Часть 7. Принцесса смотрит казнь

      Утро Принцессы проходило обыденно – она проснулась совсем поздно, на смятых подушках меж ног, с жутким желанием пить, мочиться и охуенным чувством полноты разъёбанной задницы. Внутри Принцессы находилась бутылка, поглубже вжатая стрингами. Мысли о том, как это всё выглядит со стороны, заставляли губы расползаться в блаженной улыбке, а легко касающуюся перин ебливую щёлку – стремительно увлажняться.       Первым делом Принцесса сходила прям под себя; бельё менять не ей, а лежать, медленно пуская в подушки жаркие струи – одно из самых расслабляющих, и при том будоражащих ощущений. Хотелось уснуть обратно и при том жёстко тянуло ебаться; Принцесса потянулась к кувшину воды со льдом – его принесли заранее слуги – и выдула добрую его половину прямо через носик.       Сжав подушки ногами, Принцесса принялась активно тереться о горячую, обоссанную ткань клитором, половыми губками и охуенно чувствительным входом. Она шлёпнула себя по заднице, приподнялась, запустила внутрь два, а потом и три пальца, затем – сочно кончила сквиртом. Тоже под себя. Всё под себя. Расставить ноги пошире, лечь поудобней… Как ей сейчас не хватало во рту жёсткого, стремящегося войти в горло, пульсирующего жаром и текущего, готового вот-вот извергнуться члена! Члена – или яичек, чтоб полизать, блаженно закрыть глаза, выпустить язык, позволить себе забыться и как следует оторваться…       Несколько минут можно было и поваляться, томясь бесстыжими предвкушениями; обоссанная кровать, сперва горячая и уютная, подостыла, и Принцесса всё-таки дёрнула колокольчик.       Слуга сразу же принёс завтрак и включил на огромном плазменном дальнозоре во всю стену любимую Принцессой нарезку жёсткого порева; не без показательного эротизма стянув стринги и вынув из анала бутылку, госпожа по ковру на четвереньках перебралась на ещё сухой диван и устроилась на подушках, указывая слуге, куда ему приземлиться. Тот, зная, что будет, заранее скинул с себя шаровары и уместил рядом поднос со свежими фруктами. В последний момент он схватил тюбик со смазкой – Принцесса по утрам сосала обычно с ней, сливая её едва ли не литрами на головку, ствол, на яйца и бёдра, собственные пальцы…       Так случилось и на этот раз – Принцесса набрала в рот, залезла на диван, устроилась поудобнее, опустила голову вниз, заглотив по самые яйца, вдавилась ещё ниже, загоняя в самое горло и принимаясь громко, бесстыже давиться. Руки тем временем нашарили пару подушек и закинули их под талию; задница приподнялась вверх, ножки разошлись пошире, и уже через мгновенье слуга залил Принцессе в анал остатки, принимаясь разминать активно играющий пролапс пальцами.       Пару раз он шлёпнул по мокрой, скользкой и без искусственной смазки половой щёлке, вот только что пролитой сквиртом, поводил парой пальцев у самого входа, приоткрывшегося в ожидании жёсткого, грубого траха. Принцесса же, похоже, сперва решила заполнить рот спермой – работала горлом и головой она непрерывно, приближая оргазм, и ритм держала горячий, активный, прямо как в раскинувшемся на всю стену видео.       Там втроём жёстко пялили визжащую и ссущуюся брюнетку – ей взбили мокрые от мочи волосы, загнали член в горло, оплевали лицо, расписали всё раскрасневшееся от порки тело всякими оскорблениями, вошли двумя хуями в разъёбанный фак-машиной анал и агрессивно драли четырьмя пальцами переднюю стенку влагалища, заставляя то ль сквиртовать, то ль просто мочиться.       В какой-то момента актриса вообще блеванула; это не помешало мужику продолжить насаживать ей горло, разве что девушка получила немало пощёчин, а рвоту размазали ей по лицу и залили обратно в рот, используя в качестве смазки.       Принцесса обожала такую порнуху. Во-первых, это безумно, просто по-животному возбуждало. Заставляло хотеть принять во все дырки, заставляло течь, выбивало из головы любые прочие мысли, оставляя только то, что связано с сексом. Жёстким сексом. Во-вторых, почему-то бодрило похлеще всякого кофе. Во-третьих, это пробуждало жгучее, пьянящее, заставляющее буквально летать чувство собственного полного превосходства.       