Преддверие торжества

Но идеальной она была до тех пор, пока Наташа не достигла дверей на кухню, за которыми доносился тихий стук. Подумав, что для Грейс еще рано, она чуть вытянулась вперед прежде, чем войти. - О, это всего лишь ты, - облегченно выдохнув, произнесла девушка, наблюдая, как Пятый оторвался от заварника и посмотрел на своего гостя, чуть сведя брови к переносице. Парень лишь хмыкнул на ее замечание, зная, что заскоками жаворонка не страдает ни один из его «родственников», а значит, настроение у его «сестры» будет скверным. В таком состоянии злить ее хоть и опасно, но крайне интересно. - Кофе? – кивнув на кружку в руке, спросил парень. - Два сахара, без яда, пожалуйста, - проходя к раковине, ответила Номер 8, умывая лицо холодной водой. Проигнорировав ее комментарий по поводу недоверия в его сторону, он достал из настенного шкафа вторую чашку. Повторив процедуру еще один раз, Пятый поставил ее на стол напротив своей, присаживаясь, пока Наташа делала то же самое, вытирая лицо рукавами халата. - Я думал, змеи яда не боятся, - исподлобья наблюдая за сестрой, произнес парень между глотками. - Только собственного и не во всех случаях, - сонно ответила девушка, подпирая щеку ладонью. – Или если ты Королевская кобра и по выходным разрешаешь себе каннибализм. – Помешивая кофе, продолжила она. - Так сатанизм не единственная твоя проблема? – издевательским тоном поинтересовался Пятый, предусмотрительно отклонившись на спинку стула на тот случай, если кофе в кружке сестры решит оказаться на его лице. Но Номер 8 лишь злобно улыбнулась, обнажив два крохотных клыка, которых, как был уверен парень, пару мгновений назад еще не было. - Мерзость, - скривился тот, продолжая ухмыляться. Последний раз они болтали пару недель назад, так что сейчас появился шанс восполнить утраченное. - Не бойся, тебя бы есть не стала, ты же как питон, - сделав паузу для глотка, отвечала Наташа, - если убрать твою силу, ты совершенно бесполезен. - Мне легче, спасибо, - ехидно ответил Пятый, вдруг глянув за спину сестры, после чего она и сама обернулась, услышав шуршание тапок по паркету. - О, мои дорогие, - едва ли не пропел Клаус, обнимая ладонями свою голову, - снова вместе и снова с кофе. – Подтягиваясь к плите с еще горячим чайничком лепетал он, совершая уже механические действия по приготовлению напитка от похмелья. - Не тошнит, Клаус? – усмехнулась Номер 8, наблюдая, как брат размешивает кофе ручкой от ложки, а не так, как это принято у нормальных людей. - Уже нечем, спасибо за беспокойство, - слабо улыбнулся тот, направившись обратно к себе, - всех с Рождеством и спокойной ночи, - вяло перебирая ногами, добавил Номер 4, медленно покидая кухню. Проводив его едва ли сочувствующим взглядом, Наташа обернулась на Пятого, что внимательно, хоть и с усмешкой наблюдал за ней. - Что? – вначале не поняла она, - опохмелить его? - Мы же семья и должны помогать друг другу, - иронично ответил Номер 5, делая очередной глоток, проследив, как хмыкнула сестра. - Чертова мужская солидарность, - отодвинув от себя пустую кружку, ответила Номер 8, поднимаясь из-за стола. Наблюдая за тем, как сестра удаляется вслед за Клаусом, Пятый задумался: разговоры с сестрой куда занятней, когда у нее отвратное настроение, поскольку это делает их «посиделки» непредсказуемыми. Ты не знаешь, прилетит в тебя что-то или на утро ты проснешься с ослиными ушами, но в этом была своя забава. Когда же она была в хорошем настроении, то становилась ленивой и не особо общительной, предпочитая компанию книгам или социальным сетям, нежели Ване или ему самому. И раз уж сегодня Рождество, такому подарку как не выспавшаяся сатана Номер 8, он был безмерно благодарен. С коротким хлопком он вернулся в свою комнату через пространственную щель, удивившись тому, как в зеркале отразилась его улыбка. Впервые он был рад устроить стычку со своей сестрой. Рождественский хаос только должен был начаться. Сменив пижаму на фирменную форму Академии через несколько часов после «завтрака» с сестрой, Пятый бодрой походкой прогуливался по зданию. Это было одной из личных обязанностей, повешенных на его шею отцом. По причине некоторых особенностей его силы, ему приходилось каждый раз проверять территорию вокруг на наличие межпространственных дыр, которые периодически появлялись, если ему приходилось использовать свои таланты сверх меры. Закончив с чердаком, верхними этажами, летней верандой и близлежащей территорией, парень вернулся в главное здание Академии, вышагивая по коридорам и сравнивая атмосферу до праздника и