Глава 49. Сестры

Вопреки мои ожиданиям Гера не забросила нас в Тартар или на Эверест. После нескольких секунд темноты и невесомости, мы с Рейной обнаружили себя в десятке метров от Лагеря Юпитера... вернее того, что от него осталось. Я даже сперва не узнал этот некогда величественный римский лагерь. Стены Лагеря Юпитера сгорели почти дотла, лишь валяющиеся обугленные и всё ещё слегка дымящиеся остатки дерева напоминали, что еще совсем недавно здесь были стены. За этим пепелищем виднелись полуразрушенные строения казарм и прочих сооружений. — О, боги... — прошептала Рейна. — Пора бы уже перестать так говорить, — пробормотал я. Хотя я сейчас прекрасно понимал Рейну. Даже не полуразрушенный лагерь шокировал и приводил в ужас, а многочисленные трупы, лежащие чуть ли не везде, куда хватало глаз. Слышались тихие стоны боли, кто-то всхлипывал. — Что там сказала Гера? Боги здесь проиграли, да? — прерывисто вздохнула Рейна, мы с ней аккуратно переступили тлеющие деревяшки, оставшиеся от стен, и вошли в лагерь. — По крайней мере, хоть кто-то уцелел, — я указал рукой на горстку полубогов в отдалении, таскающих неподвижные тела. — Мне даже страшно подумать, сколько здесь погибло ребят, — покачала головой Рейна. Она присела возле какого-то раненого полубога в окровавленных римских доспехах и молча отвязала от своего пояса небольшую фляжку с нектаром. — Претор... — парень посмотрел мутными глазами на девушку. — Тише, тише. Пей и ни о чем не думай, всё уже закончилось, — Рейна вымученно улыбнулась. — Пойду пока к ребятам, — пробормотал я, дочь Беллоны молча кивнула. Оставив Рейну заниматься ранеными, я направился вперед, в ужасе оглядываясь по сторонам. Да уж... Если уцелело десятка три полубогов, это уже чудо. На меня никто не обращал внимания, у всех немногих ребят, которые попались мне на пути, был страшно измученный вид, но тем не менее все пытались в первую очередь помочь раненым и унести трупы в сторону. Я старался гнать от себя мысли, что Перси или Талия также погибли в этом аду. Я бы не стал ставить против них ни при каком раскладе, но судя по разрушениям и количеству трупов, победа была буквально выцарапана, и всё может случиться. И какое же облегчение я испытал, увидев Талию и Перси, разговаривающих с Гекатой и Фебой. Я тут же рванул к ним, невзирая на усталость и боль в мышцах. — Ребята... — крикнул я, привлекая их внимание. Они вчетвером повернули ко мне головы, на их лицах одновременно появилась улыбка. — Я же сказала вам, этому дураку чертовски везёт, он ни за что не помрёт, — проворчала Феба так, чтобы я услышал. — Не дождёшься, — улыбнулся я охотницей, та в ответ усмехнулась. — А мы как раз вас обсуждали, думали, как вам помочь. Хорошо, что вы вернулись, — Талия шагнула мне навстречу и крепко обняла меня за шею. Я слегка приобнял ее за талию. — Ну ладно, ладно, а то Рейна увидит, заревнует еще, — ухмыльнулся я. — С ней ведь все в порядке? — дочь Зевса отпрянула от меня. — Едва не погибла, но всё уже позади. Она осталась у входа в лагерь, чтобы помочь раненым, а я вот решил вас разыскать, — сообщил я и перевел взгляд на Перси, протягивая ему руку. — Джексон, выглядишь просто ужасно. — Ага, я тоже рад тебя видеть, — закатил он глаза, крепко пожимая мою ладонь. — Я серьёзно, выглядишь так, будто побывал на том свете. — Ты не поверишь, но так всё и было, — развел руками парень. Я изумлённо посмотрел на него, но похоже, он действительно не шутил. — Так, ты мне потом всё расскажешь, что у вас тут было, — твердо сказал я и глянул на Гекату. — А мы будем обниматься? — Ага, держи карман шире, — закатила глаза богиня магии, скрестив руки на груди. На ее плече я заметил большое пятно от ихора, она явно была ранена. Меня переполняло любопытство узнать подробности, но я решил оставить это на потом. — Вот злюка, до сих обижается, — пробормотал я. — Феба, тебе обняться не предлагаю, я ещё пожить хо... Охотница вдруг молча шагнула ко мне и быстро приобняла меня за шею, тут же отпрянув, чем сильно меня удивила. Хм... приятно видеть такую лояльность от мужененавистниц. — А где Артемида? — с беспокойством спросила Феба. — Осталась пока на Олимпе, — сообщил я. — После смерти Лето ей нужно немного времени, чтобы прийти в себя, и мы не стали ее тревожить. Да и так как Зевс мёртв, остальные боги вроде как прекратили сопротивление. По крайней мере, Гера точно, и я полагаю, остальные тоже. В любом случае, Артемида присмотрит пока за Олимпом. С каждым моим словом глаза ребят все больше расширялись от изумления, и я с улыбкой рассказал им всё с самого начала более подробно. О ловушках Гефеста и последующей встрече с самим богом кузнечного дела, о Зевсе и Лето, о том, как громовержец вынудил шантажом Артемиду сражаться с нами, о самопожертвовании титаниды, и сражении с Зевсом, в ходе которого мы одолели бога, но Рейна получила смертельное ранение, и о ее спасении Герой, Артемидой и Беллоной. — Гера выглядела очень недовольной, но вроде как смирилась с поражением и ничего предпринимать не собирается. А великий громовержец, да, мёртв и больше не потревожит нас, — подытожил я. — Да уж... даже не верится, — в шоке покачал головой Перси. — Не сладко вам там пришлось, хорошо, что всё закончилось наконец. — И не говори. А что у вас здесь было? И ты что, правда умирал? — заинтересованно спросил я. Теперь настала уже моя очередь удивляться. Перси во всех подробностях рассказал об их ужаснейшем сражении с Никой и другими богами. Талия, Геката и Феюа периодически что-то вставляли, дополняя картинку. Да уж... Несмотря на наше сражение с Зевсом, Гефестом и моё лично с Артемидой, наша вылазка не идёт ни в какое сравнение с тем, через что прошли здесь полубоги. Я с замиранием сердца слушал о десятках погибших, о Лейле, Уилле и других ребятах. — Да чтоб меня! — шокировано произнес я, когда Перси рассказал о смерти Селин. Ох, черт возьми... Хоть мы и на войне, а точнее были на ней, я даже как-то не задумывался о возможной смерти своих близких друзей. Но сперва погибла Аннабет, потом Артемида, а теперь и Селин. Но черт возьми, почему именно она? Селин совершила много ошибок, но она заслужила своё счастье. Но всё это теперь уже пустые разговоры, она мертва! — Жаль ее. Очень! — печально вздохнул я. — Селин заслуживала свое счастье больше, чем кто-либо из нас, она достаточно настрадалась за свою жизнь. — Лично я согласна, — кивнула Талия. — Но она наверняка попала в Элизиум. Так себе, конечно, утешение, но это лучше, чем вообще ничего. — Ты права, Талия. Это так себе утешение. — Мы еще не рассказали про... — Рада видеть вас всех живыми! — сзади меня послышался голос претора. — Рейна! — Талия с радостной улыбкой шагнула ей навстречу, крепко обнимая подругу. На некоторое время все снова погрузились в приветственные объятия и радостные улыбки. Хотя я заметил, что все в присутствии Рейны вели себя очень неловко, как-то сочувственно поглядывая на нее. — Ты хотел что-то сказать, — напомнил я Перси, когда с приветствием было покончено. — Эм... да, — неуверенно сказал сын Посейдона, поглядывая на дочь Беллоны. — Лучше, наверное, вам самим увидеть. — Я пойду пока к охотницам, — пробормотала Феба. — А я помогу раненым, тут работы хватает, — кивнула Геката. Они обе оставили нас, а мы с Рейной, недоуменно переглянувшись, направились вслед за Перси и Талией. У меня было очень нехорошее предчувствие, и я начинал догадываться в чём дело - неловкие, сочувственные взгляды на Рейну и мрачные, заплаканные лица у многих амазонок, которые встречались нам на пути, наводили на определённые мысли. Ох, нет... Очень надеюсь, что я ошибаюсь. — Сколько же ребят ранено, сколько погибло, — с болью прошептала Рейна, оглядываясь по сторонам. — Да, мы едва-едва вырвали победу. Но если бы не Перси, мы бы не победили. Именно он