Глава 10. Ложь сокровенная

      — Как называется эта игра?       Мы расположились в гостиной на двух диванах, посередине поставили стол. Рядом со мной в турецкой позе сидит Изабелла, Лили и Джейк. Даниэль, Крис и Марк распологаются напротив, а Уиллу, Джейку и Эмилии пришлось притащить стулья. Тем не менее самым воодушевленным предстоящей игрой оказывается Джейк.       — На самом деле, у неё много разных названий, — киваю я. — «Я никогда не», «правда и только правда», но мое любимое: «пей пока не затошнит».       Мы с Джейком начинаем смеяться и даём друг другу пять. Крис, поджав ноги, лишь закатывает глаза, но на губах играет веселая усмешка. Вот увидишь, Дель Боско, я тебя сделаю. Причём прилюдно.       — Просветите тех, кто не в курсе, — Изабелла поднимает руку, оглядывая присутствующих, — в чем суть игры?       — Суть игры в том, что один человек говорит то, чего он никогда не делал, а те, кто делал это, должны выпить.       — И кто первый напьётся в усмерть — полный лузер, — дополняет меня Джейк, я толкаю его плечом.       — Изабелле нельзя пить, — строго произносит Крис. Я уже открываю рот, чтобы возмутиться, как он добавляет: — И тебе, кстати, тоже.       Не теряя времени зря, я тянусь за водкой, ставлю две стопки и демонстративно, не разрывая зрительный контакт с Крисом, наполняю содержимым. Один беру в руки, другой отдаю Изи.       — Я никогда не встречала Кристофера Дель Боско, — проговариваю я, и мы с Изи одновременно усмехаясь, опустошаем стопки.       Крис сжимает челюсти, но молчит.       — Разве ты не должна была говорить то, чего никогда не делала?       — Я изменила правила игры, — хмыкаю в ответ, дёргая плечом. Горло неприятно обжигает теплом.       — Э-э-э, ла-а-дненько, — протягивает Джейк, смотря то на меня, то на Криса. — Как бы это ни было занимательно смотреть на ваши перепалки, уже одиннадцать, а я всё ещё трезвый.       Крис бросает на него взгляд.       — Ты же мой консильери, ты должен быть на моей стороне.       Джейк вскидывает руки в сдающемся жесте:       — Прости, брат, но она трижды сделала меня в плойку, — оправдывается он, а я прикладываю кулак к губам, сдерживая смех.       Крис качает головой.       — От тебя никакого толку.       — Хорошо, кто начнёт?       — Давайте по кругу, Изабелла — ты следующая.       — А, окей. — На секунду она задумывается, а потом её взгляд падает на внимательно наблюдающего Джейка. — Я никогда не влюблялась в парня старше меня.       Как только она договаривает, тут же опустошает стакан. Марк издаёт стон, Эмилия по-прежнему пялится куда-то в пустоту, а сам Джейк никак не меняется в лице, но я замечаю, как он сглатывает и сжимает челюсти так сильно, что скулы становятся отчётливо видны. Я бросаю взгляд в сторону Криса, чтобы узнать, что он думает по этому поводу, но он лишь качает головой.       Я подпрыгиваю, когда рядом со мной со звоном опускается стакан. Лили пожимает плечами.       — Что? Джексон Маркус, старшая школа, десятый класс, — напоминает она.       — Ты же просто использовала его.       — Как не стыдно, Ливи, я была влюблена по уши, — проговаривает моя сестра, широко улыбаясь.       — Лили, чтобы любить, надо иметь сердце и чувства. А тебя воспитали волки. — Сестра усмехается и поправляет свои идеальные волосы, перекидывая их на другую сторону.       — Вот только, сестрёнка, тебе бы тоже выпить надо. — Она подмигивает мне, и все взгляды обращаются ко мне.       — Оливия Агата Торес. — Джейк ударяет меня по плечу. — Расскажи же нам свою чудесную историю любви. Кем он был? Плохим парнем на мотоцикле, одетый в кожу и с ног до головы покрытый татуировками? Или нет, точно, это наверняка был какой-нибудь ботаник. У тебя именно такой типаж.       Я фыркаю, закатывая глаза, замечаю, что Крис смотрит на меня.       — Адам Фостер, — с улыбкой протягиваю я, — он был на три года старше меня и учился в старших классах. Светлые волосы, голубые глаза, — я вскидываю голову, вспоминая смазливую внешность Адама. — Он отправлял мне записки с цитатами Шекспира, играл на гитаре и даже сочинил песню, которую назвал: «Моя Оливия».       Крис хмыкает.       — Как оригинально.       Я тут же вскидываю брови и бросаю на него испепеляющий взгляд.       — Ты можешь лучше?       — Детка, ты ещё меня не узнала? Стихи и песни — это не моё.       — Твоё — это быть наглым и бесчувственным засранцем?       — Я хотел сказать брутальным красавцем, но твой вариант тоже неплох.       — Давайте серьезно! — одёргивает нас Изабелла, кидая в брата картошку фри.       — Я поверить не могу, что мы делаем это. — Внезапно мы все замолкаем, поворачиваясь к Эмилии. Она смотрит на нас взглядом: «вы все сошли с ума». Я подавляю улыбку. — Сколько вам лет? Пятнадцать? — она поворачивает голову к Крису. — Ты — Капо итальянской мафии, взрослый мужчина владеющий огромной компанией, — Крис внимательно смотрит на неё, и я вижу замешательство в его глазах. На самом деле она права. — Было совершено два нападения, сделка с оружием вот-вот потопит твою компанию и все над чем ты работал, а ты просто сидишь и играешь в детскую игру?       Повисает гробовая тишина, никто не решается сказать и слова. Не потому что мы были шокированы неожиданным монологом Эмилии, просто все в этой комнате прекрасно осознавали правдивость её слов.       Я киваю и слегка поддаюсь вперёд, привлекая внимание.       — Она права. — Два слова, и вот уже восемь пар глаз смотрят на меня, как на сумасшедшую. Я качаю головой. Глаза Эмилии расширяются, она явно не ожидала такого от меня. — Да, мы приехали сюда отдохнуть, но не стоит забывать о том, с чем нам предстоит столкнуться, когда мы вернёмся. Возможно, мы напрасно теряем время, но я всё же считаю, что мы не можем бороться с таким сильным противником по одиночке, а для этого нам не мешало бы узнать друг друга. Чтобы мы могли доверять.       — Оливия, — Крис кивает головой в сторону Уилла и Лили, и я сжимаю губы.       — Они все знают, Крис. Было совершено два нападения, так что я хотела, чтобы они знали, почему рискуют жизнью и с кем предстоит столкнуться. — Я замолкаю, ожидая нагоняй, но Крис молчит. — Ты ничего не скажешь? Даже не будешь отчитывать меня за нарушение договора?       Кристофер качает головой.       — Нет. Когда мы подписывали договор, обстоятельство в виде Алонсо Моретти не висело над нами. Лилиана и Уилл должны присоединиться к нам.       — Ух ты. — Я приоткрываю рот, удивленная такими изменениями в Кристофере. — Дайте мне телефон, я сниму это на камеру. Такой легендарный момент надо увековечить.       Крис цокает и закатывает глаза, но уголки его губ приподнимаются в улыбке.       — Хорошо, тогда может мы изменим игру? — предлагает Марк. — Если мы хотим узнать друг друга, как насчёт поиграть в «правду», то есть мы просто будем задавать вопросы друг другу. Если кто-то не захочет отвечать, он пьёт.       — Окей. — Мы киваем. Все поворачиваются к Джейку, так как он следущий.       — А кто будет задавать вопрос?       — Изабелла. — Даже не поворачиваясь, я могу ощущать улыбку Марка. — Она была предыдущей.       Я замечаю, как Джейк тут же напрягается. И тем не менее полностью поворачивается к ней.       — Спрашивай.       — Секунду. — Изабелла уже успела сменить положение. Так что сейчас, сидя на быльце дивана, она, словно возвышаясь, смотрит на Джейка, не отводящего от неё глаз.       — Ну же.       — Я же сказала, дай мне секунду, — она раздраженно отзывается, хмуря брови.       — Секунда уже прошла, моя Изабелла, — Джейк проговаривает это с насмешкой, но в голосе слышатся грустные нотки. И что-то мне подсказывает, что с этим обращением связана какая-то история.       — Ладно. Почему ты отрёкся от своей семьи? — этот вопрос вылетает из неё так быстро, что я не сразу осознаю, о чём она вообще спрашивает и почему Джейк стремительно побледнел.       — Ты знаешь.       Изабелла качает головой.       — Нет.       Джейк сжимает челюсти, брови сводятся к переносице. От весёлого настроения не остаётся и следа. И я клянусь, что на миг не узнаю, кто передо мной. Потому что я ещё ни разу не видела Джейкоба таким злым и одновременно подавленным. Очевидно, что семья — его больная тема. А Изабелла осознанно решила надавить на неё.       Вздохнув, я решаю накрыть сжатые в кулаки руки Джейка своими. Он поднимает голову, встречаясь со мной глазами. В них мелькает раздражение, вперемешку с удивлением.       — Ты не обязан рассказывать это. Это личное. А доверие надо заслужить.       Джейкоб кивает. И слегка сжимает мою руку в ответ.       — Ты права. Доверие надо заслужить. — Убирая руки, я бросаю взгляд на Изабеллу, но она сидит также неподвижно. С идеально ровной, почти натянутой, как струна спиной и не сводит глаз с Джейка ни на секунду. Мне остаётся только гадать, что кроется за этим и почему она решила задеть его. — Когда мне было четырнадцать родители развелись, я остался жить с отцом, потому что мама не захотела оставлять меня, ссылаясь на то, что у неё нет работы и будет лучше, если я временно поживу с отцом. Какое-то время она даже не звонила, а когда появлялась — продолжала кормить меня обещаниями. А отец, — он сглатывает, так словно одно только это слово причиняло ему неимоверную боль, — отец бил меня с самого детства. Он заставлял меня играть в баскетбол, тренироваться до потери сознания. За каждую мою ошибку в баскетболе, он наказывал меня. Иногда оставлял ночевать на улице, даже если шёл ливень или было безумно холодно, он говорил: «это закалит тебя, научит, как быть мужчиной, а не тюфяком». Однажды я не выдержал, я нашёл новый адрес мамы и приехал к ней. Дверь мне никто не открыл, а, войдя внутрь, я застал её с новым хахалем. Она выгнала меня. Я умолял её позволить мне остаться, а она просто захлопнула дверь перед моим носом.       Я шумно выдыхаю, сжимая края кофты.       — Конечно, идти мне было некуда, и отец быстро нашёл меня. Он запер меня в комнате на три недели и лишь изредка приносил воды с хлебом. Когда я поступил в Дюк, с первых же дней вляпался в неприятности. Там мы и познакомились с Крисом. Спустя некоторое время он предложил мне стать его консильери, так что после окончания университета я уехал в Италию вместе с ним. С родителями я больше не вижусь, и, честно говоря, не хочу.       Повисает молчание, Кристофер протягивает руку и ободряюще сжимает плечо Джейка. Они обмениваются кивками, а я только теперь понимаю важность их дружбы и, что Джейк лишь притворяется раздолбаем. Это его маска. Его защита. На самом деле, глубоко в душе он был сломлен.       — Мне жаль, — я проговариваю это так тихо, что кажется совсем ничего не говорила вслух. Но Джейкоб поворачивает голову и улыбается мне.       — Мне тоже.       — Оке-е-й, — протягивает Лили, — пока это не превратилось в драму о трудных подростках-переростках, давайте сменим тему.       — Я за! — Даниэль хлопает в ладоши, и я краем глаза замечаю, что Лили странно смотрит на него. Обычно так она смотрит на новые туфли или колечки с бриллиантами в ювелирном.       — Крис, ты следующий, — бросает Марк, отпивая кофе из чашки. Стоп. Он пьёт кофе?       Джейк полностью поворачивается к своему Капо и широко улыбается, Кристофер предостерегающе вскидывает руку.       — А…       — Не смей. Не смей спрашивать меня о чём-то постыдном.       — Или что? Ты меня уволишь?       — Убью!       — Хорошо. Ладно. — Джейк замолкает, обдумывая вопрос. Крис выглядит расслабленным, но он то и дело искоса поглядывает в мою сторону, и это заставляет меня думать, что ему все-таки есть, что скрывать от меня. — Внезапно улыбка пропадает с лица Джейкоба, и он произносит: — Скажи Оливии правду.       