась.       Я замахнулась мечом, целясь в колено противника. Я услышала и почувствовала хруст, когда лезвие ударило по колену и раздробило коленную чашечку. Я с трудом удержала меч в руках.       Мне удалось удержаться за рукоять, и я ощутила, как меч проходит сквозь сустав. Я развернулась и замедлила шаг, тяжело дыша. Мои мышцы снова горели от напряжения. Однако это был ещё не конец.       Обернувшись, я увидела, что он лежит на земле с отрубленной ногой. Я осторожно побежала вперед, держа клинок наготове. Пытаясь встать, он бросился на меня с вытянутыми руками. Я отскочила в сторону и опустила свой меч ему на затылок, когда он проходил мимо меня. Меч подходил для этого гораздо лучше, чем топор, ему удалось перерубить шею одним взмахом.       Я попятилась, когда голова откатилась. Я медленно подошла к пню примерно в 30 метрах от упавшего стрижа и села.       Черт, я и забыла, как сильно мои мышцы протестовали против такого обращения. Это было не так плохо, как в прошлый раз, несмотря на то, что бежала быстрее и дальше.       Я неловко вытерла свой меч о траву и поискала царапины, на которые могли попасть брызги крови. Я с облегчением увидела, что царапин не было, а только пара пятен крови. Все пятна крови попали на мою одежду. Я схватила пучок травы и стерла кровь с мягкой кожи.       Я услышала несколько приближающихся шагов. Я все еще чувствовала слабые следы адреналина и жара в своем организме. Я потерла глаза руками, открывая их в темноте внутренней стороны ладони. Слабое голубое свечение осветило внутреннюю сторону моей ладони. Мои глаза светились. Нехорошо.       Я опустила руки, чтобы посмотреть на свои ботинки, я потерла ладони вдоль предплечий, безуспешно пытаясь облегчить боль. Я попыталась сделать несколько глубоких вдохов в попытке успокоить свой организм, чтобы рассеять остатки жара.       Я услышала взволнованный голос Мэтью: — Диана, ты в порядке?       Ну, Крис действительно сказала, что если я не буду смотреть кому-то прямо в глаза, то они не заметят, насколько яркими были мои глаза.       Я повернула к нему голову и взглянула на него краем глаза: — Да, никаких ран. Напрягла те же мышцы, что и в прошлый раз, от быстрого бега. Как Тиффани?       Он вздохнул с облегчением: — Возможно, у нее вывих лодыжки, но, похоже, ничего серьезного. Вот, дай мне взглянуть, просто чтобы убедиться, что с тобой все в порядке.       Он подошел ближе и начал осматривать мою кожу, немного двигая моими руками в поисках царапин или порезов. — У тебя что-нибудь болит?       Мне не нравилось быть в центре внимания, но я решила разыграть свои травмы. Возможно, это отвлекло бы внимание от того, что он видел. — Я просто напрягла мышцы, как и в прошлый раз. Я не буду много двигаться в ближайшие день или два.       Он кивнул: — Думаешь, ты сможешь стоять?       Он протянул руку, и я взяла ее, когда он поднял меня на ноги. Я все еще держала меч в одной руке, он был слишком грязным, чтобы вкладывать его в ножны. Он протянул руку: — Давай, передай мне свой меч. Я почищу его для тебя.       Кровь зомби на нем все еще была заразной, и он, вероятно, не хотел, чтобы я случайно порезалась, когда мыла его. Я осторожно передала его ему: — Спасибо.       Мы медленно пошли обратно к автобусу.       Те, кто был в сарае, направлялись к автобусам. Те двое, которых я толкнула в автобусе, вышли и убедились, что со мной всё в порядке. Тиффани чуть не набросилась на меня, когда она крепко обняла: — Я так рада, что с тобой все в порядке! Спасибо, что вернулась за мной! — Нет проблем, Тиффани. Эм, не могла бы ты отпустить меня? Ой. Я думаю, что потянула те же мышцы, что и раньше.       Она тут же извинилась и отпустила меня: — Извини!       Мэтью передал мне бутылку воды. Я выпила половину и огляделась. Мое зрение уже не было таким острым, как несколько минут назад. Надеюсь, блеск в моих глазах угас.       Он использовал другую бутылку воды, чтобы вымыть клинок, вытерев его старым полотенцем. Он вернул мне меч, и я вложила его в ножны. — Сними свой рюкзак и иди сядь в автобус. Джим, пожалуйста, отнеси за нее ее вещи, а потом возвращайся и помоги нам закончить погрузку.       