Глава 8

Pov Саске Учиха Давно меня так никто не выводил из себя. Да что там, никто и никогда не смел вытворять того, что позволила себе эта девка. Кто бы мог подумать, что в этих тонких руках может быть сокрыта такая сила. После третьего стакана виски, отчаянно залитого в горло, боли я почти не чувствовал. Однако, надирался я не из-за отказа этой курицы, а от терзающих голову мыслей, крутившихся вокруг сегодняшнего поджога клуба, который являлся нашим конкурентом. Каждый раз, когда я совершал какое-нибудь дерьмо, расслаблялся. По расписанию отличный выматывающий секс и большие дозы алкоголя, принятые почти залпом. Главное – побольше льда и лимона, и не смешивать с газированными напитками. Да только сейчас мне было так хреново, что не помогал даже бурбон, который я подливал себе сам. Рука над стаканом дрогнула, и янтарного цвета жидкость пролилась на дорогущий стол и на несколько важных бумаг. Черт бы побрал эту потаскуху. Перескакивая с мысли на мысль, находясь вне себя от злости, смел остатки бумаг со стола и запустил бутылку с бурбоном в противоположную стену. – Бля*ь, успокойся, – приказал я себе, запуская пальцы в волосы. Я закрыл глаза, пытаясь думать еще о двух махинациях, которые предстояло провернуть. Ноющая боль в штанах не позволила мне этого сделать. Перед глазами возникла… Сакура?.. И её слова, которые эхом отозвались даже в самых отдаленных участках мозга. Я не хочу! Понятно?! Отвали от меня! Мне никогда не отказывали. Ни единого гребанного раза. Во всем мире не было дела проще – раздвинуть ноги какой-нибудь истекающей подо мной девушки и вогнать как можно глубже, упиваясь очередной красоткой, которая дарила мне оргазм, а потом благополучно списывалась со счетов. Как бы я ни старался обдумать хоть что-нибудь полезное, безумные картинки рисовались одна за другой: я хватаю девушку за розовые волосы и не вижу её лица. Легкий стон, прикосновение её губ к моему члену… Я прижимаю её к стене, угрожая, что сейчас поимею во всех позах. Зелёные глаза девушки в сочетании с лисьей улыбкой не предвещают ничего хорошего, но я пробираюсь в дверь, которую передо мной только что захлопнули. – Как же это бесит. Черт, черт, черт, – Я зарычал, ругая себя за собственные мысли. Это было похоже на наваждение – как будто меня током ударило, а молния с этими наиглупейшими видениями поразила меня прямо в голову. Мне срочно нужно трахнуть розоволосую. Лихорадочно перебрал все варианты у себя в голове и понял, что не хочу прикасаться к чему – то дважды. – Ну это мы еще посмотрим. – Я взял со стола баскетбольный мяч и крепко сжал его в руках, постепенно приходя к полному спокойствию и привычному для себя хладнокровию. – Посмотрим, как ты будешь меня умолять. Минимум эмоций, железная маска – таким я был уже четыре года, и менять что – либо в своем поведении не собирался. Навязчивый розовый образ рассеялся в голове как туман, будто его там и не было. И все же, алкоголь дал о себе знать – еле справившись с управлением телефона, я набрал номер Тессы, которая, по-видимому, уже спала. – Буду через пятнадцать минут, – механическим голосом сообщил я, пока Тесса возмущалась на тему того, что я разбудил её и прервал сон, наполненный модными тряпками. – Чтобы, когда я вошёл, ты уже лежала на кровати. С раздвинутыми врозь ногами. И не задавай лишних вопросов, – девушка завалила меня каким-то бредом, но я пропустил все мимо ушей, направляясь к выходу из кабинета. Проходя мимо гримерной, увидел приоткрытую дверь. Анко подмигнула мне, а мой взгляд невольно упал на стул, где чёрным по белому было написано то самое имя, которое пробуждало во мне что-то вроде обостренного чувства дежавю: Сакура. (Событие из прошлого) PОV Сакура Харуно Я ненавижу больницы с того дня, как погибли родители. В жуткую ночь, когда в нашем доме случился пожар, служба спасения подоспела слишком поздно. Воспоминания об этом дне, я хранила так глубоко внутри, что боялась даже подумать о мелких деталях, которые напоминали мне об этом… Но сейчас, когда я крадусь по госпиталю в