одолел Нику! — Талия с гордостью посмотрела на парня. — Ты мне льстишь, мы все совершили невозможное, — улыбнулся сын Посейдона. Глядя на них, я невольно потянулся к руке Рейны. Очень хотелось почувствовать рядом родного, любимого мне человека и ощутить его тепло. Рейна мельком глянула на меня, слегка улыбнувшись, и молча переплела пальцы с моими. Через несколько минут мы увидели вдалеке группу девушек, стоящих полукругом спиной к нам. Все они на что-то смотрели, и многие, судя по звукам, плакали, что порядком меня насторожило. Хоть повсюду в лагере встречались плачущие полубоги, скорбящие по своим друзьям, братьям и сестрам, но в этом случае уж слишком большим было скопление ребят. Когда мы были уже в нескольких метрах от этой группы, к нам, видимо, услышав наше приближение, повернулась девушка с длинными русыми волосами, в который я узнал Нэнси. У амазонки были заплаканные глаза, но она все равно радостно и тепло улыбнулась нам. Я кивнул ей в ответ и в недоумении уставился на ее талию, на которой красовался пояс царицы амазонок. Мои подозрения только усилились, в груди все похолодело от волнения и мрачных мыслей... — Что происходит? — нахмурившись, спросила Рейна. Я почувствовал, как девушка нервно сжала мою ладонь. — Рейна, ты... — успокаивающе начал Перси, но претор, не обращая внимание на сына Посейдона, прорвалась через стоящих полукругом амазонок и замерла в ступоре. Я стоял прямо за дочерью Беллоны и прекрасно видел из-за ее спины, что произошло. Перед нами лежало тело Хиллы. Кожа девушки была невероятно бледной, лицо безмятежным, но все внимание приковывала к себе чудовищная рана на ее груди. — Нет, нет, нет... Не может быть! — тихим дрожащим голосом произнесла Рейна. На нее было просто страшно взглянуть. Дрожащий подбородок, безмерная скорбь на лице, а сколько же боли было в этих словах... Рейна без сил упала на колени перед бездыханным телом сестры и горько разрыдалась, закрыв лицо руками. Все молча стояли вокруг них, слушая эти невыносимые рыдания, наполненные болью и отчаянием. Наверное, это был самый жуткий плач, который мне доводилось слышать - плач девушки, потерявшей самого дорогого для нее человека - свою сестру, я ведь прекрасно помнил, какие отношения связывали Хиллу и Рейну. Это были не просто родственные отношения, они были не просто сестрами друг для друга. Они были словно две половинки одного целого. Потеряв отца, у них больше никого не было, кроме друг друга. Через какие бы трудности они не проходили, какие бы разногласия между ними не возникали, они безмерно любили друг друга и всегда были готовы не просто поддержать, но и буквально разделить друг с другом все переживания и проблемы. И теперь ничего этого нет! Хилла погибла, а Рейна не просто потеряла самого близкого человека, она буквально лишилась части своей души. Я почувствовал, как у меня по щеке побежала слеза, и быстро вытер ее. Да хотя у всех, кто стоял здесь, глаза были на мокром месте. Хилла для всех была близка - для кого-то любимая царица, а для кого-то хороший друг. Мы с ней общались, к сожалению, не так много, как хотелось бы, но даже и тех дней было достаточно, чтобы проникнуться к строгой, но доброй и отзывчивой девушке теплом. Ее будет не хватать не только Рейне, ее будет не хватать всем! — Как это произошло? — хрипло спросил я, глянув на Перси. — Ника... — коротко ответил парень, больше не вдаваясь в подробности. Да и, пожалуй, этого было достаточно. А вдаваться в рассказ перед скорбящей, плачущей Рейной об убийстве ее сестры точно не стоило. А вот что точно стоило - так это не дать Рейне утонуть в горе. Я молча присел рядом с дочерью Беллоны и мягко обнял ее, претор уткнулась носом мне в плечо, продолжая всхлипывать. Я гладил ее по спине, чувствуя, как содрогается ее тело от рыданий, шептал ей нелепые слова утешения на ухо. Возможно, все это имело маленький эффект и не могло утешить, но я должен был дать ей понять, что она не одна. Не знаю, сколько прошло времени, но постепенно рыдания Рейны стихли, она лишь периодически всхлипывала. — Рейна, родная, пойдем со мной в принципию, — прошептал я. Девушка подняла на меня красные, заплаканные глаза и неуверенно кивнула. Я встал на ноги и помог подняться Рейне. Большинство ребят, стоящих вокруг нас, уже разошлись. Ушли и Талия с Перси, но я их понимал - у них работы много, и они не могут провести весь день, утопая в скорби. Нэнси и несколько амазонок по-прежнему стояли рядом, и я понял, что они хотят унести тело Хиллы и просто ждали, пока Рейна выплеснет свои эмоции. — Потом поговорим, — одними губами произнесла Нэнси, когда я пересекся с ней взглядом. Я молча кивнул и медленно направился к принципии, не отпуская Рейну и крепко прижимая ее к себе. Она периодически всхлипывала и слегка дрожала. Мне было настолько жаль ее, что просто не описать словами. Я даже не представляю, что она сейчас чувствовала, у нее ведь буквально выдернули сердце из груди. Все, что мне сейчас хотелось - это ни на минуту не отходить от нее и хоть немного отвлечь ее от этой чудовищной боли, что сейчас была внутри нее. Рейна очень сильная девушка, но такой удар способен сломать любого. Усадив Рейну в принципии на ее преторский стул, я быстро направился к кулеру. Рейна, не глядя, осушила стакан воды и уставилась невидящим взглядом в стену в полной апатии. Присев на подлокотник стула, я слегка приобнял девушку, с беспокойством смотря на нее и пытаясь подобрать правильные слова. — Рейна, послушай... я понимаю твои чувства сейчас, понимаю, насколько тебе плохо, но я хочу лишь сказать - ты не одна! — я сильнее прижал ее к себе, Рейна никак не отреагировала. — Вряд ли какие-то слова способны утешить и привести тебя сейчас в чувства, но прошу... — Это из-за тебя Хилла вступила в войну! — тихо сказала дочь Беллоны. Я аж опешил от этих слов. Не понял... — Рейна, почему ты так... — Это ты попросил ее вступить в войну, когда мы были у амазонок после аварии с Дионисом! — Рейна быстро вытерла побежавшую по щеке слезу и вскочила со своего стула. — Если бы не твоя просьба, Хилла осталась бы в Сиэтле и была бы жива. — Ты ведь и сама прекрасно понимаешь, что Хилла приняла бы это решение независимо от меня. — Нет! Я пыталась уговорить ее остаться там, и если бы ты меня поддержал, ее получилось бы убедить, и она не вступила бы в войну! Если бы ты тогда не пошел к амазонкам... — Если бы я не пошел к амазонкам, ты бы умерла! — резко прервал я Рейну, смотря в ее красные от слез глаза. — Рейна, я понимаю твои чувства, твою боль, но не надо обвинять меня. Я не пророк, не вижу будущего, и я никак не мог знать, что всё так закончится. Мне жаль, что так получилось, правда, и я сам корю себя за это, но прошлого не вернуть. — Лучше бы я умерла, чем Хилла, — всхлипнула Рейна. Девушка опустилась на один из стоящих вокруг стола стульев и горько разрыдалась. Я замер, растерянно смотря на нее. Не могу смотреть, как она плачет. Сердце просто разрывается от боли! Я проглотил поступившие к горлу слезы и подошел к полубогине. — Рейна, послушай, — хриплым от слез голосом сказал я. — Твоя сестра была героем! И она погибла, как герой. Она не будет забы... — Ты думаешь, меня это утешит?! — сквозь рыдания спросила она. — Моя сестра мертва, никакие слова это не изменят. Уйди, дай мне побыть одной! — Рейна... — Паш, уйди, я сказала! — закричала девушка. — Я не хочу тебя видеть! Я замер, растерянно смотря на нее. Заплаканные глаза Рейны яростно смотрели на меня. Никогда еще я не слышал от нее такого! Никогда она не смотрела на меня так яростно! Лучше бы она воткнула в меня нож - было бы менее больно. Она правда обвиняет меня в смерти Хиллы, она не хочет меня видеть... Слышать такое от любимой девушки - это что-то за гранью! Я молча развернулся и вышел из принципии. Ничего не видя