Глава 8 То здесь, то там

      

Арктогея, Полис Брей, Район Южного порта

      

9:30 Утро

                    — Хорошо, подытожим.       Под умеренно громкую какофонию портового шума, мы с Пасификой обретались на палубе левого борта, подальше от любопытных взглядов портовых работников и прочих, праздношатающихся индивидов. И даже пытались, эка невидаль, провести совещание!       Ну как совещание…       — За одну крохотную прогулку я умудрился завести пригоршню знакомств, согласился на несколько непыльных делишек, пахнущих авантюрой, да совершил парочку местных, административных правонарушений, кек… — если бы кто-то увидел, в этот момент, моё мечтательное лицо, наверняка захотел бы влепить леща.       — Я затрудняюсь с оценкой твоей эффективности, капитан, — спокойный голос девочки был слегка искажён.       Неудивительно, учитывая что та вот уже несколько минут пялилась на далёкую снежинку крепости, задрав голову в зенит.       Там явно происходили какие-то рабочие процессы и пертурбации, если судить по активному перемещению некоторых конструкций, вроде нескольких крано-подобных манипуляторов и непонятных, сдвижных панелей. Но мне это зрелище надоело ещё десять минут назад. А вот Пасифике — явно нет.       — Зато главную свою миссию, я, с честью, выполнил! — на белый свет явился чёрненький «линкер». — Зарегист…       С чётким хлопком, и небольшим сотрясением пальцев, невзрачный девайс, из моей руки, — моментально испарился.       — Эй!       Но присевшая, на корточки, мелкая… шхуна! Позабывшая про всё на свете, — лишь ещё больше ускорила топот пальцев по экранчику, на котором мелькали открываемые и закрываемые окошки.       — Харт… — раздался сверху и сбоку отдалённый голос Ины.       Посмотрев в том направлении, я увидел как она и Доннер машут мне из беседки.       Хорошо, что их знакомство с Фикой прошло без каких-либо проблем…       Я просто представил её как своего старпома и просто сестрёнку: крайне педантичную, и заведующую всеми хозяйственными вещами. Что было встречено с неожиданным пониманием. Мелкий даже залип немного, на столь невинно-драматичный образ…       Томная пигалица в полу-офицерской форме! Йай!       На лицо вылезла непрошенная улыбочка.       Пусть играется… пока.       В несколько прыжков добрался до импровизированного мостика, и вцепившись в поручень, пристроился с внешней стороны ограждения, как раз перед гостями.       — Ну как вам тут?       — Кр-руть! — заорал шпанёнок. — А вы что, в бою учв… астовали? Столько дырок! А контейнеры зачем? А почему люки и двери не открываются?       Это где он тут двери нашёл…       — Корабль почти на сто процентов автоматизирован, и в корпусе куча опасных механизмов и… оружия, — пальцем ткнул я его в лоб. — Так что ничего хорошего, тебя, за теми люками, не ждёт.       — Э-э-э? — разочарованно прогундел юнгер, насупившись.       Из-за чего и схлопотал, но уже щелбана:       — Я тебе что, взрослый, чтобы на меня это действовало?       — Да бли-ин! Да ты пришелец какой-то! — вырвался у того крик души.       — Ну-у… да?       — Хи-хи, — позабавила осьминожку перепалка. — Но Хауто-кун, я как-то видела флот Сэн-Муйтари, и у них почти все корабли гладкие, лазурно-сероватые и похожи на морских животных с блестящей кожей.       Мгновенный запрос, и ассистент напомнил мне, что данное, политическое образование, — наша текущая, официальная легенда… ещё с каравана.       Мдэс… загулялся, видимо.       Надо будет, всё-таки, поковыряться в местной сети… хоть немножко.       — А это и не нашенский корабль, — сделал я лицо попроще. — Какой-то древний реликт. Я не очень хорошо в этом разбираюсь.       Пацан лишь неверяще уставился на пол под своими ногами.       А я продолжил:       — Один родственничек нашёл эту развалину на какой-то задрипанной планетке, и продал моему отцу в оплату долга, — сгенерировал я лапшу, прямо на ходу. — Подшаманили немножко, и папаня подарил её мне на двенадцатилетие, вместо обещанной яхты. Но я не жалуюсь! Так даже круче вышло.       О все боги хаоса и порядка, и всех святынь предвечного истока вместе взятые… Зависть, которую выплеснул в мир взгляд бедного пацана… Я… Это наверное можно было сравнить с джетом галактической, чёрной дыры, который пропустили сквозь микронное сопло…       Этим взглядом можно было бы разрезать вселенную на три части, будь чувства чем-то большим, чем выплеск гормонов.       Кривоватая улыбка вылезла на лицо:       — Теперь эта штука слушается меня, и частично тех, на кого я укажу, — погладил ладонью поручень.       — Неужели ты совсем ничего не знаешь о нём? — очень сильно удивилась Ина.       — Н-нэ-э… Помощник отца что-то пояснял, за все эти древние штуки, но я не большой любитель истории, — облокотился на поручень. — Знаю лишь, что они были очешуенно развитыми, технологическими, и жили в отдельной галактике.       — Хуму, — девушка задумчиво положила пальцы на подбородок, и задрав голову, уставилась на потолочный витраж. — Некоторые элементы дизайна кажутся мне знакомыми, хм… у меня на такое глаз намётан.       Я кашлянул, затруднившись выразить более конструктивную реакцию.       Но меня добили:       — Что-то связанное с недавними планетарными катастрофами… — она встрепенулась. — Ну, то есть, не такими уж и недавними. Всё же такие кошмарные вещи, всё ещё достаточно редки, слава спящему! — вновь задумалась. — …надо будет посмотреть в сети.       Вот так и рушатся иллюзии.       Что ты там хотел, пан попаданец? Спокойно путешествовать по новым мирам, оставаясь инкогнито?       А на-ка тебе! Получи реальностью по фейсам!       Первый же встреченный разумный нас почти раскусил, даже без особых стараний с моей стороны. Деталька — тут, догадка — там, и вот уже складывается картинка… Ну или можно взаимодействовать лишь с очень недалёкими индивидами, для которых и ствол ко лбу — не намёк.       Тока, чёт, не хочется.       Да и эта часть, про недавние катастрофы, — неплохо, так, напрягает.       — Боюсь, что контейнеры придётся оставить, — обратился, по такт-сети, к своему кораблику, зная, что она слушает этот диалог.       — Твоими стараниями, капитан, нам не поможет и перманентно активное поле голо-хроматической маскировки.       Это она так оценила мои таланты заводить правильные знакомства?       — А у нас такая есть?       — Нет.       — А если найду?       — Стукнись об неё лбом, потому-что у тебя галлюцинации.       Хе-хе…       А терапия по разморозке снежной принцессы, то, — продвигается! И при том — хорошими темпами!       От заряда позитивных чувств — даже немного станцевал, прямо там, где и был.       — Вспомнил что-то хорошее, Хауто кун, — по своему поняв мои телодвижения, прокомментировала Ина.       — А-а… а? Не-ет… — глубоко вдохнул я, и повис уголком, дабы скрыть смущение.       — Да ладно тебе дуться, — вернулся я к Пасифике.       — Ты частично открыл информацию о нашем происхождении. Это недопустимо и… опасно, капитан.       — Те кому нужно, наверняка узнают нас по общей сигнатуре и внешнему виду. Вон, как Ина. А друзья может чего и подскажут, по поводу наших горемык-соотечественников, — попытался я успокоить малявку.       Может избавиться от контейнеров?       В инфильтраторском деле, как и в большинстве ремесел, — главное хранить баланс, соблюдая правило золотой середины. А шкериться по полной — как раз одна из крайностей, на шкале этого баланса. Так как вызовет гораздо больше подозрений и интереса, нежели банальная история с везучим мажорчиком.       В любом случае — срисуют, с лёгкостью обоссанного пальца.       