Я сбросила с плеч рюкзак и передала его Джиму. Он не ожидал такого веса, он уронил его. Мэтью услышал глухой удар и обернулся, наблюдая. Джим уставился на мой рюкзак и посмотрел на меня: — Что, черт возьми, у тебя там?       Я ухмыльнулась: — Все, что мне может понадобиться, и еще немного.       Джим попытался поднять его снова, и на этот раз ему это удалось. Он последовал за мной в третий автобус со странным выражением на лице. Я села на сиденье позади водительского, единственными другими местами, не заставленными едой и припасами, было то, что через проход от этого и водительского сиденья.       Я села и вытянула ноги, когда Джим поставил мой рюкзак у моих ног. Джим пошел помочь погрузить последние припасы, мы в основном погрузили их до того, как появилась наша компания.       Мои ноги болели не так сильно, как в прошлый раз, хотя в данный момент у меня по-прежнему не было желания пробовать что-то более быстрое, чем прогулка. Я задавалась вопросом, какой вред эта жара нанесла мышцам, чтобы они потом так сильно болели. Я прикрыла глаза ладонями, делая вид, что потираю лицо.       Я открыла глаза, но не увидела никакого голубоватого свечения. Надеюсь, это означало, что свет в моих глазах немного потускнел.       Дверь и окна были открыты. Я слышала, как двое детей и их отец во втором автобусе перешептывались о том, что они видели. К счастью, немного.       Первый автобус загораживал им обзор, они видели, как я отбегала, видели, как Тиффани вернулась, и видели, как выбежал Мэтью. Они так и не увидели ничего из боя, поскольку припасы в первом автобусе закрывали им обзор. Они никогда раньше не слышали, чтобы кому-то действительно удавалось убить зомби.       Из их перешептываний я поняла, что они не в состоянии отличить обычных зомби от стрижей. Я втолкнула Миранду и налетчика во второй автобус вместе с ними.       Я откинула голову назад, глаза все еще были закрыты, руки опущены по бокам.       Мэтью. Он был в первом автобусе, следя за тем, чтобы ремни, удерживающие принадлежности, были правильно установлены. Я бы хотела, чтобы его не было именно в этом автобусе. Он был хорошо обучен, и ему доверяли, его отчетам о моей скорости можно было поверить. Командование отвергло бы рассказ отца и детей о моей молниеносной скорости, посчитав их преувеличением. Группа Эрики с самого начала была под подозрением, большинство из того, что они говорили, было немедленно опровергнуто, поскольку они пытались скрыть свою беспечность. Если уж на то пошло, когда Эрика метнула копье, по меньшей мере дюжина человек смотрела в мою сторону. Возможно, они были сосредоточены на Эрике, когда я увернулась за долю секунды до предупреждения. Но те, кто был на том балконе, наблюдали…       Хм… Если я пыталась скрыть свои новые способности, то у меня получалось гораздо хуже, чем я думала. Возможно, мне придется придумать какие-то новые оправдания…       Перебирая различные причины и отговорки, я прислушивалась к другим снаружи, отслеживая их только по звуку.       Двум группам не потребовалось много времени, чтобы собрать вещи. К моему удивлению, Тиффани шла достаточно хорошо, чтобы помочь упаковать некоторые более легкие предметы. Я думала, что она отдыхает в одном из пяти других транспортных средств.       Наконец, все было упаковано и осмотрено. Я слышала, как люди обсуждали, кто был за рулем, в то время как другие обсуждали, кто с кем хотел путешествовать. Я услышала, как Мэтью разговаривал с кем-то, и его тихие слова привлекли мое внимание: — Я бы хотел, чтобы ты поехал на автобусе со мной и Дианой. Однако у меня есть одно условие: все, что вы услышите, вы не будете повторять, пока я или командир базы не поднимем с вами эту тему. Вы согласны с этим? — Да, сэр.       Я узнала этот голос, это был не тот, кого я часто слышала. Это был один из налетчиков, парень, который часто слушал и редко говорил. Если вы заслужили его доверие, он никогда вас не предаст. Он был человеком слова, ничто из того, что говорилось в автобусе, никогда не сорвалось бы с его губ.       Мэтью и налетчик поднялись по ступенькам автобуса. Налетчик завел автобус и подождал, пока выйдут первые двое. Мэтью сидел на сиденье через проход, он казался несколько расстроенным. Я ждала, когда он заговорит. Он молчал, пока мы не выехали на главную магистраль. — О чем ты думал, когда выбежала туда? Тебя могли убить!       