Начнем, пожалуй...

По истине катастрофа. Именно так охарактеризовали ситуацию ученики Академии Амбрелла, наблюдая за тем, как Пятый и Наташа уже серьезно собрались устроить внеплановый матч на звание «Папиного любимчика». И дело-то вовсе не в семейных узах, но стоило больших усилий представить себе итог этого противостояния: за драку отдельных личностей огребут все. Вот чего на самом деле не хотели ребята. Но в подобной ситуации выбирать между двух зол было невозможно. Легче было бы принять чью-то сторону, сделать пару ставок на победителя, предугадать примерный радиус разрушений и предполагаемую степень наказания от отца… Но все это просто на примере с Лютером и Диего, где задействована только грубая мужская сила, когда же дело доходит до этих двух, сложным будет сам вопрос о том, что сильнее: время или биология. Это словно спросить, что появилось раньше – яйцо или курица? Здесь вопрос будет чисто механический, ведь все зависит от уровня освоения своей силы у подростка, но даже это не сделает ситуацию проще. Пятый способен перемещаться в пространстве за доли секунды и избавляться от любого вида оков всего щелчком пальцев, тогда как Наташа слишком медлительна. Однако, с другой стороны, она способна взрастить у противника клетки вируса или просто заблокировать любой из основных процессов жизнедеятельности человеческого организма всего одним касанием, и поскольку атаковать физически Номеру 5 придется в любом случае, девушка могла победить, несмотря на его скорость. Семья семьей, но в вопросах гордости эти двое могут превзойти сам Грех Гордыни. Собственно грехов всего семь, и даже если разделить их на всех студентов, кто-то останется ни с чем. Если это произойдет, один из грехов придется разделить на двоих, и судьбой, видимо, было решено, что для этого идеально подходят Номер 5 и Номер 8. «Но стоит задуматься», - как раз появилось в голове Клауса, о чем он и решил сообщить рядом стоящему брату Номер 6. – Противоположности притягиваются, но если они так бесятся, то может, они просто слишком похожи? – Взглянув на Бена глазами «аля святая наивность», Номер 4 чувствовал внутреннее удовлетворение, словно он разгадал Непостижимый Божий замысел. Но стоило взглянуть так на разъяренную Элиссон, как все его ликование моментально улетучилось, а сам он приник к спине брата, как к живому щиту. Едва только Пятый переступил на ступень выше, дабы оказаться еще ближе к сестре, и по холлу прошлась небольшая вибрация от освобождения его силы… Едва он улыбнулся еще шире тому, как Номер 8 поджала губы, чтобы не сказать, что он показушник, вызвав небольшое землетрясение разложением почвы под Академией… Едва они хотели приступить, как в главном зале громом раздался спокойный вопрос Реджинальда Харгривз: «Что здесь происходит?» Обернувшись на появившегося отца, студенты успели мысленно перекреститься и выругаться, словно их поймали за чем-то противозаконным, и пока мужчина медленно спускался, постукивая своей декоративной тростью, они могли лишь занять свои места и даже дышать через раз. Все кроме Номера 5 и Номер 8, адреналин в их крови еще шумел, так что на отца они смотрели, как на предателя. - Вы прекрасно знаете правила, - остановившись в середине лестницы для пущей видимости своего авторитета, говорил мужчина так, как и всегда, когда отчитывал их после провала миссии: спокойно, но притом так грозно, что головы склоняли даже те, кто и не был виноват. – Любые драки в пределах Академии запрещены. – Пристально взглянув на Пятого и Наташу, продолжал старший Харгривз. И если остальные братья и сестры молча кучковались около елки, готовясь к последствиям, мысленно продолжая ругать Номер 8 за то, что начала драку, разозлив Лютера, но сама девушка лишь выпрямилась, поджав губы, чтобы не ляпнуть лишнего. - Это не просто драка, отец, - едва не выплюнув его «обозначение», которое он носит в этих стенах, с расстановкой ответила девушка, буквально ощутив, как остальные уставились на нее во все глаза, прекрасно понимая, насколько дерзко она сейчас поступает. - Тогда с какой стати вы не в тренировочном зале! – риторично спросил мужчина, чуть повысив голос, чтобы