О, Принцесса прекрасно знала, что актрисы не получают удовольствия от таких съёмок. Просто купленные модели, выставленные всем на потеху. Они потом мрут от передоза как мухи, годами проходят терапию, а, став неликвидом, навсегда оказываются под общественной стигмой. Сколько там они получают? В среднем – не особо-то много. Особенно те, кто вынужден подписываться на такое.       Принцесса знала – и ей было похуй. Сладостно похуй. Она раздвигала ноги – и ей было похуй. Она смотрела контрабандное порно бесплатно, и ей было похуй. Попросту похуй. Она – не они. Она берёт в рот, она даёт во все дыры, ебётся направо и налево – потому что ей в кайф. Ей не нужны деньги, у неё и так скоро будет в собственности собственный Султанат, ей плевать на презрение, это она скоро будет писать здесь закон, у неё неограниченный доступ к безвредному (и оттого безумно дорогому) шишу, она наслаждается взглядами, а не стыдится их, ей нравится, когда её натягивают, насаживают, оплёвывают, дерут жёстко-жёстко, шлёпают, заставляют вылизывать очко унитаза, тягают за волосы, растягивают, откровенно пользуют как живой, визгливый и вечно мокрый обдолбанный мастурбатор, подмахивающий, просящий ещё и охотно подчиняющийся командам.       Принцессу пьянили, окрыляли, заставляли инстинктивно расставлять ноги и мокнуть чувство свободы и вседозволенности, гордость собственной уникальностью, возможность не заниматься тем, чем другие вынуждены заниматься, и возможность, наоборот, сколько угодно заниматься этим чисто ради собственного кайфа, сама возможность ловить от такого кайф и… Принцесса не могла объяснить это хоть сколько-то рационально, да и зачем? Это ведь в объяснениях не нуждалось.       Она просто обожала жёсткое порево. Смотреть. Дрочить под него. Включать его фоном для ебли. И, конечно, она не скрывала, что, став Султаншей, прикажет крутить его везде и повсюду. Желательно – с собой в главной роли. Кто-то назвал её ёбнутой шлюхой? Она не прочь. Наоборот, пусть засадит поглубже ей в глотку. Приятно иметь дело с теми, кто хочет выебать и обкончать, а не свернуть тебе шею. Ну а на оставшиеся случаи, конечно же, есть Палач. Палач с огромным хуем, который так хорошо ощущать в жопе, особенно – после качественного разъёба.       Слуга кончил, прижав свою госпожу за затылок. Она никогда не была против жесткача по утрам и потому только радостно булькнула, высасывая всё до капли и медленно снимаясь с уже снова готового члена. Снизу вверх она посмотрела на парня, показывая полный рот и по-блядски его открывая, позволяя сделать с ним, что угодно. Слуга сунул туда два пальца и размазал ей по лицу, как она и любила, после чего отвесил пару размашистых, горячих, пьянящих пощёчин. – Продолжай, соска, – выдохнул он, наслаждаясь тем, как снова входит его член сперва во влажный, обконченный и смазанный нежный ротик, минует гибкий язык и сперва упирается, а затем и проникает, медленно, по сантиметру, в узкое-узкое горло.       Слуга толкался ей в рот, мелко двигая бёдрами, и, не отрываясь, смотрел, как актриса второй раз блевала на члене. Наверное, налитая в рот Принцессы смазка всё-таки приятнее рвоты? Тем не менее, слуге очень хотелось, чтоб его госпожу сейчас вырвало. Он боялся этого с замиранием сердца – но и хотел, хотел, чтобы та как следует проблевалась, хотел посмотреть на её реакцию. – Хочешь, чтобы я блеванула? – будто угадала его мысли Принцесса, и, снявшись с хуйца, отвязно открыла рот, показывая, как играет языком с коктейлем слюны, спермы и смазки. – Да, – то ли слуга мелко кивнул, то ли сказал это вслух – он не понял. – Тогда ты потом нассышь мне в рот, – просмаковала она, – как следует всё промоешь. И всю меня вымоешь с мылом. Особенно – между ног… А ну вернул пальцы мне в жопу! – вдруг прикрикнула Принцесса, требуя продолжать.       