Я не торопилась формулировать причину, которую он мог понять: — Это напомнило мне о большой драке на базе. В ту ночь я тоже убила стрижа. Я просто не могу сидеть и смотреть, как кто-то ранен, когда я знаю, что могу помочь. Алекс когда-нибудь упоминал о демонстрации, которую я однажды устроила его группе? — Мэтью отрицательно покачал головой. — Спроси его об этом. Когда меня… не было месяц, я многое узнала о зомби, находясь рядом с ними. Большинство зомби плохо поворачиваются на одном месте, и если вы быстро приближаетесь к стрижам, они останавливаются. Я также узнала еще несколько вещей. — Я пожала плечами.       Он немного помолчал, обдумывая мои слова.       Он посмотрел на меня: — Я никогда раньше не видел, чтобы кто-то двигался так быстро.       Я поморщилась: — Я тоже никогда раньше так быстро не бегала. Надеюсь, мне больше никогда не придется, это больно. — Я видел, как ты много бегаешь трусцой. На беговой дорожке, во время поиска пищи и даже в свободное от службы время. Я не помню, чтобы когда-либо видел, чтобы ты бегала быстро, только на выносливость. — Он задумчиво посмотрел на меня, размышляя над своими наблюдениями.       Я усмехнулась, стараясь казаться непринужденной, скрывая свои нервы из-за выбранной им темы. — В основном я занимаюсь бегом на длинные дистанции, обычно я не пытаюсь проверить свою скорость. Честно говоря, я на самом деле не хочу привлекать к себе внимание или чтобы половина парней каждую неделю вызывала меня на импровизированные забеги.       Он выглядел задумчивым: — Я вижу, что некоторые из этих парней не смогли бы смириться с тем, что женщина быстрее их. Хм… О, кстати, я попросил Тиффани позаботиться об этом плакате и положить его тебе под кровать, как только мы распакуем вещи. — Благодарю вас. И отдельное спасибо за то, что вы очистили мой меч. — Пожалуйста.       Обсуждение, к счастью, перешло в более обыденное русло. Я собиралась посетить душевые и сестринский пост, как только автобус остановится. Он был уверен, что медсестры вычеркнут меня из расписания еще как минимум на три дня. Церемония вручения дипломов была через два дня.       Автобусы въехали на погрузочную площадку. Мэтью встал, как только мы остановились: — Иди, пожалуйста, в душ и к медсестрам. Я свяжусь с тобой завтра.       Он наклонился: — Я попрошу кого-нибудь из парней отнести твой рюкзак в твою комнату. — Он схватил рюкзак и слегка потянул, едва сдвинув его с места. Он посмотрел на рюкзак, а затем недоверчиво на меня: — Я думал, Джим шутит. Что, черт возьми, у тебя здесь? Это должно весить не менее 80 килограмм! Как ты умудряешься целый день бегать с этим на спине?! — Он еще несколько раз недоверчиво дернул за лямку, прежде чем сесть обратно. — Ладно, я должен знать, что здесь. Выкладывай всё начистоту.       Я ухмыльнулась и повернулась на своем сиденье: — Извините, бобы — один из немногих предметов, которых у меня там нет. — Я начала вынимать из своего рюкзака по одному предмету за раз.       Мой гамак, легкое одеяло, один из тех пластиковых дождевиков, спрей от насекомых, спички, огниво и сталь, кусочки промасленного дерева в пакетике, сушеное мясо, арахис, еще еда, несколько бутылок с водой, веревка, проволока для ловушки, жестяная кружка, предназначенная для использования над огнем, очень маленький котелок, запасной нож, точилка для ножей, запасные наконечники для стрел, свисток и компас. Мое оружие, прикрепленное к рюкзаку, такое как лук и стрелы, также увеличивало вес.       Нижняя половина моей сумки представляла собой расширенную аптечку первой помощи. У меня даже был набор для вправления костей. Пластырь в наборе для вправления костей весил 9 килограммов.       Честно говоря, половина аптечки была тяжелой и ненужной, я могла бы достаточно легко импровизировать с большей частью. Если подумать, я, вероятно, вынула бы и спрей от насекомых. По какой-то причине насекомые перестали кусать меня вскоре после того, как меня укусил тот зомби. Я не была уверена, хорошо это или нет…       Мой маскирующий крем для шрамов и ламинированная фотография моих друзей размером с бумажник были спрятаны в маленьком внутреннем кармане на молнии. Я их не доставала.       