Сигаретный вор

      — Всё. Со мной всё в порядке, — проговорила Марли и убрала с плеча руку Чарли, — извини… Мне просто написали, — она встала на ноги и поправила футболку, — мне нужно уехать сейчас. Трое друзей смотрели на неё с удивлением.       — Уехать сейчас? — тихо спросила Вайолет, — среди ночи? Марли закивала.       — Да, именно. Я… Должна встретиться с шефом полиции утром, я совсем забыла. Чарли недовольно выдохнул и быстро вышел из комнаты. Марли восприняла это как призыв к действию и, чуть не задев плечом ошарашенную Эш, вылетела из гостиной.       — Марли, погоди! — донёсся из кухни голос Чарли. Она представила, как мужчина бросается на неё с ножом и, схватив скетчбук со стола, потянулась за рюкзаком.       — Да что случилось-то? — Чарли стоял на пороге с сэндвичами, — ты бы поела, где ты сейчас еду найдешь?.. Марли застыла в нерешительности.       — Спасибо, эм… Я… — она опустила взгляд в скетчбук: недорисованного портрета Вайолет не было. Марли нахмурилась. Нет, конечно же, они не знали её правил относительно рисунков и портретов в частности: делать фото рисунка рядом с моделью, не отдавать неготовое, вообще не отдавать при желании. Самовольное похищение портрета вызвало бурю эмоций и воспоминаний: ее рисунки пропадали и раньше, но мать — разве могло быть иначе — уверяла, что Марли снилось, что она их рисовала. Поэтому девушка начала фотографировать свои работы. Марли подняла скетчбук и с силой шарахнула им по столу.       — Где портрет?! — зарычала она, развернувшись к Вайолет. Та попятилась назад.       — Какой портрет?       — Твой! Вайолет испуганно заморгала и посмотрела на Эш, в поисках поддержки.       — Вайол, отдай рисунок Марли, — быстро сказала Эш. — Твой портрет был в скетчбуке, но она его не закончила.       — Да я не брала ничего! — На глазах девушки выступили слезы, — Я вообще не выходила сюда!       — Марли… — рука Чарли снова коснулась плеча, — послушай…       — Убери свою руку! — рявкнула Марли и сунула скетчбук в рюкзак, — мне надо ехать. Она быстро оглядела всех друзей и остановилась на Чарли.       — Спасибо за приём. Я буду на связи. Онлайн. Мы вернём Эрика и Адама, всё будет хорошо. Я вам обещаю, что не брошу это дело. Марли соскочила с веранды и устремилась в сторону, где, как ей казалось, мог находиться вокзал, или центр, или просто отель. Ожидая нападения, она чувствовала, как по спине оголтелой толпой неслись колючие мурашки и прибавляла шаг, отчего становилось безумно жарко. Наконец, скрывшись за углом какого-то здания, Марли прижалась к его стене и прислушалась. Тишина висела в ночном воздухе, лёгкий ветерок приподнимал кончики волос и приятно охлаждал вспотевшую шею. За ней никто не шёл.       «Зачем ты вообще уезжала из Дасквуда?! Такое сочувствие и милосердие тебя саму в могилу сведут, Марли», — думала она, стараясь выровнять дыхание. Открыв мобильный, Марли вызвала такси, но программа показывала, что ближайшая машина приедет через сорок минут.       «Будете ожидать»?       — Я только и делаю, что жду, — недовольно проговорила она и нажала «да». Он стоял в двенадцати футах от Марли, жадно глядя, как она нервничает, снимает очки, трет переносицу, заправляет короткие, и без того не мешающие ничему, волосы за уши, шлёпает по карманам в поисках сигарет и разочарованно выдыхает.       — Вот это везение, — прошептал он и улыбнулся, — совсем одна. Моя самая умная и любимая птичка. Доверчивая, чуткая, — он сжал в ладони свёрнутую страницу из скетчбука с портретом Вайолет, — и такая талантливая. Рука его потянулась к ширинке. С этой птичкой он научился сдерживать себя, доходить до самой вершины наслаждения, дразнить себя, не позволять себе пачкать бельё. Но сейчас она, наконец, была одна и так близко, что можно было… Пальцы его медленно скользили по возбужденному члену, чуть сжимая ствол, а затем ослабляя нажим, не торопясь. Рот был чуть приоткрыт и кончик языка тёрся о белые ровные зубы. Он представлял Марли в маске ужаса: раскрытые огромные синие глаза, розовый рот. Красивое стройное тело сопротивлялось в его голове и наполняло криком всю вселенную. Внезапно, его карман вздрогнул — Марли пришло уведомление: «синий Шевроле будет подан в течение семи минут». Облизнув пересохшие от возбуждения губы, он достал мобильный и просмотрел информацию на её телефоне.       — Такси в Дасквуд… — он нахмурился, — зачем же так радикально? Незнакомец прислонился спиной к дереву и за пару минут нашёл в архиве дасквудской полиции видео с нагрудной камеры Алана, которое могло бы заинтересовать и заставить Марли остаться на месте. Он знал, что Марли хочет видеть. Знал, чего и кого она ждёт. Она ждёт исполнения обещания. Когда машина подъехала, Марли извинилась перед водителем, отдала ему какую-то сумму и не села в такси. Незнакомец, по-прежнему стоя в тени деревьев, улыбался.

