Начало конца

Обычный день в доме Афтон. Майкл опять подшучивает над Крисом. Клара же готовит обед, напевая про себя песни, распространяя запахи вкуснейшей еды по дому. Элизабет же игралась с куклами и проводила время в одиночестве, так как мама была занята, а братья не хотели с ней играть. Но в один момент входная дверь дома открылась, и в её проходе появился уставший от ночной работы над своими роботами и поспавший пару часов на диване в его мастерской Вильям. Отца семейства встретил же Крис, что жаловался на Майкла в очередной раз. Что было обыденностью для него, и тот, успокоив младшего, недовольно фыркнул на Майкла и пошёл на кухню, где, приобняв жену, пошёл в спальню, чтобы поспать. Элизабет же не успела и встретить отца, и, понимая, что тот сейчас будет спать, и, расстроившись, пошла в комнату. — Солнце, папа поспит и побудет с тобой. Он тоже устал, и он завтра возьмёт тебя на работу, так как тоже хотел бы с тобой провести время. — Хорошо, мам. Сказала более довольным голосом девочка и побежала в комнату переставлять, как будет выглядеть её завтрашний день. А вечером же вся семья была за одним столом, и Элизабет же хотела расспросить отца про завтрашний день. Ужин был как обычно вкусный, и все понимали, что кто не съест, не выйдет из-за стола и не успеет на просмотр их любимого телешоу по телевизору. После ужина же Эли подошла к отцу, слегка дёрнув его за рукав свитера. — Пап! А когда мы поедем на твою работу? — Завтра, солнышко. В обед, но ты не заходи в мастерскую без моего ведома. Поняла? Девочка с горящими глазами кивнула и села рядом с отцом и мамой, пока же братья сидели отдельно на ковре красного цвета. Наступил следующий день, и Вильям с Элизабет приехали в пецирию, где девочка сидела в общем зале, пока отец что-то копался в мастерской. И когда тот отошёл на улицу с Генри для приемки деталей, она прошмыгнула в мастерскую, где стояли экзоскелеты будущих маскотов в одной из новой пиццерии и чертежи, лежащие на большом столе у стены. Осматривая территорию же, та нашла странного вида книжку с закладкой в виде упаковки от каких-то кексов, что ей запрещали есть. Она услышала звук оповещения грузовой машины, сдающей задом, и выбежала из мастерской, прикрыв дверь и вернувшись на своё место. И спустя пару минут Генри и её отец несли коробки с какими-то цветными деталями корпуса. Девочка следила взглядом за взрослыми, и когда те перестали носить коробки, то Вильям, посмотрев, что никто не стоит рядом, закрыл на замок дверь, откуда, если подойти вплотную, можно было услышать выразительный голос с отличающимся текстом от пружинных аниматроников. И ещё были слышны звуки прикручивания и невольная речь то её отца, то Генри по непонятным ей причинам. Так прошло полдня, и Вильям, понимая, что тут работа опять допоздна, решил отвезти дочь обратно домой и уже без лишних нервов продолжить работу. Вечером же на ужин пришёл её отец и с явно горящими глазами от успехов тот, не желая говорить о работе, так как это раздражало её маму. Они провели отлично всей семьёй вечер. Но Элизабет решила спросить отца про его детство, от чего тот немного напрягся. — Ну... Моё детство было небогатым и похоже на детство обычных детей. Полная семья и прочие вещи... Говорил тот, хотя на самом деле детство было у него ужасное, так как властный отец и мать, что боялась и слова сказать, чтобы не получить по лицу, сказались на его психике. И тот, дожив до 18 и поняв, как работает машина ещё с малых лет из-за навещевой «помощи», а то бишь принудительного участия в починке старого пикапа универсала его отца, решил ему отомстить. Ведь ему не только передалась внешность отца и его психическая травма с фронтальной мстительностью. В один из дней, зная, что отец едет на «Работу», а на самом деле выездку в лес ради рыбалки и охоты, тот, воспользовавшись моментом, вытащил все патроны из винтовки отца. И когда тот после рыбалки пошёл охотиться один, что было его любимым занятием, но встретив по пути лосей, тот хотел подстрелить одного, но оружие было не запланировано, и лось затоптал его отца до смерти. Известие о его смерти было как гром среди ясного неба для семьи, и парнишку даже не подозревали, ведь он делал всё в перчатках, так как имел привычку