***

Вечерний ветер обдувал тело гео Архонта. Чжун Ли лежал на древесном полу самой высокой терассы "Ван Шу". Его сердце, безжалостно поедаемое эрозией, уже еле билось. На днях он испытал сильнейшую рану: он потерял его... Сяо. Его названный сын. Его таки поглотила злосчастная карма. Воспоминания не покидают мыслей ни на секунду. Ночь. Мелкий, морозный дождь. Почерневшие кисти рук. Черная, дымящаяся грудь. Кровь. Тонкие дорожки слез, стекающие из янтарных глаз. Тяжелое, болезненное дыхание. Тихое постанывание. Холодные пальцы, что кладутся на щеки Моракса невесомым касанием. Ладони, впитывающие алую кровь, в которых лежало тело Алатуса. Последние слова... Слова, что сорвались с уст адепта, нежно утиравшего слезы своего повелителя. - каждая встреча - непременно кончается расставанием. Ты сам говорил мне это. И последнее желание. - не печалься, Моракс. Отпусти меня с легкостью. Как снег... Сердце адепта наконец замерло. Замерло навсегда. И больше никогда не сможет биться вновь. Никогда... Крик. Пронзительный, громкий крик. Такой хладнокровный, вечно непоколебимый Моракс, впервые за долгое время сорвал голос в болезненной горечи. Он не мог оторвать от себя сына. Перестать прижимать к себе его грудь, что сулила лишь тишину и холод. Спустя некоторое время, их нашел Чайлд, что после нападения Осеала, заметно сблизился с Ли. Они стали друг другу намного ближе, чем друзья. Разделяли грусть и радость. Делились сокровенным. Доверяли друг другу. Впав в полный шок и недоумение, Чайлд медленно подошел к Чжун Ли, и присев, мягко обнял его со спины. Он не знал Сяо так же хорошо, как его партнер. Но увидев Моракса, великого гео Архонта, в таком плачевном состоянии, был просто ошарашен и расстерян. Он не мог понять, какого это - потерять самое дорогое. Того, кем ты жил более двух тысяч лет. Ведь Аякс наделен лишь земным, смертным сроком жизни. Он утешил Моракса, и вскоре они отправились в Мондштадт. Чжун Ли знал, что однажды, когда Алатус был на грани жизни, его спасло исцеляющее звучание флейты анемо Архонта. Очутившись под великим древом, Барбатос уже ждал их. С такой же невыносимой скорбью на лице. Неся Алатуса на руках, Моракс медленно подошел к гигантским корням древа. Венти опустил руку на грудь Сяо, и дымящаяся тьма в теле адепта мнгновенно рассеялась. Венти присел на колени, проводя рукой над травой и величественными корнями. Древо тут же образовало некий корневой полукокон, что обвился мягкой травой, сесилией и ..? Цинь синь. Что было совсем не свойственно, для здешних земель. Моракс аккуратно уложил Сяо, и взяв его заруку, нежно прикоснулся губами ко лбу. Сидя втроем, вокруг безжизненного тела, Аякс с двумя Архонтами, молча отпускает скорбь и утрату. Он знает: Ли не сможет пережить эту потерю, и уж точно, никогда не будет прежним. Наконец, Венти шепчет с грустью: - Моракс... время пришло... Чжун Ли медленно, кротко кивает. Венти прикасается одной ладонью к древу, а во второй концентрирует элементальную энергию, извлеченную из стволовых артерий. Затем, медленно и нежно прикасается к Сяо. Энергия наполнила тело адепта, и он растворился в сияющих корнях, став частью артерий земли, и самого Ирминсуля. Сяо наконец-то избавился от своей кармы. Теперь, его душа тоже стала частью энергетической системы Тэйвата. Теперь она спокойна и безмятежна. Но что это за чувство? Все трое ощутили внезапную, легкую прохладу. На носик Венти опустились.. Снежинки?!? Чжун Ли поднял свой взгляд в небо. Невероятно. В Монштадте, впервые за несколько тысячилетий упал... Снег