Ещё одно бесстыжее движение языка – и мужчину сорвало с катушек. Он вскочил с дивана, дёрнул на себя госпожу, обеими руками взял за волосы, резким движением открыл ей рот и загнал в горло, принявшись лупить по затылку и заставлять заглотить даже яйца. Принцесса обхватила слугу за задницу, больно впившись ногтями, и стала глубоко, смачно давиться, принимая глубже и глубже, массируя головкой и стволом своё горло, давая свободу давно задавленному блевательному рефлексу, позволяя захватить себя рвотным позывам, взрыву слюны и слёз, и, наконец, со вспышкой удовольствия, тянущего, играющего и при том буквально рвущего сперва глотку на части, выпустила всё наружу.       Наполнившийся жаркой блевотиной рот выпустил яички из влажного рая, по губам потекло, побежали ручью по подбородку и шее; пальцы Принцессы сразу поймали их и отправили на её щёки, припухший губками рот приоткрылся – и рвота отлилась в ладони, после чего сразу оказалась у слуги между ног, меж сжавшимся анусом и напряжённой мошонкой. Через мгновенье Принцесса снова принялась за жёсткий, ритмичный отсос; теперь всё вокруг было в смеси смазки и рвоты, слюней и кончи, и это её бешено заводило. – Да! Да! Да! – на выдохе стонал и стонал слуга, с размаху загоняя каждый раз всё глубже и глубже, лепя пощёчины и меняя угол вхождения члена, агрессивно поплёвывая на макушку Принцессы и ощущая, как вот-вот кончит.       Он спустил ей в рот. Снова. В проблёванный, разработанный, влажный, действительно блядский рот, который теперь показательно глотал, приоткрывшись, и полизывал мужчине яйца и бёдра. Пальчики Принцессы требовательно легли на мужской лобок, надавливая там, где нужно.       Пришло время мочиться.       Это не так-то и просто с только что облегчёнными яйцами, но Принцесса старалась – она всё-таки выдавила из слуги тугую струю и принялась полоскать горло, набрала в рот, вылила всё на себя, сплюнула ему на живот, снова набрала и сплюнула на ладони, смочила ими растрёпанные окончательно волосы…       Теперь – в душ. Принцесса не любила мыться одна; она предпочитала тесную кабинку и общество парней, желательно – чтобы их было двое. Она любила почти кипяток; всё вокруг едва не куталось паром.       Главное – не уснуть. Не уснуть под горячим душем после не менее горячего траха. Принцесса ещё раз перепихнулась – ну как можно не подставить анал парню, который пять минут к ряду обеими руками мылил между ног, заставляя щёлку гореть и требовать траха? И снова намылить, теперь – изнутри; слуга сидел на коленях, входа своей госпоже глубоко-глубоко в анус и сперва намыливая, а потом и смывая со стенок. Тщательно. Несколько раз подряд. То же самое – с блядским лоном. И со ртом. Не обошлось без пощёчин.       Наконец, полностью чистая, Принцесса оставила слугу спать на мокром полу, а сама, покрасовавшись перед зеркалом и отсняв на умноглас пару (десятков) кадров со всех ракурсов в разных позах, решилась всё-таки надеть сегодня под халат стринги. Стоило расслабиться – как задницу выворачивало в анальную розу. Её не хотелось убирать, но ходить с ней – такое… Принцесса открыла ещё банку смазки, залила достаточно внутрь, взяла в рот, обмазала губами крупную анальную пробку, также сделав на умноглас несколько кадров – и запустила её в свой анал, посильней прижимая и затем натягивая до самой талии лямки самых тугих своих купальных стрингов. Чёрных, на миниатюрных серебряных колечках возле идеального, но крупноватого, прикрывающего весь лобок треугольника.       Теперь с каждым шагом Принцесса чувствовала проникновение в попку. Как будто непрерывная ебля. Она покачала бёдрами, снова снялась, пошире расставив ноги и даже встав раком, обулась в ярко-белые сандалии на высоких соблазнительных шпильках и накинула на плечи халатик. Оглядела себя и решила – сегодня она будет, хм, приличной. Халатик отправился на пол – слуги подберут – а надето было длинное белое платье, скромное-скромное, если б не "но". Платье было предельно прозрачным. Конечно же, поверх лифа – такого же, как и стринги, ярко-чёрного, просвечивающего насквозь. К платью шёл платок; Принцесса надела и его, такой же прозрачный, вроде прикрывающий волосы, а вроде и оставляющий их на виду. Спущенный вниз, он образовывал подобие нежного декольте, открывал острый подбородок и шею.       