Кажется, я не дышу, когда Кристофер поворачивается ко мне, и наши взгляды пересекаются. Паника так быстро охватывает меня, отбрасывая на много миль. Назад в прошлое.       Но Кристофер молчит.       — Она имеет право знать всю правду.       Крис выдыхает, по-прежнему не сводя с меня взгляда голубых глаз. Я сглатываю, он шумно выдыхает. Наконец, Крис выпаливает:       — Я не знал, кто ты, когда мы познакомились. — Кажется, стены сжимаются и разжимаются, потому что я выдыхаю так стремительно, словно не дышала последние несколько дней. Не выдерживая, не понятно откуда взявшегося напряжения, я вскакиваю с дивана и отхожу на пару шагов, прикрывая лицо руками. Шаги позади меня не заставляют себя долго ждать. — Наша встреча была случайной, Ливи, я её не планировал. Я даже не знал, кто ты, пока не обнаружил старые фотографии и мои люди не нашли информацию о тебе и твоей семьей.       Я опускаю руки, закусывая нижнюю губу до крови. Я все ещё не могу обернуться, и мне плевать, что за развернувшейся сценой наблюдает весь круг и моя семья.       — Но я не мог рассказать тебе. Я не мог сказать, что посреди этого хаоса, я встретил не менее взбалмошную девочку, которая столько раз проливала на меня кофе, что у меня не было шанса не влюбиться в неё. И я был напуган. Я — капо римского наряда, был в ужасе перед сумасшедшей блондинкой, которая просто сводила с ума и так сильно мне напоминала мне девочку, которую я впервые поцеловал в саду у дома Кастильо. — Из Криса вырывается смешок, и мои губы расплываются в улыбке. Слёзы так и застывают в глазах. — Боги, я должен был догадаться сразу, что ты — это она. Моя Агата. Только она так умело выводила меня из себя одной своей хитрющей улыбкой.       Я тихо всхлипываю.       — А когда ты узнал, кто я, решил использовать меня? — я не узнаю свой голос, эти слова даются мне труднее, чем ожидалось. Кристофер теряется.       — Я не собирался использовать тебя. Я знал, что Роберто не навредит тебе. Но у меня не было выбора. Моей семье угрожала опасность, и только ты могла спасти нас. Знаю, я поступил, как эгоист. Я подверг вас опасности и уже сотню раз успел пожалеть о том, что втянул тебя в это.       Я киваю. Эту часть истории я приняла уже давно. Выбора у него действительно было немного. К тому же меня он знал пару дней, так что выбор был очевиден.       — Да, семья — твоя слабость, Кристофер Джонатан Дель Боско. И я не виню тебя за это. Я бы поступила также, если бы моей семье угрожала опасность, — краем глаза я замечаю сожаление в глазах брата и сестры. — Я только одного понять не могу, зачем тебе потребовалось лгать мне. Там в кабинете, ты сказал, что все это подстроил и с самого начала знал.       И снова вздох.       — Потому что иначе, ты бы не уехала. А ты должна была уехать. Подальше от этих мест. От мафии. От жестоко мира. Моего мира. Подальше от меня.       Он хотел защитить меня. Это осознание врывается так стремительно, что я пошатываюсь, в край запутываясь, какому Крису можно верить. Тому, который сейчас стоит передо мной, раскаиваясь в содеянном. Или тому чудовищу в кабинете.       — И что изменилось сейчас? — Улыбка озаряет мое лицо при виде такого подавленного выражение лица Криса. Сейчас он больше похож на плюшевого мишку или нашкодившего ребёнка, но никак не на капо римского наряда.       — Просто сейчас тебе будет угрожать опасность везде, куда бы ты не уехала. Поэтому ты останешься со мной, пока я не разберусь с этим придурком Алонсо Моретти. А после, если ты захочешь, я сам куплю тебе билет до Лондона.       Я истерически смеюсь, часто кивая. Эта ситуация становится все абсурднее. Вдалеке слышится свист Джейкоба, и Уилл оказывается рядом со мной. Он кладёт мне руку на спину, бросая раздражённый взгляд на Криса.       — Не волнуйся, как только все закончится, мои билеты будут уже при мне.       Не дожидаясь ответа Криса, я ухожу. Напоследок слыша довольное громкий комментарий от Джейкоба:       — Ты идиот.