перед собой, я пошел прочь. Слезы обиды, злости и одновременно сострадания застилали все перед собой. Я понимал, отчасти моя вина в этом тоже есть, я бы мог помочь тогда Рейне уговорить Хиллу не вступать в войну, но что сделано, то сделано, а обвинять и отвергать от себя любимого человека - это уже слишком. — Паш... — ко мне подошел Перси, останавливая меня. — Как Рейна? — Сходи сам посмотри, если хочешь, — зло ответил я. — Что случилось? — в его голосе послышалось беспокойство. — Перси, я не хочу о ней говорить. Она послала меня, обвинила меня в смерти Хиллы... Перси, объясни, в чем я виноват?! — я вытер слезы, бегущие по щекам. — Ни в чем и не принимай это близко к сердцу. Ты же понимаешь, что она сказала это в состоянии аффекта. На самом деле, она прекрасно знает, что ты не виноват. Тебе лучше вернуться к ней, твоя поддержка ей сейчас как никогда необходима. Конечно, я прекрасно понимал, что Рейна сказала мне все это сгоряча. Ей необходимо было выплеснуть свои эмоции, свою боль, и я лишь оказался рядом. Но я тоже не каменный. Никогда не стоит выплескивать весь негатив на своих родных, как бы плохо тебе ни было, иначе последствия могут быть непоправимыми! — Пусть побудет одна, потом с ней поговорю, — пробормотал я, обходя полубога. — Ну не будь ты идиотом. Да, она погорячилась, но пойми ты ее, она же только что потеряла сестру. Вы же любите друг друга! И из-за одной фразы ты готов оставить ее одну в этом горе. — Перси, я не оставляю ее одну, просто... просто дай мне немного подумать, я потом к ней вернусь, — вздохнул я. — Ну смотри, — с сомнением сказал Перси. — Я собираюсь отправиться в Царство Мертвых, надо вернуть Аиду меч, не хочешь со мной? Тебе стоит немного отвлечься. — Нет, спасибо. Прогулка по Подземному миру вряд ли отвлечет, скорее наоборот, — покачал я головой. В моей голове был просто рой мыслей, и я направился, куда глаза глядят, ощущая спиной сочувствующий взгляд Перси. Чувствовал я себя просто отвратительно, самый дорогой и родной для меня человек только что фактически послал меня, и я просто не знал, что делать. Понимал ли я Рейну? Умом да, с такой потерей и такими эмоциями нелегко справится, но мое сердце просто изнывало от боли. Мне хотелось вернуться, хотелось утешить Рейну, но она сейчас в таком состоянии, да и я тоже, что мы запросто можем поссориться, и последствия могут быть непоправимыми. Нет, я лучше дам ей время побыть немного наедине со своими мыслями, попозже поговорю с ней. Поглощенный этими мрачными мыслями, я вышел за ворота, вернее за их обломки, на дорогу, ведущую в Новый Рим. Вдалеке виднелись группы ребят, праздновавшие победу, а также тех, кто возвращался назад в Лагерь Юпитера. Я присел на одно из обугленных бревен, наблюдая за этой суетой и думая, что делать дальше. — Чего нос повесил? — сзади меня послышался голос Артемиды. Богиня охоты подошла ко мне и присела рядом. — Да так... С Рейной немного поругались, — коротко ответил я, не вдаваясь в подробности. — Как там на Олимпе? Я думал, ты надолго пропала. — Надо помочь вам здесь, много раненых. Я вернусь на Олимп позже, а пока там все спокойно. Кто-то из богов, конечно, возмущается, но в целом большинство смирилось с поражением. Думаю, никто уже не будет продолжать эту войну. — И что будет дальше? — неуверенно спросил я. — Мы ведь разрушили сам миропорядок, который существовал тысячелетия. — Что-то поздно ты задаешься этим вопросом, — мрачно усмехнулась Артемида. — Возможно, какие-то последствия и будут, но я полагаю, ничего катастрофического не случится. Мир существовал до богов, будет существовать и после них. — Надеюсь, так и будет, — вздохнул я. Я, конечно, порой задумывался о последствиях уничтожения Олимпа и олимпийцев, но как-то в голове сидела одна война и стремление к победе. Да и я всегда следовал принципу решать проблемы по мере их поступления. — И что теперь, выберем нового верховного бога? Лично я голосую за тебя. — Спасибо, конечно, — улыбнулась Артемида, — но я полагаю, это все лишнее, все боги останутся на своих позициях. — Мы еще с ними поговорим потом, не просто же так мы воевали, надо чтобы они приняли наши условия. — Думаю, с этим проблем уже не будет. — Надеюсь на это, — я посмотрел богине в ее серебристые глаза, в которых металась плохо скрытая печаль и боль. — Артемида, ты как? — А как я могу быть? — развела руками девушка. — Я за один день потеряла и мать, и отца, которого сама же и убила. Я осталась одна, у меня теперь ни брата, ни родителей. — У тебя есть мы все, Артемида - охотницы, я, другие ребята. Думаю, глупо отрицать, что за эту войну мы все очень сблизились, и мы все всегда готовы поддержать тебя. — Я знаю, — печально улыбнулась Артемида, плохо пытаясь скрыть боль в голосе. — Но ты же и сам понимаешь, что это не то. И я прошу тебя, давай больше не будем говорить об этом. Я ценю, что ты пытаешься утешить меня и привести в чувство, но это лишнее. Мне просто нужно время. — Да, понимаю, — кивнул я. Мне очень хотелось сказать что-то ободряющее подруге, но не думаю, что ей самой бы это понравилось. Уверен, она и сама прекрасно понимала, что я готов поддержать ее во что бы от ни стало, но она сама этого не хотела, предпочитая оправиться от потерь в одиночку. — Лучше расскажи, из-за чего поругались с Рейной, — перевела тему богиня. — Из-за Хиллы, — вздохнул я. Артемида сочувственно на меня посмотрела и кивнула, и я понял, что она уже слышала о смерти дочери Беллоны. — Рейна обвинила меня в ее смерти, сказала, что это из-за меня она вступила в войну. — Она сказала это в сердцах, уверена, она не хотела тебя оскорбить. — Я знаю, и ты не первая, кто мне это говорит, просто... просто очень больно слышать такое от самого дорогого человека. И я не знаю, что будет дальше. — Что будет дальше?.. — переспросила она. — Ты хочешь с ней расстаться что ли? — Нет! — тут же сказал я. — Я просто не знаю, что сейчас делать. Я хочу с ней поговорить, но я не знаю как, и боюсь, что могу сделать только хуже. — Паш... Скажи, ты любишь Рейну? — Больше жизни! — тут же ответил я. — Она - мое сердце. — Так делай то, что оно тебе подсказывает, и не забивай себе голову, — улыбнулась Артемида. Я прокрутил в голове все моменты, что мы с Рейной провели вместе. Вспомнил, как она согласилась стать моей девушкой, вспомнил как она, смеясь над моей очередной глупой шуткой, обнимала меня за шею и нежно целовала, вспомнил наш первый секс, как она сказала, что любит меня, вспомнил, какой милой она была, когда злилась на меня и веселой, когда радовалась. Вспомнил, ее глаза, полные беспокойства, отчаяния и любви, и как она нежно гладила меня по голове, когда я был смертельно ранен Перси. Я проглотил ком слез, стоявший в горле. Все счастливые моменты в моей жизни, все самое хорошее было связано с Рейной. Она самый дорогой человек в моей жизни! Я люблю ее больше жизни! Я ни за что не оставлю ее и все сделаю, чтобы вернуть ее вырванное из груди сердце на свое место! — Я не оставлю ее! Никогда! Я всё сделаю, чтобы она перестала чувствовать эту чудовищную боль и снова стала собой, — решительно сказал я. — Не упусти свое счастье! — ободряюще улыбнулась Артемида. — Не повторяй моих ошибок. — Твоих ошибок? Что ты имеешь в виду? — нахмурился я. — Я... я никогда никому не рассказывала об этом, хотя полностью в секрете это так и не получилось удержать, — грустно усмехнулась богиня. — Когда-то давно я тоже любила. Возможно, ты слышал об Орионе. В моей голове тут же всплыл красноглазый гигант, рожденный для убийства Аполлона и Артемиды, и влюбившийся в последнюю. Но все эти воспоминания затмило собой сказанное только что богиней. Вот так номер. — Так значит ты... И он... Ух ты! — удивленно протянул я, пытаясь собрать мысли в кучу. — Ага, — улыбнулась Артемида. — Аполлон приревновал меня