Такое можно себе позволить даже публично. Да, немного неприлично, но и времена нынче свободнее, чем были раньше. "Немного" лишь формально, конечно, ведь все видят упругую жопу, подтянутые горячие бёдра, качающиеся с каждым шагом, стоячие от возбуждения взглядами соски, буквально прорезающие чёрные треугольнички бикини под платьем…       Но формально – прилично. Пусть только попробуют придаться. У привычных к жёсткому траху охраняемого тела телохранителей всегда имеются сабли. – Что у меня сегодня в программе? – требовательно спросила она у слуги возле покоев и почувствовала, как её подтянутую стрингами задницу по-хозяйски оглаживает его рука, пока вторая собирает, комкая, платье. – Эй! – с усмешкой она повернулась к нему спиной, оперлась на стену и пошире расставила ноги. – Я сегодня приличная так-то.       На самом деле она не была против, конечно.       Мужчина лишь шлёпнул её по попке, окончательно задрал юбку повыше и принялся ласкать промеж ног ребром ладони. – Дави посильнее, – предложила Принцесса, задвигав бёдрами и пустив руку слуге в шаровары.       Они кончили почти что одновременно – Принцесса намочила стринги, а слуга измазал ей руку. Идя по коридору с его ладонью под всё ещё задранным платьем, госпожа облизывала пальцы один за другим. Мужская рука забралась ей и вовсе под трусики, почти не сдвигая вымокшей ткани, и медленно погрузилась в играющее, сочащееся смазкой лоно. – Сегодня вы можете посмотреть казнь, моя госпожа, – наконец, ответил слуга, забираясь в киску и пальцами второй руки. – Чью казнь? – мурлыкнула Принцесса, легко шлёпая слугу по рукам, оборачиваясь к нему спиной, прогибаясь и ещё шире разводя ноги. – Давай, потолкай меня, как будто раком пердолишь!       Повторять два раза не потребовалось – слуга притянул к себе госпожу за талию, отпустил платье, позволяя ему облечь мокрые стринги, натянул его посильнее, и, вжавшись меж расставленной попки Принцессы своим опять вставшим членом, сделал жадную, глубокую фрикцию. И ещё. И ещё.       Принцесса любила так иногда поиграться. Не поизображать секс, в кое-то веке полноценно одевшись, для неё было каким-то кощунством. Как и многие другие игры, подобное Принцессу заводило безумно. Впрочем, от хороших толчков она могла и по-настоящему кончить. Для этого требовалось разве что сильнее нагнуться, уперевшись руками в пол, расставить ноги ещё шире, заставляя мужчину касаться своим лобком даже клитора, выгнуться подобно той ещё бляди – и потечь от осознания своей позы. Принцесса всё это сделала и кончила с визгом. – Ну так чью казнь? – Ворюги меркзого, из-за которого Визирь тентаклями отравился.       В натуре, после тех самых тентаклей у Великого Визиря ведь жуткий понос был. На Принцессу не действовало, потому Принцесса – ну, в общем, Принцесса. А она-то думала, куда ещё слуга тот так быстро запропастился… Он ведь тоже хозяйских тентаклей отведал. – Хм, пойду!       Не сказать, что Принцессу интересовала казнь. Скорее, её интересовала возможность показать толпе своё тело, и, может быть, оказаться облапанной. А ещё лучше – облапанной капитально, чтобы задрали ей платье, сунули пальцы меж ног, стянули стринги… В идеале – зажали рукой рот (будто бы она б закричала!), нагнули, утащили и трахнули. Жёстко.       Вы же не думаете, что у неё получилось?       Принцессу ждал облом, причём люто-бешеный, капитальный! Ей выделили место на дворцовом балконе, выходившем на площадь. Всё, чем оставалось довольствоваться – жадные взгляды издалека и ладонь одного из стражей, медленно, но уверенно сперва принявшаяся гладить попку, потом полезшая под платье, теперь – забравшаяся под стринги…       Пальцы стража аккуратно вынули анальную пробку, и та упала на пол балкона – Принцесса едва не спустила от мысли, насколько же это было заметно! Через мгновенье они уже вошли в гостеприимную, жаркую, отнюдь не узкую, но нежную-нежную попку и стали продвигаться всё глубже и глубже.       