Глава 35. Сделка с богом

Погрузившись в раздумья, я спустился на первый этаж принципии. Будучи во власти своих мрачных мыслей, я даже не сразу понял, что не один здесь. Заметив в темной части комнаты, куда не падал свет луны из окна, какой-то темный силуэт, я замер, сердце тут же бешено забилось. Напряженно всматриваясь в неподвижную фигуру, я неосознанно потянулся за оружием, которого у меня с собой не было. Блин, надо с собой хотя бы какой-нибудь нож носить. Хотя куда его засунешь, учитывая, что я сейчас в шортах?.. Промелькнула мысль, что это, возможно, Талия или Перси - черт знает, может, они опять решили взяться за старое - но я почти сразу отбросил эту мысль. Это точно не Перси и не Талия, хотя силуэт вроде был женским. Не сводя глаз с фигуры, я осторожно сделал пару шагов назад, лихорадочно пытаясь нащупать выключатель на стене. Через пару секунд вспыхнул яркий свет лампы, заставивший меня на секунду зажмуриться, но я тут же напрягся, рассматривая девушку, с расслабленным видом сидевшую за столом. На вид ей было лет двадцать пять, ее черные длинные волосы свободно рассыпались по плечам, сама она была одета в байкерский прикид. Выглядела она довольно привлекательно, но я почему-то испытал отвращение, словно ее образ кого-то напоминал мне из прошлой жизни. Кого-то, кого я ненавидел... Заметив меня, девушка лучезарно улыбнулась, словно ждала моего появления. Внимательно оглядывая ее, я понял, что она не является ни полубогом, ни амазонкой, ни уж тем более охотницей. Она сто процентов была богиней, я просто физически ощущал ауру силы, исходившую от нее. Но какого-то страха я не испытал - выглядела она вполне дружелюбно, расслабленно сидя на стуле, но ко всему надо быть готовым. Хотя, вряд ли я успею добежать до комнаты или поднять какую-то тревогу. Ладно, переговоры! — Кто ты такая? — напряженно спросил я. — И как сюда попала? — Надо признать, это было нелегко. Но вам стоило бы больше внимания уделить своей защите, она явно дает сбои, — улыбнулась девушка. — До сих пор никто не жаловался, — развел я руками. — Но я, кажется, спросил, кто ты такая? — Твои предположения? — она с интересом посмотрела на меня. Как же я люблю эту угадайку. Я еще раз внимательно осмотрел девушку с ног до головы. Она не была одним из олимпийцев - уж этих тварей я бы узнал в любом обличье, да и вряд ли с ними удалось бы завязать беседу. Но и с этой богиней мы явно раньше не встречались. Возможно, она какая-то малая богиня. Но мне довелось встречаться с малыми божествами - большинство из них представляли собой просто бессмертных людей, может, только более сильных, чем полубоги. Но девушка, что сидела передо мной, явно не из таких - похоже, она намного сильнее, чем простые малые боги. Я вдруг с удивлением почувствовал, что чем дольше я смотрю на нее, тем больше меня охватывает какое-то странное чувство. Оно было знакомым - я ощущал его, когда держал в руках меч Аида. Но к ярости и жажде крови добавилось еще кое-что - какая-то безудержная жажда мести! — Дам небольшую подсказку. Мою мать зовут Нюкта, богиня ночи. Помогло? — она развела руками. Когда она подняла руки, на ее предплечье я вдруг заметил две татуировки в форме весов и сломанного колеса. Я уже видел эти символы ранее, над дверью одного из домиков в Лагере Полукровок. А ее слова про Нюкту и мое состояние только подтвердили мои догадки. — Ты Немезида? — высказал я свои предположения. — Браво, мальчик, — богиня мести удовлетворенно кивнула. — Присядь, хочу с тобой поговорить. — Разговор с богиней мести... всегда мечтал об этом, — вздохнул я, но присел на соседний стул. Не то, чтобы я горел желанием с ней общаться, но Немезида выглядела вполне миролюбиво, так что почему бы не выслушать ее. Да и как будто у меня есть выбор. — Надо быть полной дурой, чтобы прийти к своему врагу одной. И о чем ты хочешь поговорить? — Во-первых, выбирай выражения, я культурно с тобой разговариваю, — в ее голосе засквозило недовольство. — А во-вторых, я не сражаюсь с полубогами, Месть нейтральна. Что касается того, о чем я хочу поговорить... может быть, я хочу помочь вам, — вкрадчиво добавила она, улыбаясь. — Месть нейтральна, но ты решила помочь нам? — я рассмеялся. — С чего это вдруг? И почему ты обратилась ко мне? — Я давно наблюдаю за тобой, мальчик. Месть пожирает тебя с самого начала этой войны. И мне это очень нравится! — Немезида расплылась в кровожадной улыбке. — Все считают месть чем-то дурным, проявлением слабости и подлости, поистине отвратительным чувством, недостойным, чтобы опускаться до такого. Но лично я думаю, что это вопрос чести. Все великие сражения начинались с мести, именно она вершила историю. Месть дает нам выплеснуть накопившиеся дурные эмоции, она помогает сполна отплатить нашим обидчикам, заставляет их самим почувствовать всю ту боль, что они причинили нам! — она мечтательно закатила глаза. Какая-то логика в словах Немезида была, но легче от этого не становилось. Я почувствовал, что у меня мурашки побежали по спине от осознания того, насколько же могущественна была Немезида. И чем больше я смотрел на богиню мести, тем больше я убеждался, что передо мной не какая-то малая богиня. Ее сила была иного характера, не такая, как у олимпийцев, но от этого она становилась даже опасней. С Аресом можно было бы легко справиться с помощью меча или копья, но с Немезидой... Раз она пробуждает в людях чувство мести, то может действительно управлять ими, как ей вздумается. — К чему эта проповедь, Немезида? — спросил я, стараясь не выдать своего волнения в голосе. — Зачем ты мне все это говоришь? — А разве ты сам не думаешь точно так же? — богиня кровожадно улыбнулась. Я промолчал, отрицать обратное было просто глупо. — Я отлично чувствую, как ты хочешь отомстить всем, с кем ты сражаешься. А после убийства Артемиды ты просто обезумел от жажды мести. Я не могла пройти мимо такого и решила оказать тебе честь. Я хочу предложить свою помощь. Но тебя это, кажется, смущает? — заметила Немезида. — Ты не веришь мне? — Я верил только одной богине, с которой был близок. Что касается остальных, все вы кучка высокомерных уродов. Ты сильна, я не спорю с этим, но твой статус богини мести точно не добавляет тебе плюсов, — я развел руками. — Да и твои слова, что ты решила оказать мне честь своим присутствием никак мне не льстят, мне все равно на них. Убеди меня, что твои слова о помощи не пустой звук. Почему я должен тебе доверять? — Почему должен доверять?.. Хм, я ведь уже помогала вам, этого разве недостаточно? — Немезида удивленно приподняла брови. — Какого черта ты несешь? — нахмурился я. — Ах... она, похоже, ничего вам не рассказала! — на лице Немезиды промелькнуло понимание. — Ладно, парень. Как ты думаешь, Артемида смогла бы, будучи полностью лишенной сил, самостоятельно выследить и одолеть Гермеса в схватке? — с улыбкой спросила она. Меня словно током прошибло от ее слов. Так вот к кому обратилась Артемида за помощью, вот зачем она покидала лагерь. — Артемида заключила с тобой сделку? — я растерянно посмотрел на богиню. — Она далеко не глупа и прекрасно понимала, что шансов выследить и одолеть бога у нее немного, — кивнула Немезида. — Но месть пожирала ее, и она решила обратиться за помощью ко мне. Я почувствовал легкую обиду на Артемиду - она обратилась за помощью к богине мести, а не ко мне. Почему?.. Спрашивать уже было поздно, сделанного не исправишь. Я вдруг вспомнил, как в «Метке Афины» герои встретили Немезиду, и она сказала, что за все надо платить, и ее помощь далеко не бесплатна. Внутри меня все похолодело, когда я понял, какую именно цену заплатила Артемида. — Ты убила ее! — я в шоке посмотрел на Немезиду. — Разве моя рука лишила Артемиду жизни? — слегка удивленно спросила богиня мести. — Она заключила с тобой сделку и умерла сразу после того, как отомстила. Хочешь сказать, ты к этому не причастна? — У судьбы множество дорог, парень. Может быть, Артемиде было