в свое время, подумал, что я могу нарушить свою клятву хранить обет целомудрия... — А ты правда могла пойти на это? — я удивленно посмотрел на нее. — Еще один такой вопрос и до разговора с Рейной не доживешь, — предупредила Артемида. Я тут же спохватился и кивнул, хотя все же заметил, как богиня слегка покраснела, но разобрать, то ли от гнева, то ли от смущения было невозможно. — Хм... и в общем, Аполлон наслал на него безумие, в результате чего Гея его вскоре убила. Простить брата было нелегко, но со временем все это забылось. В конце концов, надо двигаться дальше, а не таить злобу и обиду на своих близких. — Но ведь он лишил тебя возможности обрести свое счастье, — пробормотал я. — Ты говоришь прямо как Талия. Поверь, я и так счастлива. Аполлон был прав, я дала волю эмоциям и чуть было не оступилась. Я благодарна ему! — Нет, Артемида, не благодарна, — покачал я головой. Богиня очень хорошо умела скрывать свои истинные чувства, но я достаточно долго с ней общался, чтобы видеть то, чего не видели другие. — Я же вижу, ты действительно любила Ориона и хотела быть рядом с ним, но Аполлон помешал этому. И ты так и не смогла простить его за это. — Паш... не говори так, пожалуйста, — тихо сказала Артемида. — Я не хочу обвинять своего мертвого брата за дела минувших дней... Пусть даже в твоих словах и есть доля истины. Я почувствовал невольное уважение к богине. Она продолжала защищать Аполлона, когда он фактически лишил ее шанса на счастливую жизнь. Артемида действительно была очень сильной, и я не про физическую силу. — Да, хорошо. Прости за эти слова, Артемида, я не хотел тебя обидеть или опорочить Аполлона. А скажи, зачем ты мне это все рассказала? — Просто хотела поделиться с тобой, — тепло улыбнулась девушка. Я почувствовал, как затрепетало мое сердце. Такими вещами никто не стал бы делиться просто так, и уж тем более такая, как Артемида. Насколько же она мне доверяла, раз рассказала такое?.. — Я встретила его в Тартаре, — вдруг едва слышно добавила Артемида, опустив глаза. — Ориона? Как?! — я изумленно посмотрел на нее. — Как и остальных гигантов, — вздохнула богиня. — Они хотели напасть на меня с ребятами, и Орион был среди них. Он отвлек их и дал нам время, за которое я успела перенести нас на поверхность. Я... я не знаю, что с ним стало после этого... — голос Артемиды слегка задрожал. Я сочувствующе смотрел на нее, не зная, что сказать. — Артемида, Орион поступил как настоящий герой. Но даже если все и закончилось для него плохо, он все равно вскоре возродится, он же в Тартаре, — ободряюще произнес я. — Я знаю, но это все равно мало что меняет. Его не вернуть! — вздохнула Артемида. — Да и даже если бы у меня была такая возможность, я не уверена, что пошла бы на это. — Пошла бы, — кивнул я. Богиня неуверенно на меня посмотрела, о чем-то задумавшись. — Возможно. Знаешь... Когда мы вернулись на поверхность, Талия сказала мне одну вещь, которая до сих пор сидит у меня в голове - нет ничего плохо и постыдного в том, чтобы признаться в своих чувствах. Пусть даже самой себе, — Артемида замялась, но всё-таки решилась сказать это. — Да, я любила Ориона! Несмотря ни на что любила и за ненавистью, страхом и долгом лишь скрывала свою любовь. Но к сожалению, всё это лишь пустые слова. Его не вернуть, и пусть лучше всё так и остаётся. Сказать, что я был поражён слышать из уст Артемиды признание в любви - ничего не сказать. Не представляю, как долго она убегала от себя, сколько скрывала все эти чувства, но как же я был рад, что она смогла найти в себе силы выговориться. — Артемида, я очень ценю, что ты решила поделиться со мной таким! — я посмотрел ей в глаза. — Но не унывай, мы ведь не знаем, как всё обернётся в будущем. Возможно, рано или поздно ты действительно будешь рядом с Орионом и обретешь свое счастье. — Даже если бы он стоял передо мной, я не уверена, что пошла бы на это. Слишком много препятствий, — покачала головой Артемиды. — Лишь те, что ты сама себе строишь. Можно быть сильной и независимой и стоя рядом с любимым, а не убегая от этого. Любовь действительно может сделать тебя слабым, но она может дать надежду и сделать сильнее. В правильных руках! Артемида неуверенно на меня глянула, но так ничего и не ответила. Я понял, она не собирается это обсуждать, ей нужно всё тщательно обдумать. Я видел, как ей нелегко даются эти мысли, ей очень тяжело даже допустить возможность кардинально изменить свою жизнь и стать одной из тех, кого ранее презирала. Не буду больше ее убеждать, что в этом нет ничего плохого. Пусть она сама всё обдумает и примет решение. Я на секунду приобнял Артемиду за плечи. Не знаю, зачем я это сделал, но все слова были излишни, а мне очень хотелось дать ей понять, что она не одна, и я всецело понимаю ее чувства. Артемида посмотрела на меня и тепло улыбнулась, давая знать, что поняла мой жест. — Если бы была такая возможность... — задумчиво пробормотал я ее слова. Меня вдруг осенило... Уж не знаю, сработает ли эта идея, но это однозначно, наверное, одна из самых безумных вещей, что я собирался делать. — Я, кажется, знаю, что делать, и как помочь Рейне прийти в себя, — проговорил я. — Рада это слышать, — улыбнулась девушка. — Может, нужна моя помощь? — Нет, думаю, справлюсь сам. Спасибо! — я нетерпеливо поднялся на ноги. — Я тогда пойду? — Иди-иди, я тоже отправлюсь в лазарет, помогу с ранеными, — Артемида поднялась следом и посмотрела мне в глаза напоследок. — Спасибо, что выслушал меня, мне это было нужно. — Не за что, подруга, ты всегда можешь на меня рассчитывать если что! — Как и ты на меня, — с улыбкой произнесла Артемида. — Иди же и не упусти свое счастье! — Ни за что! — твердо сказал я и уже было рванул назад в лагерь, но на секунду задержался и вновь посмотрел на богиню. — Артемида, хотел спросить. Когда мы с тобой сражались там, в тронном зале, ты правда была готова меня убить? — Ступай! — Артемида лишь улыбнулась краешками губ и, не став больше ничего добавлять, направилась к лазарету. Хм... Ну, будем считать, что это все же было представлением для Зевса, и Артемида не прикончила бы меня, если бы Лето не пожертвовала собой. Больше не мешкая, я бегом бросился к казарме, где жил Перси, надеясь, что он еще не отправился в Царство Мертвых... Фух, спасибо Господи. — Подождите! — заорал я, видя, что Перси вместе с Гекатой и Талией уже готов раствориться в тенях. Они удивленно на меня глянули, но остановились. Я подбежал к ним, пытаясь отдышаться. Через несколько минут я немного восстановил дыхание и поспешно рассказал тройке свой план. — Ты безумец! — покачала головой Геката. — Артемиды тебе было мало?! Вы и так нарушили все законы мироздания. — Да плевать, Геката! Пусть хоть весь мир рухнет, я сделаю это во что бы то ни стало! — нетерпеливо сказал я. — Если ты и правда это сделаешь, я даже не представляю себе чувства Рейны, — Талия восхищенно посмотрела на меня. — Да, думаю, она сойдет с ума от этого, — усмехнулся Перси и вдруг нахмурился. — Но как ты собираешься убедить Аида? Не думаю, что он с радостью пойдет на это. — Не знаю. Но во что бы то ни стало я это сделаю. Если понадобится использую его меч. — Используешь меч Аида против самого Аида? — изумленно спросила Талия. — Если понадобится, использую! — кивнул я. — Я же сказала. Безумец! — покачала головой Геката. — Безумцами мы были, когда воскрешали Артемиду, а сейчас все попроще. Ну так что, вы мне уступите? — я протянул руку за мечом Аида. — Может, не стоит идти одному? — с сомнением спросил Перси, но меч все же передал. — Я не один. Геката будет со мной, в крайнем случае поможет, я надеюсь, — подмигнул я Гекате. Я взял меч и тут же почувствовал уже привычное покалывание в ладони. — Нет, дружок! Меня в это не впутывай, я просто перенесу тебя туда и обратно, — недовольно