Часть 2.

Тренировка длилась около пяти часов, но ни один участник команды не воротил свой нос и не ныл о том, что устал или утомился. Все тренировались в полную силу, которую от них ожидали, которую ждали. Каждый Ворон выкладывался на полную, точно также, как если бы играл на поле против своих врагов, других команд. Скоро грозился быть матч против команды Бреджентов, однако Луна и Рико, Жан и Кевин не могли отправиться на него. Может им и хватило бы мастерства в игре против них, но вот возраст... Они до сих пор были юнцами: парням по шестнадцать лет, а Луне и того меньше – четырнадцать. Казалось бы, что всё нормально и через два-три года четвёрка сможет поступить в университет как полноправные студенты, что означает, что они смогут играть в экси и учавствовать в матчах с другими командами нормально, как все. Луна уже привыкла быть в этой тройке парней, которые уделяют ей время. Рико как брат, а Кевин и Жан соревновались за ее внимание. Кевин обучил Луну акцентам английского языка, дабы она не была похожа на ту, которая говорит на нём не как носитель. Жан же в свою очередь обучал младшую Морияма французскому, что ей нравилось. Оба мальчика привлекали внимание как могли, но должным вниманием она их не наделила. Юная Морияма сидела в поперечном шпагате и читала какую-то книгу об экси, когда ее брат тренировался, качая свои руки и ноги. Девушка изредка поднимала на него свой взгляд, но ее это никоим образом не интересовало. – Рико, ты не устал от этих тренировок? Может хоть на один день возьмёшь отдых? – спрашивает сестра с бесстрастным выражением лица, словно ей вообще не интересен брат и его дела, и самочувствие. – нет, не устал. Хватит тебе проявлять милосердие. Не заставляй меня делать тоже самое, что и с Кевином и Жаном. – он строго посмотрел на девушку из-за спортивного инвентаря, а после продолжил делать упражнения. – ты не напугаешь меня этим, брат. Если ты не помнишь, то уже пытался. Да и другие вороны не столь глупы, что пытались меня достать. – Луна закатила глаза и размяла свои ноги, садясь уже в позу "бабочки". После смены своей позиции юная ворон поймала грозный взгляд брата, но в ответ лишь пожала плечами. Внезапно в зал заходит Жан Моро. Его серые, словно серебро, как про себя говорила Луна, глаза смотрели лишь на неё, на Рико француз не обращал никакого внимания. – здравствуй, Жан. – сказала Луна с улыбкой, а после перевела взгляд снов на брата, чьи карие глаза зло смотрели на Моро. – Luna, je peux te demander quelque chose?*1 – проговорил Жан, до сих пор не смотря на Рико. Тот сразу же встал на ноги и сжал горло француза. Моро не подавал виду, хоть и было понятно, что ему тяжело дышать по его красному лицу и приоткрытому рту. – リコ放せ! 彼は悪いことは何も言っていませんでした! *2– проговорила на японском Луна своему брату. Он помотал головой, а девушка быстро встала на ноги и прижала нож к горлу своего брата, смотря на Жана. – qu'est-ce que tu voulais?*3 Рико ещё больше разозлился и дёрнулся, но его остановило лезвие, которое впилось в кожу и оставило небольшую царапину. Он очень медленно отпустил Жана, а после развернулся медленно к сестре, которая убрала нож сразу же. Он что-то ей хотел сказать, но вылетел из зала, оставляя свою сестру и Моро в зале. – как ты? Скажи, что всё хорошо, прошу тебя. – темноволосая опустилась на колени рядом с парнем, который жадно хватал ртом воздух, стараясь восстановить своё нормальное дыхание и что-либо прохрипеть в ответ. – да. Всё хорошо. Я просто хотела спросить. Не трогал ли тебя Ронстр? Я просто слышал.. – он говорил это словно не Рико был ее братом, а именно он. Луна удивилась и покачала головой, гладя друга по волосам. – нет. Он меня не трогал. Ты же не забыл, что я умею пользоваться ножам, м? Глупый мой француз... – прошептала девушка, стараясь успокоить друга, однако, слова про ножи подействовали в обратную динамику. – как раз за них он и хотел тебя тронуть! Он хотел над тобой outrager*4! – когда Жан говорил быстро, то был слышен его французский акцент, а