Глава 43. Новый акт начинается.

      Силада, 11 день месяца Белой девы, 969 год Седьмого Дракона.       Час спустя. Полночь.       Обеденный зал, Резиденция Воронов, Пик Ворона, Герцогство Ворона, Священная Империя Грифона.       —… После этого, я помог ему обработать рану, с помощью Света и носимой с собой заживляющей мази, а затем, создав Спектральные врата, я перенёс его за пределы гробницы, на одну из дорог, чтобы он мог продолжить свой путь. Сам же пошёл наверх, к своим людям, — закончил я свой долгий рассказ, с удобством откинувшись на удобном стуле. — Так я и познакомился с Тиеру и Раилагом, а также узнал, что Драконьи рыцари до сих пор продолжают существовать.       Являлось ли отрубание левой руки Аграила обдуманным осознанным поступком?       Буду честен — разумеется нет. Всё это, я сделал влекомый своими эмоциями, а точнее чёрной ненавистью, клокочущей и бьющей набатом внутри меня. Ведь самому себе можно было признаться — я искренне ненавидел Аграила. Ненавидел всей душой за все те ужасающие злодеяния, которые он совершил выслуживаясь перед Чёрным Пластилином.       В тот момент, мне было плевать на последствия. Плевать, что Раилаг с такими ранами может и не пробиться через Ироллан, или может не пережить ритуал очищения, или не справится с нынешними главами Игг-Шайла, так и не объединив тёмных эльфов под одним знаменем, и так далее по списку. Просто плевать, ну вот просто ноль по массе.       «Этот мир уже отклонился от своего первоначального течения», — отметил я, усмехнувшись. — «Пытаться сохранить канон бессмысленно».       — Ну и задачку ты подкинул мне, внучок, — спустя несколько минут, произнёс несколько озадаченный дедушка, сидящий напротив меня. Ещё на середине рассказа ему надоело стоять, поэтому он спокойно сел, отозвал боевой доспех, заменив его на мантию и корону архимага, и, сняв драконью маску, спокойно смотрел на меня. — Потомок древней королевы, книга пророчеств Сар-Шаззара, знания про Драконьих рыцарей… Ты слишком много знаешь для своего возраста.       — Именно благодаря этому я не могу выспаться все эти годы и до сих пор дышу, — ответил я, вглядываясь в изменившееся спустя восемь лет лицо. Ушла былая аристократичность, выраженная в идеально уложенной причёске, щегольской бородке и высокомерном выражении лица, сменившись чистой и незамутнённой силой. Стало больше морщин, глаза сменили цвет на ярко-голубой, а волосы поседели и отросли, образовав густую бороду. Сейчас глядя на Эцио, я даже задумался, а не ошибся ли с драконом? Такой голубой контраст больше подошёл бы Шалассе, а не Аркату, но разбираться в этом мне сейчас не хотелось. Не до того было сейчас право слово, да и чёрт знает, какие твари, пришедшие на смену сожранным тараканам, обитают в головах Драконьих рыцарей. — Лишь благодаря тому, что я ВСЕГДА стремился к знаниям, моя голова ещё на плечах, а не гниёт где-нибудь в степях Рунаана или среди руин Хардвика.       — Может быть, — не стал обострять бывший патриарх Быков, в задумчивости сцепив руки в замок перед собственным носом. — На долю твоего поколения пришлась пора невзгод и тяжёлых испытаний и моё сердце радуется, видя как вы их преодолеваете. Не без огрехов, но все жё…       — Дедушка… — страдальчески простонал я, устало закатив глаза. Этот день и так выдался слишком тяжёлым, так ещё и эти… — Прошу тебя, давай без долгих политесов. Только за сегодня, я успел приложить руку к образованию нового союза, поучаствовать в общеимперском Совете, едва не закончившимся большой резнёй все против всех, и выкрасть из Когтя, прямо из-под носа ангелов, нынешнего наследника престола и его мать. Сейчас меньшее из всего, что мне хочется делать, так это играть в угадайки…       Сказанное было правдой, хоть и грубой. Да, я много раз говорил что моё тело, продукт многовековой селекции, в разы превосходящий простых людей, а мана позволяет увеличить этот разрыв на порядок. Однако, это никак не влияло на моральную и ментальную сторону вопроса.       