Тут главное — сколько очков «подозрительности», мы при этом получим, на свою чёрно-белую фоточку с красным прицелом на лбу. Типа: «Вдруг, этот мажорчик, — просто понтуется? Нафаршировал истлевший остов стандартной техникой, и катается тут, по помытому.»       Мимолётная мысль избавиться от контейнеров — как пришла, так и сгинула.       Не-е… Это надо будет сделать уже потом, когда «естественно-информированного» народу побольше станет.       Незачем торопить события.       А то ведь это Ина — девушка понимающая, и вряд ли станет болтать. Какой шанс, что столь приятные люди будут встречаться мне и дальше?       Пацану же — попросту не поверят, потому-что ребёнок.       Тьфу! Да к чёртям эти шпионские игрища! Я даже политической обстановки, местной, не знаю. Может всем вообще давно плевать на ту Олимпию и её производные?       — Капитан. У меня вызов от мисс Сивирро, на твой примитивный линкер, — отвлекла меня Фика от досужих размышлений.       — Джуна?.. Точно! Она же обещала позвонить, как управится с делами!       Обратился к гостям:       — Мне нужно отойти ненадолго. Не скучайте!       И соскочил вниз, направившись к успокоившейся Кораблевочке.       А подойдя, немножко обалдел от того, — во что превратила мой новый гаджет мелкая паразитка, за те несколько минут, что меня не было рядом.       — Это что? — я вытянул, из неожиданно слабой хватки, некое нагромождение странных, механических наростов, в центре которых угадывался небольшой экранчик, сияющий белой слепотой.       Вместо ответа, перед моим взором открылось виртуальное окошко с узнаваемым набором ярлыков. Точь-в-точь к в линкере.       — О! — оценил я задумку.       — Взаимодействие с устройством происходит через аналоговый ресивер, в безопасном скоростном режиме, — спокойно мазнули по мне лазурные зенки.       Она протянула ручку, и вновь повторила технику «вытаскивание девайса из ослабевшей хватки». Затем передала его подбежавшему паучку.       — Образец будет помещён в имплозионную камеру, внутри одной из ракет, — выдало чудо с постным лицом. — И будет изолированно, а потом и уничтожено сразу же, как только появится подозрение на опасный трафик.       На эмулированном экране, тем временем, вновь появилось окошко вызова от Джуны. Блин!       — Алло! Алло! Пф-ф-фу! Ф-ф-х! — в рамках тактической сети было гораздо легче имитировать желаемые звуки.       — А-ауч… Не делай так больше, малыш, — спустя небольшую паузу попросили на том конце.       — Ладно…       — Вижу, по датабазе ордена, что вы уже зарегистрировались… Ха! С такими данными у тебя отбоя от клиентов не будет.       — Эм… Ну-у, да?       — Корабли с такими параметрами обычно делаются только в центрах гегемоний, — перед воображением возникла картина девушки, поучительно качающей пальчиком. — И соответственно, позволить их себе может далеко не каждый предприниматель. Ну и, к тому же…       — Мне уже страшно.       — И не зря! Хе-хе… Я тут сейчас сижу в нашем региональном офисе, после переговоров… Фу-ух, тот ещё кошмар эквилибристики, — конец фразы она пробормотала, но сразу вернула тон. — В общем, из-за кое-каких странных обстоятельств, целая куча компаний, которые занимаются пассажирскими перевозками, поотменяла рейсы на Арктогею. Хотя на первый взгляд, во всём виноват рейд.       — А мы тут причём? — моё понимание ситуации оставалось на уровне золотой рыбки.       — Ну, судя по твоему ответу, у вас там ещё не собралась очередь из желающих нанять целый батлшип для охраны Бунголайнера*?       — Чего охраны? — не врубился я.       — Пха… Не удивительно, что ты не в курсе… богатенький мальчик с централа, — голос разбавился шутливой ядовитостью. — У средне-низких, по доходности, слоёв населения часто… да почти никогда нету денег на нормальный лайнер. Вот предприимчивые хитрецы и придумали такую штуку, как круизное бунгало. Стандартный контейнер, переделанный в каюту на несколько человек. Почти как жилая комната-модуль, для свежих колоний, но в этом случае — для путешествующих нищебродов.       — Ты и переговоры так ведёшь? — чисто из интереса буркнул я, вспомнив аналоги описанного кустаря, виденного ещё на родине.       На том конце провода послышался искренний смех, а затем — мертвенно серьёзным тоном произнесённое:       — Естественно, — и снова хохот.       — Ты там что, веселящих жидкостей употребила? — начал я что-то подозревать.       — А? Как ты узнал? — взорвалась она возмущением. — Не смей использовать на мне эти ваши шпионские штучки! Я же голая!       — Ты не голая, — ляпнул я случайную, контекстно-подходящую фразу.       — Значит подглядываешь, мелкий паршивец!       — Нет. Подс… лушиваю, — с каким-то внутренним возмущением закончил фразу, глядя на всплывшее окошко со смоделированным, на базе эхолокации, неким помещением, в котором угадывалась, раскинувшаяся на софе, фигура.       Мелкой шхуне явно нечем заняться…       Тряхнув головой, и отмахнувшись от окна, продолжил:       — Значит, стоит скоро ждать гостей, да?       — Учитывая что их ещё нет… А! О… — явно пришла, ей в голову, какая-то идея. — Я как-то забыла, что у вас там не всё в порядке с визуальным… впечатлением.       — Есть такое, — окинул взглядом текущий «скин»* своего корабля.       — Но не переживай, — спокойно прокомментировала девушка. — Денёк-другой, и спрос превысит предложение. Тогда и будет тебе морока.       — Ага, — полуобречённо вздохнул. — Это всё, о чём ты хотела сообщить?       — Ага… Нет! — послышался шлепок. — Со мной на связь вышел жутко мутный тип, и спрашивал насчёт каких-то «Олимпийских артефактов», с которыми я недавно контактировала. А учитывая, что кроме вас, мелких, и кучки отродий глубины, я ничего подобного не помню, то вывод вполне очевиден.       У меня слегка засосало под ложечкой…       — А больше он ничего не говорил? — плеснул я скепсиса в свой тон. И тут же добавил, раздражённо: — Сраные коллекционеры…       — Да-а, они такие, — подтвердила Джуна, что не собирается лезть куда не просят. — Скину тебе контакты, на линкер. Зовут: Гектор Мьют. Если что, хоть будешь знать кого абортить, когда он на вас выйдет.       — Спасибо.       Собеседница хмыкнула:       — Сочтёмся… А! И ещё! — послышалось копошение. — Мы с Греем на фестиваль собираемся, этим вечером. Если будет желание пересечься, милости прошу. Звякни там… — голос скатился в оскорблённое бормотание. — …или просто найди нас своими хютрющими технологиями. Ну и, в общем-то, всё?       — Ну… тогда, до вечера?       — Целую в щёчку, — проворковала девушка, и сбросила вызов.       Уставившись на портовой канал, по которому как раз разминались несколько солидных плав-средств, я озадаченно потеребил шевелюру, что стало уже привычным движением.       Планы-планы… Какие же вы, бляха, соплистые… Ветерок подул, и всё — моментальное накрытие иридиевым тазом.       — Капитан, мы… — отвлёк меня, от горестных раздумий, голос Фики. — Мы должны проверить этого человека, — но тон, её, при этом, был крайне далёк от уверенного. — Он может знать о том, что случилось с Олимпийским содружеством, и дать нам множество косвенных и прямых улик.       Я протяжно, и очень разочарованно вздохнул.       Ну… Это ведь должно было когда-нибудь случиться? И то, что случилось раньше, а не позже, при прочих равных, — лучший исход… наверное.       Ощущение собственного, подвешенного положения вернулось вместе с мерзкой прохладой в желудке.       Как бы сравнение с той самой соплёй, — не стало моим личным девизом…                            

