Глава 36

      Миранда была так близко, что моя одежда касалась ее, когда мы шли к буфету. Мы взяли по тарелке и выбрали себе что-нибудь поесть. Я направилась туда, где сидели Джон и Натан. Крис была в смене до завтрашнего утра. Мира сидела рядом со мной с той стороны, где больше никого не было. Джон оглянулся, удивленный, увидев ее. Он никогда раньше не видел меня в присутствии ребенка. Он улыбнулся: — Привет, а ты кто бы мог быть?       Она застенчиво посмотрела на него снизу вверх: — Я Мира.       Он протянул руку через стол: — Я Джон. Приятно познакомиться. Как давно вы здесь? — Они пожали друг другу руки.       Мира ответила: — Диана привела меня сюда сегодня.       Натан также представился и пожал ей руку.       Я усмехнулась, и Мира посмотрела на меня, я улыбнулась ей: — Ты будешь часто встречаться с этими двумя. Они милые. — Мира все еще выглядела сомневающейся.       В конце концов, мы закончили, и я немного растерялась, не зная, что делать. Поговорив с Агатой, я узнала, что большинство детей в форте обычно немного играли или проводили время с опекунами или семьей. Мои обычные прогулки вряд ли могли ее развлечь. Мы вернулись в свою комнату, чтобы взять зимнюю одежду. Комод Миры уже стоял рядом с моим, и они заменили мою кровать на двухъярусную, которую мы выбрали. Быстрая проверка матраса убедила меня, что это мой.       На комоде Миры даже стояли маленькие фигурки бабочки и колибри, в придачу на кружевной салфетке. Я ухмыльнулась, должно быть, ему действительно понравились эти шоколадки.       Мы надели наши пальто, зимние штаны, ботинки, перчатки и шапочки, а затем направились к оборудованию для детской площадки. На первом занятии было несколько детей постарше, и Мира не захотела присоединиться к ним. Мы пошли на следующую площадку, где играла девочка на несколько лет старше, и я убедила Миру пойти поздороваться.       Я подошла к женщине, которая сидела на большой шине и наблюдала за девочкой. Мы немного поговорили. Как оказалось, эта девушка была её племянницей, но других родственников у них здесь не было.       Я начала нервничать, поскольку предупреждающий огонь в моей крови разгорался все сильнее. Час тяжелой езды на велосипеде дал мне пять часов времени, но я начала раздвигать свои границы, поскольку со вчерашнего вечера почти ничего не делала. В конце концов я смирилась с неизбежным: — Мира, мне нужно пробежать несколько кругов вокруг форта. Видишь вон ту трассу? Это ее часть, и я буду проезжать мимо на каждом круге. Не могла бы ты, пожалуйста, остаться здесь и поиграть с Бриндли? — Можно мне пойти?       Я покачала головой: — Не в этот раз, может быть, позже, когда ты окрепнешь и сможешь не отставать. — Она месяцами сидела взаперти в доме, пройдет некоторое время, прежде чем она восстановит утраченные мышцы. Казалось, она смирилась с тем фактом, что не сможет за мной угнаться, но что я буду постоянно проходить мимо. — Хорошо, я поиграю здесь. — Спасибо, Мира.       Я набирала скорость, пока не перешла на быстрый бег. Мира махала мне каждый раз, когда я проходила мимо, и я махала в ответ. Подошли еще несколько детей помладше, и в конце концов Бриндли и ее тетя ушли.       Мире, казалось, было приятно играть с ними, поэтому я продолжала бежать. Приходили и уходили другие дети, и после двухчасовой пробежки я решила, что на данный момент мы с Мирой достаточно потренировались. В любом случае, как рано 6-летним детям положено ложиться спать? Я понятия не имела, но поскольку было 8:30, я решила, что, вероятно, это время уже прошло.       Мы вернулись в комнату и приготовились ко сну. Я была благодарна за свою маленькую лампу, я могла немного почитать, так как для меня было еще слишком рано засыпать. Мира влезла в свою новую пижаму и взбежала по лестнице. Я откинулась на спинку кровати, чтобы поразмыслить о прошедшем дне и повороте событий.       