Этот день, полный потрясений и сражений, как физических, так и интеллектуальных, высосал из меня все силы, поэтому единственное, что я сейчас хотел это по-рыхлому разобраться с бардаком, царящим в замке, быстро отужинать и завалиться поспать хотя бы часок, и желательно уткнувшись лицом в мягкую и упругую грудь Айрис, а не вот это вот всё, честное слово.       Так что, дедушка, несмотря на то, что являлся одним из немногих оставшихся в живых родственников, прямо сейчас вызывал у меня только одну эмоцию. Раздражение.       — Значит хочешь услышать всё напрямую? — нахмурившись спросил Эцио, чей голос мгновенно стал холоднее, потеряв любой намёк на былое радушие. — Хорошо, будет тебе напрямую, внучок. Ты же знаешь истинную цель нашего ордена?       — Да… — отозвался я, насторожившись. Такие перемены мне нравились, ведь обычно были вестниками новостей. Плохих новостей. — Защищать Асхан, сохраняя равновесие Хаоса и Порядка.       — Верно, — согласно покивал головой предок принимая мой ответ, сжав ладони в кулаки. — Прямо сейчас, это равновесие было нарушено. Почти тысяча лет прошла с появления пророчества Сар-Шазара и Кха-Белех начал действовать. В своём рассказе ты упоминал, что кроме нападения на Гелексию, Аграил занимался и другими делами. Знаешь какими?       — Даже не догадываюсь, — честно ответил я, сложив руки на груди.       — За последние двадцать лет, им было найдено и убито порядка девяти Драконьих рыцарей, трое из которых были магистрами нашего ордена, — твёрдо произнёс дедушка, глаза которого в этот момент опасно блеснули. — Кроме того, были найдены и уничтожены тайные монастыри Белых Ткачих и Молчаливых Сестёр, в которых заседало руководство обоих орденов.       — Неужели? — неподдельно удивился я, слегка подняв брови. Нет, будь я выспавшимся и нормально соображающим, то отреагировал бы гораздо ярче, ведь сказанное было очень ценными сведениями.       Ведь, кто такие Белые Ткачихи и Молчаливые Сёстры?       Это два религиозных ордена, которые, наравне со Слепыми Братьями, были основаны учениками Сар-Илама по имени Сар-Бахир и Сар-Тигон. Оба течения, в отличии от последователей Сар-Антора, были полностью религиозными и поклонялись первому и третьему аспектам Асхи — Старухе и Матери, олицетворявшим смерть и рождение. Служба у представительниц (а брали в них исключительно женщин) этих орденов была соответствующая: Молчаливые Сёстры, как и в книгах Джорджа Мартина, отвечали за похоронные церемонии, бальзамируя тела и предавая их земле, а Белые Ткачихи были местными акушерками, принимавшими роды.       Забавно, что в отличие от Слепых Братьев, которые были очень централизованным орденом, со строгой иерархией и руководящей структурой, и сестры, и ткачихи не имели нормальной организации, постоянно бродя по миру и помогая простым смертным, лишь изредка возвращаясь в свои тайные монастыри.       Кто-то может задаться вопросом, а зачем Кха-Белеху, в преддверии грандиозного шухера, тратить силы и ресурсы на простых могильщиков и акушерок? Ответ прост как дважды два, хоть и не так очевиден на первый взгляд.       Каждая послушница в этих орденах была полноправной жрицей Асхи, обладая соответствующими преференциями и бонусами от своего служения. Это выражалось не только в специфических способностях, типа высушивания тел или обеззараживания помещений, но и в полноценной магии, которой владела каждая монахиня. Если бы в случае войны главы этих орденов, Белая Мать и Матриарх Тишины, объявили всеобщий сбор, то против демонов, за считанные недели собралось несколько ДЕСЯТКОВ тысяч послушниц, лишь немногим уступающим полноценным боевым жрецам.       И теперь, благодаря Аграилу, это стало невозможно. Стоит признать, Кха-Белех действовал по всем заветам Римской империи и бил своих врагов по одиночке, не давая им нормально объединиться. За это ему можно было только поаплодировать. Ага. Прыгая. И желательно на его могиле.       «Забавно, что люди сами ему активно помогают, ведь и ткачихи, и сёстры, продолжают держаться за независимое положение своих орденов, и даже не обратились за помощью к Империи, которая была в силах их защитить». — невольно усмехнувшись подумал я, пожав плечами и сказав:       — Ну что же, в следующий раз они будут умнее и сразу обратятся к императору за помощью. Слуги Эльрата с радостью дали бы им приют и защиту.       — Вот только следующего раза может и не быть, Андрей! — рявкнул Эцио, ещё сильнее нахмурившись и повысив тональность голоса. — Очнись, мы находимся на пороге катастрофы!       — Будто я этого не знаю! — окрысился я и ответил ему в той же манере. — Вот только, что ты от меня хочешь?! Если ты не заметил, то в империи уже идёт гражданская война! Уже завтра я пошлю весточку всем своим вассалам, с приказом выдвигать войска для выступления на Коготь и одновременно со мной это сделает и герцогство Оленя, и твоё родное герцогство Быка.       — Ты сам себя слышишь?! — спросил он меня, привстав и нависнув надо мной всем своим немалым ростом. — Война, пока Хаос с каждым днём набирает силу? Когда Кха-Белех каждое мгновение плетёт всё новые интриги, а его верные слуги-демонопоклонники продают ему души и призывают в этот мир всё больше ургашевой мрази?!       — А что мне ещё сделать?! — рявкнул я на повышенных тонах, тоже встав на ноги. — Это не я развязал эту войну, а Изабель, Годрик и присоединившиеся к ним ангелы. Всё сказанное тобой ты должен был говорить им! А не мне!       — Вот только ты забываешь, Андрей, из-за чего всё это началось! — воскликнул Бык, оперившись двумя руками на столешницу и взглянув мне прямо в глаза. — Вы не поделили простой стул. Стул! На котором в ближайшие тридцать лет должен был сидеть очередной правитель, коих до него было сотни. Ты осознаёшь чем вы занимаетесь, когда на кону стоит судьба мира?       — Я всё прекрасно понимаю, — ответил я, подняв голову и сложив руки на груди. — Однако ты тоже кое-что забыл, дедушка. Уж не знаю как ты, после становления Драконьим рыцарем, но я остаюсь верным слугой Эльрата, дракона Света и Закона. Слышал последнее слово? Закона. Позволив Изабель занять престол, я нарушу не только порядки земные, но и божественные.       Сказанное сейчас было полной правдой. Прожив больше двадцати лет в этом мире и постоянно контактируя с божественным началом Эльрата, через Свет и Веру, я сам невольно проникся его идеалами. Благородством, Честью, Добротой и Законом. Последнее было особенно важно для меня как для правителя, ведь власть, неследующая собственным законам рано или поздно обречена на погибель, рискуя утянуть за собой своих же подданных.       Поэтому я был бы против коронации Изабель, даже не знай всех последствий её правления, и поэтому сейчас так активно спорил со своим дедом, в словах которого было здравое зерно.       — Ой, какой дурак! — вот только он, видимо отказавшись от Эльрата, перестал это понимать, продолжая всё гуще распаляться. — Услышь меня! Начиная войну, вы играете на руку демонам. Каждая смерть сейчас это песчинка, брошенная на чашу весов, принадлежащую Кха-Белеху!       — Хорошо! Хорошо! Ты убедил меня, — капитулировал я, всплеснув руками и устало рухнув на стул, сдавшись. Сил спорить у меня просто не было. — Вот только, что ты от меня хочешь? Точка невозврата уже пройдена и даже не начни мы готовиться к войне, армия Изабель сама рано или поздно явится к нам на порог.       — Нам нужно время, — мгновенно успокоившись, сказал дедушка став серьёзным и холодным. — Прямо сейчас все Драконьи рыцари, Белые ткачихи и Молчаливые сёстры рыщут по Асхану в поисках одного из важнейших компонентов, необходимых для свершения пророчества. Как только мы найдем его, то все планы Кха-Белеха пойдут прахом, и вы сможете продолжить вашу маленькую и победоносную войну. Но для этого нам нужен мир на землях Империи, чтобы было сподручнее её искать.       «Её?» — удивился я, попытавшись понять о ком или о чём речь вообще. Кого или что могли искать все три ордена скопом и от чьего существования зависело, осуществлятся планы Кха-Белеха. Ответ выплыл на поверхность, стоило вспомнить недавно упомянутые строчки пророчества:

Сына тьмы увлечёт, поведёт за собойя

Дева, наследница древнего рода.