ходить с чистыми руками. И после поступления в университет тот познакомился с его будущей матерью его детей. Клара же знала настоящее его детство, так как те в студенческие годы общались откровенно обо всем, и тот рассказал ей о его мести отцу, что была вообще не с тем, что планировался. А дети же, кроме Майкла, поверили в эту историю, так как Майкл понимал, что не очень уж сильная любовь от отца, а только человеческое уважение были из-за схожести с ним самим до перелома в его жизни. И человек, воспитанный в нормальной семье, не относился бы так выборочно к детям без ясных объяснений. Так прошли дни, пока у младшего сына Афтона не наступил день рождения, к которому готовились заранее, и, дабы не траться, то решили провести его в кафе с пружинными аниматрониками. Ведь пецирия с маскотами ещё не работала в стабильном режиме из-за пробы пира с новым типом роботов. Всё шло хорошо до момента, пока Майк с его друзьями решили не подшутить над Крисом, подняв его на уровень Фредбера, и сами этого не заметив, его голова оказалась в пасти робота, что будто случайно или нет схлопнул свою пасть, когда голова Криса была там. После того как вечеринку остонови, а Майкл понимал, что он убийца своего брата, и когда младшего Афтона забрала скорая, началась новая страница в жизни семьи. Полиция, допросы семьи и прочая волокита привели к тому, что кафе работало дальше, но для обеих друзей начались репутационные риски, и в это же время младший сын Афтона лежал в коме. Семья была в натянутом состоянии, и Клара же предложила увести дочь, и сама хотела отдохнуть от всех этих проблем у своих родителей. Вильям был не против, и он сам хотел разобраться, пока всё не наладится. Но по итогу суда виновным в смерти брата посчитали Майкла, так как тот имел возраст несения ответственности за тяжкие по меркам его мерок преступления. Майкла и его друзей, как соучастников без оправданий и суда, отправили в колонию для несовершеннолетних. Майкл получил 10 лет, а его друзья, что, желая получить срок меньше, в 1 голос, сказали, что тот их подначил и вообще любил над братом издеваться из удовольствия. И получили по 1 году каждый. Год прошёл быстро, и его дружки влились в жизнь снова, а Майкл же, так как ему было 17 лет, и того перевели в реальную тюрьму, дабы он досидел свой срок за убийство в месте, где заслужил по закону. Спустя год всё наладилось, и дом Афтонов снова зажил, но с потерями, так как младший ребёнок умер, за что они не венили Вильяма. А тот, в отличие от них, он себя венил в его смерти, так как это его создание, и он был неуверен в безопасности данного возможного инцидента, что откинули из-за нелогичности и прерывания таких случаев в самом начале. А Майкл уже сидел в реальной тюрьме, где тому дали кличку «механик» из-за того, что он сел за свою тупость, которая стала смертью его брата. Его не трогали, так как сел, по мнению заключённых, по незнанию обстоятельств где-то на уровне превышения самообороны. Хоть и факт, что его друзья наговорили на него, что была неправа, на самом деле тоже влиял на репутацию и отношение к нему. Клара на свиданиях часто переживала ему домашнюю еду, то подарки сестры своими руками. Та бы он не забывал их любовь к нему. Но он понимал, что единственный человек, что не любит его, это свой же отец, что даже не пытался его защитить на суде, а мать тоже, видно, боялась за себя с их отношениями и тоже не возрождала особо. И так отношение не как к сыну, а к человеку превратились в нежелание общаться, раз она передавала выдуманные ей пожелания от отца ради моего утешения. Статус «Братоубийца» и судимость — то, что ждало его после возвращения на волю. Так прошло ещё время. Компания развивалась, и после отказа от пружинных аниматроников поставили Фреди, Бони, Чику и Фокси. С последующим ремонтом и сменой вывески пиццерии. А пружинных роботов оставили в тайной комнате до лучших времён. В то же время Вильям заметил, что золотой Фреди же пропал и со своего места, и появился в другом углу комнаты, что смутило того, и он понял, что творился какой-то мистика. Посмотрев же внутри того, он заметил, что уставленный модель сброса энергии для авторежима был заполнен чем-то светящимся, и, закрыв помещение после обратной сборки, тот