Мэтью откинулся на спинку стула, не веря своим ушам. — Я не могу поверить, что ты носишь все это с собой целый день. Почему? Как ты умудряешься не рухнуть на землю к ужину?       Я усмехнулась: — По правде говоря, я не слишком уверена, зачем я взяла с собой кое-что из этого. Этот пластырь тяжелый. Я использовала его для тренировки с отягощениями, я занимаюсь этим с тех пор, как вернулась. Я даже больше не замечаю веса.       Он покачал головой. — Хорошо, ты можешь упаковать его, как тебе нравится, пока находишься внутри забора, но я хочу, чтобы этот рюкзак весил не более 50 килограмм, когда мы пройдем мимо этого забора. Понимаешь? Или же я расскажу медсестрам, и вы сможете объяснить им, как вы пытаетесь напрячь спину. Неудивительно, что вы растянули мышцы, пытаясь бежать с таким весом на спине!       Я ухмыльнулась: — Есть, сэр, да, сэр. Я понимаю. Я исправлю это завтра.       Он взял рюкзак в руки и спустился по лестнице, все еще качая головой. — Ах, Лоис, ты занимался поднятием тяжестей, верно? Отлично, пожалуйста, отнеси это в комнату Дианы. — За этим последовало «Ух». Возможно, оно было немного тяжелым…

***

      Я отправилась в душ. Выйдя из него, я посмотрела в зеркало. Мои глаза казались чуть более яркими, чем обычно, но это было едва заметно. Я подумала, что скоро мне придётся носить контактные линзы. Интересно, они действительно делают глаза более выразительными? Я никогда не пробовала их, поэтому не могла знать наверняка. Даже не представляю, как бы выглядели зомби в контактных линзах…       Я вошла в сестринское отделение, где меня встретила вездесущая и всегда жизнерадостная Нэнси. Честно говоря, когда эта леди спит? — Привет, Диана! Я вижу, ты вернулась со своей пробежки. Похоже, ты немного прихрамываешь, разве мы не говорили тебе немного успокоиться?       Я ухмыльнулась и покачала головой: — Да, я перестаралась. Думаю, я потянула большую часть мышц, чем в первый раз.       Она махнула мне в сторону смотровой комнаты: — Как тебе удалось это сделать?       Я вздохнула: — У меня был бой на мечах с зомби. Она остановилась как вкопанная и посмотрела на меня: — Что? Почему?       Я смущенно потерла затылок: — У меня не было особого выбора, либо я атаковала его, либо мы потеряем участницу группы, которая упала и подвернула лодыжку.       Ее глаза сузились при упоминании травмы, о которой она не знала: — Кто-то подвернул лодыжку? Я еще не видела никого с вывихнутой лодыжкой.       Я посмеялась над ее ответом. В ее книгах незалеченная травма считалась уголовным преступлением. — Расслабься, Нэнси, она довольно хорошо ходила, и меня отправили сюда, как только автобус остановился. Я подозреваю, что она скоро будет здесь, сначала у нее было несколько небольших поручений.       Она внезапно снова стала сама собой: — О, в таком случае я сообщу другой медсестре, что она скоро придет. Кстати, вы получили какие-нибудь травмы? Или на вас была кровь? — Я подозревала, что если Тиффани не появится в течение следующих 30 минут, одна из медсестер отправится на ее поиски… — Никаких порезов или ран, которые мы с Мэтью могли бы найти. Я просто снова напрягла эти мышцы. На моей одежде было несколько капель крови, но я вытерла их травой и использовала немного туалетной бумаги, чтобы на обратном пути протереть пятно перекисью водорода, на всякий случай.       Она выглядела успокоенной: — Я просто пойду сообщу медсестрам, что нам следует ожидать гостей, и посмотрю, свободна ли Кэрри с тех пор, как она осматривала вас в прошлый раз. — Она вышла из палаты в поисках них. Я начала подозревать, что Кэрри осматривала всех людей, которые близко сталкивались с зомби.       Я усмехнулась, вспомнив выражение лица Нэнси, когда она подумала, что кто-то скрывает травму где-то на базе, даже если это была слегка подвернутая лодыжка.       Я услышала шаги, когда Кэрри приблизилась и вошла в комнату.       Она стояла в дверях с удивленным выражением лица: — Я бы действительно предпочла, чтобы вы смогли прийти сюда хотя бы раз из-за травмы, которая не была связана с нападением зомби.       Я усмехнулась ее приветствию: — Честно говоря, я бы с удовольствием согласилась. Такими темпами я скоро появлюсь в твоем списке постоянных посетителей.       