Отрицание - первая стадия принятия неизбежного.

На следующий день я поняла, что веду себя как ребенок, и решила занять зрелую позицию, то есть всё отрицать. © Секс в большом городе (Sex and the City)

***

Из сна меня вывел громкий стук в дверь и бас отца. — Рубин, утро пришло. Будь добра приготовить завтрак. Потянувшись, села в кровати. Зевнула. Кто бы знал, как не хочется вылезать из мягкой постели. Так бы и нежилась весь день в ней. Но не судьба, я слишком долго ждала этот день, чтобы его проспать. Вскочив с кровати, накинула на себя плотный домашний халат синего цвета. По пути к двери, всунула ноги в меховые тапочки и зажала зубами заколку. Выходя из комнаты зацепила копну непослушных чëрных волос и быстро спустилась вниз по лестнице. Резко завернула направо и влетела в кухню. Да, сегодня особенный день. Сегодня папа дозволил нам, гномкам, выйти за пределы горы, чтобы набрать ягод и просто повеселиться под солнечными лучами. Такие дни бывают очень редко, в основном в период созревших ягод и фруктов. Да и выпускают не каждую. Меня лично отец вообще из горы выпускать не желал, но дядюшка Двалин уговорил его разрешить мне повеселиться с подругами на свежем воздухе. Иногда женщинам позволяют выйти зимой, но только если в округе нет опасных существ. Впрочем в любое время года, гномки выходят из горы только тогда, когда ничего не представляет опасности. Это логично, женщин гномов очень мало, нас берегут. На одну гномку, в среднем приходится до десяти ухожоров. Многие мужчины готовы драться на смерть ради дамы сердца. Это ужасно. Но есть и счастливцы, которых выбрало сердце девы. Те мужчины сразу становятся счастливыми обладателями невест. Кому же не свезло уходит с головой в работу или вновь пытают счастья с другой девой. Огонь жадно лизал дно сковородки, масло скворчало, ломтики мяса жарились по соседству с яйцами. С коридора послышались тяжелые шаги папеньки, направляющегося ко мне. Обернувшись к вошедшему в кухню королю, сказала. — Доброе утро отец, завтрак скоро будет готов. — Доброе утро, мой рубин. -Потрепав по голове, сказал он. — Будь сегодня осторожна вне горы. Пусть Двалин и приставил к вам свой отряд, бдительность не помешает. Улыбнувшись заботе отца, достала из шкафа тарелки и разложила завтрак. — Папа, всë будет хорошо. Сколько раз выходили и ничего же не случилось. Почему в этот раз должно что-то произойти? — Расставляя тарелки на стол, спросила я. — Спасибо. — Поблагодарив за еду, отец сказал. — Я просто беспокоюсь за тебя, ты моя единственная дочь и мой единственный ребëнок. Не хочу потерять тебя из-за банальной неосторожности. Поставив рядом с тарелками отвар из трав, села по левую руку от отца. Улыбнувшись сказала. — И я тебя люблю, папочка.