пошёл в библиотеку, где когда-то брал на время книги по механике. А сейчас он искал книгу по мистике, и, получив ту, он, взяв её на прокат, дома он заметно увлекся поиском факторов, подходящего под то, что он увидел. Лестая и, увидев информацию про этот «реминант» или так называемую «Энергию душ в нежевых предметах», он загорелся изучением. И после пары часов чтения про эту энергию он на следующий день остался в мастерской на ночь и в перерывах делал что-то типа ловушки для этого реминанта в виде полбы с такой же деталью от костюма, где было масло от фредбера. Отреся эту колбу в секретную комнату, он даже не надеялся и просто мог поставить её как украшение интерьера мастерской. Только на следующий день там было что-то светящееся, и внутри золотого Фредди эта деталь ещё светилась, что напрягло Афтона. Отнеся эту ловушку в мастерскую, он начал выпытывать у этой души кто это, принимая ответ моргания капсулы, где была эта душа. Спустя долгие переговоры тот выяснил, что это была душа его сына, что застряла после укуса в фредбере. От чего тот был удивлён и напуган, но его интересовал вопрос: кто же ещё сидит в роботе, где он был? Но тот не дал ему точного ответа, так как не хотел говорить об этом. Вильям же после этой информации начал опрашивать Генри и тех рабочих, не находили они что-то странное, в виде несвязанных с постройкой жертв. Никто не помнил и не замечал таких вещей, кроме одного строиля, что, когда закладывал фундамент в районе сцены, нашел косточки ребёнка, что уже давно лежали в земле, и те без лишней мысли залили в бетон. От слышаного Афтона немного напрягло и вызвало вопрос: давно или сейчас робот был одержим этой душой? В свой выходной тот обратился к своему знакомому из полиции, чтобы узнать что-то про смерть девочки по имени Кесиди, что он выдавил из разговора с душой сына. И в правду девочка была не найдена после своей кражи неким мужчиной с бородой и внешностью, похожего на Вильяма. От этой информации тот напрягся и, поблагодарив за информацию, позвонил своему другу по району. — Привет, давно не общались. Как там дом родителей моих? — Привет... Дом продала твоя сестра, а новые владельцы нашли в нём под полом в гостиной фотки детей... На минуту оба замолчали, и Вильям понял, что его отец не только тиран и убийца, но, признавать это значит быть по-настоящему, но решил узнать об этом лично, позвонив владельцам дома. — Здравствуйте. Я брат девушки, что продала вам дом этот. Вы находили фотки детей же под полом в гостиной? Можете их переслать мне на определённый адрес? Я отнесу их в полицию на выяснения личности детей. — Хорошо, это хороший поступок. Может, их кто ищет. Говорите адрес. Вильям назвал действующий адрес сестры, что жила не так далеко от него в сравнении с расписанием от дома его родителей до его дома. Оповестив сестру о его посылке, что прейдёт в её почтовый ящик, он приехал в день доставки почты, и, забрав, тот решил узнать что-нибудь у сестры насчёт родителей после его уезда. Та рассказала, как их мама скучала по нему и задышала полной грудью после смерти её мужа. Начав новую жизнь, она погибла счастливая в постели от остановки сердца, но нашла в доме нож и странные записи в его дневнике про то, что дети — это источник энергии души без изъянов и прочий бред сумасшедшего. Забрав из интереса дневник отца, тот вернулся к обычной жизни. Отдав фотки, как оказалось, пропавших детей, впоследствии найденные убитыми, кроме Кесиди, что так и числится пропавшей уже много лет. В то время Вильям исследовал дневник отца, что описывал убийства детей как обряд раскрытия этой энергии души для вечной жизни. Тот решил сжечь его, чтобы эти убийства так и были тайной, известной только ему, и он вычерпал те тайны, что были ему нужны, уже из записей в свой дневник. Постепенно забывая про тот дневник, в их семье происходит новая шокирующая история. Майкл получил продление срока ещё на 10 лет из-за того что он в порыве гнева убил своего сокарменика, что был педофилом. Но от скашения срока это его не спасло. И Афтон же сам начал двигаться головой из-за произошедшего, так как мысль о реминате и вина за смерть сына и эта история с Майклом просто убили его нервную систему, и семья тоже не могла это нормально