суждено умереть, кто знает? — туманно ответила Немезида, слегка улыбнувшись. Артемида прекрасно это знала. Я помнил, какой растерянной и подавленной она была после своего возвращения, вспомнил, как она подошла ко мне прямо перед битвой, чтобы поговорить. Чтобы попрощаться! Господи... Зачем, почему она пошла на это, раз сама понимала, чем закончится для нее эта сделка с богиней мести? Смотря в веселые, хитрые глаза Немезиды, я почувствовал, как меня охватывает бешеная ярость. Эта тварь причастна к смерти моей лучшей подруги! Плевать на Афину, плевать на всех. Именно из-за этой проклятой сделки, именно из-за Немезиды Артемида погибла! Повинуясь яростному порыву, я резко вскочил, собираясь наброситься на богиню, но та тут же сжала руку в кулак, и какая-то неведомая сила заставила меня сесть обратно. Я почувствовал, что совсем не могу пошевелиться, тело словно парализовало, и оставалось только в бессильной ярости смотреть на богиню. — Не нужно этого делать! — спокойно сказала она, но я все же услышал какие-то металлические нотки в ее голосе. — Артемида сделала свой выбор, когда заключила со мной сделку. Ты не смеешь вмешиваться. — Зачем ты здесь?! — вскричал я. — Хочешь насыпать соль на рану, поиздеваться надо мной? Или показать, какая ты крутая, раз можешь устраивать такое? — Хм, всего понемногу, мальчик, — усмехнулась богиня. — Но вообще-то, как я уже сказала, я хотела с тобой поговорить. — Рассказать мне о смерти Артемиды? Мне плевать на подробности! Я убью всех, кто к этому причастен. И ты в их числе! — я яростно посмотрел ей в глаза, дернувшись в бесполезной попытке освободиться. Но невидимые путы держали меня очень крепко. — На твоем месте я бы лучше не угрожала, — с улыбкой заметила Немезида. — Скажи мне, парень, разве ты не хочешь отомстить богам? Не хочешь отомстить Зевсу за все, что он причинил тебе? Или, например, Афине за убийство Артемиды? — сладким голосом спросила богиня. Ее вопросы ошарашили меня, заставив замереть. Я в шоке посмотрел на Немезиду - она что, предлагает мне заключить с ней сделку? Неужели она думает, что я действительно пойду на это?! — Ты полная дура, если думаешь, что после такого я заключу с тобой какую-то сделку. Мы и сами справимся с богами! — твердо сказал я. — Вот как? — она насмешливо на меня посмотрела. — Ты либо глуп, либо наивен, если думаешь, что кучка подростков одержит верх. Аполлон мертв, Артемида мертва, и никто из богов больше не осмелится пойти против Зевса. Помощи вам ждать больше неоткуда, вы и так собрали всех: полубоги обоих лагерей, охотницы, амазонки, даже титан. Но все равно проигрываете. Каждое ее слово эхом отзывалось у меня в голове. Мне даже возразить было нечего. Она говорила абсолютную правду, но как же тяжело было слышать это. В памяти всплыл вчерашний разговор с Гекатой, как она сказала мне примерно то же самое, посмеявшись над нами и нашим наивным намерением победить. Я предлагаю решение этой проблемы... А если отбросить эмоции, если посмотреть на все это с холодной головой, так может, предложение Немезиды не так уж и ужасно? Да, сделка с богиней мести дорого стоит, но ведь это реальный шанс на победу. Не просто слова и убеждения, что нас теперь больше, мы сильнее, и пусть Олимп трепещет перед мощью двух сотен подростков, а реальный шанс действительно переломить ход войны в нашу пользу. — То есть ты взмахнешь ручкой, и мы победим. Так что ли? — с недоверием спросил я. — Нет, конечно. Но, возможно, судьба будет к вам более благосклонной. — Более благосклонной... Как с Артемидой, да? — Не надо думать, что я не держу свое слово. Артемида достигла своей цели и убила Гермеса, как и хотела, — заметила Немезида. — Я предлагаю решить проблему не только с ним, но и с остальными богами. Спорить с Немезидой было глупо. Она действительно сдержала свое слово в сделке с Артемидой. Богиня охоты нашла Гермеса благодаря Немезиде и отомстила ему. Я не сомневался, что и со мной Немезида будет честна и не обманет меня, но меня волновало другое. — И какова же цена этого? — я проглотил ком в горле. — Цена за победу против Олимпа?! Высокая. Самое дорогое, что есть. — То есть, моя жизнь? — уточнил я, почувствовав, как задрожал мой голос. — Возможно. Если именно твоя жизнь - самое дорогое для тебя, — туманно ответила Немезида, слегка улыбаясь. Самое дорогое... Артемида рассталась с жизнью, заключив сделку с Немезидой. Для нее самым дорогим был ее брат, но Аполлон уже был мертв на тот момент. Наверняка, был вариант, что все ее охотницы умрут, и она останется совсем одна. Это нанесло бы серьезную душевную рану, но ведь сколько уже охотниц погибло за столетия рядом с ней. Со временем Артемида смогла бы справиться с болью утраты, снова продолжить свою охоту и набрать новых охотниц. Но лишившись жизни, она уже никогда не увидит своих подруг, никогда не испытает радости совместного времяпрепровождения с ними на охоте. Жизнь - это все, что оставалось у Артемиды, и она заплатила сполна. Но что для меня самое дорогое? Я мало чем отличался от Артемиды в этом. Моя жизнь была самым дорогим для меня, я очень ей дорожил и никогда этого не скрывал. Но последние слова Немезиды заставили меня напрячься и задуматься. Если именно твоя жизнь - самое дорогое для тебя... В глубине души я прекрасно понимал, на что намекает Немезида, но старался гнать от себя эту пугающую мысль изо всех сил. Рейна... Она самое дорогое, что есть в моей жизни! Не я сам, не моя жизнь, а именно она. Я боялся смерти, боялся боли, но в конце концов, какая разница, что будет со мной после смерти. Мне уже будет потом все равно. Но одна лишь мысль о гибели Рейны, о возможности потерять девушку и жить без нее, причиняла мне огромную душевную боль. Не представляю, что будет, если она и правда умрет. Я уже потерял Артемиду, но смогу ли я смириться еще и с потерей Рейны? Ответ однозначный. Нет! Мне очень не хватает Артемиды, я цепляюсь за любую возможность, за любую мысль вернуть ее, как за соломинку. Но в глубине души я чувствовал - я смогу жить без Артемиды. От горечи утраты любимой подруги сердце еще долго будет не на своем месте, но рано или поздно я все же смогу смириться с ее потерей. Но не с потерей Рейны! Никто, никакая жизнь, даже моя собственная, не идет ни в какое сравнение с ней. Я долгое время думал, что живу ради того, чтобы победить богов, чтобы избавиться от них. Нет! Сейчас, перебирая в голове все, что со мной случилось за все это время, я отчетливо понял, что не в этом моя цель. Я живу ради Рейны, ради нее бьется мое сердце! — Это нелегко, я понимаю. Обдумай как следует, я не тороплю тебя, — понимающе кивнула Немезида, явно заметив, как исказилось мое лицо. В голосе богини отчетливо послышалось сочувствие - она прекрасно понимала, какие муки выбора меня одолевают - и вместе с ним какая-та надежда. Надежда, что я все же приму правильное для нее решение. Немезида действительно была самым настоящим олицетворением мести. Пробуждая в людях это прекрасное, казалось бы, чувство, она с упоением наблюдала, как они удовлетворяют свою жажду мести и одновременно мучаются от расплаты. Для нее это было словно наркотик, и наркотик похлеще любого героина, раз она даже пришла сюда, чтобы предложить мне сделку. Потому что прекрасно знала, что я отчаянно хочу отомстить, но одновременно с этим моё сердце никогда уже не будет на своем месте. Но если отбросить все эмоции и подумать на холодную голову. Плевать на Немезиду, и чего она хочет. Плевать на мои чувства. Просто на секунду отречься от мыслей и посмотреть на происходящее со стороны. Стоят ли мои чувства - чувства одного человека - того, чтобы пренебречь всеми? Лагерь Юпитера, полубоги, амазонки, охотницы... В конце концов, победа в этой чертовой войне - это ведь главная цель, объединившая всех. Все ребята прошли через многое, все они живые люди. Сколько еще парней и девушек может погибнуть из-за моего нежелания принести в жертву свои чувства? Сейчас