сказала богиня магии. — Я вообще тебя еще убить хочу! — Ага, я тебя тоже люблю, Геката, — ухмыльнулся я. — Идем? Богиня магии закатила глаза и что-то пробормотала - небось хвалит меня, не иначе - но кивнула. Мы с ней встали в тень, девушка положила мне руку на плечо и сосредоточилась. Глянув на Перси и Талию, я увидел, что они с беспокойством смотрят на нас с богиней, и ободряюще им улыбнулся. В следующую секунду перед глазами все потемнело, я почувствовал, что куда-то проваливаюсь... Через пару минут я снова ощутил опору под ногами, взгляд прояснился. Осмотревшись, я понял, что нахожусь на каком-то поле неподалёку от огромного дворца, немного напоминавшего мне дворец Зевса на Олимпе. Вокруг меня туда-сюда бесцельно сновало бесчисленное количество полупрозрачных людей. Я никогда раньше не был в Царстве Мёртвых - и надеюсь, я сюда еще не скоро вернусь - но по описанию из книг и рассказам друзей я понял, что нахожусь на Полях Асфоделей. Это место навевало такую тоску и безысходность, что я даже поежился. Поля Асфоделей простирались так далеко, что уходили за горизонт - или как это здесь называется. Везде, куда хватало глаз, я видел это чертово поле и призраков. Сказать, что мне было неуютно, ничего не сказать, я даже неосознанно подошел к Гекате поближе. Пусть мы с ней не самые близкие друзья - да, я считал ее другом, даже несмотря на наше нехорошее прошлое - но тут, в Царстве Мертвых, она была единственным, если не близким, то хотя бы знакомым человеком... богиней. Хотя она, к моему сожалению, не разделяла моих чувств. — Иди давай, не задерживай меня! — богиня недовольно на меня глянула. — А ты... — Я подожду здесь. Встречаться с Аидом и влезать в ваши разборки нет никакого желания. И давай поживее! — нетерпеливо сказала она. Я поморщился от ее слов, но пререкаться с Гекатой я все же не стал - хотя очень хотелось - и неуверенно направился во дворец. Эх, надо было все-таки взять кого-нибудь с собой. Талию, например, или Перси, с ними было бы спокойнее. Ну да ладно, уже поздно метаться. Чем ближе я подходил ко дворцу, тем хуже себя чувствовал. Сердце билось необычайно быстро, чувствовался какой-то страх и волнение, ладони вспотели, кожа покраснела. Хотя что-то мне подсказывало, что это само место на меня давит - Царство Мертвых точно не было предназначено для прогулок живых. И если полубоги еще могли здесь чувствовать себя нормально, то мне с каждой минутой все больше становилось плохо. Теперь я прекрасно понимаю слова Танатоса, что я не выдержал бы и минуты нахождения в Тартаре. Раз я здесь чувствовал себя настолько плохо, то в Бездне точно бы откинулся, раз даже ребятам пришлось там несладко. Стиснув зубы, я заставил себя двигаться быстрее. Проходя мимо сада Персефоны, я буквально пронесся мимо гранатовых деревьев, стараясь подавить в себе стойкое желание отведать граната. Быстро поднявшись на крыльцо дворца, я в нерешительности замер перед массивной обсидиановой дверью. Не то, чтобы я ломал голову входить или нет, меня другое выбило из колеи - по бокам от двери стояли два скелета с винтовками наперевес. — Эм... Можно я войду? — неуверенно спросил я. Не знаю, на что я надеялся, но скелеты никак не отреагировали, только повернули ко мне головы, отчего я почувствовал себя вдвойне неуютно. Правда двери вдруг медленно распахнулись, пропуская меня вовнутрь. — Спасибо, — пробормотал я, быстро проходя мимо них. Да уж... Продвигаясь по дворцу, я во все глаза смотрел на внутреннее богатое убранство. Хоть я и был здесь впервые, но меня не покидало смутно ощущение, что я здесь уже был. Дворец Аида уж очень был похож на главный дворец Олимпа, только намного более мрачный, хотя и не менее прекрасный. Войдя в тронный зал я слегка замедлил шаг. В центре зала на троне из человеческих костей восседал Аид. Мне доводилось встречаться с Аидом год назад, сразу после войны с Кроносом, и я думал, что меня уже не удивить, ведь я знал, чего ожидать. Но облаченный в черные шелковые одеяния и Шлем Тьмы правитель Царства мертвых излучал такую силу и ужас, что я чувствовал это даже отсюда и невольно поежился. Я почему-то ожидал увидеть рядом с Аидом Персефону и Деметру, но никого из них не было. Но и один Аид не был, рядом с его троном стояла полупрозрачная фигура, которая о чем-то тихо беседовала с богом. Узнать фигуру даже со спины не составило труда. Нико. — Эм... Здрасьте, — подал я голос, привлекая к себе внимание. Аид и Нико замолчали и посмотрели на меня, на лице полубога промелькнуло любопытство, а у бога - недовольство. — Так ты и есть тот смертный, который дрался с моим братом? — нахмурившись, спросил Аид. — Ага, это я, — неуверенно ответил я, подходя к трону. Проходя мимо Нико, я слегка улыбнулся ему, парень кивнул мне. — Рад вас видеть, Аид. — Не могу сказать тебе того же! — Мы вроде бы не ссорились, с чего такая неприязнь? — удивился я. — Не ссорились, но я должен был просто закрыть глаза на то, что ты и твои друзья разрушили весь миропорядок? На то, что вы убили моего брата? — хмуро спросил Аид. — Мне казалось, что вы не были против этого? — Какие бы разногласия не возникали у нас с Зевсом, мы всегда находили какое-то решение. Но теперь моего брата нет... — Аид тяжко вздохнул. Похоже, ему было очень трудно принять тот факт, что Зевс мертв. — Как бы то ни было, теперь я наконец могу вернуть своего сына к жизни... — Отец, нет! — вдруг встрял Нико. — Мы с тобой это только что обсуждали, я не хочу возвращаться! — Нико! — прогрохотал бог. — Нико, подожди, почему? — я изумленно посмотрел на парня. — У меня есть свои причины остаться здесь, — буркнул он. — Нико, ты мертв! Какие у тебя могут быть причины и дальше оставаться здесь? — Личные, — печально улыбнулся Нико. — Знаешь... Когда Перси с Талией были здесь, у нас зашел разговор обо мне и Лагере Полукровок. Они пытались убедить меня, что мой дом именно там, а не здесь... — Они абсолютно правы! — тут же сказал я. — Лагерь Полукровок... — Нет, они не правы... дай мне сказать! — настойчиво проговорил Нико, заметив, что я уже хотел возразить. — Я никогда не чувствовал себя в Лагере Полукровок, как дома, мне было некомфортно там находится. Но и здесь мне тоже было некомфортно. Но знаешь, что я понял? Неважно, где мы находимся, если рядом с нами есть те, кто нас любит и кого любим мы. Пока Бьянка была жива, я чувствовал себя счастливым, где бы я не находился: хоть в казино «Лотос», хоть в Лагере Полукровок. Когда она умерла, мне словно сердце вырвали из груди... Мне очень трудно было смириться с ее потерей. Но... но я обрел свой покой здесь. Мне будет не хватать ребят, но я не хочу возвращаться на поверхность. — Нико, не будь же ты глупцом... — начал Аид. — Отец... папа, я прошу... не надо! — настойчиво проговорил Нико, тепло улыбнувшись богу. На лице Аида промелькнуло то, чего я еще никогда не слышал от него - сострадание и боль. Я понял, что как бы Аид не ссорился с Нико, как бы не унижал его и не сравнивал с Бьянкой, бог любит его всем сердцем и хочет, чтобы Нико прожил полноценную жизнь на поверхности, а не проводил вечность в скитаниях по Царству Мертвых! — Зачем ты здесь, смертный? — Аид оторвал от Нико печальный взгляд и посмотрел на меня. — Ммм... Я хотел вернуть меч, — я отстегнул от пояса меч вместе с ножнами и медленно подошел к трону, протягивая клинок. — Надеюсь, он послужил вам хорошую службу, — безразлично ответил бог, забирая свой меч. — Да, он нам очень пригодился, спасибо вам большое! — я на секунду замялся. — Аид, это еще не все, у меня есть к вам одна просьба. Вы не могли бы воскресить Хиллу, дочь Беллоны? — Что сделать? — бог уставился на меня тяжелым взглядом. — Ты где-то здесь увидел табличку "бесплатное воскрешение"? — Аид, я понимаю, что многого прошу, понимаю, что это идет вразрез со всеми законами, но