Я не понимала, что Мира собирается привязаться ко мне, и я не ожидала, что стану ее опекуншой. Все, с кем я сталкивалась, казалось, думали, что раз я нашла ее и что она предпочла остаться со мной, то я автоматически становлюсь ее новым опекуном.       Наверное, я предполагала, что она сблизилась бы с одной из пар, потерявших своих детей, и была бы усыновлена. Теперь я лучше понимала личность Миры, и я сильно сомневалась, что это произойдет. Она выбрала меня и собиралась бороться за то, чтобы остаться со мной. Казалось, с ней все будет в порядке, если я пообещаю вернуться, но завтра предстоял новый этап обучения.       После того, как меня укусили, я потеряла всякую надежду на мужа или детей.       Возможно, я была заразной, такие вещи, как поцелуи в губы, на тот момент были полностью исключены. Даже если я не была заразна, что-то явно изменило мою кровь и организм. Я действительно не хотела втягивать в это ребенка. Я почти полгода справлялась с этим без обнаружения или проблем, так что шанс все еще может быть.       Независимо от того, останется Мира со мной или нет, мне придется бегать больше, чем сегодня. Мне также нужно было продолжать свои полуночные пробежки, чтобы контролировать жжение.       В конце концов я заснула.

***

      Я проснулся, как обычно, в 1:30. Я села, и пружины кровати слегка застонали. Я покачала головой, вставая. Я собиралась это исправить…       Мира села и тихо спросила: — Диана?       Я кивнула, а потом поняла, что она не может видеть меня в темноте. Я прошептала: — Да, Мира, это всего лишь я. Помнишь, я говорила, что каждую ночь тайком сбегаю с базы на пробежку? Что я должна бегать, иначе у меня будут болеть мышцы?       Она смотрела на меня: — Да. — Хорошо, я собираюсь снова выйти, чтобы мои мышцы не болели. Оставайся здесь, и я вернусь до утра. Крис в соседней комнате, так что от нее ничего не ускользнет. Здесь ты в безопасности. Хорошо?       Она выглядела встревоженной: — Ты обещаешь? — Да, точно так же, как тогда, когда я обещала вернуться к тебе домой.       Она кивнула: — Хорошо, я подожду здесь. Мне нравится, какие у тебя красивые глаза.       Я взглянула в зеркало и увидела, что мои глаза слабо светятся.       Я поморщилась, неудивительно, что ей удалось посмотреть прямо на меня, несмотря на почти темную комнату. Она могла видеть мои глаза и, вероятно, видела их и прошлой ночью. Они, мягко говоря, выделялись. — Да, глаза не должны светиться. Пожалуйста, никому не говори о том, что они светятся, хорошо?       Она кивнула: — Если ты будешь возвращаться каждый раз, когда пообещаешь, что я никому не расскажу. — Эта девочка слишком быстро научился заключать выгодные сделки. Я сделала мысленную заметку быть очень осторожной с любыми обещаниями, которые я даю, и с тем, как я их формулирую. Мне не хотелось обещать ничего, чего я не могла бы сделать, но всякое случается, и время проходит быстрее, чем мы иногда осознаем, поэтому мне также пришлось бы следить за временем, если бы я упомянула что-то конкретное. — Договорились. Я вернусь до утреннего звонка. Если что-то пойдет не так или ты испугаешься, найди Крис в соседней комнате. Ты можешь сказать, что я ушла на пробежку, но не говори ей куда. Я действительно оставила для нее записку на своей кровати, если она придет искать меня. Она кивнула и легла обратно, натягивая одеяло. Она все еще следила за мной по моим горящим глазам. Мне действительно нужно было быть осторожной, если я встречу кого-нибудь в коридоре, потому что две слабо светящиеся синие точки в конце коридора выделялись бы.       Там было несколько групп деревьев, которые доходили почти до края забора, и было легко пройти сквозь них незамеченными. На большинстве из них не было сторожевых постов, так как зомби привлек бы свет столбов, которые были в поле зрения. Отсюда я могла видеть нескольких, но там, где я была, я была бы темной тенью в темной ночи, и меня было бы очень трудно заметить. Я легко перелезла через забор и побежала, чтобы испытать острые ощущения.       