сегодня. За появлением в большом холле неукрашенной елки, вокруг которой были расставлены коробки с украшениями, в семье Харгривз не замечалось никаких изменений. Для них не было особо значимым само понятие слова «праздник», лишь пышный ужин и пара сувениров - это все, чем запоминался этот день. Они никогда не смотрели вместе рождественские фильмы или устраивали салют, они сами не украшали дом, считая его лишь местом заключения, они не старались сблизиться, как семья, потому что не видели в этом необходимость. Всего на один вечер, чтобы с утра вновь стать теми, чье имя – это номер. Остановившись скорее от этой мысли, нежели мозг скомандовал остановиться, Пятый замер, добравшись до личных комнат Клауса, Бена и Диего. И если двери последних двух были заперты, то дверь в комнату Номера 4 была распахнута. Вот почему парню представилась возможность лицезреть момент того, как в небольшом помещении проскользило громадное щупальце. Зная, что Бен никогда бы не стал разгребать завалы в комнате брата, Номер 5 едва просунулся в внутрь, зацепив то ли милую, то ли жуткую сцену единства Номера 4 и Номера 8. Наташа, заняв честную половину кровати брата, отрешилась от реальности, держа в руках книгу и вставив в уши наушники. Это был, пожалуй, единственный человек в мире, который будет слушать аудиозапись книги, держа бумажный формуляр перед глазами. Вот она лень в чистом проявлении. В это же время ее отращенные щупальца бродили по комнате Клауса, устраняя то, что он называл легким беспорядком и то, что у обычных людей называется свалкой. Сам же хозяин всего этого безобразия спал без задней мысли, обнимая ноги сестры, закутанные в плед с мишками. Вспомнив нотационный вечер, устроенный отцом, когда он узнал о подружке Наташи и потребовал от нее объяснений своей некомпетентности из-за раскрытия личности, Пятый едва не рассмеялся сейчас, вспомнив, как и почему простая городская девчонка не удивилась и не испытала страха или отвращения, узнав правду о Номере 8. «Сущность не скроешь». Так Лиза Шифр объяснила это Наташе точно так же, как и она сама объяснила это отцу, когда тот велел прервать эти связи, аргументируя свою позицию тем, что он должен помнить, какова ее сущность на самом деле. В сравнении с внутренним монстром Номера 6, тот покажется милым домашним зверьком, когда речь пойдет о полной форме Метаморфоза Номер 8. Ровно точно так же объяснил это и Пятый, прекрасно помня, что за всей своей масочной жестокостью и самодовольством Наташа прячет человека, который большего всего на свете дорожит своей семьей. На примере с Клаусом все было предельно просто. Она никогда не создавала для его тела антитела, способные снизить активность его силы видеть и слышать мертвых, сказав, что это приказ отца. Вот только живя за стенкой от ее комнаты, он замечательно слышал, что она тайком тащилась в комнату брата, чтобы исцелить его после очередной пытки разума от их психованного папаши. Так же было и с ее способностью «Опохмелять», ведь среди массы ее навыков к изменению структуры клетки этот прием был одним из первых, что она выучила, когда брат познал для себя мир алкоголя и наркотиков, как способ заглушить потусторонний шум. Собственно, так же было со всем ее отношением с членами семьи, кроме отца; нелюбовь к нему была единственным настоящим чувством, которое она не скрывала, тогда как за братьев и сестер могла устроить настоящий Ад на Земле, пряча это за высокомерием в отношении них. Вот почему она была сейчас в комнате брата, умирающего от похмелья, а не закрылась у себя в обители до завтрашнего дня. «Сущность действительно не скроешь», - удаляясь дальше по коридору, хмыкнул Пятый, напомнив себе, что какой бы доброй ни была сестра, но сломанный позвоночник исцелить может только она сама, а альтруизм, увы, не самая ее сильная сторона. Пока же он возвращался в свою комнату, думая, о хороших сторонах Номер 8, та в это время наблюдала за тем, как под нудный голос аудиозаписи буквы в книге расплываются в разные стороны – биогеоценоз оказался зануднее, чем она предполагала. Захлопнув книгу и убрав наушники, Наташа покрутила головой, разминая затекшие позвонки шеи, и посмотрела на оковы на ногах в лице братских рук. Зная, что ее способность все еще удаляет нежелательные последствия из организма Номера 4, она протяжно зевнула, не решаясь лечь рядом. Меньше всего хотелось рушить свою репутацию, проснувшись в одной кровати с самым проблемным подростком Академии. Ролью няньки должен был страдать только Бен, но тот научился говорить брату «нет», вот почему их комнаты