Глава 17. Месть моя будет страшна

      Мона Вандервол убрала ладонь с левой щеки, по которой обильно текла кровь. Рана была глубокой, поэтому было решено немедленно ехать в больницу. Праздничный вечер был окончательно испорчен…       Пока врачи осматривали раненую девушку, Спенс заказала в автомате кофе для себя и для матери. Она была заядлым кофеманом и в такой стрессовой ситуации кофеин был лучшим средством прийти в себя. Девушка старалась ни о чём не думать и гнать от себя плохие мысли. Главное, чтобы с её подругой было всё хорошо.       -Я сообщила Леоне об инциденте, – сказала мать дочери. – Завтра вечером она прилетит домой. А пока Мона будет у нас.       -Скажи как юрист: а Моне что-нибудь будет за это… ну за то, что она Элисон вмазала? – поинтересовалась Спенсер.       -Скорее всего нет, – Вероника ответила, как опытный адвокат. – Легко будет доказать, что это была самооборона. Да и родители Элисон вряд ли иск будут подавать.       -И всё же круто она ей врезала! – старшеклассница не скрывала эмоции. – Прямо горжусь своей подругой!       -Вам с Моной стоит не опускаться на её уровень, как бы Эли и ей подобные вас не провоцировали, – посоветовала Хастингс-старшая. – Никто же не лает на собаку в ответ.       Наконец, из кабинета вышла Мона, а вслед за ней – и врач с документами. На лице азиатки виднелась перевязка, которая покрывала всю её щеку. Девушка выглядела неважно и отказалась от предложенного ей кофе.       -Мы наложили ей три шва на рану, – сообщила врач. – Скорее всего, ранение было нанесено кольцом или браслетом того, кто ударил мисс Вандервол. Также мы дали ей антибиотики и выписали обезболивающие. А так всё хорошо. Через несколько дней швы снимут.       -Доктор, а шрам останется? – поинтересовалась брюнетка.       -Первое время он будет, но потом рассосётся. Так что до свадьбы заживёт, – улыбнулась доктор и пожелала пациентке скорейшего выздоровления.       Вероника, Спенсер и Мона попрощались с врачом и отправились на выход. Пока они шли в сторону лифта, азиатка думала о произошедшем и не знала, как лучше объясниться сначала с родителями подруги, а потом и с матерью. Она чувствовала вину в том, что праздничный вечер оказался безнадёжно испорчен. «Именно этого Элисон и добивалась от меня – эмоций и нервного срыва, – думала Вандервол про себя. – Что ж, сучка получила того, чего хотела».       -Мона, как ты? – поинтересовался у неё Питер Хастингс, открывая дверцу автомобиля перед ней.       -Терпимо, – отозвалась та. – Ещё раз приношу свои извинения за произошедшее. Я не должна была провоцировать Элисон и обещаю впредь избегать таких конфликтов.       -Всё в порядке, – отозвался мужчина. – А теперь поехали к нам домой. Тебе нужен отдых.       Спенсер Хастингс спалось этой ночью плохо, урывками. В её ушах стоял звон оплеухи, которую Элисон отвесила её подруге. Если бы блондинка вчера вечером подняла руку не на физически более слабую Мону, а на Спенсер, то стерве бы точно не поздоровилось. Она представляла, как бы расцарапала бывшей подруге лицо, с какой силой ударила бы её ногой в живот и с каким удовольствием разбила бы о её голову цветочный горшок. Уровень ненависти в крови шатенки зашкаливал настолько, что та проснулась в поту ещё когда не было семи утра. Поняв, что ей уже не уснуть, девушка решила сделать для Моны сюрприз на завтрак.       -Что, не спится? – на кухне старшеклассница встретила Рена Кингстона, который ножом чистил яблоко.       -Ну да, – тихо ответила та. – После вчерашнего ещё не остыла.       -Оно и понятно, – хмыкнул молодой мужчина. – Нужно обладать терпением шаолиньского монаха, чтобы такое стерпеть.       -А потом не врезать с силой этого самого монаха, – тонко подметила Спенс.       -Ага, с вертушки ей в морду, – засмеялся Кингстон.       Спенсер редко общалась с парнем Мелиссы, опасаясь повторения ситуации с Иеном Томасом. Она плохо знала Кингстона и не знала, как тот поведёт себя, если они чаще будут видеться. Конечно, молодой доктор-психолог не казался Спенс похотливым кобелём, как Иен, но всё же она предпочитала держать дистанцию. Да и очередного конфликта с Мелиссой ей не хотелось ни разу.       -Яблоко хочешь? – предложил Рен. – Тебе почистить?       -Нет, спасибо, не надо, – отозвалась шатенка. – У меня аллергия на яблоки, к сожалению.       Девушка приготовила себе кукурузные хлопья на завтрак, смешав их с творогом. Завтракая, она украдкой наблюдала за Реном, который не проявлял к ней никакого интереса. Он встал с утра пораньше с одной лишь целью: посмотреть матчи английской футбольной Премьер-лиги в прямом эфире.       -Ты на пробежку? – спросил у неё Кингстон, видя, что Спенс куда-то собирается.       -Нет, я хочу сходить в магазин купить багет и круассаны, чтобы потом сделать для Моны особенный завтрак, – ответила школьница.       -Может, тебя довезти? – предложил ей Рен. – На улице прохладно.       -Я на велике поеду, – Хастингс-младшая всеми силами хотела свести общение с парнем старшей сестры к минимуму.