***

      За окном виднеются лучи закатного солнца, освещающие веранду загородного дома. Я всегда мечтала почитать в такое время, насладиться книгой на природе, когда вокруг такая красота.       Поэтому пока Крис помогает с ужином, я проскальзываю в нашу комнату, где в рюкзаке протащила книгу, пока Кристофер не знает. А то пришлось бы оставить дома под предлогом «вещей и так много. Зачем ещё и это?»       Но для меня книга — это как другой мир, в который можно окунуться и забыть про реальность. Прожить целую историю с персонажами, почувствовать себя героем истории. Некий способ скрыться от реального мира.       Взяв с собой лёгкий любовный роман, чтобы погрузиться в чтение и просто отдохнуть, я направилась на веранду. Ещё раньше я заприметила там плетёное кресло с мягкой подушкой, идеальное для чтения. Специально для ночных посиделок там подвешены уличные фонари.       Солнце ещё не зашло, так что у меня есть какое-то время посидеть и наслаждаться видом с книгой в руках. Я сажусь в кресло, которое оказывается ну очень удобным. Надо будет предложить Крису купить такое. Открываю книгу там, где последний раз положила закладку и погружаюсь в чтение.       Проходит какое-то время, прежде чем я слышу шаги позади. Я поворачиваюсь и вижу Криса с двумя чашками и пледом. Только сейчас замечаю, что солнце садится, поэтому откладываю книгу, а затем принимаю чашку из рук Криса.       — Я подумал, что уже вечереет, становится прохладно, — говорит он. Крис тут же находит второе плетёное кресло и садится туда. Ставит свою чашку на стол и накрывает мои плечи пледом.       — Спасибо, — я благодарно киваю и обхватываю чашку руками. Она приятно греет руки, из неё доносится запах трав.       — Книга из библиотеки? — спрашивает Крис, делая глоток.       Я смотрю на обложку любовного романа и улыбаюсь. Иногда меня тянет то на романы, то на фэнтези, то на детективы. Всё под настроение. Но такого в их огромной библиотеке я ещё не видела. Нужно будет её ещё исследовать.       — Нет, эту я привезла с собой. Всё никак не было времени на неё.       Крис понимающе кивает. Конечно, когда ж тут время найдешь с такими-то приключениями.       — Знаешь, я вот читаю разные интересные истории и всегда представляю себя на месте главной героини. Мне нравится переживать с ней все события и эмоции, — с запалом начинаю я. Крис смотрит на меня, улыбаясь и ожидая, что я скажу дальше. — Но сейчас я понимаю, что в моей жизни сейчас приключений не меньше, что должно меня радовать, но…       — Ты уже жалеешь и хочешь спокойной жизни? — хмыкает Крис. Я вижу, что ему весело, он абсолютно не напряжен, но во взгляде на долю секунды мелькает грусть. С чего бы это?       — Скажем так, я не хочу, чтобы меня убивали. — Я подмигиваю, а Дель Боско смеётся. Почему-то я ловлю себя на мысли, что сейчас мне тут, на веранде с заходящим солнцем и рядом с Крисом, очень спокойно и уютно.       — Зато ты точно можешь почувствовать себя героиней какого-то любовного романа. — Крис пожимает плечами и снова отпивает из чашки.       Я задумываюсь. Я так много читала книг, где у главных героев любовь, которая побеждает зло, принцы освобождают принцесс из замков, а сильные воительницы могут уничтожить половину города за своего любимого. Нет, я явно не героиня любовного романа, в моей жизни всё слишком сложно.       — Нет. — Я качаю головой. — Что угодно, но не любовный роман. Максимум детектив.       — Почему?       Крис заинтересованно смотрит на меня, и теперь я вижу смешинку в его глазах. Как бы ему ответить?       — Потому что я не верю в любовь, как в книгах. Я не верю в таких идеальных мужчин, как в романах, — говорю я. Крис же скептически поднимает левую бровь. — Зато я верю в сильных духом девушек, которые пытаются решить свои проблемы сами, не полагаясь на идеального принца.       И тут я вижу уважение и восхищение в его взгляде. Он улыбается, и эта улыбка кажется ну очень настоящей.       — Ты именно такая, — наконец произносит Крис и поднимает чашку. — За сильных девушек.       Я улыбаюсь, после чего мы стукаемся чашками и смеемся.       — Идём, а то замёрзнешь.