***

У врат Эред Луина разносилось звонкое щебетание женщин. Каждая из них была по своему необыкновенна. У одной была новая прическа, в честь грядущей свадьбы, у другой новое платье привезенное братом из железных холмов. У третьей выглядывал животик, в котором рос малыш. У Агнешки заразительный смех, а у Марийки вечно грустные глаза и нежная улыбка. Все такие разные, но такие родные. Наверное в этом и есть плюс того, что нас так мало. Мы как сестры, знаем друг о друге всë, заботимся, поддерживаем и сопереживаем друг другу. Радуемся и печалимся вместе. — Рубин! — Послышался оклик Тëтушки. Обернувшись на полпути к подругам, увидела спешащую к нам тëтушку Дис. — Тëтушка! — Улыбнувшись, направилась к ней навстречу. — Вы пойдëте с нами? Заключив в меня в мягкие объятия, государыня сказала. — Нет, я провожу вас немного и пойду до Фили с Кили. Должен же хоть кто-то из них помогать матери по дому. — Шутливо проворчала она. — Пойдëм нас уже заждались. Присоединившись к ждущим женщинам, мы обменялись приветствием и направились к выходу. Следом за нами двинулась охрана. Без них, нас бы вообще не пустили. Переговариваясь ни о чём мы добрались до малинника, где тут же залезли в колючие кусты в поисках вкусных ягод, большая часть которых попадала в рот, а не в корзину. Объевшись свежих ягод и наполнив корзинки с горкой, мы дружной кучкой потопали в гору. Некоторых уже на подходе встречали их мужчины. Другие же, как и я продолжили свой путь под королевской охранной. Пройдя массивные железные врата, наткнулась взглядом на дядюшку Двалина. Подумав с мгновение направилась к нему, угостить свежими ягодами и напомнить про ужин, который сегодня будет в нашем доме. Подходя ближе к нему заметила пару стражников, что кивали головами на каждое слово командира стражи. Заметив меня, подчиненные дядюшки поклонились и дождавшись отмашки командира отправились на пост. — Где ж ты так измазалась, малышка? — Доставая платок из нагрудного кармана, спросил дядюшка. — Мы малину собирали, с девочками. — Улыбнувшись и приподняв пред собой корзинку, показывая оную гному, сказала я. — Вот несу угощать уловом. Хохотнув, мужчина пробасил. — Погоди угощать, дай личико твоë в порядок приведу. Подойдя ближе к дядюшке, подставила лицо под его заботливые руки и подняв глаза на лицо командира стражи, замерла. Сердце замерло на мгновение и помчались вновь с ускоренной скоростью. В груди разгорелся самый настоящий пожар, в тот момент когда дядюшка нежным прикосновением платка стирал малину с моих щëк. В ушах стоял звон, когда взгляд устремился к глазам Двалина. Смущение накрыло оглушающей волной и заставило отодвинуться от него. Опустив голову и шаркнув ножкой, пробормотала. — Я не специально, оно само так вышло. — Угощать то будешь, моë ты «не специально». — Хмыкнув спросил воин. Кивнув, приподняла корзинку на уровень груди. Подняв взгляд на дядюшку, наткнулась на смеющиеся глаза мужчины. — Пойдëм, найдем какую-нибудь миску на посту. Отсыпешь. — Пробасил он, вызвав приятные мурашки по моей спине. Кивнув, направилась к потайной комнате дозорных. За спиной вновь послышался голос дядюшки. — А то тоже перемажусь малиной, и кто мне будет щëки вытирать? Щëки и уши моментально полыхнуло огнëм, что было совершенно ново для меня. Никогда я так не реагировала на шутки дядюшки. Неужели это то самое? Быть того не может! Это же мой дядя! Пройдя в сторожку, поставила корзинку на стол, и принялась искать какую-нибудь тарелочку, чтобы переложить в неë ягод. Воин облокотился об косяк двери и с улыбкой наблюдал за моими поисками, смущая меня ещë больше. Спустя минуту суматошных метаний, за которую я успела тысячу раз пожалеть, что отделилась от девчёнок, и столько же раз подумать о том, что выгляжу ужасно глупо, я таки смогла найти маленькую глубокую тарелочку, сделанную из дерева, куда теперь аккуратно пересыпала ягоды. Закончив сие действие, скомкано попрощалась с Двалином и рысью метнулась домой. Сердце колотилось как бешеное, в голове витали дурные мысли, в глазах стояли слëзы. Хотелось взвыть раненой волчицей, от противоречивых чувств в груди.