поисках комнаты, где Саске погрузился в глубокий сон, еле сдерживаю слёзы, сами собой падающие с ресниц. Мама крепко обнимает меня и даёт наставления о том, чтобы я следила за Такаши. Я наспех киваю в ответ и всё же нежно прижимаюсь к её груди, в последний раз вдыхая аромат духов матери. Да только тогда я еще не знала о том, что это тот самый – последний раз. Я просто ушла и, помахав ей рукой, пообещала, что завтра мы с ней увидимся. Но этого не произошло. А теперь я хочу пробраться в комнату к человеку, которого, казалось, ненавидела всем сердцем. Но после того, что произошло, я не могла больше испытывать к нему ничего, кроме сочувствия и горечи… Ведь именно я была той карательницей, что спустила на Учиху гончих псов. Каким бы отвратительным человеком он ни был, как бы я ненавидела всех подобных ему за то, что они принадлежали к определенной касте людей, он все равно не заслуживал такого. Комната Саске оказалась открытой, конечно, мне стоит поторопиться, если не хочу попасться на глаза дежурному. В коридоре я увидела парочку камер и сразу смекнула, что незамеченной мне пройти не удастся. В крайнем случае, я решила, что совру, если меня кто-то обнаружит, скажу, что я влюбленная в Саске одноклассница и просто хотела его увидеть. Когда я вошла в палату, дверь за мной с хлопком закрылась, но Учиха даже не шелохнулся. На несколько секунд я оцепенела, пораженная ужасом картины, что меня поджидала: от великого Учихи не осталась и следа – Саске выглядел так, как будто по нему проехались катком, и всё это благодаря моей глупости и одержимости отомстить. Я прикрыла рот рукой – этот жест вырвался непроизвольно, хоть меня было и трудно чем – то тронуть или удивить. Саске спал на высоких подушках, из его рук и вен торчали катетеры, расставленные по его телу словно метки: дышал он с помощью кислородной маски, которая закрывала половину лица. На экране отображался пульс спящего уже несколько недель Саске, а тело его до сих пор было украшено жуткими ссадинами и гематомами – это я заметила по обнаженным участкам кожи рук, шеи и головы. Он был истощен. Учиха выглядел таким слабым, таким беззащитным. Слабый свет ночника и подсвеченных медицинских аппаратов падает на его некогда красивое лицо и чёрные волосы, отросшие еще больше за все то время, что он провалялся здесь. И ни разу не пришел в сознание. Не спеша я подошла к нему ближе и присела рядом, не в силах справиться с управлением дрожащих рук. Не знаю зачем, но я накрыла его ладонь своей, ухватившись за неё, как за спасательный круг. Вцепилась мертвой хваткой, как будто желала передать Саске всю свою силу для того, чтобы он пришел в себя. Я – чудовище. Я разрушаю все, к чему прикасаюсь. Когда-нибудь Такаши вырастет и станет той еще занозой в заднице или же королём в старшей школе. Возможно, подобная мне неудачница будет ненавидеть его так же, как я Саске. Даже представить боюсь, что бы я сделала с этой идиоткой, если бы она так поступила с Такаши. Но я не лучше. Монстр, которому вообще не стоит общаться с ребёнком, а уж тем более – воспитывать. Я хотела просто припугнуть Саске… А на деле превратила его в амебу, которая когда-то насытиться своим последним вдохом. От всех этих мыслей кружилась голова. Есть ли шансы на то, что он придет в себя? Есть ли хоть какая-нибудь возможность вернуть ему свой долг и очистить собственную карму? – Прости… – Вымученное слово слетело с моих губ на удивление легко. Голос охрип, как при тяжелой ангине, дышать и вовсе стало трудно, будто я опустилась под воду. Одинокая слеза скатилась по моей щеке, опустившись прямо на тыльную сторону ладони Саске. И как бы я того не хотела, он не очнулся и не произнес мне своё: «Прощаю». Наши дни POV Сакура Харуно – Такаши я, правда, хочу побыть одна, – мой брат стоит у меня над душой, постоянно отвлекая от чтения. Знаю, он соскучился, но после того, что случилось вчера ночью, я сама не своя. Наглое лицо Саске, искаженное пафосным выражением, так и маячит в круговороте мыслей. Сегодня я слишком раздражительная, и