пережить, и Вильям, чтобы он мог отойти от этого всего, на время утопил себя в работе над новыми роботами, и Клара объяснила то, что папа очень много времени уделяет работе, это его способ забыться от проблем, и это станет в новые проекты для их лучшего благополучия. Элизабет понимала, но она хотела большего проводить время с отцом, а тут он даже и домой не приходит, и та скучала по братьям. А Вильям же открыл новую компанию, где, заручившись своей славой, их общей компанией с Генри создал совершенно новых роботов с экспериментальным механизмом для сборки душ, так как он в один момент хотел понять, это работает или нет. Пецирия начала работу, но на открытие пришел и Генри со своей младшей дочкой знакомого (сестра Чарли, двоюродная сиротка), что, не послушавшись не то что родителей, и даже того, кто её всю дорогу наставлял не подходить к роботам одной, была схвачена Бейби. И её душа застряла в машине. Скандал быстро закрыли, так как это была сирота, и Генри тоже не хотел проблем, и только оставался моральный момент. Вильям уже тогда окончательно двинулся, и гены маньяка проснулись, сделав ему образ кролика-убийцы. В один момент того переклинило, и, залезая в костюм кролика, тот переключался на ту личность, что могла убить ребёнка без огрызания совести. Так и началась его кровавая серия, где он не мог контролировать себя, и когда он снимал этот костюм, тот снова буквально становился дружелюбным семьянином. После пропажи 5 детей в час пик, что оказались по воле судьбы младшими детьми в семье у друзей Майкла, что отсидели 1 год в колонии. После резни Афтон снял костюм кролика и, понимая, что он сделал, был в ужасе. Но он, понимая, что Майкл пару дней назад вымолил у суда неделю на свободе под условие подписки о невыезде из штата. И то, что Майкл в костюме кролика похож на него самого и хват кури у них 1 и тот же, то он, откинув остатки чести и желания пожить как нормальный человек, подставил всё так, что его сын, от которого те отказались по документам, уже убил детей, что были младшими в семье его друзей. И суд поверил этому, так как Майкл был осуждён за убийство младшего брата, и эти люди наговорили на него, что тот вместо 3 лет изначально сидел 10. Всё вроде прошло нормально. Только в один день помешанные души не по своей воле нагнали того и во снах. После чего, зайдя в временно закрытый ресторан, за ним погнались души, что загнали его в тайную комнату, где тот из паники залез в костюм и просил прощения у душ и пытался объясниться. Только он не учёл, что помещение было известно только 2 людям: ему и Генри, и потолок тут собирал конденсат от трупов, которые охлаждали воздух в помещении ночью. И в 1 момент же механизм фиксаторов от обильного пота из-за страха и капли воды из конденсата, попавшие в механизм, схлопнули его. И вроде бы всё. Но умирая, он понимает, что не грани жизни и смерти, и перед его глазами возникает облезший и явно уже не живой когда-то лось, что стал пугалкой для туристов и охотников. И вспоминая, кем был его отец и от чего он умер, тот, находясь в неком обществе, — Я не хотел... Я в этом костюме был другим человеком... Я не убийца! — Сын мой. Я знаю, что ты желал мне и больше, чем смерть, но я тебя прощаю. Как и ты, я тоже так думал, когда снимал с себя деревянную маску кролика, осознавая, что я убил тех детей... Но я думаю, нас прокляла эта Кесиди, что я убил первой... Зная, что она умерла очень давно и что её единственной не нашли по известной ему причине, то он посмотрел на лося, где была душа его отца, что он кого-то ненавидел, а теперь он понимал, кто он, и простил его. — Она считается до сих пор неизвестно пропавшей, и так будет, пока не снесут мою пецирию под основанием сцены, в которой её кости лежат залитые бетоном... — Мне жаль, что ты потерял сына, но ты не умер окончательно, ты жив в этом мире, и те дети — это закономерность... А твоё дело продолжит твоя дочь, она у тебя красавица и умная, с горящими глазами и желанием заниматься твоим делом. Когда Вильяма признали умершим, это было горе в семье и для его коллеги. Элизабет, которой исполнилось 18, пошла учиться механике и наукам, что учился её отец. Заботясь и о матери, что первые 2 года после смерти того просто была сама не своя