***

Захлопнув дверь дома, скатилась по ней вниз на пол. Слëзы хлынули рекой. Вой вырвался из горла. Ну как так то? Ну не может быть так, чтобы мой любимый дядя, оказался вдобавок и моим нареченным. Это глупо. Нелогично. Противоестественно. Поднявшись с пола, широким шагом пошла на кухню, растирая свободной рукой слëзы по щекам. Как мне теперь ему в глаза смотреть? Как смотреть в глаза отцу? Как вообще сказать об этой чудной новости семье? Ну, почему так-то? Почему он? Руки тряслись, впрочем как и всë тело. Новый поток слëз хлынул из глаз. Нацепив фартук на пояс, достала из ларя мясо и начала отделять от кости. Если скажу, умру со стыда. Если скажу всë измениться, дядюшка больше не будет относить ко мне как к любимой племяннице… А как к жене? Достав из ящика молоток для мяса, резко замахнулась и ударила по телятине. Махал! Какая же глупость, какая жена? Я ему в дочки гожусь. — Шмыгнув носом, вновь утерла слëзы с щёк. — Он меня с пеленок нянчил. Что он подумает, когда я скажу, что он мой нареченный? Явно ничего хорошего. Маленькая, избалованная пигалица. Эгоистка. Ууу ууу. Ну почему он? Махал, за что? Избив толстый шмат мяса в тонкую полоску, обтерла руки полотенцем. Тяжело вздохнув направилась в свою комнату. Нужно успокоиться. Если никому об этом не скажу, никто ведь и не узнает ничего. Тогда, всë останется по прежнему, дядюшка останется добрым дядюшкой, папа не будет злиться и ругаться, а я… Слëзы вновь набежали на глаза. В мгновение ока оказавшись в своей комнате, как подкошенная упала на кровать и разревелась. Если не скажу, то сама себя своими мыслями истерзаю. Буду каждый раз думать, не узнал ли кто? Не понял ли? Не смогу по прежнему относиться к дядюшке, потому что испытываю совершенно новые чувства по отношению к нему. Какой кошмар… Что же делать…