пожалуйста, я прошу вас, верните ее! — взмолился я. — Я готов на все пойти ради этого! — Извини, смертный, но ничем помочь... — Подождите! — встрял Нико, сурово посмотрев на Аида. — Отец, ты ведь только что хотел воскресить меня, так в чем тогда дело? — Ты мой сын, Нико, и одно дело вернуть тебя, а совсем другое какую-то девчонку. К тому же у Танатоса могут возникнуть вопросы. — Да брось, я уверен, что он в курсе того, что ты собирался меня вернуть и особо не возражал против этого, иначе ты бы меня не уговаривал, — закатил глаза Нико. — Можешь считать, что я отдал свое право на воскрешение Хилле. — И ты правда готов пойти на это? — я изумленно посмотрел на сына Аида. — Пожертвовать собой, дать воскреснуть другому? Нико, я не могу тебя просить... — И не проси, я все решил. Я же все равно принял решение остаться здесь, так почему бы не помочь друзьям, — улыбнулся парень и многозначительно посмотрел на своего отца. Аид выглядел жутко недовольным и сидел, поджав губы, но все же кивнул, не став продолжать спор. — Нико, я... я даже не знаю, как тебя благодарить, — меня переполняли эмоции, я благодарно смотрел на сына Аида. — Спасибо тебе огромное! — Я рад, что смог хоть чем-то помочь, — слегка улыбнулся Нико, снова глянув на бога. — Отец, так ты вернешь ее? — Верну, я же сказал, — проворчал бог. Нико радостно улыбнулся и, подмигнув мне, направился к выходу из тронного зала. С моего лица тоже не сходила радостная улыбка - моя цель, то, ради чего я и пришел сюда, выполнена и во многом благодаря Нико. Рейна точно будет в шоке, когда снова встретится с сестрой. Но через секунду улыбка сама собой сошла с моего лица, ведь я вспомнил о той, кто не выходил у меня из головы последние часы, и за чью смерть я почему-то чувствовал личную вину. — Да, и еще... моя подруга Селин тоже погибла в недавнем сражении. Аид, прошу верните ее тоже, — я проглотил ком в горле. Селин прошла через многое, предала нас, но какое это имеет значение?! Она поняла свою ошибку, она не находила себе место из-за своего поступка, ее душа изнывала от боли, оттого, что амазонки отвергли ее, и оттого, что она так и не смогла найти свою любовь и стать счастливой, и я никак не мог бросить ее здесь. Прожить жизнь, полную страданий и так закончить... Черт возьми, и где же здесь справедливость?! Нет уж, я верну ее. Она заслуживает жизни, заслуживает своего счастья! — У тебя слишком раздутое самомнение, смертный, — покачал головой бог. — Ты перегибаешь палку! — Аид, я прошу вас! — с мольбой в голосе сказал я. — Селин очень хорошая девушка, она не заслуживает смерти. — Смерти заслуживают все, смертный. У всего есть конец, и рано или поздно все окажутся или в Царстве Мертвых, или в Тартаре, или в Хаосе. Даже ты, и похоже, очень скоро, — многозначительно сказал Аид. У меня внутри похолодело, я понял, на что он намекает. — Вы знаете о моей сделке с Танатосом? — Знаю, мы же работаем вместе, — кивнул Аид. Мне вдруг стало очень неуютно, сердце забилось в два раза быстрее. Я как-то совсем забыл, что сразу после войны Танатос должен забрать меня. Война закончена, но лично для меня приятного мало - Танатос может лишить меня жизни в любую секунду. Но черт возьми, что если вместо него это сделает Аид, причем прямо сейчас. Ох, нет, Господи, я к этому не готов, только не сейчас! — Можешь расслабиться, смертный, я не собираюсь убивать тебя, иначе сделал бы это, едва ты вошел в этот зал. Это ваши с Танатосом договоренности, меня это мало касается, — снисходительно произнес Аид. Я слегка успокоился - по крайней мере, Аид меня убивать не собирается. Хотя и приятного мало, сделка все равно остается сделкой... — Аид, а вы... вы не могли бы как-то отменить эту сделку? — осторожно спросил я. Не то, чтобы я возлагал все надежды на Аида... Хотя да, чего уж скрывать, я надеялся на него! Ни у кого больше не хватило бы могущества отменить мою сделку с Танатосом, если, конечно, не считать самого бога смерти. — Я же сказал, это ваши с Танатосом договоренности, меня они никак не касаются. Я никак не могу отменить вашу сделку, смертный, — покачал головой бог, разрушая все мои надежды. — Ладно, — вздохнул я. Ну, попытаться стоило. — Аид, вы так и не ответили насчет Селин. Можете, пожалуйста отпустить и ее? — Хм... выбери одного, — улыбнулся Аид. — Что? Подождите, вы... — Как правило, я не воскрешаю людей, но могу сделать исключение, раз мой сын не готов возвращаться, — поморщился Аид. — Но только одно, не два! Итак, выбирай, кто? Несмотря на некоторые колебания, ответ, кого воскрешать, пришел почти сразу - Хилла. Я пришел сюда именно за ней! Я скучаю по ней, но воскресив ее, я верну не только свою подругу, не просто амазонку, но и сестру Рейны, что для меня намного важнее. Но Селин... Судьба обошлась с ней слишком жестоко. Так и не обретя своего счастья, она погибла, но заслуживает жизни больше, чем кто-либо из нас. Но я ведь пришел сюда именно за Хиллой, так почему я вдруг заколебался? Если я верну Селин, вряд ли все будут этому рады, ну разве что кроме меня, Нэнси и еще нескольких, но как же сильно меня гложет совесть перед Селин. Черт возьми, ну почему я должен стоять перед таким выбором, почему должен нести такую ответственность, почему в любом случае должен буду пожертвовать кем-то?! Принять решение было очень нелегко, но я все же нашел в себе силы сказать это. — Хилла, — прошептал я. Прости меня, Селин! Мне очень жаль, что так все получилось, но я должен поступить правильно. В конце концов, я действительно не могу воскресить всех, кого мы потеряли, иначе воскрешать бы пришлось половину Царства Мертвых. — Хорошо, в таком случае я все сделаю. Ждите свою полубогиню живой. — Спасибо, — искренне сказал я. — Аид, я понимаю, что лимит просьб на сегодня уже исчерпан, но все же могу ли я хотя бы увидеть Селин напоследок, раз вернуть ее невозможно? — До чего же ты упрямый, — тяжело вздохнул Аид. — Хорошо, я дам тебе такую возможность. Что-то еще? — терпеливо уточнил бог с напускной вежливостью. — Нет, нет, — улыбнулся я. — Спасибо вам большое, Аид! И за то, что поддержали нас в войне, пусть и косвенно, и за то, что делаете сейчас. — Если ты закончил, то можешь идти, — проворчал бог. Я улыбнулся, но говорить больше ничего не стал и направился к выходу из дворца. Всё же Аид хороший бог несмотря на все свои минусы, и я очень был рад, что нам не пришлось с ним воевать. Очень жаль, конечно, что так получилось с Селин, но хоть Аид согласился дать с ней встретиться. Не знаю, зачем мне это, просто хотелось увидеться с ней напоследок и все объяснить хотя бы для успокоения своей собственной совести. Выйдя из дворца, я с удивлением обнаружил, что Нико стоит возле двери и кого-то ждет. Правда ответ на вопрос, кого именно, пришёл сам собой, когда парень глянул на меня и махнул головой, приглашая пройтись. — Расскажи мне всё, что с вами случилось, когда Перси и Талия ушли отсюда, — с любопытством попросил Нико. Мы с ним медленно двинулись вперед, к выходу с территории сада Персефоны, пока я вкратце пересказывал Нико события последних недель. Сын Аида слушал меня очень внимательно и еще долго молчал в раздумьях, когда я закончил. — Да уж... вам несладко пришлось, — вздохнул Нико. — Я встретил здесь Перси, когда он ненадолго умер, но даже не представлял, через что вам пришлось пройти. — Да, хорошо, что все наконец закончилось, хотя было нелегко, — кивнул я, внимательно смотря на парня. — Нико, скажи, почему ты все-таки решил остаться? Что это за личные причины? Нико улыбнулся краешком губ и перевел взгляд на мерцающую фигуру, двигающуюся к нам. Когда она приблизилась, я с удивлением узнал Уилла. Тот приветливо мне кивнул и встал рядом с Нико. Сын Аида мягко ему улыбнулся и снова перевел на меня взгляд. — Неважно, где мы находимся, если рядом с