***

      Итак, я стою одна на нашей веранде и вглядываюсь в темноту ночи. Теплый плед покрывает мои плечи. Хотя на улице достаточно тепло, приятная прохлада ночи заставляет меня снова и снова вдыхать свежий запах елей и сосен. На секунду я прикрываю глаза, а затем вновь вскидываю голову к звездам.       Чтобы подумал обо мне отец, если бы видел, что я натворила. Каким человеком стала. Я не могу не думать об этом.       — Оливия, — я вздрагиваю, когда слышу голос за спиной. Даниэль переступают порог и становится рядом со мной, опираясь на перила. — Ты в порядке?       Я рассеянно киваю и выдавливаю улыбку.       — Мы не смогли никак остаться с тобой, — мои брови мгновенно сводятся к переносице, и я постыдливо опускаю голову. — Как насчет поговорить о нас?       Я мгновенно вскидываю голову, встречаясь с Даниэлем взглядом. Видимо выражение моего лица говорит само за себя, поскольку настроение тут же меняется, глаза расширяются и он слегка отшатывается назад.       — Даниэль, — я поддаюсь вперед, хватая его за руку, не позволяю уйти.       Меня бьет чувством вины с такой силой, что, кажется, я перестаю ощущать пол под ногами.       — Прости, если ввела тебя в заблуждение. — Даниэль не смотрит на меня, но его грудная клетка вздымается слишком часто. — Я не хотела обидеть тебя. Я очень люблю тебя. Но я люблю тебя как моего друга. Ты просто замечательный.       Даниэль молчит какое-то время и мне кажется, что он вовсе не ответит. Но наконец он поворачивает голову, и на губах появляется легкая, почти сожалеющая улыбка, от чего у меня щемит сердце.       — И я рад быть твоим другом. — Я закусываю губу, пытаясь понять насколько сильно задела его эта ситуация. Но вдруг он опускается на одно колено и прикладывает руку к плечу. У меня открывается рот. — Обещаю всегда быть рядом и защищать вас от мафии и других придурков, служить вам верой и правдой, Принцесса.       Мгновение я удивленно моргаю, но, замечая его ухмылку, начинаю хохотать.       — Благодарю вас, сударь, — подыгрываю я и отвешиваю книксель.       Даниэль поднимается и я обнимаю его, не переставая хохотать. Рядом с нами внезапно разносится покашливание и, повернув голову, я замечаю сонного Кристофера.       — Извините, конечно, что прерываю вашу романтику и светские беседы, но время три часа ночи, а нам рано вставать.

***

      — Крис? — зову я в темноту. Дверь ванной распахивается, и Кристофер залетает внутрь.       Его обеспокоенный взгляд тут же бросается ко мне, но, заметив, что я в порядке, он застывает.       И теперь моя очередь. Мой взгляд скользит по нему. По сильным широким плечам, голому торсу и мускулистым ногам. Крис вышел из ванной в одном полотенце, обмотанном вокруг его бёдер. Вода все ещё стекает по его груди и спине. Я сглатываю, стараясь выравнять дыхание.       — Оливия?       Я вскидываю голову, встречаясь с ним взглядом. Видимо, он что-то замечает во мне, потому что его взгляд вспыхивает. Он больше ничего не говорит, просто перемещает руки на край полотенца и стоит, позволяя мне рассмотреть его.       Медленными шагами он приближается к нашей импровизированной кровати. На самом деле чудо, что я вообще могу видеть его в этой темноте. Свет луны — единственное освещение здесь. Кристофер медлит, и я понимаю почему. Он внимательно следит за моей реакцией, при малейшем «против» с моей стороны, Крис всё прекратит. Однако я не ухожу. И не прошу его уйти. Наоборот, слегка отползаю назад, и мои губы расплываются в улыбке. Мне приходится подавить вздох, когда он наконец опускается сверху, упирая руки по обе стороны моей головы.       — Одно слово, — хриплым голосом, проговаривает он. — Одно слово, и мы всё прекратим.       Из груди вырывается судорожный вздох, и я быстро проговариваю:       — Только посмей. — А после притягиваю ближе к себе, накрывая губы Криса своими.       Он целует меня. Страстно. Долго. Невероятно. Его губы простирают дорожку поцелуев по шее и ключице. На мгновение он останавливается, и его взгляд замирает на моей футболке.       — Вверх.       И я в кои-то веке делаю так, как меня просят. Я поднимаю руки, позволяя Крису стянуть с меня футболку, под которой больше ничего нет.       Я закусываю губу. Первый инстинкт который возникает у меня — закрыться. Я тянусь руками, прикрывая грудь, но Кристофер останавливает меня, опускаясь губами.       — Ты прекрасна. И не стоит закрываться от меня. Ты прекрасна, — шепчет он, как мантру, продолжая целовать меня. Я прикрываю глаза.       Его руки блуждают по мне, вырисовывая узоры. Тогда я решаю взять ситуацию в свои руки. Одним движением я переворачиваю нас и сажусь сверху на Кристофера. Его глаза расширяются.       — Ты определённо больше никогда не будешь тренироваться с Джейком и с кем бы то ни было, кроме меня.       Я смеюсь. Опускаю руки на его голую грудь и провожу вверх-вниз, затем наклоняюсь, и подобно ему, целую каждый дюйм.       — Что ты делаешь? — его голос всё более охрипший, а тон глубокий, и это заставляет меня улыбнуться.       — Меняю правила.