напомнить ей о разности их положений. – Убрать весь этот беспорядок, если не хотите закончить праздник до его начала! – Указав тростью на разбросанные игрушки и проигравшего Лютера с группой поддержки возле него, произнес мужчина, разворачиваясь и покидая место несостоявшейся «битвы». Пока еще его шаги раздавались в мертвой тишине главной залы, подростки просто смотрели друг на друга, словно молча задали всех интересующий вопрос: «что сейчас произошло?» И спустя минуту молчания, первым очнулся Клаус, сдерживая себя, чтобы не начать прыгать на месте. - Нас ждет махач! – Буквально с вселенским восторгом воскликнул он, хлопая в ладоши. – Нужен попкорн и кола! – Скидав не повешенные игрушки обратно в коробку, весело тараторил парень, - нужно зарядить камеру! Исчезнув в направлении своей комнаты, Клаус был счастлив донельзя, тогда как Бен удрученно выдохнул и пошел за братом, прогоняя в голове те факты, что после вчерашней вечеринки Номер 4 не найдет камеру, сожжет попкорн, а колу перепутает с соевым соусом. Так что нянчиться с ним придется чуть дольше, чем обычно. - Пошли, пока нас не сделали крайними, - придерживая Лютера, произнесла Элиссон, кивнув Ване, чтобы та забрала медикаменты. – Вы же слышали отца? – проходя мимо ухмыляющейся парочки, спросила она, из-за чего удостоилась укоряющего взгляда. - Да, представь, он стоял буквально прямо передо мной, - ехидно ответила Наташа, «распуская» единственный щупалец, заметив краем глаза, что Пятый улыбнулся чуть шире. - Ты умеешь игнорировать, когда с тобой говорит кто-то, - Номер 3 планировала высказать сестре все, что она накопила за эти пару минут в компании отца, полагая, что он пришел задать им по первое и второе число. После Лютера Элиссон была второй, кто так и не сумел найти контакт с Номером 8, даже несмотря на то, что их силы в сумме усиливали друг друга. - Ты про это? – спросила Наташа перед тем, как щелкнула пальцами, и вот уже из горстки упавшей на пол одежды выползла огромная черная змея, которая, захватив хвостом толстовку и джинсы, взяла направление к восточной части Академии, где находился тренировочный зал. Гневно переведя взгляд на Пятого, который тоже был в этом замешан, Номер 3 пришлось проглотить свои ругательства, ведь и он тоже исчез, прибегая к своей силе. Совершенно беззаботной осталась лишь Грейс, которая забрала оставленную на лестнице посуду, и направилась на кухню, проверять готовность праздничных блюд, напевая себе под нос какую-то мелодию. *** Бесцельно петляя по коридорам Академии в змеином облике, Наташа добралась кухни, решив запастись парой тонн минеральной воды. Из-за «адского пламени, который греет ее черную душу» процесс испарения воды в ее организме был многократно ускорен в сравнении с тем же процессом у обычного человека, в связи с чем девушка чувствовала максимальное изнеможение уже через пару часов, тогда как человек мог потребить без лишней необходимости всего 2 литра в течение дня. Потратив время, чтобы пару раз обползти вокруг холодильника, в надежде найти что-то сладкое, девушка утробно прошипела, когда Грейс ударила ее кухонной лопаткой по хвосту за попытку украсть крем для торта. Показав ей язык в качестве угрозы, что на самом деле выглядело по-детски, Номер 8 с гордым, но оскорбленным видом поплелась в кладовую, где хранились запасы воды. Обхватив блок бутылей своим змеиным телом, она отправилась дальше, еще раз зыркнув в сторону Грейс, но та лишь напомнила, что все приготовления будут храниться до наступления вечера, и ей ничего не перепадет. Так Харгривз вернулась на второй этаж Академии с ношей за спиной, остановившись на разветвлении: по правую сторону находился спуск в тренировочный зал, а по левую коридор тянулся вплоть до библиотеки. Размышляя уже несколько минут, Наташа скривилась, почуяв приближение носителя знакомого запаха дорогого кофе. - Заблудилась? – с издевкой спросил Пятый, прекрасно зная, как ненавидит сестра любые упоминания того, что периодически она теряется на открытой местности. Уже через секунду он увернулся от брошенного в его сторону блока с водой, самодовольно поправив ворот рубашки, из-за чего упустил момент