             О нет…       «Не может быть… Неужели они её упустили…», — шокировано подумал я и сглотнув вязкий ком, невидящим взглядом уставился на сидящего напротив дедушку, который что-то вещал и активно жестикулировал руками при этом, но в ушах стоял какой-то неприятный писк…       — Как вы умудрились упустить последнюю представительницу рода Соколов? — выдохнул я.       Озвученный вслух вопрос оказался для моего предка подобен хлесткой пощёчине. Резкой, наотмашь костяшками. Он вздрогнул, а его лицо на мгновение осунулось, потеряв привычную выдержку, показав, насколько болезненными были мои слова.       — Ты и об этом знаешь… Откуда? — тихим, едва слышным, замогильным голосом спросил у меня бывший патриарх Быков, опустив взгляд на стол.       — Простая логика, — ответил я, устало опустив плечи и невольно ссутулившись. — Для свершения пророчества нужны двое. Сам Темный Мессия, о котором говорил Тиеру, и наследница древнего рода, к коему можно отнести представителей рода Соколов, ведь только про них есть пророчество, что когда их род прервётся, сначала империя, а после и весь мир падёт в пучины ужаса. Но если Мессию вы бы просто убили, то вот девчонку…       — Тронуть не можем, ведь от её жизни зависит целостность империи, — закончил за мной дед, опять сцепив ладони в замок. — Да, ты правильно догадался. Мы ищем последних потомков Ронана Великого, Джейн Сокол, сбежавшую недавно вместе со своей маленькой дочерью, Линной.       По словам Эцио, вина за произошедшее полностью лежит на ордене. Они, прекрасно зная о пророчестве, присматривали за этой семьей последние два столетия, с того момента как Брендан Сокол, сын императрицы Мив и единственный, кто выжил после уничтожения Гнезда Сокола, был найден в беспамятстве в эльфийских лесах и взят под их опеку.       И всё шло вроде бы хорошо: воспользовавшись своими ресурсами, орден воздвигнул небольшую деревушку в медвежьем углу герцогства Единорога и спокойно присматривал за потомками первого императора, пока пару лет назад не случилось непоправимое.       Джейн Сокол, бывшая единственным оставшимся потомком Брендана, с первого взгляда влюбилась в торговца-коробейника, который случайно набрёл на деревню. Вспыхнула быстрая и невероятно горячая страсть, которая к сожалению не переросла во что-то большее потухнув в тот самый момент, когда счастливая девушка огорошила о своей беременности своего избранника. Который оказался представителем магического рода Гуляка Обыкновенный, который в моменте испарился решив сбегать за сигаретами, стоило зайти речи о свадьбе…       Дальше всё развивалось по сценарию дешёвой третьесортной трагедии, шедшими на голубых телеэкранах нашей необъятной — девушка не находила себе места, тосковала по «любимому», искала недостатки в себе и ещё нерожденном ребенке и в тайне надеясь на мальчика, похожего на «папу», что тот вернулся и простил её.       Просто шикарно, тьфу блин…       А затем, когда родилась девочка, эта дура впала в истерику и одной тёмной ночью неожиданно покинула поселение в неизвестном направлении, прихватив своё чадо с собой, исчезнув на бескрайних просторах моей новоприобретённой необъятной…       Что я на это мог сказать?       Молодцы, чё… Хотя винить во всей этой глупой и смехотворной трагикомичной подоплёке Драконьих рыцарей было бы глупо. Они конечно отличные воины и стражи, но не психологи, или на худой конец психиатры же блин, способные понять, что творится в черепной коробке у сбрендившей дурёхи, или роботы, которые могут сохранять бдительность двадцать четыре на семь. Так что, их можно понять и простить, как и просьбу дедушки немного придержать коней с этим междоусобным смертоубийством. Ведь, если эта дурында вместе с дочерью попадёт под руку разгорячённых солдат или работников ножа и топора с большой дороги, которые, к гадалке не ходи, обязательно появятся после начала войны, то империи, простите за мой французский, придёт полное очко.       