еще были разделены стеной, а ведь Клаус однажды уже посягал на склад с пиротехникой, чтобы лишить брата, да и пол академии выбора. Но так уж вышло, что Эллисон поймала его с динамитом в руках буквально за пару минут до взрыва, а ведь это был их выходной к празднику на День Независимости. Это стало еще одной из причин, почему глава Харгривз запретил лишние дни отдыха, предусмотрительно повесив на двери склада еще один замок. Покачав головой в знак неодобрения ребячества брата, Наташа по очереди вытянула ноги из пледа, пытаясь не подавать лишних признаков жизни, дабы покинуть чужую территорию, не будучи обнаруженной. Опустив ступни на пол, она начала подниматься с кровати, которая предательски скрипела так, что Номер 8 останавливалась каждые две секунды, чтобы проверить, не проснулся ли Клаус. Но его сонная мордашка в маске для сна с рисунком единорога даже не пошевелилась, и все же во избежание подозрений Наташа положила подушку вместо своих ног, проследив, как хватка рук брата стала сильнее. «Не пытается же он во сне задушить кого-то?» - поправляя его одеяло, рассуждала она, вдруг гневно уставившись на два своих щупальца, которые, зажив своей жизнью, пытались поделить между собой плюшевого медведя. - Эй, вы! – шикнула на них девушка, и те послушно положили игрушку на место, становясь все меньше под гневным взором Наташи Харгривз. Помянув себя за то, что забыла об особенности своих суперсил, она на цыпочках обошла кровать, захватила книгу и наушники и спиной двинулась к двери, следя за тем, чтобы Клаус не проснулся, а ее щупальца не учудили еще чего-нибудь. Кто же знал, что при долговременной свободе действий ее отращенные конечности создают себе собственное сознание и начинают действовать, как самостоятельное существо? Прикрывая дверь по миллиметру в минуту, Номер 8 облегченно выдохнула и направилась к лестнице, радуясь тому, что следов ее присутствия практически не наблюдалось, как вдруг: - Черт возьми! – Подпрыгнув на месте, вскрикнула Наташа, закрыв рот рукой, вспомнив о Клаусе за дверью. – Диего! – Едва не прошипела она, уставившись на Номера 2, застывшего на месте еще с той поры, как он увидел сестру, выходящую их комнаты брата с убывающими щупальцами за спиной. – Какого хрена!? Проморгавшись, чтобы отогнать наваждение, и сглотнув, понимая, что он увидел то, чего не должен был, парень натянул на лицо самое непринужденное выражение и подошел к сестре, прилепив к одному из ее крохотных щупалец конфетку. - Я нем, как рыба, - заверил он ее, попытавшись улыбнуться. - Могу устроить, - скептично нахмурилась Номер 8, крутя щупальцем с маленьким сувенирчиком. - Тогда, как могила, - исправился брат, подняв вверх большой палец. - А это к Клаусу, - остудила его девушка, отчего-то улыбнувшись. Редким бывало удовольствие что-то получить, ничего для этого не делая. - Давай договоримся, - едва не взмолился парень, с истинным ужасом смотря на улыбку Номер 8. - Твоя душа вряд ли имеет особую ценность, - припомнив свой сатанинский статус в стенах Академии, ответила Наташа. - Я приготовлю тебе ужин, - пытаясь найти компромисс, продолжил Номер 2, вспомнив любовь сестры к еде. - Сегодня Рождество, - чувствуя моральное удовольствие от отчаяния брата, ответила девушка. - Тогда сделай мне подарок, - совершенно растерянно попросил Диего, сложив руки в молитвенном жесте. - Любой на выбор от рожек до копыт, от хвоста до перьев, - оптимистично ответила Наташа, загибая пальцы. – Если очень постараться, могу на сутки сделать тебя Лютером, но нужна часть его ДНК, да и сам процесс будет болезненным. - На выбор – не делай ничего из того, что ты только что перечислила, окей? – Взглянув на часы, Диего глубоко вдохнул, понимая, что начинает заикаться, чего уже давно не бывало. - Так не интересно, а ты мне что тогда подаришь? – надув губы, спросила девушка, проследив, как брат нервно застегнул куртку, очевидно, куда-то опаздывая. - Все, что захочешь, если я сейчас покину Академию без дополнительных бонусов, - едва не убегая, ответил Номер 2, даже не оглядываясь, чтобы увидеть хищную ухмылку сестры. Понаблюдав за тем, как Диего совершил побег от их разговора, Наташа отчего-то удрученно выдохнула. - Как скажешь, я могла просто не говорить отцу, что ты сбежал в город, - произнесла она в пустоту довольная собой. Пользы от Номера 2 не особо много, но даже его можно использовать для своей выгоды. «Мне начинает нравиться этот день», - вдохнув своей полной самодовольства грудью, подумала девушка и направилась к себе, чтобы переодеться с пижамы в нормальную одежду.