***

      Я проснулась в семь, что для меня довольно рано, а всё потому что Крис рассказал мне про одно место. Недалеко отсюда есть конюшня, а туда я просто не могу не поехать. Сегодня днём мы возвращаемся домой, а значит время есть только утром.       Крис хотел поехать со мной, что-то случилось с одной из машин, поэтому он будет решать этот вопрос с Джейком и Марком. Со мной же захотел поехать Уилл. Мы с братом сейчас очень редко проводим время, поэтому такой возможности обрадовались и я, и он.       Я стою уже собранная на улице и жду Уилла. Через пару минут вижу его и улыбаюсь. Следом за ним шагает Лили, тоже облаченная в конный костюм.       — Ты с нами? — сходу спрашиваю я. Вопросительно смотрю на них.       — Думали поехать без меня? Ливи, ты ведь знаешь, я люблю лошадей не меньше тебя, — говорит сестра и проходит к машине.       Наши с Уиллом взгляды встречаются. Он пожимает плечами, когда читает в моих глазах немой вопрос. Я выдыхаю и направляюсь к водительскому сиденью. Нет, конечно, я люблю свою сестру, но иногда с ней бывает слишком сложно, а сегодня я хотела насладиться прогулкой и отдохнуть.       Когда я останавливаю машину, нашему взгляду представляется большая конная ферма. В одном из загонов выводят лошадей, а на тренировочном поле уже прыгают наездники на благородных скакунах.       Я выхожу из машины и завороженно смотрю на это всё. Как же давно я не ездила верхом. Уилл с Лили тоже вылезают из машины. Мы проходим на ферму, где я тут же вижу мужчину средних лет, вычесывающего гриву одного из лошадей.       — Пожаловали к нам, чтобы отлично провести время? — спрашивает мужчина с широкой улыбкой. Он выглядит очень милым и добрым. — Я Андреа.       — Уилл, Оливия и Лилиана, — представляет нас брат, по очереди указывая на всех.       — Умеете держаться на лошади? — Андреа окидывает нас вопросительным взглядом.       Мы переглядываемся и одновременно киваем. Как-то мама отправила нас троих в конный лагерь. Целое лето мы катались на лошадях, ухаживали за ними и соревновались.       Андреа привел нас в конюшню. Множество скакунов смотрят на меня, а я осматриваю их, чтобы сделать свой выбор.       — Он будет вашим другом на сегодняшний день, выбирайте.       Я прохожу, оглядываясь по сторонам и глазами ищу того самого. Вдруг мой взгляд цепляется за коня шоколадного цвета. У него темная, чёрная грива и одно небольшое белое пятнышко на лбу. Я подхожу к нему и достаю заранее подготовленный сахар. Протягиваю руку, он нюхает, а после ест, с одобрением смотря на меня.       — Его зовут Арес. — Я слышу голос Андреа сзади. — Хороший выбор.