Было так приятно размять ноги. Я была очень рада, что Мира не подняла шума и, вероятно, не поднимет, когда я улизну в будущем. Это многое упростило. Я сильно сомневалась, что она выдаст мой секрет, и даже если бы она это сделала, кто бы поверил шестилетней девочке, когда она сказала, что ее опекун каждую ночь выходит за ограду посреди ночи? Или что у меня светящиеся голубые глаза? Среди медсестер и руководителей групп давно было известно, что если я слишком долго неактивна, у меня начинаются «мышечные спазмы». Из-за этого я была уверена, что меня «обнаружат» на беговой дорожке или в тренажерном зале посреди ночи. Если бы моя комната была пуста, все бы решили, что я пытаюсь справиться с судорогами где-нибудь на базе. Даже Крис знала об этом.       Потребовалось много размышлений и некоторой работы, чтобы устроить так, чтобы она проснулась посреди ночи и заметила, что моя дверь открыта, и увидела мою записку о том, что я внизу, в тренажерном зале. Она была достаточно обеспокоена, чтобы найти меня в тот первый раз. Как только она нашла меня там, я сказала ей, что это обычное явление и чтобы она не беспокоилась по этому поводу.       Предположительно, моим мышцам не нравилось бездействовать более шести часов, включая время, когда я спала. К сожалению, это было достаточно близко к истинной цели… Она еще несколько раз «находила» мою дверь открытой с моей запиской на кровати и не спускалась вниз.       Я была рада, что у меня уже была такая история с дюжиной или около того людей, которые с готовностью засвидетельствовали бы, что видели меня в разных местах, тренирующимся в разное время ночи. Изначально я делала это, чтобы иметь прикрытие, если кто-то придет искать меня ночью. Вероятно, мне придется частично остаться на базе завтра вечером, на всякий случай.       Я посмотрела в просвет между деревьями, отсюда было видно мое окно. Было темно. У Миры на койке лежал фонарик, и из одного теста я поняла, что если моя дверь будет открыта, то тусклый свет прямо за дверью в коридоре будет виден через щель под дверью Крис.       Я бегала несколько часов, затем решила, что, возможно, было бы лучше, если бы меня увидели на базе сегодня вечером. Возможно, в тренажерном зале и, возможно, после душа посплетничать с медсестрами.

***

      Я пробыла в тренажерном зале чуть меньше часа, несколько человек случайно проходили мимо и увидели меня, когда проходили мимо. Они узнали меня в лицо и не удивились, увидев меня там, как и я не удивилась, увидев их. Они были обычными посетителями и по ночам. Я пошла в душ, вчера я не приняла душ из-за того, что Мира увязалась за мной. Я забрела в сестринское отделение, там снова была Нэнси. Я покачала головой, думаю, она спит меньше, чем я.       Она подняла глаза: — Недостаточно активно вчера занималась? — Она сочувственно посмотрела на меня. Она была более расслабленным человеком, чтобы находиться рядом ночью, она была более расслабленной и погруженной в себя. Как только вставало солнце, она становилась очень активной, подпрыгивала всем телом и пребывала в гораздо более восторженном настроении. Я все еще виню в этом какой-то кофе с шипучкой… Трудно было поверить, что эта спокойная сова была зайчиком-энерджайзером днем.       Я покачала головой: — Нет, несколько кругов и немного времени в тренажерном зале помогли, но завтра мне придется пробежать несколько миль, иначе завтрашний вечер меня доконает. Мы довольно долго гостили у Агаты, и Мира, кажется, прекрасно ладит с ней и двумя другими детьми. Так что я смогу немного поднапрячься, отправляясь на разведку без проблем. — Я села на стул недалеко от ее стола.       Она посмотрела на меня: — Я удивлена, что ты вышла из своей комнаты так, что она не проснулась.       Я усмехнулась: — Я едва успела сесть, а она проснулась. Я сказала ей, что мне нужно немного размяться и оставаться в постели. Я сказала ей, что Крис будет охранять ее.       