Принцесса встала поудобнее, облокотившись на перила балкона и будто бы незаметно расставив ноги. Так она оказалась прямо перед стражем, и тот загнал ей в анал сперва всю ладонь, а затем и запястью.       Он стал двигаться, и Принцесса закусила губу. Где-то впереди зачитывали приговор, Палач обнажил шамшир, блеснувший на ярком полуденном солнце ослепительным полумесяцем…       Принцесса кончила, чуть-чуть содрогаясь и постанывая в едва прикрытый рот… Ей было плевать, как ровно в этот же момент просвистел он смертоносной молнией, отсекая башку козла отпущения. Принцессу – как и, видать, часть толпы, смотревшую на неё – куда больше интересовала текущая по ногам смазка и охуенное чувство анальной наполненности, которое она всей душой обожала. Она и не заметила, что её стринги оказались спущены до колен.       Толпа не могла этого не заметить. Они же так охуенно просвечивали через это прозрачное платье!       Визирь, Султан и прочие повернулись и ушли с балкона; страж спешно вынул из её попки кулак и куда-то ретировался. Принцесса воспользовалась заминкой, чтобы, повернувшись, покрасоваться публично – она качнула бёдрами, нагнулась, нашарила на полу пробочку, взяла её в рот, обеими руками задрала платье, придержала, и, ловко заткнув свой анус, тут же игриво подтянула стринги, отпустила подол, и, снова качая попкой, последовала за прочими.       Она далеко не впервые исполняла что-то такое публично, но возможности выпадали редко; в мужскую баню – Принцессе хотелось сейчас крепкого члена по самые гланды – она бежала вприпрыжку, витая в облаках от фантазий о том, какой же она предстала перед населением Города блядью… А сколько мужчин сегодня кончат, думая о ней, себе в руки!       Принцесса вдруг сменила направление движения – теперь хотелось не отсоса, а облизывания спермы с только что кончившего хуйца. Кончившего от дрочки на неё, Принцессу.       Принцесса вернулась к себе в покои и позвенела в колокольчик; прибежал парень на побегушках (женщин вокруг себя она не держала принципиально) и получил требование принести чего повкуснее. На его выбор.       Через несколько минут он явился с шербетом, фруктовым льдом и какими-то ягодными тонкими-тонкими пирогами. Ледышка на палочке имела определённо фаллическую форму, и неспроста. Обычно Принцесса, получая такие, сразу тянулась показать класс – сперва на ней, а потом и вживую.       Её радовало, что мужчины вокруг, даже зная, что можно просто попросить, а ещё лучше – взять за волосы и поставить перед собой на колени, продолжали делать ей такие тонкие намёки на оральный секс с её восхитительным горлом. Внимание к своим способностям было приятно.       Выудив фруктовый лёд и сразу же показав "глубокое горло", Принцесса вдруг усадила слугу на диван: – Твоё. Раздевайся. Ешь и дрочи, я хочу, чтобы мной любовались. Смотри мне между ног, обожаю.       У мальчишки уже стоял колом. Ничего необычного – мало какой вызов слуги Принцессой заканчивается без возможности ей присунуть.       Танцевать Принцесса умела, правда, предпочитала делать это на обдолбанных оргиях, облившись маслом, голышом и на столе, когда её со всех сторон бесстыдно касались мужчины. Когда она качала бёдрами – а у неё в анусе и вагине уже резвились мужские пальцы. Когда стоило прогнуться, показывая влажную щёлку, как по заднице раздавался шлепок, а пара пальцев ложилась на клитор…       Извиваться во вроде как приличном, пусть и прозрачном платье, было для Принцессы ново и необычно. Ей сразу понравилось. Она хотела начать сперва скромно, но, когда рука парня заскользила по его стволу, соблазн оказался слишком велик – Принцесса грациозно опустилась на колени: – Я тебя заведу, – шепнула она, вынув изо рта вкусный холодный дилдо и принимаясь медленно, отвязно, с нескрываемым наслаждением облизывать парню член.       Она насадилась на ствол пару раз вплоть до горла, чутка подавилась, словно дразня, но тут же снялась и перешла к бритым яичкам, поджавшимся и так и жаждавшим ласки влажным, слюнявым после секундной глубокой глотки ртом. – Давай, – Принцесса пересилила себя и не перешла к риммингу, снова взяла лёд, и, отойдя на пару шагов, показала, как бы ходил мужской член в её горле.       