***

Пропустив обед и успокоившись, умылась холодной водой, в надежде что опухлость уйдëт к приходу тëтушки. Не хочу оправдываться перед ней за свои слëзы. Скинув уличное платье и положив в корзину для белья, вытащила чистое домашнее облачение. Переодевшись спустилась на кухню. Некогда нюни распускать, еще ужин не приготовлен и малина не обработана. Непорядок. Отключив голову принялась за работу. Добавив восточные специи к мясу, бросила его тушиться в казан. Почистила овощи, отправила их к мясу. Завела тесто для пирога и поставила поближе к печи. Принялась за малину. Перебирая ягоды и отделяю их от веточек, вновь погрузилась в раздумья. Мысли вводили в уныние и пугали неизбежным будущим. Сегодняшний ужин явно будет нелегким, по крайней мере для меня. Послышался стук в дверь. А вот и тетушка с братьями. Открыв дверь и пропустив братьев в дом обнялась с Дис и перехватила еë корзинку с продуктами. — Вымотались знатно, народу на рынке тьма-тьмущая. — Тяжело вздохнув тëтушка хлопнула в ладоши. — Ну что? Давай рассказывай, как прошла прогулка? — Да! Девчонки про нас чего-нибудь спрашивали? — Лукаво сощурившись, спросил Кили, мой младший брат. Проходя мимо него, хватанула гнома за ухо и потянула за собой. Проходя мимо Фили всучила ему корзинку и тоже хватанула его за ухо. — Если вы еще раз будете совращать девчонок, головы поотрываю. — Начала возмущенно я, под синхронное ойкание братьев. — Вам весело, а мне потом сопли да слезы вытирать, оболтусы. — Пусти, сестрица. — Начал беловласый. — Ты же сама знаешь, что они гурьбой на нас вешаются. — Кто на кого вешается это еще посмотреть надо. — Фыркнула Дис. — Пусти их, пусть разведут огонь в камине и вытащат стол в гостиную. А ты давай колись, как прогулка? Приобняв меня, тетушка повела меня на кухню, по пути отобрав у Фили многострадальную корзину. Тяжело вздохнув, начала рассказ о сборе малины и о подружках. По мере приближения рассказа к концу я начинала все больше и больше нервничать. Ягоды начали высыпаться из рук, сами руки начали чесаться, дыхание ускорилось. Как бы я не старалась оттянуть момент встречи с дядюшка, но с каждым словом он становится все ближе и ближе. — Вот, а когда мы вошли в гору, я заметила дядюшку Двалина и решила угостить его малиной. Отложила немного и побежала домой, мариновать мясо к ужину. — Торопливо закончив свой рассказ, я затолкнула пирог в печь. Оттряхнув руки об полотенце, заправила выбившуюся прядку в прическу. Подняв глаза на тетушку встретила еë подозрительный взгляд. — Что? — Недоуменно спросила я. Фыркнув, тëтушка спросила. — Ты, милая, случаем не влюбилась? Поперхнувшись воздухом от неожиданности точного вопроса, я возмущенно воскликнула. — Нет конечно, с чего ты вдруг решила, что я влюбилась? В гостиной послышался шум и множество мужских голосов, перебив, только открывшую рот, тëтушку. — А вот и папенька вернулся. Вытащишь пирог? — Не давая женщине и слова вставить, стрелой вылетела из кухни, чтобы тут же резко затормозить. Вместе с отцом в дом вошли и дядюшки. Тяжело вздохнув и собравшись с мыслями, натянула улыбку и направилась к старшим мужчинам в роду. Подойдя к отцу клюнула его в щеку и начала аккуратно снимать регалии правителя, это наш ежедневный ритуал. Сняв мантию и положив еë на стул услышала наигранно-возмущенный голос Двалина. — А дядюшек поцеловать, или мы более не в вашей милости, принцесса? Ощутив как кровь прибыла как щекам, быстро обняла дядюшку Балина, а затем и Двалина, утонув в его больших сильных руках и в своих нахлынувших чувствах. Потрепавшая по макушке рука последнего, стала неожиданностью, смутив меня ещë больше. Услышав голос тëтушки, выпорхнула из объятий дядюшки, и поспешила к ней на помощь, по пути кинув братьям, чтобы те раставляли посуду на столе.

