дождливый день.

октябрь. ещё один бесконечно дождливый день, который для альбедо начался не лучшим образом — отвратительной мелодией будильника, которую он ненавидит слушать каждое утро. неожиданный ливень полил ещё в пять утра, когда альбедо, встав и даже не проснувшись до конца, начал доделывать домашнюю работу. сказать, что его раздражали какие-либо заданные задания — ничего не сказать. конечно, он мог бы пропустить сегодняшний день — он точно знает, что сегодня группа будет на лёгком депресняке, да и благодаря своим связям, касаемо отличных отношений с уже знакомыми врачами в местной больничке, которые без проблем ему выдадут справку, он мог бы пропустить учёбу, но ради собственного удовольствия не хотел. ему была интересна его группа, что жизнерадостна абсолютно всегда, словно компания друзей, которая дружит ещё очень давно, и он бы хотел проводить с ними время как можно дольше, начиная от скучных лекций, на которых он рисует, заканчивая нежданными прогулками в любую погоду. а помимо всего этого ему был интересен юноша, что сидел всегда за последними партами и частенько один, ведёт себя тихо и порой даже так, что забываешь о его существовании, вспоминая лишь тогда, когда его спрашивали преподы; только тогда он пытался отвечать громко, но из-за того, что сидел на последних местах, ему приходилось повторять ответ снова, а то и доходило до передачи этой информации через одногруппников, которые, как матрёшки, пытались внятно объяснить, только вот сквозь шум, который получается из-за этого всего, вряд ли с первого раза можно будет донести. особенно весело было у Аилы Эрвны — лекции она рассказывала не так скучно и не монотонным голосом, а в потоке информации, для отдыха мозгов ребят, она устраивала небольшие «разговорные перемены», которые начинаются с вопроса, а потом переходят в привычное общение, после чего вновь переходят в фазу лекций. но вернёмся в реальность к нашему блондину. альбедо, смиренно дописывая свой конспект, включил телефон. огромные цифры часов показывали, что ещё час до того, как он может начать собираться. помимо часов, его внимание привлекла ночная переписка между одногруппниками, которые пытались выявить, что вообще задали по физкультуре, да и задали ли что-то вообще. — ребят, кто знает, че задали по физре? — вопрос, отправленный в 5 вечера одной из девочек, дождался ответа только к двенадцати ночи. — никто не знает, а у кого есть конспект по биологии? а я вам взамен дам что-нибудь. — например? — кто на софте, ручку с этой сиреневой синнабон, а кто из наших — еду. — там короче конспект надо написать, аила сказала, что первому ряду про бархатцы какие-то, второму про фотосинтез, а третьему про состав цветка — так третьему вроде про обмен веществ в природе — я тебе ответила что надо, с тебя еда. альбедо обратил внимание на часы снова. ещё 30 минут до нужного часа. наверное, пора уже вставать в настоящую утреннюю рутину обычного студента? в самый раз. что ж, снова спотыкнувшись о провода, которых, как назло, с прохода между комнатами никак не убрать, альбедо пошёл умываться. горячую воду опять отключили, любимая холодная, даже ледяная, водичка снова окутывала едва бледную кожу. на завтрак снова любимый кофе.. когда-нибудь руки юноши дойдут до похода в магазин и готовки нормальной еды, а не роллтона или другой пищи, которую приготовит за 5 минут кто угодно. позавтракав и вообще завершив эту ленту дел, теперь началась другая цепочка заданий, в которой на скоростях надо одеться, собрать сумку или рюкзак — неважно — и побежать в автобус, иначе до университета как на эверест. поспешно взяв деньги и обувшись, надев куртку, наконец раздался хлопок двери, а потом было слышно позвякиванье ключей. на этот раз альбедо решил не закрывать дверь на все 3 замка, а только на одну — всё равно к нему никто не придёт. пока он разбирался с ключами, произошёл не тихий, но и не громкий грохот, будто кто-то упал с лестницы. альбедо обернулся, и перед его глазами предстал скарамучча, только уже идя к двери подъезда и пытаясь её открыть.