того, как змеиный хвост обхватил его лодыжку. Поэтому следующим в полет отправился он сам, перемахнув за перила и приземлившись на диван вместо какой-то старинной вазы, как метила Номер 8. Рвано выдохнув и поднявшись на локтях, парень успел заметить лишь клыкастую ухмылку сестры прежде, чем она вновь захватила свою ношу и отправилась в сторону тренировочного зала. «Начнем, пожалуй…» - толкнув двери зала, произнесла девушка, трансформируясь в свое обычное тело, прекрасно ощущая на себе несколько заинтересованных взглядов, главным из которых был взгляд Пятого. Имея от природы талант к игнорированию, Наташа с явной неохотой расстегнула кофту, стягивая ее со своих миниатюрных плеч, одновременно с этим отрастив небольшое щупальце, которое открыло для нее одну из бутылок с водой… а затем и все последующие, которые девушка опустошала всего парой глотков. Решив, что этого будет достаточно, она отбросила в сторону пустой бутыль, вытерев ладонью губы. Размяв шею, Номер 8 выступила чуть вперед, повторив действия своего противника, как вдруг она покачнулась и, в буквальном смысле, растеклась по полу, образовав небольшую лужу в самом центре зала. Первые несколько секунд группа наблюдения из Клауса, Бена и Вани пребывали в небольшом смятении, ровно как и Пятый, но когда Наташа по каплям собрала себя в свой природный вид, широко распахнутыми глазами уставившись перед собой, ребята расслабились. Очевидно, она была излишне расслаблена и забыла о контроле собственной силы. - Прошу прощения, - ощупав на наличие свои щеки, волосы и пальцы на ногах, произнесла девушка, передернув плечами, - видимо, кто-то додумался заменить одну из бутылок с водой на джин. – Стрельнув глазами в сторону Номера 4, добавила Наташа, сглотнув неприятное послевкусие на языке. Пятый же, хоть и не сдержал разочарования оттого, что способности его сестры теперь не будут использованы в полной мере, все же не скрыл удовольствия, почувствовав шанс своей победы чуть ближе. Сделав еще пару шагов навстречу друг другу, Наташа и Пятый посвятили себя зрительной дуэли, пока Клаус выкрикивал слова поддержки своей сестре и периодически нецензурно выражался в адрес «чуть младшего» номера, расплескивая вокруг себя колу, за что ему пару раз досталось от рядом стоящего Бена. Даже нерешительная Ваня, ощущавшая свою уникальность только рядом с Пятым, сейчас смотрела на Наташу, одними губами пожелав ей удачи. - Готова, змеиная ты королева? – риторично спросил Пятый, хмыкнув, когда Номер 8 улыбнулась без своих новых клыков, очевидно уже начав перестраивать свое тело. - Можешь сдаться, если так боишься, - язвительно ответила девушка, все еще выводя из крови алкоголь, который она так глупо выпила залпом. Заняв более устойчивые позиции, они постепенно сосредотачивались только друг на друге, и если Пятый хотел съехидничать, чтобы подколоть сестру, то ему пришлось проглотить свои остроумные высказывания, ведь Наташа просто выключила свой слух, чтобы дать телу возможность обострить оставшиеся органы чувств. Он уже прекрасно выучил эту ее особенность морщить нос, когда запахи для нее становились намного сильнее, если Номер 8 захочет закрыться от окружающего шума в библиотеке, а он постоянно приносил дорогой кофе, запах которого она ненавидела, но постоянно терпела и никогда не велела Пятому исчезнуть. Самому парню льстило, что Наташа, так презиравшая запах его любимого кофе, сейчас принюхивается к нему, чтобы лучше понять. Момент довольства Пятого самим собой был прекрасным отвлекающим фактором, именно поэтому Наташа выступила в поединке первой, замахнувшись отращённым хвостом и отбросив парня на маты у самой дальней стены. Уже второй раз за день оказавшись на лопатках, Пятый удрученно простонал поднимаясь на ноги, раздраженно посмотрев на Клауса, который улюлюкал на трибуне, и которого не могла слышать Номер 8, поглаживающая свой лисий хвост, пока ее противник возвращался на исходную позицию. Хрустнув шеей, Пятый глубоко вдохнул и выдохнул, смотря на сестру, как на полноценного врага. «Вот же засада», - успел он подумать прежде, чем Наташа заставила себя хмыкнуть, чтобы показать возвращенные клыки.