ведь есть реальная возможность склонить удачу на свою сторону и победить в этой войне. Так может, уже хватит прятаться за спинами остальных и оправдываться своими хотелками, а подумать о чувствах остальных и об их жизнях?! Я задался вопросом, а как бы поступила сама Рейна? Она бы пожертвовала своей жизнью, моей или жизнью сестры ради общей победы и возможности сохранить жизни всех остальных? Скорей всего, да! Зная ее, она бы пошла на это. Точно так же, как и Хилла, и Перси, и Талия. Все они без раздумий отдали бы свои жизни ради общего блага. Так, может быть, стоит хоть раз последовать их примеру и сделать то, что действительно необходимо? Моя жизнь, жизнь Рейны, жизнь Перси и остальных - ничто, когда речь идет о спасении абсолютно всех. Рейна бы точно поняла и нисколько не обижалась бы, она точно готова отдать свою жизнь ради остальных. Но почему именно я должен принять это решение?.. Я вдруг вспомнил слова Перси о видениях Рейчел про Лагерь Юпитера в огне. Что если это случится по моей вине? Если я не соглашусь на предложение Немезиды, если приму решение принести в жертву сотни людей ради спасения одного, вдруг это как раз и произойдет? Не знаю. Но стоит ли рисковать? Рейна... Я помнил нашу первую с ней встречу: мое прибытие в Лагерь Юпитера, и как она вышла вместе с Джейсоном ко мне навстречу из лагерных ворот, окидывая меня оценивающим взглядом своих прекрасных темных глаз, сведших меня тогда с ума. Я помнил свое отчаяние и боль, когда она мне отказала после битвы с Лагерем Полукровок; помнил свою радость, когда она все же согласилась стать моей девушкой; помнил жуткое волнение, когда она чуть не погибла при встрече с Дионисом. Через сколько же всего мы с ней прошли, как же сильно я любил ее! Афродита как-то сказала ей: «Ты не найдешь любви там, где хотела и надеялась. Ни один полубог не излечит твое сердце». Рейна хотела, чтобы Джейсон был ее парнем, но он отверг ее. То же самое и с Перси - хоть это и произошло в альтернативной реальности в войне с гигантами. Во всех этих случаях она пыталась найти свою любовь с полубогами, но у нее ничего не вышло. Я же был простым смертным, и любви со мной она не искала. Но она все-таки пошла мне навстречу - неважно, благодаря Афродите или нет, мне сейчас не хотелось об этом думать - а после первой нашей ночи она сказала мне: «Ты исцелил мое сердце, я люблю тебя». И эти ее слова сейчас эхом звучали у меня в голове, заставляя еще больше страдать от мук выбора. Что если мы и были предназначены друг другу?.. И вот сейчас я стоял перед самым сложным выбором в своей жизни: мне необходимо было пожертвовать самым дорогим для меня человеком ради спасения всех остальных. Черт возьми, как же я опасался этого момента, как же я не хотел становиться перед таким выбором, отчаянно надеясь, что мне никогда не придется решать. Одна жизнь или все? Джейсон, Перси, Талия, да и сама Рейна смогли бы принять это решение. Скрепя сердце, но все же смогли бы. И в глубине души я понимал, что мне нужно собрать свою волю в кулак и поступить так же во имя всего того, ради чего мы боролись! Я неуверенно поднял глаза на Немезиду, та ободряюще мне улыбнулась. Рейна... Я прикрыл глаза, собираясь с силами произнести необходимое. Перед глазами возник образ смеющейся Рейны, ее радостное, счастливое выражение лица. Как она обнимала меня за шею, смеясь над моей очередной глупой шуткой, как злилась и мило хмурилась, когда была недовольна мною, как она с нежностью целовала меня горячими губами и говорила, что любит. Родная моя... Я проглотил подступивший к горлу ком слез и понял, что нужно делать. Мне очень тяжело было сделать этот выбор, но я все же смог взять себя в руки и откинуть все сомнения, хотя, уверен на сто процентов, позднее я буду корить себя, что не поступил иначе. Но сейчас я принял это решение... правильное для себя! — Нет, я отказываюсь! — твердо сказал я. Брови Немезиды взлетели вверх. — Нет?! Ты готов пренебречь вашей целью, пожертвовать десятками ради одного человека? — с интересом спросила богиня. — Если такова судьба... да, готов! Но я ни за что не пожертвую Рейной! Она - это все, что у меня есть! — Как эгоистично, — разочарованно выдохнула Немезида. — Да мне плевать, можешь думать, что хочешь. Но это мой ответ. Я отказываюсь! — отрезал я. — Мы найдем способ победить и без тебя, без твоих условий. — Ты сам-то в это веришь? — богиня скептически на меня посмотрела. — Я верю в то, что скорее пожертвую всеми, чем Рейной! Она - мое сердце! — твердо сказал я. — Какова же будет цена победы, если той, ради кого я живу, не будет рядом? Да пусть я лучше сдохну рядом с ней, чем в одиночку буду праздновать победу в войне. — Хм... признаться, я немного разочарована. Но мое дело предложить сделку, а уж точно не рассуждать о моральной стороне твоего поступка, — развела руками Немезида и вдруг хитро улыбнулась. — В конце концов, в вашем лагере есть и другие, кто также жаждет отомстить, — внутри меня все похолодело от ее слов. — Ты не посмеешь этого сделать! — Ты меня остановишь? — засмеялась богиня, вставая со стула. — Я никого не собираюсь принуждать, каждый волен сам выбирать. Артемида приняла свое решение, ты принял свое. Кто знает, что выберут остальные. — То, что предлагаешь ты, это не решение проблемы! Принести кого-то в жертву, неважно самого себя или других, это не выход. Пусть лучше все остается, как есть, как распорядится судьба. Немезида, — я с мольбой посмотрел на нее. — Пожалуйста, не делай этого. Не вмешивайся в нашу войну и жизни ребят. Не заставляй никого из нас становится перед выбором. Немезида чуть наклонила голову, с легкой улыбкой смотря на меня. Она поистине была одним из самых могущественных богов, из всех кого я встречал. Я не собирался ей угрожать - хотя и очень хотелось - не собирался предъявлять ей претензий по поводу смерти Артемиды и пытаться отомстить ей - хотя этого хотелось еще больше - но угрозами ничего не добьешься, и надо было убедить ее не вмешиваться мирным путем. — Ладно, парень, я пойду тебе навстречу, но ты мне тоже кое-что пообещаешь. Ты явно горишь желанием отомстить за смерть Артемиды, в том числе и мне, что мне не очень нравится. Но она сама сделала свой выбор, и поэтому... — Немезида многозначительно посмотрела мне в глаза. — И поэтому я обещаю, что не трону тебя, — скрепя сердце, сказал я. — Очень на это надеюсь, — кивнула она. — Что ж, удачи тебе, парень. Может, когда-нибудь и увидимся. — Надеюсь, что нет, — пробормотал я, но Немезида уже ушла, растворившись в воздухе. Ее последние слова с пожеланием удачи прозвучали абсолютно безразлично, и я понял, ей абсолютно плевать на все, что происходит. На богов, на полукровок, на нашу войну. Немезида живет в своем мире, и ей интересны только сделки и неважно, с кем именно. Хоть я был бы и не против иметь такого могущественного союзника, как она, но лучше и правда держаться от нее подальше. Такая, как Немезида, совершенно непредсказуема, и мне хочется верить, что она действительно не будет больше лезть ни к кому из нас. Мстить ей - хм, мстить богине мести - за Артемиду я действительно не собирался. Лучше сдержать свое слово, в конце концов, она права, сделка есть сделка. Но если Немезида действительно больше не будет ни к кому из нас лезть, стоит ли остальным знать о нашем разговоре? Как отреагирует Рейна, узнав, что я пренебрег всеми ради нее? Да, возможно, она поймет, почему я так поступил, но лучше держать рот на замке, не хочу рисковать и разочаровывать ее. Да и остальным тоже, пожалуй, не стоит ничего знать. Я вышел из принципии, с облегчением вдыхая ночной прохладный воздух. Мысли в голове путались, прийти в себя после разговора с Немезидой никак не удавалось. Да уж, Артемида заключила с ней сделку. Я, в принципе, не осуждаю ее, так как прекрасно понимаю, что было у нее на душе. Но блин, для чего вообще нужны друзья, раз она не пожелала обратиться ни ко мне, ни к Талии, ни к кому