Да, я знаю какую роль Линна Сокол должна сыграть в судьбе Сарета и при дворе кого она должна будет вырасти, вот только рисковать всё равно не хотел.       Пророчества штуки такие… Способные исполняться даже после вмешательства сторонних, неучтённых мимокрокодилов из других миров, для которых всё происходящее это игрушки или комиксы… А рисковать империей я не только не хотел, но и банально не мог. Слишком большую роль она играла в выживании человечества в Асхане, являясь главным бастионом против демонов.       Поэтому пришлось уверить дедушку, что в ближайший месяц война не начнётся и мягко, но настойчиво выставить его за дверь, прекрасно понимая, что поспать у меня сегодня точно не получится. Ведь, в один момент, дел подвалило… Просто бездна…       

***

      Силада, 11 день месяца Белой девы, 969 год Седьмого Дракона.       Этот же день. Утро.       Подземные залы, Резиденция Воронов, Пик Ворона, Герцогство Ворона, Священная Империя Грифона.       — Ты хоть понимаешь что просишь, Андрей? — упрекнула стоявшая передо мной иллюзия Дункана. Ну как иллюзия? Образ, который я видел благодаря магическому оку, установленному в подвале. — Не начинать сбор войск? Воевать от обороны? Остаться в городах? Это фактически означает отдать инициативу Изабель!       — Верно, — поддержал его нахмурившийся Педро. — Для нас это равноценно поражению, ведь если она соберёт свои силы в один кулак и ударит…       — То ничего с нами не будет, — перебил я его, устало вздохнув и потёр переносицу. Мне с самого начала было ясно, что разговор предстоит тяжелый, но по другому было нельзя. Только убедив остальных членов Союза, я мог дать Драконьим рыцарям обещанные дни мира. — Может вы и забыли, но прошедшая война хуже всего сказалась как раз на землях Гончих и Единорогов. Да, имперская армия до сих пор сильна, но большая её часть сложила голову под Данмуром. Да, на их стороне лорды земель Волка, но после двадцати лет раздоров их сила не столь значительна. Лишь ангелы в одиночку представляют для нас весомую угрозу, но вы не хуже меня знаете их доктрину сохранения собственной численности. В одиночку воевать с нами они не станут. Их максимум — воевать с нами на равных, но в реальности, из-за разобщённости и аморфности, появившемуся благодаря раскрытию заговора Метатрона и Изабель, их силы гораздо меньше наших.       — На деле да… — через недолгие раздумия согласился со мной Дункан, под глазами которого были видны большие свежие синяки, свидетельствующие о сильном недосыпе. Вот только ни я, ни Бык его не жалели. Сами могли таким похвастаться. — Но ты не учитываешь, что они могут объединиться и одним ударом уничтожить одного из нас, сравняв силы.       — Они на это не пойдут, — ответил я, отрицательно покачав головой, — не забывай, что наши земли находятся с разных сторон от Когтя. Если они захотят сначала разобраться с Педро, на столицу нападём мы. Если нападут на кого-то из нас, на Коготь пойдет Педро. У них сейчас просто нет сил, чтобы дробить силы на два фронта и Годрик это прекрасно понимает.       — Но это не продлится долго, — заметил Бык, сложив руки за спиной. — Ты верно заметил, Андрей, сил у них сейчас максимум две трети нашей, а учитывая то, что война будет идти на нашей земле, то этот разрыв становится ещё больше. Но нельзя забывать о богатстве Когтя и императорской казне. Обладая золотыми запасами, собранными за время правления Николаса, они могут нанять огромное количество наёмников из Вольных городов, Эриша и Серебряной лиги и тогда наши силы точно сравнятся.       