Затем она повернулась. Взгляд слуги грел слегка мокрую, обтянутую стрингами и платьем попку; Принцесса качала ей, бёдрами, водила по ним руками и дразнила, слегка нагибаясь и разводя ноги, будто желая встать раком, но всё ещё не вставая. Она подтянула стринги; парень едва не кончил, когда Принцесса через ткань платья коснулась их лямок. Она обернулась опять лицом к слуге, и, уже бесстыдно кайфуя, залюбовалась его дрочкой – парень забыл о еде и медленно надрачивал, левой рукой лаская влажные от женской слюны яички.       Охуенное зрелище. Принцесса прикипела к этому взглядом. У неё у самой в трусах было жарко – парень пялился на лобок и этого не стеснялся. И даже стонал. Знал, что Принцесса не против – он уже ебал её несколько раз во все дыры. – Скажи, когда вот-вот кончишь… – шепнула Принцесса, придвигаясь поближе и позволяя увидеть больше, давая возможность на пару мгновений потрогать свою талию и бёдра.       Она повернулась к слуге боком и подняла руки над головой, активно качая задницей вправо-влево, шагая вперёд-назад от бедра, то мелко, то широко. Её бёдра и жопа в этот момент выглядели особенно охуенно. – Да, да, да, сейчас… – простонал парень, и Принцесса впилась в его член жадным взглядом, ловя, как тот, расставив пошире ноги, поливает свой кулак белыми брызгами.       Принцесса нетерпеливо опустилась на колени и принялась лизать. То, чего она больше всего сейчас хотела. Горячий, ещё не опавший член, только что бывший для неё таким возбуждающим зрелищем – и сперва на мужских руках, уже лезущих ей в рот, уже ласкающих губы, примеряющихся для лёгких пощёчин…       Парень нарочно измазал в семени свои яйца и почти случайно пустил капельку чутка ниже. Принцесса была только за – теперь-то ничто не мешало ей как следует оторваться. – Ноги вверх, – с улыбкой приказала она, принимаясь за жаркий римминг. Член уже снова вставал. – Ш-ш-ш, сначала я поиграюсь, – тем не менее, её пальцы взяли ритм по стволу, умело подводя его к окончанию, но не давая взорваться.       Слуга был знаком с играми Принцессы, а потому просто расслабился, откинувшись на подушки. Анус, яички, бёдра, мошонка, ствол, языком вокруг головки, облизать весь низ живота, поцеловать и слегка укусить задницу – всё это его госпожа обожала и повторяла раз за разом, чередуя и пробуя по-разному, кайфуя от собственной позы и занятия, отнюдь не подобающего почти что монаршей особе.       Наконец, желание присунуть Принцессе в горло превысило готовность расслабляться под её играми, и, схватив ту за волосы, парень сперва отвесил ей пару жёстких пощёчин, плюнул в сразу открывшийся рот (знал заранее, что так можно), вытащил наружу язык, и, двигая головой госпожи, как следует обмазал её слюной себе член и яйца. – Сучка слегка зализалась, – выдохнул он, вставляя ей в доступный рот, одним движением входя в горло и беря сразу же жёсткий ритм.       Обычная горловая ебля? Не-а. Слуга задрал ей платье, и, сперва сжав, а потом и отшлёпав откляченную горячую попку, потребовал спустить стринги.       Принцесса радостно подчинилась, в одно движение стягивая их до колен, и тут же в её разгорячённом анусе оказался холодный фруктовый лёд. Палочкой наружу. Пробку слуга вынул и тут же сунул в оставленный ротик своей госпожи.       Принцесса кончила сразу, слуге даже не пришлось касаться её клитора – настолько внезапным и волнующим было ощущение тающего льда в жаркой кишке. – Встала, – Принцесса тут же исполнила. – Скинула платье, – и белое платье полетело на диван. – Пробку изо рта. Скажи, какая ты ебливая шлюха. – Я – конченая ебливая шлюха, – мурлыкнула Принцесса. – Блядина, давалка, потаскуха, сосалка, щёлка для ебли. – Пробку держи в руке, – слуга достал из задницы Принцессы фруктовый лёд, и, щёлкнув им её по носу, поводил по губам, пару раз резко отстранил, не давая той сцапать его зубами, и потребовал: – Взяла, заглотила! – и засадил ей его всё так же палочкой наружу, доставая до горла. – Сними стринги с одной ноги. А теперь встала раком. Широко ноги.       