бы то ни было еще? Не спеша шагая по Лагерю Юпитера, погрузившись в свои мысли, я даже не заметил, как дошел до ворот, ведущих в долину и сторону Нового Рима. Черт возьми! А ведь как просто проникла Немезида в лагерь, будто мы никакой защиты и не устанавливали. Это же что, теперь в любой момент здесь может появиться какой-нибудь Арес и тупо нас всех перерезать? Или, что намного хуже, Зевс? Надо определенно что-то делать! Но мои мысли постепенно вытеснила идея, возникшая перед разговором с Немезидой. Пожалуй, я знаю, к кому обратиться за помощью в воскрешении Артемиды. Конечно, это не менее безумно, чем обращаться к Гее, но ведь это вполне может сработать. Ладно, лучше завтра все обдумать, утро вечера мудренее. Растерянно обведя взглядом долину и ночные огни видневшегося вдалеке Нового Рима, я уже хотел было вернуться обратно в принципию, но вдруг заметил в трех десятках метров от себя одинокую фигуру, сидевшую у стены. Талию было сложно не узнать, даже несмотря на ночной сумрак. Дочь Зевса сидела на траве и с растерянным видом рассматривала долину. И какого черта она здесь делает? Немного поколебавшись, я все же направился к ней. Заметив меня, охотница тут же поднялась на ноги и с гневным видом шагнула навстречу, сжав кулаки. Запахло озоном. — Талия, подожди, не надо! — я поднял руки, показывая, что не угрожаю, и быстро отступил на несколько шагов от девушки. — Успокойся, пожалуйста. Я просто хочу поговорить! Талия остановилась, буравя меня яростным взглядом своих ярко-голубых глаз. У меня внутри все сжималось от одних только воспоминаний о той боли, что дочь Зевса мне причинила, и я в тревоге наблюдал за девушкой, думая, бежать мне или нет. Блин, не представляю, как Перси с ней встречается. Талия слишком уж вспыльчивая и горячая девушка, от нее можно чего угодно ожидать. Зная, на что она способна, я уже всерьез стал опасаться ее. Да уж, готов поспорить, если бы она стала моей девушкой, она бы убила меня уже через пару дней. Хотя Рейна тоже далеко не тихоня... — После того, что ты сказал Перси, у меня нет ни малейшего желания с тобой разговаривать! — гневно сказала девушка. — Лучше убирайся с моих глаз, или я тебя прибью! — Талия, выслушай меня, пожалуйста! — робко сказал я. — Я знаю, что был не прав, мне не следовало говорить такое. После смерти Артемиды я просто сам не свой. Я не знаю, что на меня нашло, но мне не стоило срываться на друзьях, да еще и затрагивать Аннабет, и мне очень жаль, правда. Я знаю, как Перси страдает от ее смерти, и с моей стороны было очень низко говорить о нем такое. — И зачем ты мне это говоришь? — гнев в голосе охотницы слегка поутих, хотя и не исчез полностью. — Меня радует, что ты смог признать, что поступил, как полный урод, но твои извинения меня не касаются. Поговори с Перси, если он, конечно, захочет тебя слушать после всего этого! — дочь Зевса снова присела на землю, давая понять что разговор закончен. — Талия, я с ним обязательно поговорю и извинюсь, обещаю тебе. Только чуть позже. Мир? — я с опаской подошел к охотнице и присел рядом с ней. Девушка недовольно покосилась на меня, но не тронула. — Перемирие. Поговоришь с Перси, там посмотрим! — сдержанно ответила Талия. — Ты чего не спишь? — Да так... развлекались с Рейной, — нашелся я, что впрочем было отчасти правдой, но охотница в ответ сморщила носик. Еще одна недотрога. — А вот что ты делаешь здесь так поздно? — Что за подозрение в голосе? Уж не думаешь ли ты, что это я предатель? — Талия прищурилась. — Вот пока ты этого не сказала, и мысли такой не было. А теперь даже не знаю, — усмехнулся, но тут спохватился, заметив, каким взглядом обожгла меня охотница. — Я иногда прихожу сюда. Здесь отличное место, чтобы посидеть и подумать обо всем, — пробормотала Талия и обвела взглядом видневшийся неподалеку Новый Рим, залитый лунным светом. — Да, вид потрясающий, — кивнул я. — Но я и не собирался тебя ни в чем обвинять, я же просто шучу. Уж тебе-то я доверяю несмотря ни на что. Талия ответила мне легкой улыбкой, а я вдруг задумался, а не поделиться ли мне своей внезапно возникшей идеей с ней. Я действительно доверял Талии, да и я все равно собирался обсудить с ней Артемиду. Так зачем тянуть время, раз нам обоим все равно не спится? — Талия, слушай... у меня здесь появилась одна идея касательно Артемиды, и наверное, мне понадобится твоя помощь, — неуверенно сказал я, охотница с интересом на меня посмотрела. — В общем, я хочу попробовать вернуть ее. Я уже говорил с Гекатой по этому поводу, думал, может, она знает какой-то способ. Но нет. Геката сказала, что скорей всего вернуть ее невозможно. — Я тоже говорила, только с ее детьми, — печально кивнула Талия. — Они тоже ничего не знают. Но ты сказал, тебе нужна моя помощь. У тебя есть какие-то идеи? — Идей, как ее вернуть, нет. Но, кажется, я знаю, у кого спросить. Может быть, узнаем у того, кто повелевает самой смертью? — многозначительно спросил я. — Ты имеешь в виду Аида? — нахмурилась охотница. Я покачал головой. В глазах Талии промелькнула догадка. — Танатоса?! — Ну, а у кого еще спрашивать про смерть, как не у бога смерти, — развел я руками. — Даже не знаю. Связываться с Танатосом... это может выйти для нас боком, — в голосе Талии послышалась растерянность. Полубогиня погрузилась в раздумья, но тут ее лицо разгладилось, в глазах появилась решимость. — А впрочем, давай! Если это может помочь, я готова разговаривать с кем угодно! — Рад это слышать, Талия, — я лучезарно улыбнулся ей. — А почему ты обратился ко мне, а не к Рейне? — с любопытством спросила девушка. — Ну, во-первых, сейчас ночь, и Рейна спит без задних ног. Это мы с тобой два безбашенных идиота бодрствуем. Во-вторых, ты одна из самых могущественных полубогов и к тому же, несмотря на все ссоры, по-прежнему мой друг, — я посмотрел девушке в ее голубые глаза. Она слегка улыбнулась. — А в-третьих, ты как никто другой понимаешь, что я чувствую. Ты точно так же страдаешь от потери Артемиды, как и я, и сделаешь все, что угодно, чтобы вернуть ее. Да и к тому же, я более чем уверен, если бы я сказал Рейне, что собираюсь вызвать Танатоса, она бы не дала мне этого сделать, а скорее приковала бы меня наручниками к кровати, — усмехнулся я. — Последнюю фразу можно было бы и не говорить, — пробормотала охотница. — Но я с тобой согласна. Ни Рейне, ни Перси не стоит пока знать об этом. Так какой план? Как можно вызвать Танатоса? — Ну, думаю, самый простой вариант - умереть. Но он... — Нам не подходит, — закончила за меня Талия. — Еще варианты? — Даже не знаю, загуглить точно не вариант, — вздохнул я. — Может, есть какое-нибудь заклинание? Давай поговорим с детьми Гека... — Талия осеклась и посмотрела мне в глаза, улыбнувшись уголками рта. — Ты сейчас подумал о том же? — Зачем разговаривать с детьми, если можно поговорить с матерью! — улыбнулся я. — Пойдем-ка! — Талия решительно поднялась на ноги. — Погоди. Ты что, сейчас собираешься разговаривать с Гекатой? И вызывать Танатоса тоже прямо сейчас? — я изумленно посмотрел на нее. — Ты против? — Талия, ты что не смотришь фильмы ужасов? — я с иронией развел руками. — Кто вообще вызывает бога смерти ночью? А потом что, прочитаем книгу на латыни или разделимся? — Не преувеличивай, ничего страшного не случится. Мы все равно с тобой не спим, так зачем терять напрасно время? — нетерпеливо сказала девушка. — Лично я все равно теперь не усну, пока не попробую этот план. Если хочешь, можешь идти, я и сама справлюсь. — Да вот еще, это вообще-то мой план был, — я недовольно покачал головой, поднимаясь на ноги. — И не надо думать, что я отпущу тебя одну разговаривать с Гекатой или тем более с Танатосом. — Вчера ударил, а теперь рвешься защищать? — Талия с улыбкой на меня посмотрела и направилась в лагерь. Я последовал за ней. — Да, прости, пожалуйста, за это, — виновато пробормотал я. — Но в свое оправдание могу сказать, что ты меня чуть не поджарила, а я просто