Резон в словах Педро был конечно. Как и в любой другой державе, столица Священной Империи Грифона была городом в котором была не только административным центром державы, но и невероятно богатым торговым хабом. Именно Коготь был сердцем разветвленной дорожной сети империи, позволяющей торговцам достигать любой точки страны за считанные дни, что делало его идеальным местом для различных купеческих гильдий, строивших там штаб-квартиры и товарные склады.       Всё это давало владельцу Когтя ключ не только к логистической сети империи, но и к её кошельку, который, при правильном использовании, был способен на многое и наёмники были самой очевидной идеей. Например, имея в руках императорскую сокровищницу, Изабель вполне могла договориться с Листмуром чтобы тот ударил меня в спину, оттянув значительную часть моих сил на себя. Или подкупить некоторых жадных танов из стана гномов, устроив нам с Дунканом крупные неприятности.       «Но не думаю, что она на этой пойдет», — подумал я, облегченно вздыхая. — «Слишком она «правильная» для этого, да и Годрик, которого наверняка назначат командующим силами «истинной королевы», точно отнесётся к такому резко отрицательно».       — Насчёт наёмников спорить не буду, — согласно кивнул я герцогу Быку, облаченному в черный латный доспех и накинутый на плечи белый плащ, — но вы сами должны понимать, что на их сбор уйдут недели, если не месяцы. Неделя простоя и нормальной подготовки в таких обстоятельствах лишь пойдут нам на пользу, позволив лучше подготовиться к сражениям и составить хороший план.       Да неделя не месяц, который я обещал деду, но по другому было нельзя. Меня бы просто не поняли, предложи я три декады бить баклуши, пока наши враги будут активно готовиться к войне, а за неделю могло случится одно важное событие, способное изменить текущий расклад сил и в этот момент нам лучше было быть в своих столицах, а не на поле боя.       — Хорошо, убедил! — ответил Дункан, пятерней взлохматив волосы. — Но скажи нам по правде, зачем тебе всё это, Андрей?       — Да, — кивнул Педро, скрестив руки на груди. — Ты ничего не делаешь просто так, поэтому даже у запрашиваемой тобой недели должна быть причина.       В этот момент мне захотелось выругаться. Мощно, со вкусом. В очередной раз повторюсь: не знаю, откуда у меня появилась репутация заговорщика и интригана, но пока она мне больше вредит, чем приносит пользу.       Как сейчас.       — Я не могу сказать вам причину. Но клянусь Светом Эльрата, я делаю это ради нашего общего блага, — попытался я мягко смазаться со столь душещипательной темы, подняв вверх правую руку, не желая раньше времени вмешивать своих соратников в подковёрную борьбу Порядка и Хаоса. Да, рано или поздно им придётся окунуться в неё по самое не хочу, но сейчас эти знания скорее станут обузой, способной утянуть их на дно раньше положенного срока, чем принесут хоть какую-то пользу.       Так что, дождавшись, когда Свет примет мою клятву, оставив небольшой сигил на обратной стороне ладони, я посмотрел в глаза своим товарищам и увидел то, что так хотел.       Понимание и поддержку.       Не нужно думать, что у одного меня были свои секреты в шкафу. Каждый герцог был представителем древней семьи, которая веками правила территориями размером с большую европейскую страну. Каждый из нас нёс такой флёр семейных тайн и клятв, что расскажи мы даже часть, то империя рисковала раздробиться на маленькие куски.       Поэтому одной тайной больше, одной меньше. Я уже заработал достаточный багаж доверия как в глазах Дункана, так и Педро, чтобы они могли закрыть глаза на мою небольшую прихоть.       Прихоть которая, в случае моей правоты, могла спасти сотни, если не тысячи жизней их верных солдат.