нами те, кто нас любит, и кого любим мы. Я чувствую себя сейчас счастливым, и я не хочу терять это чувство. — Я понимаю тебя, — с улыбкой кивнул я. — Удачи тебе, Нико. Удачи вам обоим! — До встречи, — подмигнули мне парни и направились по Полям Асфоделей, о чем-то тихо переговариваясь. — Надеясь, не до скорой, — пробормотал я, тяжело вздохнув. Постояв несколько минут в нерешительности, не зная, то ли остаться ждать здесь Селин, то потихоньку отправляться дальше, я все же медленно двинулся вперед к тому месту, где меня ожидала Геката, периодически останавливаясь и с надеждой оглядываясь. Но так никого и не было. Черт возьми, неужели Аид обманул меня?.. — Ты там перекусить останавливался что ли? Чего так долго? — проворчала Геката, когда я подошел к ней. — Извини, надо было много что обсудить, — пробормотал я. — И как все прошло? — с любопытством спросила богиня. — Аид согласился вернуть Хиллу, так что все хорошо. — А я, если честно, думала, что эта твоя идея ничем не закончится, — покачала головой Геката. — Ну раз все закончилось, идем отсюда. — Геката, подожди еще немного, пожалуйста, — попросил я, отчаянно оглядываясь. — Я просто еще жду кое-кого, мне надо поговорить. — И сколько еще ты намерен ждать? Мы и так здесь уже слишком долго, — в голосе богини засквозило легкое недовольство. Я ничего ей не ответил, продолжая всматриваться в проходящие мимо мерцающие души. Да, похоже, ожидание будет бессмысленным, не проводить же здесь часы. — Ладно, идем, — скрепя сердце, сказал я. Геката подошла ко мне и протянула руку, собираясь перенести нас, но тут до меня донесся едва уловимый шепот. — Паш... — я тут же принялся оглядываться и, наконец, заметил быстро приближающуюся фигуру. Когда между нами оставалось несколько метров, я смог ее разглядеть, и мое сердце забилось в два раза быстрее от волнения. — Геката, подожди! — поспешно сказал я, заметив, что она уже хочет перенести нас. — Дай мне, пожалуйста, еще пять минут. Геката что-то недовольно пробурчала, но нехотя кивнула. Я подошел к мерцающей фигуре, всматриваясь в ее лицо. Небольшие веснушки, черные волосы, каре... Она выглядела как и в нашу первую встречу, если, конечно, не обращать внимания на полупрозрачное лицо. — Рад тебя видеть, Селин. Пусть даже так. — Я тоже рада, — улыбнулась девушка. — Извини, что так долго, из Элизиума быстро не доберешься. — Элизиума?..— я почувствовал, как мои губы сами собой расплываются в улыбке. — Ну, хоть что-то хорошее. Хотя ты это однозначно заслужила, Перси рассказал, что ты пожертвовала собой ради спасения Хиллы. Вот только ты всего лишь отсрочила ее смерть, — вздохнул я. — Хилла мертва? — голос Селин дрогнул, она в шоке на меня посмотрела. — Да... то есть, уже нет. Я вкратце рассказал Селин о ходе сражения после ее смерти и о своем разговоре с Аидом. Мне было тяжело говорить о своем решении воскресить именно дочь Беллоны, а не Селин, но я решил ничего не скрывать. Дочь Ириды выслушала меня с каменным лицом. — Селин, прости, что я принял такое решение, просто я... — Паш, не извиняйся, — девушка тепло мне улыбнулась. — Я понимаю твой выбор и ни в коем случае не осуждаю тебя. Все хорошо! Да я и не уверена, что если бы я вернулась, все было бы как раньше. Хилла, вроде, простила меня за мой поступок, но остальные амазонки... — девушка покачала головой. — Селин, тебе вовсе не обязательно было бы оставаться в рядах амазонок. Ты могла бы выбрать такую жизнь, какую захотела бы сама! — Это уже неважно, — печально улыбнулась девушка. — Что я получила за годы жизни? Лишь страдания и боль от невозможности найти свое место там, на поверхности. А здесь я наконец обрела свой покой. — Покой, но не счастье, — заметил я. Она ничего не ответила и опустила голову. — Селин, слушай, мне жаль, что у нас ничего не получилось, жаль, что я нанес еще одну рану по твоему сердцу, и я бы на все пошел, чтобы это исправить. Но не стоит вот так опускать руки и отчаиваться, ты ведь не знаешь, что может тебя ждать впереди. В конце концов, смертью в любом случае все закончится, но если есть хоть небольшой шанс обрести свое счастье в жизни, то почему бы не воспользоваться им? У меня не получилось сейчас договориться с Аидом, но это не значит, что ничего нельзя вернуть. Мы найдем способ обязательно! Ты очень хорошая девушка, я горжусь тем, что являюсь твоим другом, и я не хочу тебя потерять вот так! — Я благодарна тебе за эти слова, и я тоже рада дружбе с тобой, но я не хочу возвращаться. Мое место здесь, и пусть все так и остается, — просто сказала Селин. Я внимательно смотрел ей в глаза и видел в них то, что меньше всего хотел - смирение. Я понял, никакие слова не убедят Селин продолжать бороться за жизнь, она приняла свою судьбу. Я прекрасно понимал ее выбор, но как же сложно было смириться с этим. Но похоже, это необходимо было сделать, хотя бы из уважения к ней. — Хорошо, Селин, я... я понимаю тебя, — с болью в голосе произнес я. — Я рада это слышать, — тепло улыбнулась девушка. Селин шагнула ко мне и мягко поцеловала меня в щеку. Я слегка вздрогнул, почувствовав ее губы на своей коже - почему-то я думал, что будучи в ее состоянии прикоснуться друг к другу не получится. Повинуясь порыву, я обнял девушку, она тут же обхватила меня руками, обнимая. — Мы еще увидимся! — твердо сказал я, отстранившись через минуту. — Обязательно! — кивнула Селин. Она уже хотела было уйти, но снова остановилась. — А кто возглавил амазонок после смерти Хиллы? — Она передала пояс царицы Нэнси. Уж не знаю, вернется ли Хилла снова к своей должности, но пока Нэнси возглавляет амазонок. — Она заслужила это! — в голосе Селин прозвучала гордость. — Передай ей привет и скажи, что я горжусь ей. — Обязательно, — с улыбкой кивнул я. Селин помахала мне рукой и замерцала, растворившись в толпе таких же душ. Я смотрел ей вслед, пока не потерял из виду, чувствуя одновременно радость от встречи с подругой и какую-то грусть. — Ты закончил любезничать, или мы еще кого-то ждем? — с напускной вежливостью спросила Геката, подходя ко мне. — Не будь такой злюкой, — улыбнулся я. — Ты же не такая, Геката, это ведь просто маска. Ты же... — Так, дружок, свои пафосные речи оставь-ка девчонкам, а мне ничего не говори, — проворчала Геката. Я усмехнулся, но говорить ничего не стал. И так было понятно, что несмотря на напускную неприязнь и ворчливость, Геката не держит на меня зла и уже давно простила меня за наши прошлые размолвки. Ну, а я был только рад тому, что она не стремится отомстить. Геката прикоснулась к моему плечу, и в следующий миг я почувствовал, что куда-то проваливаюсь. Через несколько секунд я вновь ощутил землю под ногами и понял, что Геката вернула нас в то же место, откуда мы отправились в Царство Мертвых. — Спасибо, что помогла, — я благодарно улыбнулся богине. Та улыбнулась краешками губ и молча кивнула. У проходящих мимо амазонок я узнал местонахождение Нэнси и стремглав бросился к ней. Нашел я новоиспеченную царицу амазонок у одной из полуразрушенных казарм и на секунду замер, наблюдая, как она командует. — Смотрю, ты уже вполне освоилась в новой должности? — с улыбкой спросил я. — Осваиваюсь пока, — улыбнулась мне Нэнси. — Очень уж непривычно. Еще пару недель назад я была обычной амазонкой и уже вдруг стала царицей. — Ты это заслужила! Кстати, Селин передавала тебе привет и просила сказать, что гордится тобой. — Не поняла?.. — Нэнси замерла, недоуменно смотря на меня. Я рассказал ей о своей вылазке в Царство Мертвых, о разговоре с Аидом, его согласии вернуть Хиллу и о встрече с Селин. — Черт возьми, как бы я хотела тоже увидеть ее, мне ее так не хватает, — печально вздохнула девушка, когда я закончил. Эх, знал бы, что встречусь с Селин, взял Нэнси с собой в Подземный мир, она ведь хотела увидеться с подругой не меньше меня. — Еще