защищался. Кстати, ты ведь не убила бы меня на самом деле? Остановилась бы, так ведь? — Может быть. Талия весело на меня посмотрела, а я слегка поежился от ее слов. Блин, теперь я боюсь ее еще больше. Лучше с ней быть на одной стороне. Хм, а может, рассказать Талии о Немезиде и о ее сделке с Артемидой. Хотя, что мне это даст? Ничего, кроме страстного желания Талии свести счеты с богиней мести. А мне это точно не нужно. Ладно, пусть все остается, как есть. Мы тем временем добежали до карцера. Рядом с массивной железной дверью стояли в дремоте двое полубогов, облокотившись на копья. Не заметить наше приближение было невозможно, и оба тут же встрепенулись, непонимающе смотря на нас. — Мы хотим поговорить с Гекатой! — тоном, не терпящим возражений, сказала Талия. — Вам что, делать что ли нечего? — буркнул один из парней, широко зевая. — Утром придете, дайте отдохнуть. — Парни, я бы на вашем месте с ней лучше не спорил, — я отошел от них на шаг, заметив, что Талия недовольно сжала кулаки. — Эта истери... моя подруга сейчас вас превратит в угольки, если не пустите нас внутрь, — полубоги перевели настороженные взгляды на Талию. — Только недолго, — один из римлян проглотил ком в горле и потянулся за ключами от дверей. — Давайте живее! — прорычала Талия. Парень нервно глянул на девушку, засуетился и даже обронил ключи. Уж не знаю, действительно ли Талия пустила бы в ход силу, но сейчас, судя по ее лицу, она едва сдерживала смех, испуг парней явно забавлял ее. Охотницы, блин... Наконец, полубог отворил дверь карцера, приглашая нас войти внутрь. Я благодарно кивнул ему и последовал за Талией, уже скрывшейся внутри. Дверь за нами прикрылась. Небольшую комнату карцера освещала тусклая лампочка, сама Геката лежала на грубо сколоченной кровати, явно пребывая в Царстве Морфея. Но едва мы вошли, богиня тут же встрепенулась и приподняла голову. — Мне сегодня дадут поспать? — сонно произнесла она. — Позже поспишь, дорогуша. Надо поговорить, — нетерпеливо сказал я. — Что-то ты зачастил ко мне. Что же подумает твоя девушка, если узнает, что ты захаживаешь ночью к пленным богиням? — ухмыльнулась Геката. — Явно ничего хорошего. Но пусть лучше это будет нашим маленьким секретом, — развел я руками. Талия пихнула меня в бок, нетерпеливо глянув. — Впрочем, это неважно. Мы бы хотели узнать, как вызвать Танатоса. — Танатоса? — с интересом спросила Геката. — Зачем он вам понадобился? — Ну, ты же не знаешь, как вернуть Артемиду, вот мы и используем тяжелую артиллерию. — Не стоит с ним встречаться. Поверьте мне на слово, это не тот бог, с кем нужно иметь дело, — покачала головой Геката. — Давай, мы сами решим, с кем нам стоит встречаться! — гневно сказала Талия. — Как нам с ним связаться? Или, может быть, ты сама можешь его вызвать? — Вызвать Танатоса? — задумчиво переспросила Геката. — Да, пожалуй, я могла бы это сделать. Только зачем мне это? Талия достала висевший на поясе охотничий нож и многозначительно помахала им перед носом богини. Геката на это лишь усмехнулась и скептически посмотрела на охотницу. Я с тревогой наблюдал за накаляющейся обстановкой. — Ну давай, девочка, — издевательским тоном сказала Геката. — Раз уж достала нож, используй его. Только уверяю тебя, это не поможет! Лицо Талии исказилось от гнева, она дернулась к богини, но я поспешно схватил девушку за руку, не дав ей напасть на нее. Я почувствовал, как руку слегка покалывает от тока. — Талия, успокойся! — я дернул ее к себе. — Сперва переговоры, а нож потом! — охотница недовольно на меня посмотрела, но попытки напасть на богиню оставила. — Ты ведь хотела помочь нам с воскрешением Артемиды, — я перевел взгляд на богиню. — Возможно, разговор с Танатосом может помочь нам в этом. Так пойди нам навстречу. — Знаешь что, парень, — поморщилась Геката. — Артемида, конечно, хорошая девушка, и мне жаль ее. Но помогать вам просто так после всего того, что вы со мной сделали, не очень-то хочется. Разве что, в обмен на что-нибудь, — богиня магии многозначительно на меня посмотрела. Я стиснул зубы, чувствуя, что мной овладевает ярость. Я прекрасно понимал Талию, мне и самому хотелось придушить наглую богиню. Но было абсолютно понятно, что силой ничего не добиться. Я видел, насколько сильна духом богиня магии, даже пытки ее не сломали. До меня вдруг дошел смысл сказанного богиней. Геката была чертовски хитра и далеко не глупа, и очевидно она прекрасно понимала, что нам от нее нужно. Но помогать нам бесплатно она точно не была готова, и я догадывался, на что именно она намекает. Блять... Да уж, ребятам сто процентов не понравится такое решение, ну да плевать на них. Вот только это всем может стоить нам жизни, если что-то пойдет не так. Но ради Артемиды стоит попробовать... — Предлагаю сделку! — сдался я. — Ты вызываешь Танатоса, а я отпускаю тебя! — Геката широко мне улыбнулась, в ее глазах вспыхнул интерес. — Что?! Паш, мы не можем ее отпустить! — дочь Зевса в шоке посмотрела на меня. — Надо идти на отчаянные поступки, Талия. Если есть хоть малейший шанс, что Танатос может помочь нам вернуть Артемиду, я бы отпустил и самого Зевса, если бы это потребовалось! — Ребятам это не понравится, — охотница покачала головой. — Давай лучше еще подумаем. — Да здесь и думать нечего. Если ты хочешь вернуть Артемиду, нам нужно рискнуть. А с ребятами мы потом решим этот вопрос, — девушка отвела от меня взгляд, но ничего не возразила, и я перевел взгляд на Гекату. — Так ты согласна? — Вы меня отпускаете, а я вызываю Танатоса? — уточнила она. — И уходишь отсюда, никого не трогая, — добавил я. — По рукам? — Хм... — Геката задумалась на минуту. На ее лице вдруг появилась улыбка, в глазах вспыхнул хитрый огонек. — По рукам! Ох, что-то мне это не нравиться. Заставив взять себя в руки, я вернулся обратно к двери и постучал в нее. Она тут же приоткрылась, полубоги махнули нам рукой, чтобы мы выходили, но я покачал головой. — Ключи от ее наручников у вас? — спросил я парней. Хм, будет забавно, если нет, и весь план пойдет насмарку. — Да, а что? — с опаской спросил один из полубогов. — Дайте их мне! — я нетерпеливо протянул руку. — Что ты собираешься делать? — Не вашего ума дело. Дайте мне ключи! — требовательно повторил я. Парни настороженно покачали головой, один из них положил руку на меч. — Рейна никому не велела отдавать ключи без ее ведома, — напряженно сказал полубог. — Лучше уходите отсюда. — Почему же она тогда не оставила их у себя? — с иронией спросил я. — Слушайте, парни, я не хочу драться. Ни вам, ни мне не нужны проблемы, так что лучше отдайте мне ключи по-хорошему. Не переживайте, я беру всю ответственность на себя. — Ты чего здесь завис? Долго еще ждать ключи? — из карцера выглянула Талия, вопросительно посмотрев на меня. — Ну, так что? — спросил я парней, не обращая внимания на охотницу. Полубоги переглянулись, явно колеблясь. Но они явно прекрасно понимали, что шансов против меня и Талии у них никаких нет, пусть я и был без оружия. Блин, я вызываю бога смерти, будучи совсем без оружия. Я псих... — Если Рейна с нас спросит, мы скажем, что ты нам угрожал и вынудил нас отдать ключи, — уточнил римлянин и неуверенно протянул мне ключ. Я поморщился от его слов - дело принимало не очень хороший оборот, мне только разбирательств с Рейной не хватает. Эх, ладно, рискнем. Надеюсь, мне потом удастся уладить это с ней. Ну, или хотя бы остаться в живых. Забрав ключи, я вернулся в карцер, а римляне отправились к себе в казарму, явно не видя смысла больше здесь находится. Мельком глянув на Талию - она нервно кусала губы и явно была недовольна моим решением, но ничего не говорила - я подошел к Гекате и замер, смотря в ее хитрые глаза. Меня вдруг охватили сомнения. Не поторопился ли я с этим решением? Может, я сейчас освобожу ее, и она всех нас тут же перебьет, тем более, что она вчера еще и поклялась Стиксом это сделать. Я помнил, с каким трудом мы с Рейной одолели богиню магии - этот