Слуга вошёл ей в немножко охлаждённый, а от того контрастный, активно сжимающийся вокруг члена анус. Взял за талию, натянул, отвесил пощёчину, вцепился в волосы: – Работай жопой, Принцесса, – он выдохнул, усмехнувшись, и позволил своей госпоже самой взять ритм.       Конечно же, самый нежный. Тягучий и мягкий. Та дразнила его и получила то, чего так хотела. – Рожу в пол, сейчас я тебя огуляю, – слуга вжал голову Принцессы в ковёр ногой, и, сделав пару толчков в такой неудобной позе, вернулся обратно, вцепляясь в талию с силой, натягивая и беря жёсткий-жёсткий ритм, буквально долбя анал госпожи своим членом.       Принцесса утонула в долгожданном кайфе грубого анального секса. Кажется, она поймала пару оргазмов и прокричала что-то невнятное, с расплывшимся от удовольствия лицом назвав себя спермоприёмником и опущенной блядью. Мужчина кончил в неё, и, когда вышел, сразу увидел так долго просившуюся на волю розочку – ещё с самого утра, начиная с бутылки…       Слуга поиграл с пролапсом Принцессы пальцами, пару раз толкнулся в него, шлёпнул, облизал всё от жаркой щели и до самой облитой своим семенем розы в одно движение головы… Щипнул за задницу, и, загнав в растраханный анал пробку, обратно прижал её стрингами. – Я всё ещё хочу, – потребовал он. – Пока не надевай своё блядское платье, потрись о меня своей щелью, – слуга уселся на диван и усадил Принцессу себе на колени.       Она тут же задвигалась, нащупав киской стояк и работая по нему взад-вперёд, постанывая и лаская парня руками. Слуга взял её за шею и стал выкручивать сосок, то и дело опускаясь обеими руками к заднице, чтоб задать более приятный ритм и вжать поглубже всё норовившую чутка подразнить, отстранившись, Принцессу. – На себя? – спросила она, ускоряясь. – В рот, – слуга дал ей жёсткую пощёчину. – Сейчас. На колени. Чуть-чуть горловой, а потом обслужи мне головку.       Принцесса хихикнула и сразу же заглотила. Раз. Два. Три жёстких фрикции в горло… Четыре, пять, шесть… Принцесса начала булькать, громко и пошло давиться, приближая парня к финишу, но не стремясь сниматься и приниматься за облизывание головки. – Ах ты ж оральная су-ука, – протянул парень, не в силах противиться желанию засадить ещё глубже. – Знаешь, блядина… Глота-ай! – он ахнул, выкрикнув последнее едва ли не на весь дворец, и вжал голову Принцессы глубже обеими руками, спуская ей в глотку.       Та глотала отменно. Самое лучшее ощущение – заглот при таком положении члена. Принцесса тоже его обожала. Вязкая, жаркая сперма текла по приятно-раздарённому горлу, разве что во рту было чутка сиротливо. Пальцы слуги, ворвавшиеся туда моментально, исправили ситуацию.       Всё проглотив, Принцесса снова принялась по-блядски давиться. Она любила так делать. Такие охуенные звуки! Выглядит – охуенно, ощущение – тоже одно из лучших. Принцесса не понимала, что так не нравилось другим женщинам, когда их заставляли такое делать. Это как минимум весело!       Наконец, снявшись с опавшего члена, Принцесса картинно отправила на язык пару стянутых ноготками с губ капель, и, причмокнув, потянулась за платьем. – Ещё будешь сегодня? – А как же? – улыбнулась Принцесса, надевая платье и при том покачивая задницей, на которую опять легли мужские руки, уже так, просто огладить упругие ягодицы. – Хотя-я, я ведь сегодня приличная, – она покрасовалась платьем. – Так что, м-м-м… – Принцесса будто задумалась, хотя слуга и так знал, что она скажет. – Будет тебе жёсткое изнасилование в подсобке, – устало выдохнул он, и, вставая, напоследок со всей силы сжал Принцессе игриво покачивавшуюся ебливую попку. – Ай! Не спойлери! – потребовала она и шлёпнула слугу так, для проформы. – И уже выметайся.       Тот исчез, и Принцесса уселась на диван, включая на экране жёсткое порево с фистингом и, если она помнила это видео, засовыванием в задницу целой биты. Никакой мастурбации! Сидеть, смотреть, кушать. Досасывать фруктовый лёд, предвкушать грядущую развлекуху.