Нэнси усмехнулась: — Из того, что я слышала, мы могли бы перенести кровать Крис на другую сторону базы, и она бы не проснулась.       Я рассмеялась: — Наверное, жаль, что кровать шире двери, иначе я бы серьезно задумалась, как мне провернуть этот трюк.       Она усмехнулась: — Ну, по крайней мере, она знает, что ты ушла. Я удивлена, что она отпустила тебя без дальнейшей борьбы.       Я покачала головой: — Это меня тоже удивило. Хотя я работала над подобными вещами весь день. Я сидела в дальнем углу, пока Мира участвовала в занятиях Агаты. Вечером я оставила ее играть с детьми на игровой площадке, а сама пробежала круги. Ранее я пользовалась велотренажером в той комнате, которым любят пользоваться мамы с маленькими детьми. Как ни странно, Миру больше интересовало, как я описываю растения, которые она нашла в книге, чем игра с игрушками.       Нэнси выглядела задумчивой: — Вероятно, она ценит время, проведенное вместе, больше, чем игрушки. У нее в комнате были игрушки, но все это время не было компании. Она, вероятно, будет усердно работать, чтобы заслужить ваше одобрение, но сильно отреагирует на неприятности.       Я откинулась на спинку стула, чтобы обдумать это, глядя в потолок.              Нэнси прервала мои размышления: — Ты когда-нибудь хотел собственных детей?       Я пристально посмотрела на нее: — Я никогда по-настоящему не задумывалась об этом. Когда мне было четырнадцать, ко мне подошел врач и сказал, что с моим иммунитетом у меня меньше 10% шансов успешно выносить ребенка. Моя иммунная система сверхактивна, и у ребенка будет другая ДНК, поскольку половина будет от отца.       Я снова уставилась в потолок: — Я думала об этом несколько раз. Я не люблю младенцев, но как только они начинают ходить или говорить, со мной все в порядке, пока они не ведут себя слишком плохо.       Она спросила: — Что вы думаете о том, что Мира будет с вами надолго?       Я вздохнула: — Если бы вы спросили меня в прошлом году, я бы сказала «нет», поскольку я твердо верила, что ребенку нужны родители, которые дают ему сбалансированный взгляд на жизнь. У ребенка с двумя родителями также было больше времени, которое можно было проводить с ребенком. В мире до появления зомби я бы не оказалась в ситуации, когда ребенок мог бы так тесно сблизиться со мной, и если бы кто-то попытался по какому-то странному стечению обстоятельств, я, вероятно, попыталась бы найти хорошую пару приемных родителей. В списках ожидания сотни людей, которые ищут любого ребенка.       Я чувствовала на себе ее пристальный взгляд: — И что теперь?       Я медленно потерла лоб запястьем: — Теперь я не уверена. Часть меня согласна с этим, но часть меня думает, что я все еще недостаточно хороша. У меня нет реального опыта общения с детьми, и я склонна относиться к ним скорее как к маленьким взрослым, чем к детям. Есть только горстка выживших, чьи супруги все еще живы, так что этот аспект более или менее вылетел в трубу. Хотя я бы предпочла, чтобы у любого ребенка была поддержка нескольких человек, вроде деревни или этой базы. Будущее сейчас кажется таким непредсказуемым.       Она усмехнулась, и я взглянула на нее. Она объяснила: — Ну, большинство детей больше похожи на мини-взрослых после появления зомби. Часть того, что вы чувствуете, — это то, через что проходит каждый родитель, это несколько исчезнет, когда вы приобретете опыт общения с этим конкретным ребенком и увидите, как они реагируют. Будущее непредсказуемо и всегда будет непредсказуемым. Так было даже до появления зомби, работая медсестрой скорой помощи, я знаю это достаточно хорошо. Я видела, как в реанимацию попадает больше людей моложе сорока, чем пожилых.       Некоторое время мы молча обдумывали свои мысли. Я вздохнула и встала: — Что ж, мне лучше вернуться, пока Мира не беспокоилась за меня.       Нэнси кивнула: — Доброго утра.

      Я усмехнулась, уходя. Какая странная вещь — говорить это в 4:30, когда ты планировала еще немного поспать…