последнее слово было словно удар в сердце. Нож.. Его вставили и провернули, жестко, даже больнее чем брат раньше. – я буду осторожна, Жан. Честное слово. Обещаю тебе. – пожалуйста, mon amour*5. – проговорил парень и уже успокоился. Дыхание француза было спокойным, а его голова лежала на коленях японки. В ее глазах стояли слезы, но она не сказала ничего о том, что ее расстроило или испугало. Всегда все свои проблемы она решала сама, либо шла навстречу им, либо избегала. – всё будет хорошо, Жан. А ещё. Встань с моих колен, они у меня затекли! – рассмеялась по-доброму, когда ворон спохватился и быстро поднялся на ноги. *** Вечер. В замке "Эвермор" по-настоящему наступила темнота. Члены команды расходились по своим комнатам после ужина. Вечерняя тренировка прошла успешно, кроме тех пяти часов с двенадцати до девятнадцати часов, у Воронов была тренировка два с половиной часа: с двадцати часов до двадцати двух тридцати. После тренировки они могли пойти покушать, но после двадцати трёх тридцати ходить по замку запрещалось, а если кого-то ловили, даже если это Луна или Рико, которые являлись родственниками тренера, то им тоже полагалось наказание. Они были достаточно жестоки. Самое больное в этом изощренном наказании было то, что оно не от трости, как многие могли бы подумать, а от ножа. Тэдзуки вырезал хаотичные, известные только ему узоры на теле провинившегося. Нельзя было их лечить. Нельзя было скрывать, если они были на видной всем части тела. Нельзя было делать с ними ничего, кроме перевязки. Конечно она тоже не особо помогала, ведь от прения тела спортсмена раны только усугублялись. Дабы спортсмены не могли пожаловаться на свою неспособность играть, то их наказания не исполнялись за неделю до матча, но после – да. Также нужно упомянуть, что лечить их можно было только после недели нахождения их на теле. Несмотря на то, что каждый день у Воронов до шестнадцати часов тренировок без выходных, только в воскресенье делалось послабление и все тренировки в сумме шли до десяти часов, потому появлялось целых шесть часов на свои личные дела. Одно из таких наказаний настигло самого Рико Морияма, который шёл в двадцать три тридцать три по коридору из столовой. Его дяде и по совместительству приёмному отцу было глубокого всё равно почему он не находился в своей комнате, потому он повёл его к нему же в комнату, где уже ко сну готовилась Луна. "Хозяин" и Рико зашли неожиданно, потому на лице темноволосой можно было прочитать удивление. Она хотела что-то сказать, но даже по одному-единственному взгляду, без слов поняла в чем дело. Каждый удар по Рико сопровождался крепкими словами от Тэдзуки и рыком Рико. Тренер Воронов грозился не взять парня в команду, даже если он поступит в университет, обещал его сослать к главной семье, которая найдёт способ пытки и убийства над "предателем" семьи, однако, после двадцати ударов, когда Рико уже ничего не говорил, даже казалось, что он умер.. Тэдзуки бросил его, молча выходя из комнаты, оставляя брата с сестрой наедине. – ты жив..? – шёпотом спрашивает Луна, смотря на измученное тело брата. Она даже боится пошевелиться. А вдруг он вернётся и кошмар продолжится? А если он ещё не закончил? Что тогда будет...? – всё в порядке. – тихий, но холодный и безэмоциональный голос ответил на вопрос Луны. Рико с болезненным стоном перевернулся на спину, дабы иметь возможность хоть немного видеть свою сестру. Он улыбался. Снова этот животный оскал, которого младшая боиться. – не смей говорить об этом братцу. Он прикончит меня и тебя. – я не.. – мне не нужны твои оправдания. – даже в столь израненном и изнеможенном состоянии он способен на угрозы. Видео бы кто-то его таким, то наверняка бы засомневался, что это Рико Морияма. – мне нужны действия. Нет, не надо помогать, я сам. Потом. – ответил он, когда девушка немного поерзала на кровати, дабы встать на ноги и помочь брату. Раз ему не нужна ее помощь, то он уверен в своём решении. Никогда этот засранец не бросал слов на ветер.