малышу лучше не попадаться под горячую руку. А нашим драгоценным опекунам и вовсе нужно держаться подальше. Хорошо, что вчера они ушли к своим друзьям – таким же алкоголикам, как и они сами, и мне не пришлось весь день созерцать их опухшие рожи. – Сакура что ты там читаешь? Посмотри со мной новый фильм про Человека – Паука. – Такаши повис у меня на плече, пока я сидела за столом в обнимку с одной из книга Стивена Кинга. Он обожал все что связано с миром фентази, начиная от вселенной супергероев, заканчивая миром волшебников из Хогвартса. – Это страшная сказка, Такаши. Лучше почитай «Гарри Поттера», а я потом приду и посмотрим. – Я повернулась к нему и наспех поцеловала в лоб, натянуто улыбнувшись. Тем не менее, моя просьба сработала – Такаши был послушным ребёнком, и мы с ним никогда не конфликтовали. Он был единственным человеком на земле, с которым я обращалась так нежно, как с хрупким хрусталем, и готова была сдувать с него пылинки. – И не забудь про уроки! Я проверю, – крикнула я ему вслед, когда Такаши побежал в свою комнатушку напротив. Наши с ним спальни походили на небольшие чуланы, но мне было плевать – я была рада тому, что могу засыпать в атмосфере своего личного пространства, а не ютиться на диване в гостиной, где каждую неделю собираются жуткие компании Дэна и Мэгги (дяди и тёти). «Отчего-то именно в возможности вести себя по – дикарски мужчины находили особенное удовольствие. Когда задумаешься о таком, кажется просто неслыханным чудом, что женщины вообще способны любить лучших из них, не говоря уже об остальных.» – Несколько раз мои глаза прошлись по этим строкам из книги Стивена Кинга «Ловец снов», но я так и не смогла осознать ни смысл этих слов, ни страницы, что читала уже минут десять. Сегодня с чтением было как никогда туго – все, что произошло, напрочь выбило меня из колеи. Каждый раз, кода я вспоминала предложение Саске, внутри меня просыпался целый ураган противоречивых эмоций. «Я просто трахну тебя, чтобы убедиться в том, что ты будешь всем нравиться. Если, конечно, ты понравишься мне». «Тупая шлюха». Я была не таким уж впечатлительным человеком, но слова Саске застряли в голове, как мелкие занозы, которые невозможно вытащить без подручных средств. В мире столько шикарных девушек. Их утро начинается с ароматного капучино с корицей и фруктов в постель, продолжается времяпровождением у бассейна или шопингом посреди бела дня и заканчивается вылазками в самые роскошные рестораны города. И вот она я – подзаборная шавка, до которой никому нет дела. Низший сорт, мусор, ничтожество, которое не заслуживает ни настоящей любви, ни нежности. Конечно, может, кого-то и заинтересует моё тело на часок – другой, но на этом всё, и думают, что я должна быть рада хотя бы этому. Да черта с два! Я со злостью захлопнула книгу, откинув её в сторону, надеясь, что Кинг не обиделся бы за такое жестокое обращение с томиком. – Сказок не существует, – я подумала о Такаши, который еще так отчаянно верил в чудо. Каждый раз я завидовала его искренней улыбке ребенка, который с нетерпением встречает новый день. Для него любая секунда – это бесценное приключение. Я, как могу, защищаю его от общения с опекунами. Для меня же любая секунда – это выживание, и даже если бы сильно захотела, я бы не смогла начать всё с чистого листа. Я все еще чувствую запах пороха, который не раз вдыхала, наблюдая за перестрелками в группировке. Я всегда была прикрытием – ребята не любили брать девчонок в гущу событий. Зато воришки мы у них были отменные – всегда отвлекали внимание, а потом невзначай доставали пушку из-за пояса и направляли её на бедного владельца магазинчика, который был выбран нашей жертвой. Меня передернуло, когда я вспомнила о тех днях и о том, что всё-таки по – настоящему заставило меня покинуть банду. Это то, из-за чего мне лучше не попадаться им на глаза. Иначе – меня ничто не спасет, потому что я была самой настоящей предательницей. Ведь это я сдала Сасори полиции и остальных ребят, после того как подумала, что Саске Учиха погиб.