***

      Любимый магазин Моны располагался довольно далеко от дома. Но она вряд ли проснётся раньше девяти-десяти часов утра, так что Спенс вполне успеет купить багет, вернуться домой и организовать для раненой подруги настоящий французский завтрак: тосты с конфитюром, кофе, шоколад и круассаны. Такое её напарница точно оценит. Однако в магазине её ждала неудача: выпечку раскупили, а свежую не привезли. Так что Спенс пришлось возвращаться домой ни с чем. На полпути домой она вспомнила место, где она могла бы приобрести хотя бы что-то: кафе «The Brew». Здешние круассаны нравились всем.       Аромат кофе вызвал помутнение разума Спенсер Хастингс: она не утерпела и заказала себе большую кружку американо с двойной порцией сахара. Усевшись на любимое место у окна, девушка одела наушники и стала наблюдать за окружающими.       Этому трюку её научила Мона: притвориться в общественном месте, что слушаешь музыку, а на деле слушаешь, что говорят другие. Безотказный приём, которым и Спенс и её сообщница не раз пользовались. Так они узнали, например, что один из лучших учеников школы Эндрю Кэмпбелл занимается изготовлением и продажей наркотиков. Но он им был неинтересен: подруг интересовала только Элисон.       И вот удача: за соседним столиком со Спенсер сидели Ария Монтгомери и Ханна Мэрин. Благо, в кафе было весьма многолюдно и поэтому бывшие подруги не замечали такое соседство. Чтобы выглядеть более убедительно, Хастингс даже включила музыку в телефоне на минимальную громкость и немного покачивалась в такт, притворяясь, что наслаждается новым альбомом Кэти Перри.       Спенс даже удивилась, что её бывшие подруги делают в такую рань в кафе. Обычно Ханна по выходным спит как минимум до полудня, да и Ария едва ли встаёт раньше десяти часов. Но сегодня они с утра пораньше не нежились в постели, а что-то обсуждали между собой. Что именно – было несложно догадаться.       -Ох, плохая это идея, очень плохая, – расслышала Спенсер голос Арии. – Это плохо кончится.       -Это будет всего лишь безобидный прикол, – успокаивала её подруга. – Всё будет хорошо.       -Ага, как с Дженной? – Монтгомери сильно нервничала. – Забыла, что было той ночью?       -Ну в чём же дело? Иди позвони Спенсер и расскажи ей всё! – кипятилась Мэрин. – Тогда и тебе от Элисон прилетит будь здоров как. Ты ведь этого хочешь?       -Ты что, меня сдашь? – Арии совершенно не нравился этот разговор.       -Нет конечно, – заверила её Ханна. – Но имей в виду, что у Элисон повсюду глаза и уши. Она в любом случае узнает. И не забывай, что это Мона ударила Эли на глазах у всех и прилюдно оскорбила! Пусть они сами разбираются.       Тут уже Спенсер не сдержалась. Элисон, как всегда, всем наврала и теперь начинает настраивать людей против Моны и возможно самой Спенсер. Она решила нарушить конспирацию и высказать всё, как есть. Она решительно села за один столик к недоумевающим одноклассницам и рассказала всё как есть.       -Я была там и видела, как Эли провоцировала Мону весь вечер! – жёстко заявила Спенс. – И она первой ударила мою подругу так, что ей швы наложили! Так что не знаю, что вам наговорила Элисон, но она скорее всего врёт. Как всегда!       -Ты серьёзно? – Ария вылупила глаза от удивления.       -Ты так говоришь лишь для того, чтобы защитить Мону, – ответила Ханна, явно не ожидавшая того, что её разговор подслушивали.       -Не только я видела, что вчера вечером произошло, – Спенс пыталась сдержать свой гнев как могла, но одна лишь мысль об Элисон превращала её в Халка. – Там были и её родители, и куча народу. В конце концов, всё на камеру попало! Вы все увидите, как врёт ваша так называемая подруга!       -И у тебя есть эта видеозапись? – поинтересовалась Монтгомери.       -Есть. И скоро все её увидят, – Спенсер явно преувеличивала. Никакого видео у неё и у Моны не было. Она не сомневалась в существовании такой записи, но её ещё надо было раздобыть. Но в пылу споров девушка была готова и приукрасить реальность.       -Ты блефуешь, – не верила ей Мэрин. – Вы с Моной обе врёте!       -Мы это ещё посмотрим, – прошипела Хастингс в ответ. – Элисон затуманила вам разум, но однажды вам раскроют глаза на то, кем на самом деле является ваша так называемая подруга.       После завтрака Спенс и Мона решили сесть за уроки. Правда, учёба давалась им неохотно. Все мысли были вокруг Элисон и того, что она задумала. Спенсер рассказала напарнице о встрече в кафе и о неприятном разговоре.       -Извини, кажется, я перегнула палку и взболтнула лишнего, – призналась Хастингс. – Это было неосмотрительно с моей стороны.       -Ничего, – успокоила её Мона. – Достать видео с камер ресторана – это дело техники. Сегодня-завтра я сделаю это. Наоборот, если Эли узнает о том, что ты сказала Ханне и Арии, то это заставит её понервничать. Её положение станет более шатким. Ведь в любой момент видео может попасть в сеть – и все узнают, что королева школы лжёт.       -Меня больше волнует то, что задумала Эли теперь, – Спенс выразила своё беспокойство. – Ну не верится мне, что это будет просто безобидная шутка.       -Мне, если честно, тоже, – сказала брюнетка. – Сучка любит унижать людей прилюдно, чтобы все видели и знали, что бывает с теми, кто перейдёт ей дорогу.       -И где эта диверсия может случиться? – вопросила Спенс. – Сейчас нам надо быть крайне осторожными.       -Эли нужен эффект, резонанс, так что скорее всего в школе, – предположила Вандервол. – И думаю, что это случится уже очень скоро. Сразу же после выходных. Так что будем начеку.       -Или же позволим этому случиться, – неожиданно сказала Хастингс.       -Продолжай, – идея подруги Мону очень заинтересовала.       -Если она разыграет этот пранк, то почувствует себя победительницей, – высказалась шатенка. – Пусть думает, что победила. А потом в соцсетях всплывёт полное видео из ресторана, на котором Эли нападает на тебя. И тогда мы её прижмём к ногтю как блоху!       Тем не менее первая школьная неделя после инцидента в ресторане прошла для Спенсер и Моны на удивление спокойно. Они были осторожны до параноидальности и слышали шёпот сплетников за спиной. Но уже к концу недели эта история стала забываться, подобно обновляемым лентам новостей в Интернете.

***

      …В то утро педантичная и очень аккуратная Мона Вандервол опаздывала, что было совершенно на неё не похоже. Она должна была приехать к дому Спенсер ещё 15 минут назад, но её всё не было. Хастингс позвонила подруге, но та не брала трубку. До начала занятий оставалось не так уж много времени, а Мона всё не приезжала. «Что-то явно случилось, – нехорошая мысль закралась в голову шатенки. – И что-то нехорошее».       -Что, твоя подруга не приехала? – спросила Мелисса, подошедшая к сестре.       -Я не знаю, что случилось, но это блин на неё не похоже, – Спенс уже не могла скрыть своего волнения.       -Садись, поехали, – предложила старшая сестра.       У дома семьи Вандервол стояли полицейские машины. Что-то точно произошло. Едва машина Мелиссы остановилась, Спенс бросилась к дому подруги. У дома стояла заплаканная Леона Вандервол, которая что-то пыталась объяснить копам.       -Миссис Вандервол, что случилось? – спросила старшеклассница. – Где Мона? Что с ней?       -Её… её сбила машина…