***

— Завтра к нам приезжает посол с восточных гор, вместе с дочерью. — Отправляя вилку с мясом в рот, сказал отец. — Я надеюсь, ты сможешь найти с ней общий язык, Рубин. — Я постараюсь, папа. -Водя вилкой по рагу, сказала я. — Сейчас нам крайне важен союз с восточными гномами, если мы хотим освободить Эребор в ближайшее время. — Добавил Балин. — При желании можно заключить политический брак с их стороной, чтобы привязать ещë крепче. Отложив вилку, я из подлобья глянула на дядюшку Балина и спросила. — Кого женить будем? — У нас есть три кандидата на выбор. Ты давай ешь, а не елозь. — Накладывая салат в миску, сказала тетушка. — И кто эти счастливчики? — Вытирая рот вышитой в цветок салфеткой, спросил Кили. — Ты, Фили и Двалин, как наиболее приближенные к королю. — Сказал Балин. Спину пробило током. Нет уж. Если кому и суждено быть женой Двалина, так это мне, а не какой-то восточной вертихвостке. Нахмурившись сжала вилку в руках и сильнее необходимого наколола мясо, из-за чего раздался противный скрежет посуды. — Прости, дядюшка. — Обращаясь к Двалину, сказала я. — Но ты явно уступаешь Фили и Кили в мастерстве соблазнения юных дев. — С чего бы вдруг? — Наклонившись, в мою сторону, спросил дядюшка. Переживания о случившемся сегодня днем вновь накрыли меня с головой. Руки вспотели. — Я ещë ого-го, или моя девочка сомневается во мне? — Насмешливо, спросил мой избранник. — Ни в коем разе, дядюшка. — Да она ревнует! -Воскликнул братец Фили. — Привыкла, что дядюшка любит только еë, вот и беситься начала, эгоистка. Отец тяжело вздохнул, и сказал. — Никто никого ещë не женит, и политический брак, остается лишь на крайний случай. — Подлив в бокал сестры вина, продолжил. — Предлагаю сменить тему, эти политические договоры уже поперëк горла стоят. — Как скажешь, брат мой. -Улыбнувшись и пригубив вина, сказала тëтушка. — Кстати о птичках. Рубин, так кто же тот счастливец, что завладел твоим сердцем? Ты мне так и не ответила… Сердце замерло на мгновение, и забилось вновь как бешенное. Ну почему сейчас тетушка? За какие плохие дела ты меня наказываешь? Послышался синхронный звук удивления со стороны братьев. — Так наша, милая сестрëнка уже выбрала себе мужа, а мы и не знаем! -Протянул Фили. Раздраженно вздохнув, поднялась из-за стола. — Никого я себе не выбрала. -Фыркнула я. — К тому же я никого не одаривала своим вниманием тетушка. Вам, наверное, почудилось. — Ну-ну. --Протянула Дис. — И куда это ты так резко подорвалась, позволь спросить? — За пирогом! -Ответила я, но наткнулась на приподнятую бровь тëтушки и лицо полное скепсиса. В панике оглядев стол, не нашла пирога с виновницей моего дерганого дня. — Малиновым! — Мы его хоть знаем? -Послышался голос отца за спиной. Ну вот что я могу ему сказать? Он сидит справа от тебя? Он твой лучший друг? Соврать? Что? Остановившись и тяжело вздохнув, сказала. — Да, вы его знаете. — Как звать-то жениха? -Как-то напряженно спросил дядюшка Двалин. Обернувшись, скорчила моську и показала язык. — Секрет! — Воскликнула я и быстро пошла за пирогом. Аккуратно внеся пирог в гостиную, поставила его на центр стола. Взяла нож и принялась разрезать малиновую вкусняшку. — С каких пор у тебя секреты от семьи? — Спросил отец. Оглянувшись в его сторону, увидела в его глазах другой вопрос «Какие у тебя секреты от меня?». Вздохнув, мотнула головой. — С тех пор, что разум мне более не подчиняется, а сердце требует молчать. — Проговорила я, пытаясь не дрожать. На очень тонкий лëд мы ступили, однако. Ссориться с семьëй я не хочу, но и вываливать все свои тревоги и чувства я тоже не желаю и даже опасаюсь. — Чтож, надеюсь как только ты разберешься сама в себе, ты поведаешь нам, кто этот счастливчик. — Улыбнувшись и отсалютовав мне бокалом, сказал дядюшка Балин. Благодарно улыбнувшись ему, начала раскладывать пирог по тарелкам. — Но это не помешает нам, угадать его личность. — Насмешливо сказал братец Кили. — Точно! -Поддержал его второй. — Дорогая сестрëнка, скажи-ка мы сегодня могли его видеть. Положив кусок пирога на тарелку старшему из братьев, закатила глаза и протянула — Возможно могли, а может и не могли. — Положив кусок второму, договорила я. — Откуда мне знать, где вас балроги носили… Поднимая очередной кусок пирога, наткнулась на острый взгляд дядюшки Двалина, а после он пробасил, заставив меня замереть на месте и начать паниковать. — Не нужно, милая. Мне на сегодня хватит малины. — Тогда положи этот кусок мне, сестрица! -Воскликнул Кили. — Облезешь, некрасивым будешь! -Насмешливо сказал Двалин, вставая из-за стола. — Пойду я. Сегодня в дозор иду, новичков гонять. Хорошего вечера. Пожелав дядюшке спокойной ночи, сменили тему на молодняк находящийся под патронажем Двалина. А я все думала, что ужин прошел не так уж и плохо, как я думала… Верно?