бой до сих пор снился мне в кошмарах. Меча Аида с собой нет, я вообще безоружен, и с Гекатой будет точно не справится. Да и в наручники она себя не даст еще раз заковать. Я глубоко вздохнул, пытаясь собраться с мыслями. Перед глазами встала Артемида. Нет, ради нее стоит рискнуть! Я быстро наклонился к рукам Гекаты, пока сомнения окончательно не взяли надо мной верх. — Не боишься? — с интересом спросила богиня. — Боюсь, — признался я. — Но, если в тебе осталась хоть капля честности, Геката, ты сдержишь слово! Я повернул ключ в замке, раздался тихий щелчок, браслеты расстегнулись. С опаской смотря на Гекату, я отошел к Талии, нервно сжимая наручники в руках. Дочь Зевса с силой сжала нож - даже костяшки пальцев побелели - и с тревогой уставилась на Гекату, готовая, в случае чего, напасть на богиню. Хотя, более чем уверен, охотница не успеет и шага сделать. Геката поднялась с кровати, потирая натертые руки. Вдруг она недобро усмехнулась и пристально уставилась на нас, ее карие глаза вспыхнули черным. Мы с Талией напряглись, я почувствовал, как внутри у меня все похолодело от ужаса. Тело богини вдруг за пару секунд полностью охватил черный дым. Через мгновение он рассеялся, и на месте Гекаты уже никого не было. Она ушла! — Сука! — яростно крикнул я в пустоту. Чтоб мне сдохнуть! Она просто ушла! Какой же я идиот, как можно было довериться чертовой богини магии?! А ведь я правда надеялся, что она сдержит слово! — Хорошо, хоть она на нас не напала, — вздохнула Талия. — Но этого следовало ожидать, не стоило ей доверять! — О, спасибо, Талия! — зло съязвил я. — А то я без тебя этого не заметил! — Ты бы тон поубавил, а то пожалеешь! — ледяным тоном сказала охотница, в ее голубых глазах вспыхнула ярость. — Я тебе сразу сказала, не надо ее отпускать! — Почему же ты тогда меня не остановила, когда я снимал с этой суки наручники? А, мисс «я всегда права»?! Талия в ярости подошла ко мне и протянула руку. Она бы точно избила меня - у меня ведь с собой даже оружия не было, а одолеть Талию руками я бы точно не смог. Но тут произошло то, что заставило нас обоих замереть. Мне вдруг стало очень неуютно, я почувствовал жуткую тревогу, но не из-за Талии, а словно кто-то оказывал на меня такое воздействие. По всей видимости, Талия испытала такие же чувства, ее рука замерла в нескольких сантиметрах от меня, так и не ударив током, но я, на всякий случай, отошел от нее на пару шагов. Мало ли. Вокруг нас из ниоткуда стала стремительно сгущаться тьма. Лампочка вдруг со звоном лопнула, взорвавшись на тысячу осколков. Карцер погрузился во мрак, лишь очень тусклый свет луны кое-как освещал комнату. Ужас в сердце продолжал усиливаться, заставляя меня поежиться от нахлынувших чувств. Да что происходит-то?! Я подошел обратно к Талии - даже охотница уже не пугала так, как окружающая обстановка - хотя, ее и саму, похоже, сковало от ужаса. Она побледнела, краска гнева пропала с ее лица. Мы встали с ней почти вплотную, с тревогой озираясь по сторонам. — Паш, — прошептала девушка. Она замерла, ее глаза расширились. Я проследил за ее взглядом, разглядев в углу комнаты силуэт человека, и вдруг почувствовал себя кроликом, который смотрит на удава. Меня охватила жуткая паника, хотя, казалось бы, причин на это никаких не было. Наверное, никогда прежде я не испытывал такого страха! Скорее инстинктивно, чтобы понять, что рядом со мной есть друг, и я не один, я взял Талию за руку. Девушка сжала мою ладонь в ответ, и я почувствовал легкое покалывание тока - она явно была сильно взволнована. Человек медленно сделал шаг вперед, попав под лунный свет и давая себя рассмотреть. Перед нами был мужчина средних лет с темно-бронзовой, блестящей кожей. Его глаза светились ярким золотистым светом, черные, как смоль, волосы свободно ниспадали на плечи. За его спиной я увидел крылья, переливающиеся синими, черными и алыми цветами. Повеяло каким-то замогильным холодом, заставившим мурашки побежать по моей коже. Никогда еще ни перед одним богом я не испытывал такого страха и какого-то благоговейного трепета. Догадаться, кто перед нами, было не трудно. Геката все-таки сдержала слово! От Танатоса веяло ледяным спокойствием и ужасом. Я отчетливо почувствовал, что если он захочет меня убить, он сделает это просто пошевелив пальцами. Талия, заметно дрожа всем телом, почтительно опустилась на одно колено, и я сделал то, чего не делал еще никогда. Я преклонил колено перед богом и склонил голову, следуя примеру Талии! Наверное, впервые мне действительно захотелось выразить почтение богу. Но не раболепствовать, а именно выразить почтение. Ко всем божествам, с которыми мне довелось встретиться до этого, я относился панибратски и в отличие от полубогов никому никогда не оказывал должного уважения. Даже Артемиде. К ней я относился именно как к подруге, но никак не к могущественному существу. Хотя она привыкла и не возмущалась по этому поводу, позволяя мне чуть больше, чем остальным. Танатос же не был похож на обычного бога. От него веяло какой-то первобытной мощью и... мудростью что ли. Он действительно был богом смерти. Даже не так. Он и был самой Смертью! — Ммм... здравствуйте, — тихо сказал я. — Вряд ли это удачное слово для Смерти, — медленно проговорил Танатос. От его глубокого, проникновенного голоса у меня мурашки побежали по коже. — Встаньте! Мы с Талией поднялись на ноги, продолжая тревожно смотреть на бога смерти. Почему-то когда я представлял себе встречу с Танатосом, то в своих мыслях вел себя куда смелее. А теперь я даже слова не могу вымолвить, его аура наводила на меня ужас. Я вдруг понял, что Танатос внимательно осматривает меня, и от этого мне стало еще больше не по себе. Лучше бы он смотрел куда-нибудь в стену. — Тебе уже доводилось умирать, мальчик. Я вижу отпечаток смерти на твоем лице, — четко выговаривая каждое слово, сказал бог. Сердце быстрее забилось от его слов. Я понял, Танатоса точно не получится обмануть, раз он даже увидел, что я вовсе не из этого мира. Никто, ни один бог еще не мог этого понять. Черт возьми, мне даже страшно думать, насколько же был силен Смерть. — О чем он говорит? — едва слышно спросила Талия. — Да так, ни о чем, — пробормотал я, умоляюще посмотрев на Танатоса. Бог никак не отреагировал на мою молчаливую просьбу, но и не стал больше ничего говорить. Хотя, похоже, ему было просто плевать. — Никто никогда не зовет Смерть добровольно. Почему вы хотели меня видеть? — медленно произнес Танатос. — Ммм... нам нужна Ваша помощь, господин, — сказала Талия, неуверенно глянув на меня. — Мы подумали... Вы ведь работаете на Аида, Вы знаете все о смерти, и мы... — Смерть неразлучна с загробным миром, но я не работаю на Аида. Скорее, я работаю с ним, — поправил бог. — Я намного старше, чем вы думаете, и мне ни к чему подчиняться сыновьям Кроноса. Я своими глазами видел, как Гея покрыла собой всю Землю, как Уран раскинулся над ней, и как Понт заполнил собой глубины земли. Смерть вечна! Само существование и есть смерть! — Кто такой Понт? — прошептал я, проглатывая ком в горле. — Он был до Посейдона, это первичный бог всех морей. Сын самого Хаоса, — пискнула Талия. Черт возьми, сколько же лет Танатосу? Не удивлен, что он разговаривает с нами таким снисходительным тоном - для него мы просто младенцы. Да черт возьми, для него и Зевс, и даже Кронос будут детьми. Но, хоть тон Танатоса и был снисходительным, я не чувствовал какого-то презрения или высокомерия в его голосе, в отличие от того же Зевса. — А Вы... — я проглотил ком в горле. — Вы тоже сын Хаоса? — Я сын Эреба, мальчик. Бога, олицетворяющего собой тьму, первого порождения Хаоса, второго правителя всего сущего. — Понятно, — пробормотал я. Вот зачем он это все сказал? Я и без того чувствовал себя неуютно, а теперь совсем растерялся. — Полагаю, моя биография вам ни к чему! — размеренным шагом подойдя к кровати, Танатос сел, положив ногу на ногу, и посмотрел на нас. — Зачем вы