Арктогея, Полис Брей, Место скрыто

      

9:54 Утро

      

      

      Стая белых птиц промелькнула на фоне небесной синевы, и исчезла, словно мимолётное виденье, порождённое отблесками солнца на высотных облаках.       Огромное помещение было почти полностью погружено во тьму, частично отступающую лишь возле обширного, панорамного окна, на фоне которого выделялась статная фигура высокого мужчины.       А тихий, далёкий гул, множества работающих механизмов, — был единственным, что нарушало медитативную неподвижность этого места.       Но прошла минута, и неподвижность оказалась нарушена, когда из глубины помещения послышались резкие, стучащие шаги, сопровождаемые высоким, механическим отзвуком, столь коротким, что его едва ли можно было разобрать с ходу.       Новая фигура приблизилась и замерла, не доходя до мужчины нескольких шагов. Прибывший явно ожидал какой-то реакции…       Но реакции не последовало.       Лишь облака продолжали медленно смещаться за окном, символизируя непреклонное течение времени.       — Лорд-командующий? — вновь нарушил тишину спокойный и глубокий, но ещё очень молодой, женский голос.       — Тебе они не кажутся… раздражающими? — вместо ответа донеслось от фигуры.       От голоса этого мужчины веяло суровой и непреклонной властью, скрытой за хорошим слоем аристократической мелодичности, сохранившейся несмотря на солидный, уже, возраст.        — Бездумными и лицемерно-равнодушными, — продолжил он после небольшой паузы. — Вечно спешащими по своим маленьким и ничего не значащим делам, дабы поскорее прожить свою, малозначительную жизнь… — несмотря на содержание слов, он будто-бы в сотый раз зачитывал отрывок вечерней сказки, у кровати любимой внучки. — …даже не подозревая, что их небо, это не более чем ботинок, уже занесённый, дабы совершить своё безжалостное деяние.       Женщина не сразу осознала, о чём идёт речь, но:       — Нет.       Короткий ответ, и твёрдый, словно лезвие клинка, взгляд — направленный точно в затылок собеседника.       — Снующие… Мельтешащие… Жебраки и властители… — словно сам с собой продолжил говорить мужчина. — Они даже не подозревают, что существование их висит на ветхом волоске чужих сомнений, сплетённых из остатков утерянной человечности, трупного смрада уничтоженных народов и… — он повернул голову, чтобы краем глаза мазнуть по новоприбывшей. — …тонких жил обездоленных детей, из которых мы растим наших рыцарей.       Наконец-то мужчина повернулся к своей гостье, давая возможность рассмотреть свои льдисто-голубые глаза, почти всегда взирающие сверху вниз на любого, с кем, этому человеку, доводится говорить.       Внимание сразу цеплялось за нетипичные, серебристые татуировки, будто продолжающие внешние линии его угловатых бровей, изгибаясь тонким, обильным узором, который постепенно исчезал под стильной, деловой причёской.       — Сирисс* Фоирграмм, — не сказал, но констатировал он, развернувшись, и обойдя гостью сбоку, дабы лучше рассмотреть её на свету. — Ваша реабилитация прошла успешно?       — Да, милорд, — не изменив выражения лица, медленно моргнула молодая женщина.       Теперь было видно, что девушка, начиная с пяток и по самую шею, — закована в массивный, технологический доспех, иссиня-чёрного цвета, великолепно стилизованный под свой примитивный аналог. Под прямыми лучами солнечного света броня загадочно отливала глубокой синевой, с двоящимся блеском, словно проступающим из глубины материала. Из-за этого создавалось впечатление, будто перед наблюдателем — загадочный артефакт, а не простой, силовой скафандр, выполненный из качественнейших материалов.       Хотя вполне могло статься так, что мистическое впечатление — не такое уж и неверное…       — Приятно слышать, — уже открыто окинули её взглядом.       Затем мужчина развернулся, и неспешно направился вглубь помещения, откуда ранее пришла гостья.       Девушка без вопросов последовала за ним, хорошо осведомлённая о привычках и характере своего начальства.       Несведущего человека могли бы покоробить высоченные каблуки у массивной брони, которые издавали тот самый звук. Но его сведущий коллега сразу бы распознал систему голеностопного усилителя, в её сложенном состоянии, который, при нужде, — значительно удлинял ступню, превращая её в мощный рычаг, позволяющий владельцу бегать с весьма впечатлчющей скоростью.       — Даже не спросишь, к чему были все эти разглагольствования? — не поворачиваясь поинтересовался лорд.       Путь вывел их сначала в коридор, а затем и на огороженный, пешеходный карниз, протянувшийся вдоль огромного ангара.       Здесь было светло и шумно, благодаря полностью прозрачной крыше и вечной толкучке технического персонала, снующего внизу, среди рядов арген-пехотных «Гоплитов».       Эти двадцати шести метровые мехи, способные к частичной трансформации в эрзац-штурмовик, демонстрировали великолепную универсальность, когда дело доходило до сражений со множественным, более-менее стандартным противником. Часть из них могла быть задействована для воздушной поддержки, в то время как основные силы — развёртывались на земле или воде.       В деле же сдерживания глубинной орды — им вообще не было равных: по сети постоянно ходят ролики о том, как эти машинки, в своей летающей морфе, — лихо пеленают очередную «креветку», удерживая её на месте, и подставляя под огонь тактической артиллерии союзных подразделений.       А затем — шмяк! И отродье взрывается изнутри, располовиненное блестящим попаданием мощной ракеты…       Хотя эти машины и занимали почти всё пространство ангара, производя впечатление своим количеством, но…       Но даже при таком раскладе, — они никак не могли сравниться своей внушительностью с Ними…       В том месте, куда смотрел мужчина, на одной из саппорт-колонн неожиданно лопнул шланг вторичного охлаждения, заволакивая паром часть ангара, и создавая вокруг объекта внимания ещё более… впечатляющую атмосферу…       С противоположной стороны от них, под таким же обзорным карнизом, располагался открытый, технический провал, открывающий доступ к подвесному массиву этого сектора твердыни.       И вот там, видимые лишь в плечевом поясе, были зафиксированы машины уже совершенно иного уровня…       — Арвент-Катафракт «Александрит», — командующий положил руку на поручень балюстрады, покосившись на замершую подчинённую.       В одной из секций подвески, удерживаемый двумя массивными, многометровыми клешнями, — покоился главный козырь ордена.       Гроза боевых полей, одним своим существованием остужающая головы любых политических оппортунистов, водящихся на арене галактического общества. Да и вообще всех тех, кто непрестанно жаждет возыметь выгоду за счёт прославленного, в бесчисленных подвигах, ордена.       — Как всегда, жаждете боя, рыцарь? — хмыкнул мужчина, оценив обманчиво- спокойное выражение на лице собеседницы.       — Пока Александрит в стойле, — сдержанно гневливый взгляд впился в льдисто-голубую броню. — …где-то в галактике, всевозможные чудовища продолжают свою кровавую жатву.       Женщина не стала продолжать поединок взглядов, и вновь воззрилась на свою боевую машину.       Робот-мех хоть и имел общую, с младшими собратьями, гуманоидную форму, соответствующую своему пилоту. Но в остальном — мало чем походил на стандартные машины, распространённые в протекторате. Начиная от массивной, «инсектоидной» головы, увенчанной длиннющим, бронированным рогом сенсорного массива. И заканчивая чрезмерно утолщёнными, массивными «плечами», в которых скрывалась многочисленная, техническая начинка, вместе с некоторым, дополнительным вооружением.       Остальное «тело» оставалось вне поля зрения, не позволяя полностью оценить машину. Но девушке и не нужно было его видеть, дабы воспроизвести полный образ меха в уме, предварительно извлекая из памяти боевые и тактические приёмы, отработкой которых, вскоре, снова придётся заняться. Но уже — всерьёз.       Рыцарь невольно вспомнила уроки десятилетней давности…       Безусловный шедевр, порождённый техническим гением основательницы их ордена, — святой Кассадии…       Он приводился в движение таинственным Арвент-ядром, которое являлось сплавом продвинутых технологий и загадочного археотеха, подаренного, по легенде, одним из апостолов самого Спящего. А потому — так и осталось неразгаданной тайной для многих поколений причастных, к тайне, исследователей.       Через какое-то время они вновь, молча, двинулись вдоль карниза.       Атмосфера этого места навевала одинаковое настроение даже на таких высокопоставленных людей как они. Подавляя желание обсуждать, что либо, в месте, которое предназначено для тяжелой и внимательной работы, а не пустопорожних сотрясений воздушных масс…       Ещё несколько проходов спустя и один недлинный подъём на лифте, — перед ними предстала их цель…       Центральный мостик.       Просторное помещение было устроено по принципу концентрических, каскадных ярусов, нависающих друг над другом замкнутыми кольцами.       В центре, под самым потолком, — располагалась голограмма планеты, видимая из любой точки. А под ней, доступное для обзора со всех постов, — импровизированной тарелкой было устроено и «гнездо» капитана…       Непосредственный хозяин которого, прямо сейчас, встречал гостей почти у самого входа.       И не он один…       Девушка спокойным взглядом окинула второго, по ранжиру, человека на этой крепости.       Крепкий, высокий, но чересчур худощавый мужчина красовался длинными, матово-серебристыми волосами, свободно спадающими за спиной, и удерживаемые, на лбу, затейливой, тонкой диадемой. Они хорошо контрастировали с его глубокими, тёмно-синими глазами, что выделялись даже на его невероятно… породистом лице.       Особой изюминки, облику, добавлял комплект острых, тёмно-янтарных рогов, сложно-угловатой формы, — направленных чуть-чуть назад и вверх, — явно усложняя ношение головных уборов, если он, таковыми, не брезгует. Но даже такой необычный аксессуар — совершенно не портил общего впечатления, которое производил этот человек…       Или. не человек?       Рядом с ним, немного превосходя в росте, — маячила гораздо более загадочная и мрачная фигура.       Рыцарь знала, что этот человек сопровождал Лорда-командующего, в служении ордену, ещё до её рождения, заслужив его беспрецедентное доверие и дружбу.       Громоздкая фигура «Маршала» была скрыта крайне поношенной и угловатой, силовой бронёй, дополнительно укрытой тяжёлым чёрным плащём, неожиданно стильного покроя. Лицо его надёжно скрывал глухой шлем, с не менее угловатой, броневой пластиной, оснащённой трёхлучевым визором. Что же до прочих деталей… то их замечательно скрывал глубокий капюшон, который он носил даже в ночной темноте. Что уж говорить о погоде, этикете или прочих, совершенно незначительных обстоятельствах?       Особо выделяющейся деталью, в его внешности, можно было назвать, разве что, — потрёпанное изображение простой, чёрной шестерёнки, вписанной в чёрное же кольцо, на фоне большого, жёлтого круга, занимающего приличную часть его спины.       Когда двери лифта разошлись — эти двое как раз о чём то разговаривали…       — Лорд-командующий, — повернулся, ко входящим, капитан, не меняя своей позы, со сложенными, за спиной, руками.       Фигура в капюшоне лишь слегка довернула голову, концентрируясь на новоприбывших, и по простецки держа руки в глубоких карманах плаща.       — Вал, Гоуст, — поочерёдно приветствовал, обоих, командующий, подходя ближе.       — А вы? — перевёл блондин, взгляд на женщину. — Рыцарь-катафракт, Лана Фоирграмм, я полагаю?       Та без суеты выпрямилась, негромко ударив кулаком о нагрудную плиту своей брони, напротив сердца:       — Честь имею, граф.       — Капитан, и никак иначе, сирисс, — без особого огонька поправил тот.       Девушка слегка подняла брови.       Но капитан лишь сухо проронил:       — Скандалов не будет, но я зачту это как нарушение субординации.       — Ты хотел меня видеть, Валларх, — решил вмешаться командующий, пожимавший, до этого, руку второму встречающему.       — Действительно, — посмотрел он куда-то вниз и в сторону, задумавшись.       Затем подошёл к ограждению, и наклонившись, позвал:       — Лейтенант Таро! Подойдите.       Через несколько секунд названный офицер подбежал, и вытянулся в струнку перед высшим начальством.       — Докладывайте об утреннем происшествии, лейтенант, — прервал блондин приветствие подчинённого в зародыше.       — Так… точно, сэр! — с серьёзным лицом кивнул тот. — Сегодня, в восемь сорок четыре утра, дежурная смена «вороньего гнезда» планово привела в сознание текущего «медиума».       Вороньим гнездом, то ли в шутку, то ли в дань традициям, — назвали дополнительный сенсорный пост, когда-то устроенный на одной из центральных башен твердыни. С единственной целью — содержать там «Медиума».       — Он ещё не сдох? — голос лорда был до жути спокоен.       — Неделю, возможно… протянет, — слегка повёл плечом разведчик. — Но если нам и далее будет нужна эта «Сенсорная единица», то стоит его… хотя бы, напоить?       — Пусть медики приведут его к минимально-функциональному состоянию, — опередил капитан лорда, дабы не уводить разговор в левую колею       Мало кому, на твердыне, было неизвестно об особой любви лорда- командующего к разумным, зовущимся «Искателями»…       — Будет сделано.       — И что же засёк этот… «человек»? — вновь взял слово владелец крепости.       — Если коротко, то у нас особый код, — молодой человек в сомнении посмотрел на капитана.       — Это «Чёрный обелиск», — закатив глаза, заявил тот, раздражённый косностью подчинённого.       Ледяной взгляд командующего впился в переносицу лейтенанта, будто голодная змея в долгожданную жертву.       Тот не шелохнулся, лишь слегка побледнев.       — Эхо старой Олимпии, — внезапно подала голос фигура в капюшоне.       Звучал он как гулкий, но уже старый синтезатор речи, сопровождающий некоторые звуки низким, глухим шипением.       — Расстояние? Время до огневого контакта? — деловито шагнул, в сторону гнезда, командующий.       Лейтенант нервно пожевал губами, явно затрудняясь с ответом:       — Он прямо под нами, сэр.       Лорд замер на середине шага, явно застигнутый врасплох. Но быстро опомнился, решительно приблизившись к голограмме планеты:       — Нат! Выведи мне изображение с камер по отметке «Чёрный обелиск»       Планета исчезла, а на её месте возникло плоское изображение, повёрнутое к мужчине.       Подчинённые также приблизились, расположившись по бокам, и сопровождая, глазами, манипуляции бортового компьютера, которые тот производил с изображением.       Наконец — картинка выровнялась. Перед смотрящими показалась крыша многоцелевого, портового здания, с частично выступающим, из-под неё, корпусом странного… корабля?       Рядом появились более удобные изображения с более ранних записей, вместе с трёхмерной моделью объекта.       — Это… слабо похоже на Чёрные Обелиски с Агниуса, — капитан был озадачен.       И не только он.       — Оказался ближе к истине, чем, кхм… хотел бы, — названный Гоустом вытянул правую руку из кармана, несколько раз стукнув себя пальцем по маске шлема.       — Очертания многих конструкционных элементов идентичны паттерну Обелисков, — лейтенант приблизил кусок картинки, и выделил пальцем нужное. — Обратите внимание на люки пусковых шахт…       Рядом появилось изображение упомянутых обелисков, сразу с нужного ракурса.       — …они идентичны на девяносто восемь процентов.       — Его будто всё стадо глубинной мерзости жевало… лет, так, сто, — озвучил свои мысли лорд.       — Активность? Признаки агрессии? — взглянул капитан на разведчика.       — Ничего, сэр. Сигнатура объекта не претерпела никаких изменений с момента прибытия в доки, — парень тревожно поправил ушную гарнитуру. — Если бы не плановая побудка, у медиума, мы бы и не подозревали, что у нас под ногами спокойно болтается боевая машина предтеч.       — Тывалла, что по ССО полиса? — повернулся владетель к посту главного диспетчера. — Они запрашивали инструкции или информацию?       — Н… нет, милорд! — с заминкой ответила темнокожая женщина. — С начала мониторинга объекта, никакой активности относящейся к нему не установлено.       — Не удивительно, — покосился на лорда капитан. — Инцидент на Агнисе уже оброс таким количеством слухов и конспирологии, что правду, теперь, знают лишь немногие причастные. Они никак не могли понять, с чем столкнулись…       — У объекта значится владелец, — обратила на себя внимание диспетчер. — В общем доступе, у Аврорианцев… — она совершила несколько манипуляций со своим терминалом. — Новообразованная ЧВК «Танатос»… владелец… некто: Харт Люнтер. Сам объект зарегистрирован… как военный корабль батлшип-класса, под названием: «Пасифика». Стандартная, бесплатная лицензия… и на этом всё, милорд.       — Беженец из Олимпийского пространства? — лейтенант потёр пальцами гладкий подбородок. — Это объяснило бы его мирное поведение…       — Функционеры полиса могут его спровоцировать, — капитан подошёл к перилам, и положил на них руки, став осматривать посты подчинённых.       В диалоге воцарилась пауза…       Обладатель капюшона повернулся так, чтобы лорду была видна часть маски:       — Каково… будет решение?       Но командующий, казалось, погрузился уже слишком глубоко в свои раздумья, чтобы обращать внимание на реальный мир.       — Мы прибыли на Арктогею, ради уничтожения Матки, — капитан не был столь демократичен, и тон его был твёрд. — Если корпораты узнают, что мы проворонили шанс испытать их боеголовку…       Это предложение можно было не заканчивать. Намёк был ясен всем.       Не каждый день, а то и десятилетие, — выпадает шанс получить доступ к экспериментальному оружию, столь сильно подходящему под их нужды. Шанс очистить множество миров, которые живут в постоянном страхе перед чудовищами глубины, что уже какое поколение воспринимаются не иначе, чем ещё одной безжалостной стихией… Особенно тех миров, где эти монстры уже давно и основательно укоренились.       При том, — столь малой ценой…       — Посол… корпорат… слишком много возвышенного смрада, — первым, внезапно для всех, отозвался Гоуст, обратив на себя всеобщее внимание. — Так очаровательно… благоухают… только опарыши с Сонируса.       — Из другой галактики? — нахмурился лейтенант. — У них официальная регистрация на столице Сигизмура — Стигиле. Но информации довольно мало… да и внезапный запрет совета, не дал нам узнать большего.       Лорд вышел из задумчивости:       — Запрет соблюдать, и… продолжайте слежение за «обелиском», — он всё ещё был слегка «не здесь», и не обращался ни к кому конкретно. — Повесьте «Глаз» над городом. Доклады по объекту проводить по срочной линии.       — Ес-сэр! — вскинул руку к сердцу лейтенант, и развернувшись, спешно удалился на пост.       — Я тоже не в восторге от этой ситуации, — капитан пристально смотрел в глаза командующего. — Но Обелиск обвешан хламом, словно баркас мусорщиков, и не испепеляет всё живое, в радиусе ста километров от себя. А вот «толагритов» матки видели уже у Мыса Мгловист.       Голо-глобус, вновь возникший на своём месте, как раз поворачивался нужным полушарием, что давало отличный обзор на упомянутый мыс, находящийся на кончике восточного «пальца» северного континента. Там где Восточный океан встречался с Запретным.       — Если матка решила мигрировать в Восточный океан, — глаза беловолосого мужчины как никогда походили на окна в морскую бездну. — Десятки миллионов разумных окажутся под угрозой уничтожения.       — Интересно ты расставил приоритеты, — краешком губ ухмыльнулся командующий. — Два полиса, в обмен на один…       — Но без… гарантии, — закончил вместо лорда, Гоуст.       — Против обелиска у нас ракеты нет, — капитан перестал буравить взглядом господина.       Всем видом демонстрируя твёрдость своей позиции, — он не оборачиваясь двинулся к гнезду.       — Удивительная… вовлечённость, для того… кто так трудно начинал, — в искажённом голосе слышались искорки веселья.       — И вправду, — командующий покосился на спину своего офицера. — Благая… метаморфоза.       — Кхм… — голос подзабытой, за время разговора, девушки, оказался несколько неожиданным… для всех.       — Гр-м, да. Гоуст, — впрочем, лорд не стал зморачиваться соблюдением такта. — Позволь представить тебе новую подчинённую. Имя ты уже слышал.       — Просто «Гоуст»? — всем корпусом повернулась женщина к маршалу.       — Имя… ирония. Истина же… не важна более для живых, — лицевые пластины были непрошибаемы.       Брюнетка, едва заметно, нахмурилась.       — Не смотри, что он такой загадочный и мрачный, — крепкая рука с глухим «звяком» опустилась на бронированное плечо. — От его боевых планов, даже у меня, иногда, голова болеть начинает.       На лицо девушки прорвался скепсис, в виде приподнятой брови.       — А уж как головы болят у наших противников… — новая ухмылка была уже пошире.       Их милое общение прервал подбежавший адъютант:       — Милорд! Разрешите доложить? — и получив кивок, продолжил. — Нам удалось добиться всеобщего собрания руководителей рейдовых сил.       — Хорошо, — мужчина окинул взглядом прежних собеседников. — Пока-что оставлю вас. И… Лана, — он с теплотой посмотрел на девушку. — Рад что ты вернулась.       — Иначе… — уверенно встретила она этот взгляд. — …не могло и быть.       Мужчина развернулся, и неспешно двинул к выходу с мостика.       — Приятно видеть… столь прекрасные отношения, — искажённый голос довольно резко охладил потеплевшую атмосферу.       Остро-угрожающий взгляд брюнетки сконцентрировался в щелях визора.       Из-под маски послышался прерывистый смех:       — Важность подобного… часто… недооценена.       — Я вас не знаю, маршал, — твёрдый и прохладный голос женщины едва ли выдавал хоть каплю настороженности, хорошо скрывая истинно отношение к подобным комментариям.       — Но многое знаю я… хр-хр… о правдах этой жизни, рыцарь, — «человек» вытащил из кармана левую руку, с зажатым в ней, линзообразным предметом.       — Буду питать надежду, что эта мудрость распространяется и на ваши навыки, — она стукнула кулаком о грудь, обозначая конец разговора, и развернувшись последовала к лифту.       Прочих формальностей пока не требовалось. У них ещё будет время скоординировать своё взаимодействие…       А вот ей — нужно заглянуть к сенешалю, и обустроить личную каюту, разобрав два огромных чемодана…       Тёмная фигура осталась на ярусе в одиночестве, продолжая смотреть на предмет в своей руке.       — Мудрость… никогда… никого не спасает, — промолвил он в пустоту. — Лишь голый… и холодный… расчёт.       Персонал давно уже привык к странностям маршала, и замершую, на высшем ярусе, фигуру, никто так и не потревожил…                     

