Наследник без трона (50)

«The Ferrari is a dream – people dream of owning this special vehicle and for most people it will remain a dream apart from for those lucky few»

© Enzo Ferrari

      Он сидел на небольшом пригорке, устремив взгляд туда, где солнце растворяется в бесцветной неизвестности. Еще один день. Такой же, как предыдущий. Такой же, как следующий. Они давно слились в единую линию – ни начало, ни конец которой ему не было подвластно.       Пес, которому вечно сторожить будку. Избалованный ребенок, не сумевший оправдать вложенных в него надежд. Вечный заложник, которому не расплатиться по долгам.       Его бенефициар был дьяволом и богом в одном лице. Но отчего же его божественное испытание оказалось таким неподъемным? Работать ради побед брата. Тонуть в тени брата. Что, если завтра его дернут за поводок и прикажут поймать пулю вместо брата? Умереть за брата. Остаться в памяти людей лишь младшим братом великого принца Маранелло…       Что-то дрогнуло за спиной. Обжигающий холод скользнул вдоль позвоночника. Из груди вырвался сдавленный хрип. Острие клинка отразило последний закатный луч. Глухой удар. Тошнотворный запах крови, уже волной катившейся к земле – окрашивая ее в столь желанный ему цвет.       «Артур, тебе придется оставить картинг. У нас нет средств, чтобы поддерживать и тебя, и брата…»       «Мы с Лоренцо проспонсируем твое участие в Формуле 4».       «Ему слишком поздно начинать карьеру. У него нет прошлого в картинге – значит, нет и будущего в открытых колесах».       «Младшего брата Шарля Леклера подписали в Академию Феррари».       «Артур Леклер остается еще на год в Формуле 3. Прошлый сезон он закончил на десятом месте в личном зачете».       «Младший Леклер заканчивает сезон в Формуле 2 лишь на пятнадцатом месте».       «Артур Леклер покидает Академию Феррари».       «Младший брат Шарля Леклера становится новым пилотом развития Феррари».       Сколько себя помнил – все вокруг него было пронизано автоспортом. И он тоже хотел быть к этому причастным. Верил, что сможет. Даже когда все вокруг говорили, что слишком поздно. Даже когда кто-то сомневался в его таланте. Даже когда это означало вверить свою душу в чужие руки. Но душа не нужна, если в ней осталось место лишь для рева моторов, запаха жженой резины и скорости, смертельной для человеческого естества. Значит, он просто перестанет быть человеком.       Именно тогда что-то надломилось – заскрежетало, как груда металла, по инерции еще несущегося по трассе. Впереди только отбойник, который не даст сорваться в пропасть.       Но отбойник не спасет сердце, уже опутанное раскаленными цепями из звеньев, скрепленных неудачами, отчаянием и разочарованием. И под ребрами разливается нестерпимый жар, переплавляющий это сердце в маленькую эмблему на груди – крошечный щит в желтых тонах с гарцующим, свободолюбивым жеребцом.       «Свобода» – слово, неведомое тем, с чьих уст хоть однажды сорвались речи о мечте в красном. Он был одним из них. Одним из сотен, из тысяч. Юный. Горящий. Окрыленный…       Солнце окончательно скрылось за горизонтом. Над трассой вспыхнули огни. Артур поднялся.       Завтра гонка. В гараже не болид – модифицированный спорткар. Не мечта, а данность. Неплохая, даже удобная: меньше требований, меньше внимания, меньше давления.       Младший Леклер зашагал к паддоку, не замечая, что за ним по земле волочится красный след. За его спиной остались тлеть два отрубленных куска плоти, усеянных маленькими перьями. Они были белоснежными. Были. Теперь больше напоминали содержимое растрепанной подушки, которую долго таскали по грязи.       Он мог бы собрать их заново – бережно уложить в шелковую наволочку и коснуться ее щекой, прикрыв глаза. Увидеть сон, в котором он не чужая тень, а подлинный победитель.       Но он шел вперед. Не оглядываясь. На губах – та самая улыбка. Чуть надменная. Чуть высокомерная. Чуть не настоящая. Все ее знали. Никто не понимал. Падший ангел не нуждается в жалости – только в зрителях.