меня вызвали? — Мы бы хотели знать у Вас, как можно воскресить убитого бога, — пролепетал я. — Убитого бога? — брови Танатоса вопросительно приподнялись. — Да, — встряла Талия. — Артемида, богиня охоты, была убита молниями Зевса. Скажите, ее можно как-нибудь вернуть, или она была убита? В смысле, она просто исчезла, или... — Просто так никто не исчезает! — покачал головой бог смерти. — В конечном счете все куда-то попадают. — То есть, Артемида все-таки где-то находится? — нахмурился я. — Она находится в Хаосе! — кивнул бог. Я перевел взгляд на Талию и увидел, как ее лицо резко побледнело. Что, неужели все так плохо? Я задумался, прокручивая в голове все, что знал о Хаосе. Это самый первый бог, он был еще до создания вселенной. Из него были порождены Нюкта, Тартар, Гея, Уран и другие первичные боги. Но раз Танатос говорит о нем, как о каком-то месте, значит, возможно, Хаос - что-то вроде Тартара. Хм, ну, может быть, не все так безнадежно. — Ладно, мы поняли. И как оттуда вернуть бога? — Вы не сможете никого вернуть из Хаоса, мальчик. Это не Тартар, где существа могут просто возродиться! Хаос это ничто, это небытие! Когда боги умирают, Хаос становится для них конечной точкой, где они и проведут остаток времени, пока существует вселенная, — терпеливо объяснил Танатос. — Да плевать, конечная это точка или нет! — вдруг яростно сказала Талия. Я дернул ее за руку и покачал головой, намекая, чтобы она была повежливее. Охотница вздохнула, успокаиваясь, и более почтительно добавила. — Всё ведь не может так закончится! Всегда есть какой-то способ все вернуть. Он должен быть! — Отрицать не буду, такие способы есть, — кивнул Танатос. — Если Хаос соблаговолит отпустить вашу маленькую богиню, она сможет вернуться к жизни. — Хорошо, мы можем поговорить с Хаосом и убедить его, — запальчиво сказал я. На лице Танатоса впервые появилась улыбка. — Какое раздутое самомнение. Ты явно переоцениваешь себя, мальчик. Никто не сможет поговорить с Хаосом. Он недоступен даже для меня и остальных первичных богов, и уж тем более для вас! Я слегка поморщился от его слов, но ничего не сказал - хотя, будь передо мной другой бог, я бы точно не стал бы сдерживаться. Но грубить Танатосу не хотелось, даже такой идиот, как я, прекрасно понимал, что это самоубийство. — Есть еще какие-нибудь варианты? — мрачно спросила Талия. — Есть. Я могу вернуть ее к жизни! — спокойно сказал Танатос. Мы с девушкой переглянулись. — И Вы так просто об этом говорите? — недоверчиво спросил я. — Зачем мне скрывать правду? Раз уж я с вами сейчас разговариваю, лгать я не собираюсь. Я повелеваю смертью всех в этом мире и неважно, люди это, животные или боги. Вот только это все равно ничего не изменит. Я не буду никого возвращать. Мертвые должны оставаться мертвыми. — Танатос, помогите нам, пожалуйста. Сделайте исключение, — Талия с мольбой на него посмотрела. — Просто мы воюем с богами, и Артемида очень важна для всех нас. Мы не сможем победить без нее! — Мне нет до этого никакого дела, девочка! — покачал головой бог. — Смерть нейтральна. Я забираю тех, чье время пришло, и меня не волнует, как и при каких обстоятельствах душа покинула тело. Я задумался над его словами, мысли лихорадочно заметались в голове. Мольбами Танатоса точно не пронять. На войну ему плевать с высокой колокольни, наши земные проблемы его не интересуют. Хм, может, угрозы? Нет, точно не тот случай. Танатос самый могущественный бог из всех, кого я встречал, и даже все полубоги лагеря не смогут его одолеть. Он просто всех убьет и даже не поморщится. Нет, надо как-то убедить его. Но как?.. — Предлагаю Вам сделку! — решительно сказал я. — Я выполню любое Ваше поручение в обмен на возврат Артемиды. — С ума сошел? — прошептала Талия, но я проигнорировал ее. — Зачем мне нужно заключать какую-то сделку со смертным? Какая мне от этого польза? — Танатос приподнял бровь. — Польза будет зависеть от Ваших желаний. Но я готов на все ради ее возвращения! — твердо сказал я. — И даже снова вернуться в мир мертвых ради нее? — многозначительно спросил Танатос. Я мельком глянул на Талию - та непонимающе смотрела то на меня, то на бога, но того мало волновала нервозность дочери Зевса - а я невольно задумался над словами Танатоса. Черт возьми, по-моему на сегодня лимит по подобным сделкам уже превышен. Но пожертвовать собой ради Артемиды, это не пожертвовать Рейной. Если бы Танатос предложил обменять мою любимую на богиню охоты, я бы отказался, не раздумывая. Но моя жизнь... Танатос сам сказал, что мертвые должны оставаться мертвыми, и я сам формально мертвец, хоть и умер не в этом мире. Но если его это так заботит, то почему бы просто не убить меня и не возвращать Артемиду? Не знаю, возможно, это его забавляло, и ему было интересно посмотреть, как я мучаюсь. Блять! — Черт возьми, какая злая ирония, — печально усмехнулся я. Талия очевидно заметила, как я мучаюсь, и попыталась вставить свои пять копеек. — Если вам нужна чья-то жизнь, то заберите мою! — решительно сказала Талия. — Твоя жизнь мне сейчас ни к чему, девочка! — ответил Танатос, даже не взглянув на нее. Талия, похоже, поняла, что спорить бесполезно и повернулась ко мне. — Паш, сам решай. Я не буду тебя осуждать, что бы ты не решил, — Талия на секунду сжала мою руку, пытаясь подбодрить. Я благодарно улыбнулся девушке, но легче не стало. Расстаться с жизнью и никогда больше не увидеть Рейну, было так себе перспективой. Но стоили ли все эти потуги, все эти горячие речи про возвращение Артемиды того, если я не готов пожертвовать собой ради нее? Талия только что прямо сказала, что готова пожертвовать собой ради Артемиды, так почему я тогда медлю? Отдать свою жизнь, чтобы Артемида вернулась. Отдать жизнь ради лучшей подруги... — У меня есть небольшое условие, — я проглотил ком в горле. — Это случится не раньше, чем закончится эта война. Сперва мы победим богов, и только потом Вы заберете меня. — А если ты умрешь до этого? — Танатос приподнял брови. — Тогда Вы получите меня даже раньше, — мрачно усмехнулся я. — Так что, Вы согласны? — Хм... согласен, — кивнул Танатос, внимательно смотря на меня своими золотистыми глазами. Я почувствовал, как сердце забилось в два раза быстрее. Черт, что же я творю? Час назад я яростно отверг предложение Немезиды, но согласился на сделку с богом смерти. Но Немезида бы точно не вернула Артемиду, да и жертвовать Рейной ради чего бы то ни было - это выше моих сил. А моя жизнь... Ладно, наверное, это все равно должно было случится. Да и, может быть, мне вообще суждено погибнуть в этой войне, а так я хоть отдам свою жизнь за возвращение Артемиды. Блин, неужели я правда только что согласился отдать свою жизнь? Поверить не могу, что я все-таки пошел на это... Эх, Рейна, а я так хотел остаться с тобой. Хотел увидеть тебя в белом платье, хотел увидеть, как растут наши дети. Вместе прожить с тобой всю жизнь, вместе состариться... Стоп! А чего это я уже хороню себя раньше времени? Танатос заберет меня, когда закончится эта война. Так ее можно затянуть хоть на годы и провести с Рейной больше времени. Но получится ли обвести Танатоса вокруг пальца?.. Я вдруг почувствовал, как Талия взяла меня за руку, сочувственно и с какой-то гордостью смотря на меня. Она прекрасно понимала, что именно меня тревожит, и очевидно переживала. Поддержка подруги слегка меня подбодрила, но, конечно, не настолько, чтобы я пришел в себя. — Ладно, и что мне надо делать? — мрачно спросил я. — Мне надо поклясться на Стиксе, чтобы наша сделка... — Клятва на Стиксе не имеет для тебя никакого значения, мальчик. Я знаю, ты сможешь разрушить ее, так что даже не пытайся обмануть меня! В голосе Танатоса засквозили металлические нотки, заставившие меня поежиться. Я понял, с ним шутки точно будут плохи, не стоит даже пытаться водить его за нос. — Я буду наблюдать за тобой и сам появлюсь, когда придет твое время! — твердо сказал Танатос. И вот как теперь