увидишься, Нэнси, вот увидишь. — И почему это прозвучало, как угроза? — ухмыльнулась девушка. — Так значит, Хилла скоро вернется к нам? — Ага, — кивнул я. — Надеюсь, вы ничего не сделали с ее телом? — Неа, лежит в одной из казарм вместе с другими погибшими. Хоть передам ей должность, а то я чувствую себя очень неуютно, командуя своими подругами. — Потерпи немного, — улыбнулся я. — Вытащите тело Хиллы, а то негоже ему лежать там. Думаю, она уже вот-вот вернется, если еще нет. А я пока пойду к Рейне. — Давай, — кивнула Нэнси. По дороге к принципии я пытался придумать, что сказать Рейне, думал, как она примет меня. Хотя... а что здесь гадать, я никогда не любил строить какие-то планы и всегда импровизировал. Будь, что будет... Рейна сидела так же, как я оставил ее несколько часов назад, невидящим взглядом смотря в стенe. Но едва я вошел, она тут же поднялась со стула и подошла ко мне. — Паш, прости меня, пожалуйста, за мои слова, — Рейна остановилась в метре от меня, виновато смотря мне в глаза. — Я не знаю, что на меня нашло, что я сказала такой бред. Просто... просто из-за сестры я никак не могу прийти в себя, вот и несу полную чушь. Разумеется, ты не виноват в ее смерти, и мне очень стыдно, что я посмела обвинить тебя в этом. Я пойму, если ты решишь расстаться со мной. Я не заслужи... Я заткнул Рейне рот поцелуем, не дав ей договорить. Она пару секунд помедлила, но тут же ответила и обхватила мои щеки руками, нежно целуя мои губы. Через пару минут я отстранился и посмотрел девушке в ее заплаканные глаза, но никакого гнева или неприязни не увидел в них. Лишь беспокойство и нежность. — Глупенькая ты моя, — улыбнулся я. — Как тебе вообще в голову могла прийти мысль, что я захочу с тобой расстаться. Нет уж, родная моя, я тебя никуда не отпущу. Ни за что! — Я ведь буквально прогнала тебя, — прошептала она. — Я не понимаю, как вообще могла сказать такое тебе. И как ты можешь спокойно относиться к этим словам?! Я не заслуживаю прощения! — дрожащим от слез голосом сказала девушка. — Рейна, не говори так. Я понимаю, что ты сказала эти слова в состоянии аффекта и на самом деле так не думаешь. Все мы порой говорим то, что думаем, не задумываясь о последствиях. Мне абсолютно плевать на эти слова! Я люблю тебя, Рейна, больше жизни, и буду любить несмотря на любые слова и поступки! — И я люблю тебя! Ты все, что у меня есть! Кроме тебя у меня больше никого не осталось! — прошептала девушка. Рейна обхватила меня за шею и притянула к себе, уткнувшись лицом мне в шею. Я обнял девушку за талию и прижался щекой к ее голове. Я почувствовал, как к горлу у меня подступают слезы, но даже не стал пытаться сдерживаться. Нахлынувшие чувства любви и нежности оказались в сто раз сильнее меня. Я почувствовал, как по моим щекам побежали слезы. Через несколько минут Рейна отстранилась и вытерла глаза. Заметив, что я тоже растроган, она мягко улыбнулась и поднесла руку к моему лицу, нежно вытирая мне щеки. — Не знала, что ты настолько ранимый, — тихо сказала девушка. — Ну да, я не деревянный, — улыбнулся я, проглатывая ком в горле. Рейна мягко прикоснулась губами к моим губам. Наверное, никогда до этого она не целовала меня настолько нежно. Я просто таял в ее мягких губах и разрывать поцелуй крайне не хотелось. Конечно, я не держал зла на Рейну. Может, я и был шокирован и обижен, когда выслушивал от нее все это несколько часов назад, но точно не сейчас. Через несколько минут я все же мягко разорвал поцелуй и отстранился, посмотрев в ее прекрасные темные, чуть красные от слез глаза. Но несмотря на нежность и волнение в них, они оставались пустыми. К счастью, это ненадолго. — Рейна, идем со мной, — прошептал я. — Куда? Я не стал отвечать на вопрос и просто потянул ее за собой, претор не стала сопротивляться. Мы направились к тому месту, где я недавно разговаривал с Нэнси. Рейна пыталась выведать у меня, что происходит, но я отмалчивался - не хотел ничего рассказывать, пусть она сама все увидит. В отдалении, рядом с одной из казарм, виднелась довольно большая группа ребят, преимущественно амазонок, хотя в этой толпе я увидел и Талию, и других полубогов. Сквозь столь многочисленное скопление было не очень хорошо видно, хотя разглядеть стоящую в центре высокую темноволосую девушку, похожую на Рейну, было нетрудно. Аид все-таки выполнил свое обещание! — Хилла?! — прошептала Рейна, замедлив шаг. Сколько же в этом слове было эмоций. Изумление, неверие, радость... Не знаю, как, но Хилла, видимо, услышала шепот сестры и посмотрела прямо на нас. Взгляд Хиллы застыл на Рейне, в глазах девушки промелькнул такой же спектр эмоций. — Хилла! Рейна бегом бросилась к сестре, толпа тут же расступилась перед претором. Сестры заключили друг друг в объятия, крепко прижимаясь друг к другу. Судя по тому, как задрожало тело Рейны, она заплакала, но на этот раз уже не от горя. Хилла, прикрыв глаза, мягко поглаживала младшую сестру по голове, уткнувшись носом ей в волосы, и судя по всему, сама едва сдерживалась, чтобы не разрыдаться. Никогда бы не подумал, что скажу это, но я был как никогда счастлив видеть их слезы. То, как сестры плакали от счастья - это не передать словами. Наблюдая за ними, эмоции настолько захлестнули меня, что я почувствовал, что еще немного и сам разрыдаюсь. Все притихли, с радостными улыбками смотря на воссоединение сестер. На меня мельком глянула Талия и уважительно кивнула мне, я в ответ подмигнул девушке. Спустя несколько минут сестры разорвали объятия, а Рейна перевела заплаканные глаза на меня. — Как... как ты это сделал? — девушка медленно подошла ко мне. — Не мог смотреть, как ты страдаешь, — пожал я плечами. Рейна открыла рот, но так ничего и не сказала и просто крепко обняла меня. Да и, пожалуй, эти объятия были для меня дороже любых слов. То, какую любовь и благодарность вкладывала Рейна в эти объятия - не описать словами. — Спасибо тебе большое! — прошептала Рейна, оторвавшись от меня и посмотрев мне в глаза. — Я рад, что смог вернуть твое сердце, — улыбнулся я. — Я тоже должна поблагодарить тебя, — к нам подошла Хилла. — Быть мертвой было не очень приятно. Я в ответ лишь усмехнулся и обхватил Хиллу за талию, та приобняла меня за шею, чмокнув в щеку. Мне тоже очень не хватало Хиллы, и я был рад видеть ее не меньше Рейны и остальных. — Царица... — сзади послышался крик Нэнси. Девушка подбежала к нам, чуть не сбив меня с ног и бросилась Хилле на шею, та тихонечко засмеялась. — Не называй меня так, эта должность теперь твоя. И я не собираюсь снова становиться во главе амазонок, — покачала головой дочь Беллоны. — Что? Нет, Хилла, я не справлюсь с этим, ты... — Нэнси, послушай, — мягко прервала ее Хилла. — Я понимаю, что ты чувствуешь. Когда я несколько лет назад встала во главе амазонок, меня тоже одолевали сомнения, справлюсь ли я. Но как видишь, я сумела освоиться. И ты тоже справишься, Нэнси, обязательно, в противном случае, я бы не стала передавать тебе пояс царицы амазонок, если бы не верила в тебя, — на лице Нэнси оставалось сомнение, но спорить она не стала. — Спасибо за такую честь, Хилла, — прошептала она, дочь Беллоны теплой с улыбкой подмигнула амазонке. — И что, ты собираешься уйти из амазонок? — изумленно спросила Рейна сестру. — Вовсе нет. Царицей быть больше нет желания, но уходить я не собираюсь. Не знаю... может, открою филиал "Амазона" в каком-нибудь другом городе, посмотрим, — усмехнулась Хилла и глянула на Нэнси. — Если тебе понадобится помощь, можешь всегда на меня рассчитывать. — Спасибо, — благодарно улыбнулась Нэнси. — А что нам дальше делать? — Очень хороший вопрос, — к нам подошла Талия. — Олимп сейчас обезглавлен, оставшиеся боги в растерянности и неплохо было бы расставить с ними все точки над "и". — Этим и займемся, — решительно кивнула Рейна.