***

Эш с недоверием взглянула на Вайолет.       — Да не брала я рисунок, Эш! С каких пор ты мне не веришь? — возмутилась девушка, — я вообще ушла, чтоб она меня не рисовала!       — Она рисовала по памяти и получилось очень похоже, оставались последние штрихи, — проговорила Эш, всё ещё с укором глядя на Вайолет. Та не выдержала и шлепнула по столу рукой.       — Эш! Мы сколько лет дружим?! Та вздохнула.       — Ты права, конечно. Но не мог же он сам пропасть. Я сама видела. — Эш встала, прикрыв глаза и указала пальцем на стол, — вот тут лежал скетчбук с твоим портретом и си… — Эш осеклась, поняв, что сигареты могла забрать сама Марли, — я взяла её за руку и повела в дом. Всё оставалось здесь. Чарли, до этого сидевший молча с чашкой кофе, вдруг встал и быстро вошёл в дом а через секунду позвал девочек.       — Вы должны это видеть! Трое друзей стояли у небольшого стола над ноутбуком и смотрели в экран.       — Кто это? — шёпотом спросила Вайолет.       — Не знаю, — ответил Чарли, — но смотри. Мужчина на записи взял пачку сигарет, поднёс к лицу, а потом положил в карман куртки. Постояв немного, он вырвал страницу из скетчбука Марли и быстро ушёл.       — Он был прямо здесь, — в голосе Вайолет послышался ужас, — за этой стеной. Чарли молча кивнул и нажал на паузу.       — Откуда у тебя камера? — спросила Эш.       — Адам поставил с месяц, наверное, назад. Сказал, что хочет знать, кто жулит, когда мы играем в карты.       — Что?! — возмутилась Эш, — это же и есть жульничество! Чарли пожал плечами и улыбнулся.       — Мы ещё не смотрели записи с прошлой игры. Эш недовольно фыркнула.       — И… Что нам делать? — тихо спросила Вайолет, — может, отправим ей эту запись?       — Ты не хочешь, чтоб она думала о тебе плохо?       — Конечно не хочу! Какой-то сигаретный вор украл мой портрет, а свалили всё на меня! Эш хмыкнула.       — Сообщать о сигаретном воре ради оправдания — глупая затея.       — Но, — протянул Чарли, — если она из-за этого ушла, то есть смысл сообщить. Давай я отравлю этот кусочек. Чарли несколько раз пытался отправить видео, но оно не было доставлено, да и самой Марли в сети не было.