Арктогея / Полис: Брей / Район Южного порта

      

10:11 День

                    — И вот мы сошли с крайней доски крыльца… А отряд не заметил потери бойца! — пропел себе под нос «Бирюзовый мальчик».       — Твоё изречение частично искажает действительность, капитан, — сухо прокомментировала его «Белоснежная девочка». — Такая неточность недопустима на твоём уровне командного ранга.       Сейчас уже стыдно в таком признаваться, но в момент их первой встречи, Ина, смотря на сцену в переулке, — с полной серьёзностью готовилась дать бой очередному, самоуверенному «игроку», польстившемуся на сравнительно невинный внешний вид. Сколько уж раз это происходило, если вспомнить некоторый опыт из прошлого… Слишком уж часто, в её жизни, попадались эти, преисполненные собственной исключительностью, персонажи, жаждущие сразиться с тихой, неконфликтной девушкой.       Их не останавливало даже то, что она совершенно не скрывала свой, без преувеличения, — космический уровень!       Между её обманчиво маленькими спутниками началась какая-то глупая возня…       А ведь когда-то она думала, что ещё больше её разочаровать, искательская братия, — уже не способна!       От мимолётного расстройства девушка вознесла очи горе, проследив глазами за потолочной кареткой грузового крана.       Не самые приятные эпизоды в её жизни…       Она резко выдохнула, сжав ноздри.       Да и негоже портить такой хороший день плохими мыслями!       Когда они спустились в главный цех, Доннера тут же заметили старшие работники, и позвали своего начальника, которые увёл мальчика куда-то вглубь здания, периодически отвешивая, последнему, лёгкие оплеухи.       Как оказалось — «мелкий шкет» очень любил всяко хулиганить, пока родной дядя не видит. А уж сбегать от слишком строгих родственников — сам местный боженька велел! В таком то возрасте…       — Хах… Прямо своё детство вспоминаю, — мечтательно прикрыла она глаза. — Родительская забота… теплота и безмятежность… гиперопека и приторно сладкая тирания…       Мимо проехал вонючий, старый погрузчик, с груза которого свисали концы каких-то водорослей…       Девушка поморщилась.       Но возвращаясь к моменту знакомства…       Она тогда так сильно занервничала, что даже позволила лику эмблемы воплотиться в полную силу! Сразу все двенадцать рук! У-у-у…       Но…       О Молчаливый Боже… если выбирать, что она ненавидела больше: сражения или плохую еду, — то сражения с искателями занимали самую верхнюю строчку вообще из всего что только возможно! Так что у неё есть хоть какое-то оправдание! Во-от…       Ина в расстройстве даже обняла себя руками, будто пытаясь согреться…       И вот, она сама едва не накинулась на первого же встречного… Молодец, Ина! Да-а… Ведь сейчас не самое начало главного, местного фестиваля, где по универсальным законам жанра: всегда имеется целая туча ярко наряженных, выпендрёжников-косплееров, жаждущих внимания и веселья! Да-а!       Эхоктии, на её макушке, заметно опустились, следуя за настроением…       Может… нужно уже начинать протирать дверные ручки спиртовыми салфетками? Чего мелочиться? Да проблема теперь нарисовалась… стыдно, видите ли, теперь, сворачивать тентакли обратно, до комфортного, стандартного размера, дабы перестать пугать прохожих, вместе с жандармами.       Она незаметно отвернулась, в который раз уже, тихо вздохнув, борясь с раздражением на собственную нерешительность.       Прямо сейчас — на них не обращали особого внимания, в обычной, рабочей суете, и слегка поредевшая компания, спокойно маячила у складских стеллажей, недалеко от древнего корабля.       — Ну что? Идём? — риторически предложил мальчик.       Он попытался сделать шаг, дабы обойти стеллаж, держа Фику за руку но его сестра, очевидно, — ещё не заразилась столь позитивным настроением…       Она яростно вцепилась в логистическую оградку, которыми опоясывались некоторые стеллажи. И повиснув, со смешно-насупленным выражением лица, — демонстрировала своё жесточайшее неповиновение.       — Ф-фр-рх… Прекрати вредничать, пузатая ты мелочь! — парнишка, на превый взгляд, мог даже сойти за раздражённого… если бы не краешки губ.       — В мои функ… обязанности не входит разведка местности, при условии, что ту же опера… работу может совершить дополнительный член экипажа! — насупленное личико девочки становилось всё более паникующим, чем громче скрежетала металлическая труба, явственно прогибаясь от усилий её капитана.       Этот момент вновь вернул Ину во вчерашний день…       Система, не смотря на то, что являлась творением невероятно древней и могущественной цивилизации, о чём говорило множество ветхих записей и легенд, — вполне сносно взаимодействовала и с современными объектами. Выдавая анализ, в соответствии уровню того или иного аналитического навыка своего носителя.       И живые существа — не являлись, для неё, исключением.       Кроме одного, единственного случая: если объект анализа не хочет, чтобы кто-то его анализировал…       На что были способны, естественно, — лишь другие искатели.       Она, конечно, допускала возможность наличия каких-нибудь аномалий, с которыми система не сможет справиться… Но пока что, подобные случаи, ей не встречались.       До вчерашнего дня, вероятно?..       Она покосилась на чёрную стену корабельного борта, подавая соответствующий сигнал.       Система послушно вывела окошко статуса, бесхитростно увенчанное высшей пиктограммой химеры…       Детишки путешествуют сами у чёрта на куличках? Пф-ф… Ну конечно…       Можно лишь пожалеть тех дураков, которые решат поживиться на этой полянке!       Химерами всегда обозначались лишь только и только разумные чудовища, вне зависимости от их размера. Для неразумных — существовал острозубый череп хищника, всегда венчающий любое творение глубины, также, как и любого представителя дикой фауны. Для искателей и разумных, как и неагрессивных, норме своей, существ, — предназначался уже более привычный, людской череп.       И вот, если суммировать весь её опыт совершенно нежелательных приключений, — всё это могло означать только лишь одно…       Перед ней, ни много ни мало, — разумный артефакт.       Который, зачем-то, решил подчиниться парочке мелких детишек! А-а-а! Почему это так похоже на сюжет глупого, бульварного романа, для детишек средне-школьного, гимназийного возраста…       Где эта чёртова, скрытая камера?       Пытаясь не казаться подозрительной, неосознанно схватившись за свои височные тентакли, девушка быстро просканировала взглядом окружение…       Была бы тут Ватсон… можно было хотя бы обсудить. Да хоть бы и в шутку!       Можно конечно предположить, что некто смог перепрограммировать Чёртов Олимпийский ИскИн, создатели которого были той ещё загадкой, задолго до своего падения, но…       Но ведь был ещё Агнис!       И Агнис очень качественно показал, что хозяева Целузиса, кем бы они сейчас не были, — не позволят, так просто, потрошить наследие своих предков!       Тем временем, реальность шла своим чередом…       Харту, видимо, надоело это перетягивание «лоли», и он провернул неожиданный манёвр.       Отпустив руку Пасифики, он резко подскочил к ней вплотную, просунув руки под дизайнерский китель, и схватив девочку за бока, — начал её неудержимо и безжалостно щекотать.       — Ай! — пискнула жертва скорее от неожиданности, чем от самого действа, выпустив поручень.       А парнишка только того и ждал…       Он ловко подхватил девчонку за талию, и без затей — закинул себе на плечо.       — Кап… Капитан! — придушенный голосок возмущённо дрогнул. — Ты нарушаешь… Нарушаешь протоколы!       — Какие именно? — ехидные, бирюзовые глаза не оставляли и шанса на вербальное сопротивление.       Ине даже завидно стало… на мгновение.       — Все! — а вот этот крик был уже вполне громким.       — Протокол-не-протокол, абонент-не абонент, — подмигнул он старшей девушке, и пригласив взглядом, зашагал в сторону пожарного выхода, по которому они ранее спустились с крыш.       Надо ли говорить, что путешествие «верхними путями» пришлось обоим по вкусу?       — Хорошо, что мелкого забрали, — заговорил он, поправив обиженное тельце. — Я уже нервничать начал, — оглянулся по сторонам. — Обвинят, ещё, в киднеппинге… А у нас и так… положение не самое выгодное, для разборок с тутошними законниками.       — Не думаю, что это случилось бы, — ответила девушка, неоднократно испытавшая эффективность правоохранительной системы на себе.       И в весьма большом количестве, очень разнообразных мест…       — Им всем аж настолько плевать? — мальчик остановился перед дверью.       Ина вышла вперёд, и открыла проход:       — Это независимый полис, основанный мигрантами, — она шутя поклонилась, указав руками на выход. — Аромат свободы! Презрение к зажравшимся угнетателям! Всё такое…       — Откуда столько сарказма?       Решётчатая лестница находилась снаружи здания, в очень узком проулке, и была органично зажата между двумя цехами.       Звенькая голыми ступнями и нормальными подошвами, — компания неспешно двинулась наверх…       — Ох, Хауто-кун так хорошо улавливает эмоции! — улыбнулась она в ответ.       — Просто на моих плечах лежит груз ответственности, — притворное кряхтение было очень натуральным. — Он заставил меня рано повзрослеть.       — Приму это как завуалированное оскорбление, — холодно раздалось из-под белого водопада, под которым, каким-то чудом, на своём месте до сих пор сидела фуражка.       — И это возмущается та самая мелочь, которая боится выходить на улицу! — ирония сквозила в каждом слове.       — Мы постоянно находимся на улице! — девочка повысила голос.       — Официально нарекаю всю палубу и внутренний объём корабля — домашним помещением! — сделал он безжалостный ход конём.       Пасификой овладел ступор.       Хорошо что она висела на плече…       — Касательно твоего вопроса, — Ина решила заполнить паузу. — Те люди, которые придерживались старых идеалов давно отошли к спящему, — в её голос проникла грусть. — Современные полисы Арктогеи стали слишком похожи на то, от чего, когда-то, бежали их основатели.       — Довольно типичная история. Хоть и печальная.       Они наконец достигли крыши, и толкнув ветхую калитку, мальчик вышел под открытое небо.       Ина шагнула следом.       — Куда двинем сперва? — бирюзовая голова обвела горизонт, остановившись на девушке. — Я тут видел, на карте, забавные шестиугольнички, около пролива…       — Оа! Так это же центральный городской парк! — поняла она почти мгновенно. — Там сейчас идёт подготовка к ночному концерту, с кучей сцен, и прочего торгово-развлекательно… ну… всего! — даже руками взмахнула, пытаясь правильно выразиться.       — Идеально, — кивнул парнишка. — Погуляем по магазинчикам, и поглядим на достопримечательности.       — Тогда вперёд! — позерски указала она пальцем куда-то на север.       Ну вот…       О чём она там думала, пару минут назад? Какую-то сеточку улик-подозрений выстраивала в уме? Ха. Ха.        Ну вот как он, спящий задери, это делает? Я тоже так хочу-у!       — Ес-сь, мой адмираль! — отдал честь Харт, поправив свою ношу, и мгновенно сорвался на бег, будто ненавязчиво приглашая к соревнованию.       Ина с противоречивыми чувствами проследила его прыжок, но… вдруг, слабо улыбнулась, туго расправив тентакли…       Пусть подозрения отвалят до тех пор, пока у них не появится вменяемая причина!       И она сорвалась вдогонку…                     

Арктогея / Полис: Брей / Южный склон северного нагорья

      