***

      Силада, 18 день месяца Белой девы, 969 год Седьмого Дракона.       Неделю спустя. Утро.       Герцогская спальня, Резиденция Воронов, Пик Ворона, Герцогство Ворона, Священная Империя Грифона.       — Андре… любимый мой, — моё утро начинается не с кофе, а с того, когда моя ненаглядная мягко и нежно массировала голову и расчёсывала мои спутанные вихры своими тонкими, музыкальными пальчиками. — Пора вставать…       — Ещё чуточку… — пробурчал я лёжа на её нежных коленках, не желая отрывать голову от мягкого шёлка свободного ночного платья, одетого на Айрис. Сам я, несмотря на целую ночь и утро крепкого сна, вставать не имел никакого желания, от слова совсем. Ведь впереди предстояло много работы, ибо отпущенная мне неделя подошла к концу и нужно было готовиться к скорому выступлению на столицу.       — Ты же сам понимаешь, что больше нельзя, — с глубоких вздохом полным тоски произнесла Айрис, слегка наклонившись, из-за чего многочисленные пряди упали мне прямо на лицо и стали щекотать. — У нас впереди много дел.       — Никуда они от нас не денутся, — сонно протянул я, повернувшись на бок и обнял её тонкую талию обеими руками. — Радость моя, давай понежимся в кровати ещё парочку часиков...       — Мы не можем, — c искренним сожалением отрезала она, мягко, но настойчиво засунув мне под голову ладонь и подняв со своих колен, вынудив сесть, оторвавшись от мягкой перины. — Ты же сам мне говорил, что долг превыше всего.       — Я много чего говорил, — пробуждаясь сказал я, сев рядом с девушкой и, прикрыв глаза, опёрся подбородком ей на плечо. — А затем, часто об это жалел.       Прошедшая неделя была больше похожа на настоящий ад… Мне не хватало заклинания клонирования, настолько я разрывался между различными делами, ведь на мне одновременно требовалось восстановить боеспособность полураспущенной армии, подготовить запасы, укрепить границу, съездить на фронтир, к Крестоносцам, обустроить императорских гостей, отдать распоряжения о строительстве новых кузниц и многое многое другое.       Каждый день для меня был настоящим испытанием, в котором мне одновременно нужно было превозмогать и решать кучу проблем и при этом параллельно занимаясь ещё и другими делами, которые все качественно должны были быть исполнены. Получалось неплохо, вот только у всего была своя цена.       Мне это аукнулось полным нервным истощением. Даже мой суперорганизм просто перестал вывозить тот объём работы, которым я его нагрузил, что пару раз вылилось в нервные срывы, закончившиеся парой сломанных челюстей и одним разбитым вдребезги, об чужую голову, стулом. Слава Эльрату, та голова как раз заслужила место на эшафоте, поэтому особых проблем не возникло. А вот стул было действительно жалко, от него осталась только щепа.       «А ведь всё могло быть гораздо хуже», — отметил я, ещё сильнее прижавшись к Айрис. — «Не будь со мной Валерия, взявшего на себя львиную долю дел, и моего ручного мотиватора, я бы точно засвистел флягой и причём фатально для окружающих, право имеющих».       Полноценно отдохнуть и насладиться недолгими часами ничегонеделанья, я мог только в спальне, в нежных объятиях любимой женщины, которая, несмотря на невероятную занятость на грифятнях и военных советах, делала всё, чтобы дать мне хоть немного покоя. Покоя, который был так мне необходим.       Но и ему вскоре пришел конец.       — Милорд! Милорд! — резко и беспардонно распахнув дверь, внутрь ворвалась старшая служанка Вика. Она была единственной, кому дозволялось так делать и происходило это только в исключительных случаях. Этот раз не стал исключением, к сожалению. — Вам письмо!       — Ага, благодарю, — нейтральным тоном отозвался я, взяв конверт из её рук, а взглянув на печать, как по щелчку пальцев раздуплился и напрягся. Ведь изображён на ней был схематичный скакун, с копьём торчащим из крупа. Этот герб был эмблемой одного старого купеческого дома, ведущего торговлю с Серебряными городами и имеющим свои представительства почти по всей границе между державой магов и Империей.       Мой род давно вёл дела с этим домом и даже роднился с ним через четвёртых или пятых сыновей, так что, два года назад, когда я попросил их об одном одолжении, они не стали отказывать.       Просьба была простой — следить, пересекла ли границу одна одиозная и известная на всю империю личность, которую так страстно желала вздёрнуть большая часть благородных. Сигналом должно было стать обычное деловое письмо, скреплённое оттиском особого, не привычного для этого дома, цвета.       И теперь, смотря на зелёный воск печати, я понимал, что не зря перестраховался и попросил неделю перерыва. Ведь канон в очередной раз напомнил о себе, бросив на стол новую, неожидаемую никем фигуру.       Да-да, не удивляйтесь, спустя десять лет, в Священную Империю Грифона, вернулся Маркел…