заниматься с Рейной любовью, зная, что Танатос за мной наблюдает?.. — Ладно, и... и что теперь? — я перевел тему. — Вы вернете Артемиду? — Не все так просто, — покачал головой бог смерти. — Во-первых, мне понадобится сосуд, в котором ваша маленькая богиня была в последние минуты своей жизни... — Он у нас есть! — радостно вскричала Талия, я тоже расплылся в улыбке. — Мы как раз не стали сжигать ее тело. — Во-вторых, — продолжил Танатос, не обращая ни малейшего внимания на ее восклицания. — Мне понадобится жизнь. — Еще одна? Не слишком ли много жизней? — буркнул я. — Я ведь уже согласился отдать Вам свою жизнь в обмен на ее. Этого что, мало? — Твою жизнь я забираю за то, что помогаю вам, — сдержанно объяснил Танатос. — Но мне необходима жизнь, чтобы непосредственно вернуть вашу богиню. Хаос никого не отпустит просто так, должно произойти нечто вроде обмена. Кто-то должен занять место вашей богини, нужна жертва, чтобы... — Я готова! — решительно сказала Талия, перебив бога. — Я могу занять место Артемиды. — Талия, забудь об этом! — я взял девушку за руку и развернул к себе. — Я не дам тебе пожертвовать собой! — Ты только что согласился отдать свою жизнь за нее. И я тоже не собираюсь оставаться в стороне! — девушка выдернула руку. Я заметил, как Танатос улыбнулся уголками губ, наблюдая за нашей перепалкой. — Паш, я знаю, что делаю. Если это вернет Артемиду... — Она была бы против этого. Она бы точно не хотела, чтобы ты пожертвовала собой! — Точно так же она была бы против и твоей жертвы, но ты все равно согласился. Так что, даже не пытайся меня остановить, или хуже будет! — Нет, Талия, забудь! — твердо сказал я, посмотрев ей в глаза. — Можешь избить меня, можешь хреначить меня током сколько угодно, но я не дам тебе этого сделать! Ни один мой друг больше не умрет! Лишь сейчас, смотря в ее ярко-голубые глаза, я понял, что не могу поступить иначе, несмотря на всю трусость, эгоизм и желание спрятаться за спинами ребят! Мне было крайне трудно принять решение пожертвовать собой, но я готов пойти на это ради близких мне людей. Именно поэтому я тогда вызвался отвлечь богов в разрушенном Лагере Полукровок. Чтобы найти Рейну и дать Перси, Артемиде, Талии и Аннабет уйти, а вовсе не ради спасения полукровок. Мне было плевать на всех. На всех, кроме тех, кем я дорожу всем сердцем! И пусть я по-прежнему являюсь эгоистом, пусть я позволю сотне людей сдохнуть и даже бровью не поведу, но я никогда не принесу в жертву своих близких и лучше отдам жизнь за них! — Позволю себе вставить слово, — встрял Танатос. — Твой порыв благородный, девочка, но это все не имеет никакого смысла. Твоя жизнь не годится, в Хаосе могут находиться только души богов, и лишь божество может занять место вашей богини. — Значит, мы должны принести в жертву бога? — уточнила Талия. — Вам никого не нужно приносить в жертву. Если вы убьете бога, он просто отправится в Хаос, а нужно произвести обмен. — И как... как тогда произвести этот обмен? — растерянно спросил я. — Вам - никак. Его произведу я, раз уж я согласился вам помочь. Доставьте мне бога, и я все сделаю. — И какой бог Вам нужен? Куда его доставить? — уточнил я. Блин, чем больше Танатос говорит, тем больше вопросов возникает. —Да, и как будет происходить сам обмен? — добавила Талия. — Как будет происходить обмен, вас не касается. Что насчет бога... — Танатос на секунду задумался. — Нужен примерно равный по силе бог, чтобы обмен душ был равноценен! — Танатос встал с кровати. — Просто доставьте бога сюда и призовите меня. Я вас услышу. Надеюсь, вам все понятно? Танатос посмотрел сперва на меня, потом на Талию. Так как мы оба ничего не сказали, бог смерти удовлетворенно кивнул и, ничего больше не говоря, растворился во тьме. Фух, наконец-то можно расслабиться, хотя... — Ммм... а сейчас еще не поздно сказать, что мне кое-что непонятно? — пробормотал я. — Наверное, уже поздно, — растерянно сказала Талия. — Надо все рассказать Рейне и Перси, они должны знать об этом. — А стоит ли? — я с сомнением глянул на охотницу. — У них и так хватает проблем. Рейна занимается римлянами, Перси греками. Мы и сами сможем справиться, тем более нам с тобой особо нечем заняться. Да и потом, страшновато немного. Если бы я, например, узнал, что Рейна в тайне от меня разговаривала с богом смерти, мне бы это точно не понравилось. А учитывая, какая Рейна вспыльчивая, она мне точно голову оторвет. — Ничего с тобой твоя Рейна не сделает! — уверенно сказала Талия. — Если хочешь, я скажу, что это была моя идея. Думаю, Перси более спокойно к этому отнесется. — Как знать, — вздохнул я. — Только зачем нам выяснять с ними отношения, если мы... — Нет, Паш! Забудь об этом! Мы не можем взять в плен бога и провернуть возвращение Артемиды в тайне ото всех. Мы расскажем им все! — тоном, не терпящим возражений, сказала охотница и вышла на улицу. Да уж, спорить с ней бесполезно. Ладно, в принципе, в ее словах была логика. Нам известно, как вернуть Артемиду, и хотя бы Рейне и Перси стоит рассказать об этом. Но не обо всем... — Талия, секунду! — я схватил девушку за плечо, заставляя ее остановиться. Она вопросительно на меня посмотрела. — Не рассказывай, пожалуйста, никому, что я заключил сделку с Танатосом. Скажем, что он просто согласился нам помочь, ладно? — Зачем это скрывать? — Талия непонимающе на меня посмотрела. — И кстати, почему Танатос сказал, что ты уже умирал? — Клиническую смерть пережил несколько лет назад, — пробормотал я. Ну, не говорить же, что я не из этого мира. Хватит того, что Рейна знает об этом, я помнил, как ей трудно было принять эту информацию. Лучше соврать. — Пожалуйста, Талия, я не хочу, чтобы Перси или тем более Рейна знали, что мне недолго осталось. Просто я не хочу, чтобы она... — я осекся, почувствовав, как к горлу подступили слезы. На лице Талии промелькнуло понимание и сочувствие, она вдруг шагнула ко мне и крепко обняла, явно пытаясь поддержать. Я молча приобнял девушку, усиленно пытаясь проглотить слезы. Да уж, чувствую, смириться, что мне недолго осталось жить, будет непросто. Формально меня и так в любой момент могут убить, но оставаться в неведении всегда лучше, чем знать, что едва война закончится, за мной тут же явиться всемогущий бог смерти, и сбежать от него никак не получится. — Паш, это было очень благородно, — Талия отстранилась от меня и мягко улыбнулась. — Если для тебя это так важно, я ничего не расскажу ребятам. Но может быть, еще не все потеряно. Я тебя не оставлю, и мы попробуем найти какой-нибудь выход вместе. Как бы то ни было, я рада, что у тебя хватило мужества пойти на такое, и очень горжусь тобой! — Талия быстро чмокнула меня в щеку. Конечно, мне было безумно приятно слышать слова поддержки от Талии, это правда очень дорого стоило для меня, тем более, что только она знает о моей сделке с Танатосом. Но особой надежды ее слова не прибавили. Водить за нос Танатоса будет чревато печальными последствиями не только для меня, но и для всех, кто к этому будет причастен. И подвергать своих друзей опасности лишний раз мне меньше всего хотелось. — Ладно, давай расскажем Рейне и Перси хотя бы о плане вернуть Артемиду, — миролюбиво сказала Талия. — Буди свою ненаглядную, а я пойду за своим... — Парнем? — улыбнулся я. — Другом, — поправила меня Талия, мрачно вздохнув. — И зачем ты себя продолжаешь мучить? Ты точно мазохистка. — Я и сама себе это не раз говорила, — Талия печально улыбнулась. — Но не хочу предавать Артемиду снова, и даже не пытайся меня переубедить. Тем более, если у нас все получится, она скоро снова будет с нами, и мне точно станет не до отношений. — Ладно, поступай, как знаешь, — кивнул я, не став спорить. — Пойду за Рейной, встретимся через пятнадцать минут в принципии. — Хорошо. И да, не забудь поговорить с Перси, а то я организую тебе встречу с Танатосом раньше срока! — девушка многозначительно посмотрела мне в глаза. — Поговорю обязательно, — робко улыбнулся я.