10:27 День

                    Резкий холод металлической сетки помог немного отогнать сонливость, замещая её резким, неприятным ощущением.       Настолько ранняя побудка редко приводит к бодрости духа…       Молодая девушка тихо застонала, наконец заставив себя отодрать лицо от источника освежающей прохлады.       Где-то за спиной слышался размеренный, вялый гомон множества людей, довольно нетипичный, для этой местности в такое время…       Она лениво обернулась, поправив волосы, и тяжёлым взглядом уставилась на жиденькую толпу народа, заполонившую небольшой, частный стадион, предназначенный, в основном, для хитбола.       Если смотреть со стороны, то девушка имела довольно заурядную внешность, выделяясь, разве-что, довольно симпатичным лицом, с небольшой родинкой на правой щеке. Зато могла похвастаться подтянутой, приятной фигурой — как результатом тяжёлых, регулярных тренировок. А копна тёмно-русых волос, туго стянутая в высокий, длинный хвост — неплохо завершала образ типичной, суетливой карьеристки, из семьи со средним достатком.       Учитывая её нынешнюю работу, — такая неприметность была даже в плюс, несмотря на всю кошмарность, данной мысли, для столь молодой особы.       Раздери глубина! Да ей же осталось только выйти замуж за лысеющего работягу, и завести пяток спиногрызов, для полного завершения образа!       Эти мысли даже немного взбодрили…       Люди на стадионе были наряжены в типичную, для местных команд, хитбольную форму, занимаясь привычной, уже, разминкой. Которая, в свою очередь, предшествовала основному комплексу упражнений, составленный их штатным инструктором, недавно присланным из Первого офиса.       Вначале, на саму идею подобных занятий, — смотрели, ну просто кра-айне скептическими взглядами, считая что руководство слегка протекло кукухой, ударившись в детские забавы. Но Николас быстро вправил мозги особо рьяным скептикам, указав на их беспечность, и будущее место в пищевой цепи, связанное с этой беспечностью.       Так что теперь, бреевская ячейка гильдии Равнодушных, — увлечённо пинала мячи… пока имелся риск повышенного внимания со стороны праздношатающихся зевак.       Когда же градус чужого внимания ослабевал, — на вытоптанный газон поля споро выносился не предусмотренный, спортивными правилами, реквизит. Быстро превращающийся в импровизированные, тренировочные полигоны, креативно составленные из пластиковых, автомобильных отбойников.       Возле тренерского навеса разворачивались дополнительные, неприметные палатки, где члены боевого крыла учились обслуживать распространённые виды ручного вооружения, попутно тренируясь оказывать первую помощь, используя друг друга в качестве натурального манекена.       На удивление — их до сих пор никто не раскрыл! Что было ещё более удивительным в связи с тем, что их, столь усердная «команда» ещё ни разу, нигде не выступала. Не показавшись ни на одном из местных чемпионатов.       Но… Чего только не спишешь на чудачество тренера, не правда ли? Особенно, если у него имеется ветеранская грамота, в ордене Авроры, вместе со справкой о целой серии контузий, полученных в боях, с разбойничьей швалью, на парочке периферийных миров…       Девушка размяла шею…       Сам стадион был довольно старым, располагаясь на довольно сложном рельефе горного склона, где обильная и неухоженная растительность — прекрасно усложняла возможное наблюдение, не давая увидеть решительно ничего.       Всё в совокупности — оно сводило на минимально допустимый уровень возможность случайного раскрытия. Как и последующих, связанных с этим раскрытием, — проблем с полицией, в связи с незаконной эксплуатацией незарегистрированного вооружения.       Внезапно, картина броуновского движения ряженных хитболистов слегка изменилась…       Полог ближайшей палатки откинулся, и под дневной свет вышли несколько человек, которых возглавлял сам лидер ячейки. Он же — Николас Крейди, с большой сумкой на плече.       Девушка незамедлительно встряхнулась, двинувшись на перехват.       — Николас!       Высокий, коротко стриженный шатен обернулся на голос, приподняв брови:       — Эния? Привет, — и уже криком, обратился к остальным присутствующим на поле. — Прошу внимания, народ! Заканчивайте разминаться и подтягивайтесь сюда!       — Вчера ты прямо хорошо так задержался, — внимательно посмотрела она в его глаза. — Раньше твой таинственный информатор не требовал столько внимания.       — Уф… — он криво улыбнулся. — Ты даже не представляешь какую чушь мне вчера пришлось пережить!       Парень сунул руку в сумку, и пошуршав, там, несколько секунд, — достал вычурную, карнавальную полумаску.       — Ты решил поменять нам, всем, имидж?       Собственно, девушка и не выспалась то по очевидной причине, — дожидаясь начальника с опасной вылазки. И по данному поводу — очень сильно, на себя, теперь, злилась.       — М-м, не совсем, — озадаченно взглянул он на маску. — Этот парень притащил меня на вечеринку каких-то манерных, ряженых додиков, — вещица отправилась обратно в сумку. — Пришлось там зависнуть, чтобы не вызывать подозрений.       В этот момент к ним подошёл высокий, черноволосый мужчина, с короткой, аккуратной бородой. Его вечно безмятежный взгляд — скрывал за собою колоссальный боевой опыт бывшего наёмника, который ныне использовался для просвещения более зелёных, да чересчур наивных согильдийцев.       Он протянул руку в приветствии, явно услышав последнюю реплику:       — Что удалось узнать?       — Привет, Захир, — парень пожал широкую ладонь. — Подожди пока все соберутся. Не хочу повторять дважды.       Белая, жёлтая и синяя команды, наконец, закончили шастать по полю, и собрались у небольшого, импровизированного помоста, состоящего из всё тех же, пластиковых отбойников.       — Вижу, все собрались? Хорошо, — лицо лидера более не было спокойным. Теперь оно выражало мрачное беспокойство. — Думаю все видели недавние новости? О нападении на фермерское поселение.       Подобие строя загомонило, выражая согласие.       Видя, что соратники понимают о чём речь, парень продолжил, поочередно осматривая людей в строю:       — В выпуске сообщалось, что некие, загадочные разбойники напали, и полностью разграбили фермерский посёлок, расположенный на северных равнинах.       Из толпы послышался многоголосый, злобный бубнёж, быстро сошедший на нет. Но в остальном — лишь угрюмые взгляды были ему ответом.       — Так вот, — он вновь поднял взгляд, окинув им собравшихся. — Информатор из мэрии сообщил, что таких поселений было пять.       Народ ошеломлённо затих.       — Ты уверен, Николас? — даже, стоявший рядом, Захир, был явственно удивлён. — Один городок ещё куда ни шло, но целых пять?       — Да если такое вскроется, мэру же импичмент выдвинут! — обеспокоенно воскликнула Эния.       Строй гильдийцев всё так же сохранял тишину, частично подавленный свалившейся новостью. А частично — жаждущий услышать экспертизу со стороны вышестоящих. Лишь из нескольких точек доносилось яростное перешёптывание.       — Вы оба правы, — так как оба командира-соратника стояли у Николаса по бокам, он сказал это смотря на шеренгу. — Если только у мэра всё не схвачено.       — Да ты шутишь! — с девушки слетели последние остатки сна.       — Погоди, капрал, — спокойно перебил девушку здоровяк, вновь посмотрев парню в глаза. — Кто напал на селения?       — Хороший вопрос, — вздохнул юноша.       Он водрузил на импровизированный стол свою сумку, и аккуратно достал оттуда мобильный голо-компьютер.       Повозившись, немного, с кнопками, он активировал небольшой, голографический экран, движением пальца развернув его на добрый метр в диагонали…       Затем — включил видео…       — …эрри! Нахита! — на дёргающейся картинке можно было разобрать несколько невысоких строений, подле одного из которых, в стену вжималась парочка детей, смотрящих на что-то за кадром. Затем они обернулись на женский голос. — Быстрее ко мне! Нужно бежать!       — Это видео мне достал информатор, — негромко известил, сгрудившихся гильдийцев, Николас, пока люди на видео куда-то бежали. — Запись вела работница упаковочного конвейера, на свою штатную гарнитуру.       — …е спеши, Ферри! — тем временем, чумазый мальчонка слишком сильно вырвался вперёд оператора.       За что и поплатился.       — О, Спящий! — невольно всхлипнула Эния, когда маленькое тельце, вдруг, накрыла быстрая тень, резко вздёрнув, за шею, в воздух.       — Ферри! — истеричный крик матери испугал даже птиц, сорвавшихся с окружающих, стадион, деревьев.       Картинка очень сильно смазалась, послышался хлёсткий, громкий удар, и видео закончилось.       Николас молча отмотал на пару секунд назад, явив зрителям таинственного налётчика, во всей его красе…       — С-сучий потрох, — сплюнул Захир, не сводя злого взгляда с мутной, но узнаваемой фигуры.       — Это же… гончая Саггитари? — прозвучал, из толпы зрителей, голос какого-то рядового.       — Я их только в сети видел! Думал — выдумка! — уже другой голос.       — Тихо! — оборвал зарождающийся гомон, здоровяк. — Рассосались обратно в строй!       Дождавшись, пока толпа преобразуется обратно в подобие порядка, Николас продолжил:       — Некоторые из вас уже поняли, что в этот раз мы имеем дело не с разбойничьей швалью, — его взгляд обвёл пришибленных людей. — В этот раз — всё серьёзно.       — Неужели официалы даже этот случай проигнорируют? — подняла руку сердитая девушка из первого ряда.       Вместо немедленного ответа, глава повозился с компом, и вывел на экран новое изображение:       — Здесь вы можете видеть отметки разорённых поселений, — виртуальных указатель следовал за пальцем юноши, обрисовав пять отметок, оказавшихся очень близко друг к другу. — По хорошему, для сил самообороны, не должно быть большой проблемой совершить спасательный рейд, даже на таком отдалении от полиса…       — Только вот спасать больше некого, — мрачно закончил, за него, Захир.       — Верно, — лидер лишь покосился на соратника. — К тому же, недавно, по внутренней цепочке ССО, прошла информация, что по маршруту вдоль северо-западного побережья, механизированным отрядом наёмников, были замечены глубинные. В неизвестном, но достаточно опасном количестве.       — И что? Власти полиса опять спустят всё на тормозах? — Эния уже заметно успокоилась, но всё ещё была на взводе. — Раньше они просто игнорировали разбойничьи налёты! А теперь? — она в сердцах взмахнула рукой в сторону карты. — Будут спокойно торговать нашим населением, и скармливать его Саггитарису? Этим нелюдям?       — Погодь, Эния, — вмешался было один из её помощников.       — Заткнись, Павел! — но девушка его отбрила. — У бандитов хоть можно выкупить людей. А эти выродки? Свалят в свои тайные миры, а жертвы просто сгинут, без следа! — она вышла вперёд, и оказалась прямо перед Николасом. — Равнодушные создавались не для того, чтобы проводить ежедневные сабантуйчики, в стиле юношеских спорт-фестивалей! — её глаза горели яростью. — Мы должны хотя-бы сообщить людям, что в юрисдикции Брея больше не безопасно!       Несколько секунд девушка и юноша боролись взглядами…       Николас сдался первым, прикрыв веки:       — И мы сообщим, — он вновь открыл глаза, но смотрел уже на всех собравшихся. — Сегодня, ночью, на открытии фестиваля, будет огромная сцена, для не менее знаменитой звезды, — его взгляд прошёлся по всем присутствующим. — И это будет отличным шансом, для нас!       Послышались одобрительные выкрики.       — Мы покажем людям Брея, сколь низко пало руководство города! — он хлопнул ладонью по сумке. — И всерьёз заявим о себе, как о политической силе!       — Да-а! — бодро поддержали его соратники.       Но не все поддались дешёвому воодушевлению.       — Одного низкокачественного видео будет недостаточно, — почесал бороду Захир. — Из-за тварей, дорога вдоль побережья будет закрыта ещё пару недель. А военные флаеры — под лапами мэра, — он бросил взгляд на вершину горы, нависающую с севера. — К тому же, даже военные, пранитовые гравы такую высоту не потянут, что уж говорить о гражданских.       — До ближайшего посёлка — больше двух тысяч километров, — Николас опёрся на свой «стол», проследив за взглядом товарища. — Несколько горных хребтов и с десяток рек, в которых могут водиться глубинные выплодки.       — И не факт, что культисты оставили хоть какие-то следы, — согласился здоровяк.       — Но ведь… Нельзя же такое просто проглотить! — не хотела сдаваться девушка.       — Успокойся! — уже раздражённо посмотрел на неё лидер. — Я же сказал, что мы не станем всё это игнорировать.       — У тебя есть план? — взгляд её был недоверчивым, хотя и с заметной искрой надежды.       — Я не волшебник, чтобы вытаскивать чудеса из каранов, — лицо парня исказила раздражённая ухмылка. — Мы сделаем то, что можем сделать. А там уж люди сами пускай решают… — он вздохнул. — Всё таки, продажа людей, целыми поселениями, — это не обычная, чиновничья коррупция, — ухмылка померкла. — Это уже откровенная заявка на внеочередное посещение крематория… возможно, даже, живьём.       Следившие за диалогом люди, в строю, — одобрительно загомонили, попутно обсуждая возможные методы наказания для мэрского кабмина.       Но Захир очень быстро прекратил бессмысленный базар:       — Так, пятиминутка окончена! — возвестил собравшихся Захир, предварительно, одним взглядом, уточнив ситуацию у лидера.       Со своими помощниками, он начал споро распределять народ по более осмысленным занятиям, выкрикивая имена ефрейторов и проводя, с ними, быстрый инструктаж.       Эния глубоко вздохнула, окончательно приходя в норму:       — Где же экзекуторы, когда они так нужны?..       — Их не так уж и много, — не глядя на девушку ответил Николас, упаковывая комп обратно в сумку. — Ситуация и впрямь дерьмовая, но… и ребята эти — не кошечек с деревьев снимают, сама должна понимать.       Он закончил паковать сумку, и повернулся к девушке:       — Перед вечерней операцией, мне нужно подготовить набор флешек, для всех возможных стандартов, — он ободряюще пожал ей плечо. — Слишком всё внезапно.       — Я могу помочь! — уже девушка схватила его за руку.       Юноша задумался:       — А знаешь… и правда. Созвонись со всеми нашими водилами, и предупреди, чтобы к вечеру были на нашей офисной парковке.       — Сделаю! — кивнула она.       — Вот и прекрасно.       Парень взмахнул рукой на прощание, и достав линкер, пошёл к выходу со стадиона.       Эния довольно долго смотрела ему вслед, борясь с кучей назойливых мыслей…       Но одно она понимала точно, — сегодняшняя ночь станет поворотной, для их небольшого филиала…                     