***

      Я с лёгкостью залезаю на Ареса, будто и не прошло пары лет, как я ездила верхом. Ко мне тут же подходят Лили и Уилл на своих лошадях. Лили выбрала девочку чистого белого цвета, а Уилл двухцветного коня: светло-коричневого с белыми пятнами.       — Разомнемся или сразу к делу? — спрашивает Лилиана, дергая коня за поводья. Мы все начинаем медленную ходьбу.       — Да ну, Лили, мы не делали этого два года, — бурчит Уилл. Его вымученный взгляд заставляет меня усмехнуться. Лили же просто закатывает глаза.       — Так не интересно, — протягиваю я и тут же пускаю Ареса галопом.       Наконец-то я чувствую свободу, будто мы с конем одно целое. Волосы развиваются от ветра, а воздух чувствуется донельзя свежим.       Я вижу низкий барьер и направляюсь к нему. Арес перепрыгивает его, после чего мы двигаемся к следующему. Лили с Уиллом соревнуются, кто быстрее. Я на секунду отвлекаюсь, а затем Арес резко сбрасывает меня из седла.       Я падаю, больно ударяясь затылком. Из груди вырывается стон. Боковым зрением вижу как ко мне подбегают Уилл и Лилиана. Рядом стоит Арес, и мне кажется, он смотрит на меня виноватым взглядом.       — Ну спасибо, дружок, — шепчу я, хмурясь.       — Ты как? — Я слышу голос Уилла рядом и поворачиваю голову. Его обеспокоенный взгляд бегает по мне, выявляя повреждения.       Лили садится рядом.       — Сильно ушиблась? — спрашивает она.       — Хоть сейчас готова повторить, — пытаюсь пошутить я. Поднимаюсь, хватаясь за руку Уилла. — Со мной всё хорошо, правда.       — Вот как с тобой жить, если ты всегда умудряешься найти приключения на голову? — хмыкает брат, качая головой.       — Причем в прямом смысле, — добавляет Лили, усмехаясь.       — Да ладно, зато со мной весело.       Я ободряюще улыбаюсь, и мы вместе заливаемся смехом.

***

      В машинах мы возвращаемся тем же составом, что и ехали туда. Я сижу на переднем сидении рядом с Крисом. Он, не отвлекаясь, смотрит на дорогу, а я нахожу в рюкзаке наушники, втыкаю в уши и включаю музыку.       За окном проносятся поля и леса. Как же редко сейчас можно увидеть подобные виды, которые завораживают каждый раз. Смотря на эту красоту, я погружаюсь в свои мысли.       Что теперь между нами с Крисом? Прошло около месяца с начала этого спектакля, а за это время произошло слишком много, но вчера мне показалось, что всё же между нами может что-то быть. Это так странно осознавать.       Будто прочитав мои мысли, Крис поворачивается ко мне и одаривает еле заметной улыбкой. Я же улыбаюсь в ответ. Остальная часть дороги проходит в основном в молчании, иногда прерываемым какими-то репликами.       Мы приезжаем, Кристофер глушит мотор. Вылетаем из машины, и Крис, как настоящий джентльмен, берет мой багаж.       — До сих пор не могу понять, зачем тебе нужно было столько всего, — бурчит он, делая вид, что чемодан неимоверно тяжёлый.       Я лишь усмехаюсь и натягиваю милейшую улыбочку.       — Давай, мой рыцарь, я в тебя верю.       Я хлопаю его по плечу и иду с ним в дом. Вот только почти на входе вспоминаю, что забыла рюкзак в машине, поэтому бегу за ним.       Когда я убеждаюсь, что теперь точно ничего не забыла, подхожу к дому и слышу радостные и удивлённые возгласы. Захожу и ошарашенно смотрю перед собой. Кто-то вешается на шею не менее ошарашенному Крису. Мой взгляд встречается с его, но он лишь пожимает плечами, мол, я и сам в шоке.       Чувствую, как мне на плечо ложится ладонь, оглядываюсь и вижу Даниэля. Он хмурится.       — Рад видеть тебя, Шарлотта, — приветствует её мой муж.       Шарлотта? Та самая, в которую был влюблен Крис раньше? Мне кажется, или судьба просто издевается надо мной.       Даниэль сочувствующе смотрит на меня, а я не могу пошевелиться, будто приросла к полу. И в голове лишь один вопрос.       Какого чёрта здесь происходит?