Она покачала головой и подошла ко мне: — Хорошо, давай посмотрим, что тебе удалось сделать с собой на этот раз.       Она снова заставила меня встать и потягиваться в разных позах.       Для пущей убедительности она побрызгала антисептиком на мои руки. Затем она встала и сняла перчатки: — Ну, всё не так плохо, как в прошлый раз. Я попрошу вас немедленно отправиться в свою комнату и переодеться. Отнесите грязные вещи в прачечную и опустите их в ванну с зеленой водой у двери. Я исключаю вас из расписания на следующие три дня. Пожалуйста, постарайтесь избежать дальнейших травм ваших мышц, иначе это может привести к необратимым повреждениям. Приходи навестить меня через три дня. Я почти уверена, что ты уже знаешь, как это делается, но снова привяжи себя на ночь к кровати.       С этими словами я была отпущена. Уходя, я увидела, как Тиффани направляется в свой собственный смотровой кабинет, ведомая чрезмерно восторженной Нэнси.       Я усмехнулась и поднялась в свою комнату. Кэрри заметила, что все было не так плохо, как в прошлый раз, и я особо не старалась при обследовании. Она не дала мне ничего выпить или каких-либо таблеток, но боль в моих мышцах начала утихать. Это заставило меня задуматься, действительно ли таблетки были причиной моего быстрого выздоровления в прошлый раз.       Я пошла в свою комнату переодеться и, как всегда, взглянула на большую фотографию своих друзей. Мне не удалось выяснить, кто это сделал. Я выяснила, что один из администраторов был цифровым редактором и воссоздал изображение, в то время как другой распечатал фотографии меньшего размера. Когда я закрывала дверь, я заметила свернутый плакат за моей дверью. Мой рюкзак лежал на моей кровати. Я быстро переоделась и забрала, возможно, загрязненную одежду.       Когда я уходила, я увидела, что парень напротив тоже выходит из своей комнаты. — Привет, Джек, как дела? — Довольно хорошо, спасибо. Как у тебя дела? — Он был одним из одногруппников Крис, и у него не было проблем с тем, чтобы прерваться на минутку для праздной болтовни. — Неплохо, я снова потянула пару мышц. Возможно, ты подумаешь о том, чтобы оказать мне услугу? — Конечно, что вам нужно? — Не могли бы вы принести ту восьмиметровую лестницу с нижнего этажа и прислонить ее к стене у вашей двери? Она мне не нужна сейчас, незадолго до полуночи. Если бы вас спросили об этом, могли бы вы, возможно, заявить, что это было сделано для того, чтобы починить что-то в вашей комнате?       Ему было любопытно: — «Могу я спросить почему?       Я ухмыльнулась: — Я расскажу тебе завтра. Кстати, я заранее приношу извинения за завтрашнее утро.       Он ухмыльнулся: — Меня разбудят до звонка или после?       Я продолжала ухмыляться в ответ: — Надеюсь, после. Пожалуйста, пусть это будет сюрпризом.       Он усмехнулся и покачал головой: — Конечно. Я все еще жду того дня, когда она поймает тебя за приготовлением этих вещей. — Он помахал на прощание и пошел по коридору.       Я пошла в другую сторону, чтобы найти прачечную.       Мы вернулись поздно, так что я пропустила обычную суету с ужином. В любом случае, Крис нашла меня в столовой. — Эй, я слышала, ты дралась со стрижом. Ты в порядке? — Она осматривала меня на предмет каких-либо травм, когда села напротив.       Похоже, эта история уже разошлась по сети сплетен… — Да, я в порядке. Просто немного побаливает. Из чистого любопытства, что именно ты слышала? — Немного, так как все были в сарае и не могли хорошо видеть. Тиффани заметила стрижа и споткнулась во время бега. Она, вероятно, вывихнула лодыжку и выбьется из графика на неделю. Ты подбежала, чтобы помочь, но вместо этого решила убить зомби. Даже Тиффани не была точно уверена в том, что произошло, она не оглянулась, пытаясь выбраться оттуда.       Это было хорошо, никто меня не видел. За исключением Мэтью, и никто, казалось, не знал, что у него было место в первом ряду. — Больше нечего рассказывать, Тиффани не могла бегать достаточно быстро, поэтому я решила отвлечь его. В итоге я использовала свой меч, чтобы отрубить ему ногу. Как только он застрял на земле, его можно было убить.       Она испустила вздох облегчения и стащила булочку с моей тарелки, чтобы съесть, одновременно перебирая другие сплетни о других обитателях форта.