Арктогея / Полис: Брей / Район южного паркового комплекса

      

11:14 День

                    С диким криком, через узкую проезжую часть перебежала групка детей, сопровождаемая автомобильными гудками, вместе с гневными окриками взрослых.       В руках у малышни чего только не было: и какие-то гаджеты, и странные игрушки, и конфеты, всевозможных форм и расцветок, и даже воздушные шарики!..       Всё это добро хаотично меняло руки, под бурные споры и обиженно-весёлые возгласы.       Я перевёл взгляд на ужасно-типичную, деревянную лавочку, стоящую в тени раскидистого дерева. В данный момент та была занята обеими, моими спутницами, увлечённо грызущими некое лакомство.       Надутая Фика сидела, поджав колени к груди, догрызая, словно хомячок, — свой «грильяж», и забавно сдерживая вкусняшко-поедательный рефлекс, при этом, — стойко пытаясь игнорировать меня-любимого. Вот уже с десяток минут…       Ина же, в отличии от мелкой, — расслабленно наслаждалась жизнью, осматривая полу-торговую, полу-спальную улочку.       Рядом с лавкой стояли белые, короткие сапожки, обнаруженные, мною, на культяпках мелкой зазнайки, лишь через какое-то время. После начала прогулки по крышам…       И успела, ведь, когда-то!       Ох, зато как же я отомстил, за сей отрыв от босого коллектива! М-м-м…       Любо-дорого вспомнить!       По дороге к северному побережью залива, нам попалась довольно грандиозная, детская площадка, с крутейшей, вьющейся горкой! Высота там была — дай боже! Вот я и не удержался, — съехав по ней несколько раз. А заодно, — и шхуну, мелкую… гы… скатил… Попом к верху.       Сквозь губы прорвался глумливый пырск.       Мелочь буквально закаменела, — пытаясь раствориться под моим гадким, насмешливым взглядом.       Сколько же визгу-то было-о…       Девочка, вдруг, отмерла, провожая странным взглядом, что-то, за моей спиной.       Проследив за направлением, я успел увидеть, как в конце улицы исчезает небольшой, парящий… мопед? Какая-то подростковая игрушка?       — Да ты ведь даже горки испуг-мялась! — неверяще прокомментировал я, разжовывая последний кусочек странного грильяжа,.       Ответом стал презрительный фырк, сдобренный особенно громким хрустом.       — Фика-тян любит скутеры? — любопытный взгляд осьминожки упал на девочку.       Та не спешила отвечать, но спустя десяток секунд вопросительного молчания, всё же пробурчала, нехотя:       — Не… все.       Ина, кажется, хотела спросить что-то ещё, желая развить тему, но как-то, резко замялась, усердно жамкая собственную коленку.       Ну и компания, конечно, подобралась… Ей богу… стесняшка, тихоня и одиночка.       Будто начало глупого анекдота…       — Давайте ужо! Хорош сидеть, а то жирком заплывёте! — взмахнул я руками вверх. — Чрезмерная жирность девчонкам не к лицу!       Ина вскочила даже, как-то, слишком быстро:       — Отлично! Куда дальше?       Рядом Фика, неспеша обула свои сапожки, всё с тем же независимым видом смотря на что угодно, кроме меня.       Я же, с каким-то внутренним восторгом вычленил среди магазинных вывесок — натуральную, оружейную лавку!       Блин! Хочу себе пушку!       — Туда! — указал я перстом, и не дожидаясь реакции, двинул в указанном направлении.       Должен, кстати, сказать, что улица была диво как хороша…       В этом месте было отлично видно, что основная часть города располагается на ровном, скалистом основании, которое, где-то тут, и заканчивалось, полого нисходя, уже непосредственно, к береговой линии. Вот на самом краю, этого основания, и располагалась данная улочка, заканчиваясь петлёй автомобильной развязки, со всех сторон заключённой в парковый насаждения, сквозь которые просвечивалась уже синева самого пролива.       За зеленью находился спуск к берегу, выполненный в виде красивых, анфиладных террас, обилующих белокаменными ограждениями и архитектурными элементами. Фонтаны, широкие ступени, лужайки, стелы, сияющие арки с художественными композициями…       Я даже не стал особо всматриваться, когда разведывал с дрона, дабы не приглушить собственные, будущие впечатления…       Всё это архитектурное богатство плавно переходило в те самые, ячейки-шестиугольники, расположенные как раз на уровне воды. Выборочно засыпанные почвой, а выборочно — наполненные водой, в которой так удобно соорудить частный бассейн, со всевозможной, развлекательной инфраструктурой…       И вот вместе, все эти элементы, — образовывали комбинированную, рекреационно-парковую зону, впечатляющих масштабов и вместимости, которую и «туристической достопримечательностью», назвать не зазорно.       Мы же, пока-что, находились на самой верхушке, не дойдя до петли буквально сотни метров.       Здесь располагались невысокие, частные дома, многоквартирного типа, на первых этажах которых, располагалось множество разнообразных магазинчиков и закусочных…       Металлически скрипнула полу-стеклянная дверь, и мы, по очереди, вошли в магазин.       Стандартная, такая студия, у которой вместо стен — имелся один сплошной стенд, со всевозможными смерто-убийственными дакками.       С противоположной, от входа, стороны помещения, непосредственно перед стендом, — располагался прилавок продавца, за которой скучал суровый, рыжеволосый дядечка, с по-больному прищуренным глазом. Бывают такие случаи, когда травмированная часть тела распознаётся по первому же взгляду.       У одного из стендов — отирался какой-то подозрительный тип, чрезмерно смазливой внешности, с длиннющим хвостом иссиня-чёрных волос, и в стильном, чёрном плаще, с синими отражающими полосами, тянущимися по нижней кромке.       Быстрое сканирование показало, что под отворотом у него висит аж целый, «шинковательный» инструмент, в простонародии именуемый катаной. Ну или что-то очень сильно на неё похожее…       На самом прилавке располагались шесть «особых» пьедесталов, с какими-то совершенно чудесатыми единицами стреляющего эквипмента*, вроде… этого?       Даже сам не заметил, как оказался у левого, крайнего постамента, на котором красовалась убервафля с ярко выраженным, револьверным барабаном.       — Это что? — я восторженно обернулся к продавцу. — Штука стреляющая микро-ракетами?       — М?.. М-м…       Всмысле? Это и был ответ? Типо — утвердительное что-то?       Но я, блин, хочу эту штуку! Оно как раз квадратное, такое, под мой хват самое то!       — Эй! Э-э… Дядька торговец! Я вот эту штуку покупаю!       Мужик покосился на меня своим дёрнувшимся, поломанным глазом, и отвернувшись обратно, буркнул:       — Приходи когда подрастёшь.       Ы-ы… Ну да, а чего я ожидал? Да вот примерно этого и ожидал, обмысливая, ранее, свою социализацию.       — Ина-а? — с выражением побитого щеночка повернулся я к девушке, что вычитывала, что-то, в закреплённом, на стенде, каталоге.       Окинув меня задумчивым взглядом, она хотела было подойти, но рыжий индюк всё зарубил:       — И не надейся, пацан. То что эта деваха старше тебя на целых два года, ещё не значит, что она достаточно взрослая.       Осьминожка прямо так и застыла, в полуобороте, шокировано уставившись куда-то в пустоту.       Бедняжка…       — Так, мой милый кораблик, слушай команду! — на волне зарождающегося раздражения, я решил проигнорировать чужой игнор, зайдя в такт-сеть. — Сделай мне связанный дубликат нашего линкера, и давай его сюда.       Я прекрасно знал, что мелочь постоянно носит с собою неплохой запас «материала», распределённый по мелким, тканевым капсулам, внутри подбоя её платья.       На меня лишь хмуро зыркнули, впрочем, быстро исполнив порученное.       И вот, заветный «смартфон» незаметно перекочевал в мои руки…       Я, как бы, вытащил его из кармана, и постучал приборчиком по столешнице.       Мужчина поднял взгляд от монитора…       — Видиш эту штуку, бомжара?       О как нахмурился! Страшно-страшно!       Я продолжил:       — Проверь мой статус, и хорошенько подумай… — зажатый в двух пальцах, линкер, уставился, ребром, прямо в лоб торгашу. — …хочешь ли ты мне и дальше хамить.       Тот секунду посверлил меня взглядом, но молча нажал что-то у себя на терминале, нехотя обратив внимание на информацию что там отображалась. А спустя десяток секунд, — характерно так, поджал губы:       — И что же я должен понять… господин-капитан, аж целого батлшипа?       — Что у меня есть очень дальнобойная ракета, — спокойно встретил я его взгляд. — Ты просто имаджинируй… я ведь покину этот город гораздо раньше, чем ты скончаешься от старости.       Он хрипло и глубоко вздохнул, бросив в сторону что-то тихое, но крепко-словесное. Затем собрался вставать, видимо, чтобы оформить товар…       Но тут, мне на плечо легла чья-то крепкая хватка.       Да ну нахрен?       Я с обалдением обернулся, и уставился на того самого, хвостатого бисенёна, который именно сейчас решил прекратить свои муки выбора, и обрушить, уже на меня, — муки чужих нравоучений, под соусом из испанского стыда.       — Не стоит так грубить старшим, юный искатель, — иронично-спокойным тоном вымолвил он.       А у меня… у меня был кринж.       Не то, чтобы я прям не стыдился своего агрессивного поведения, по столь пустяковой причине. Но я же, с этим дядькой, скорее всего, — никогда больше не увижусь. Тем более, что другие разумные, — как-то ведь осознавали, что в столь разнообразном обществе я могу оказаться совсем не тем, кем кажусь внешне! А этот индюк, скорее всего, — местный абориген, конкретно так закисший, на этой, своей торг-точке, света белого не видя. Вот и строит всех по своему разумению. Либо вообще — расист и шовинист!       А я, типа, прогибаться под всех должен? Да?       Да нихрена!       Шёлковым да мягоньким я буду лишь с теми, кто проявляет хотя-бы предусмотрительную капельку вежливости, к незнакомому и потенциально ядовитому, если судить по расцветке, организму. Я сказал!       Похоже, что часть этого внутреннего монолога спроецировалась через мой фонареющий взгляд…       — Ладно-ладно! Расслабься, яростный кибальчиш, — он убрал руку, и помахал ею у своей груди, будто отгоняя жару.       Торговец не стоял столбом, и проигнорировав сию сцену, — разобрался с пьедесталом.       «Пузатый» прямоугольник «револьвера» мощно грохнул о столешницу:       — С тебя 718 уни, и это со скидкой… за быстрое сьёбывание из моего магазина.       О! Вполне сносная цена.       — А-а! — парень вдруг встрепенулся, уставившись на почти-что моё ружжо. — Торгаш! Какого глыбня? Ты говорил, что придержишь эту штуку для меня!       — Ты спросил: продаётся ли оружие с подставок. — мужик бухнулся обратно в своё кресло. — Я сказал, что продам его тебе, несмотря на статус образца.       — Но… как же это?       Парня даже, как-то… жалко стало.       — А ты, вместо того чтобы принять это щедрое предложение — полчаса мялся у стендов с другими пушками, — торгаш демонстративно «нас» более не замечал, говоря лишь с «паладинистым» незнакомцем.       На экране прокси-линкера высветилось окошко с подтверждением оплаты. Кликнув «Да», я стал счастливым обладателем новенькой ружбайки!       Обменявшись взглядами, с девочками, мы молча двинули на выход, не желая, более, задерживаться в этом неприветливом месте.       Когда мы были уже на улице, позади послышался дрязг распахнутой двери, и на крыльцо вылетел тип в плаще.       — Погоди, искатель!       Девчонки, не сговариваясь, шагнули в сторонку, с немым интересом наблюдая за сценой. Ну подумаешь, — провёл агрессивные переговоры? Никогда я не был пацифистом! Просто, до сих пор, как-то попадались сплошь доброжелательные индивиды, с которыми не завести близкое знакомство, — было бы грехом и глупостью.       Но ракетой угрожать…       Впрочем, — а какие ещё аргументы мне там было применять, если он даже Ину, не глядя, прокинул? Джуне или Грею звонить? Пародия, блин, на Сидоровича… Даром, что тощая да рыжая.       Но если посмотреть со стороны…       Позорище, какое-то, — в самом деле.       Зато весело.       Я обернулся, и молча уставился на «Блюстителя гражданской морали», слегка воздев брови.       Тот так боялся упустить нас, что даже не сразу заметил, остановившись лишь в последний миг, при этом — забавно взмахнув конечностями. Неужто — любитель уличного артистизма, на мою голову нарисовался?       Родственная душа, что ли?       — Оуф… звиняюс, — он покосился на девушек, и подмигнув им, заговорщицки нагнулся поближе ко мне. — Слушай, это прозвучит довольно нагло и странно, но-о… ты не мог бы продать мне ту пушкенцию?       — Эк тебя прижало, да? — со всепонимающей моськой покивал я. — И даже низовая благородность, куда-то, испарилась, не оставив и следа…       — Ой да ладно тебе, господин-коротышка-капитан…       Фика прыснула, моментально закрывшись ладошкой.       Парень, проигнорировав некий успех у женской половины, лишь пригладил волосы, заправив несколько выпавших прядей:       — …во мне просто проснулось воспитание, знаешь? Когда всю сознательную жизнь тебе вдалбливают кучу хитромудрых правил приличия и килотонны этических нормативов… в общем… могу извиниться, если хочешь, — и слегка отвернувшись, шёпотом дополнил. — Тем более, что купчишка то говнюком оказался…       — А ты гений дипломатии, да? — после небольшой паузы, наклонил я голову.       — Хе-хе-е… Да уж! Неудобно как-то вышло… — он выпрямился и поскрёб гладкую щеку.       Ну точно — родственная душа…       — …но блин! И ты меня пойми, парниш! Видишь у меня за плечами туристический рюкзак? — он показал большим пальцем себе за спину.       — Ну да, вижу, — положил я руку на пояс.       — Э? Чего? — парень резко растерял речевой пыл, вывернув голову назад, и хлопнув рукой себе по спине.       — Гы… — не стал я разочаровывать окружающих в своей гнусности.       — Пф-ф-ф… — слегка поджал он губы. — Подловил меня, да?       — Есть такое.       — Ограбили меня, если совсем уж коротко, — также положил он руки на пояс. — Всё что нажито посильными шабашками, всё унесли!       Зеркалит меня, падла бисенёнская…       — Дай угадаю… — я с задумчивым видом покосился на девушек, которые, с любопытными моськами, грели ушки. — Ты, как любой, уважающий дух приключений, беглый эм-м… аристократ?.. решил переночевать на лавочке, да?       Доброжелательная ухмылочка парня стала явно натянутой. Но в долгу оставаться он не захотел:       — Мне хотя-бы оружие продать не боятся, мистер грозный капитан: «У-меня-есть-ракета» Люнтер, — закатил он глаза.       Ути — какие мы глазастые…       — О-вау! У тебя притворная позитивность отвалилась, — «удивлённо» посмотрел я ему под ноги.       Рядом кто-то хрюкнул…       — Да ну, чел! — закрыл он глаза и слегка выгнулся, будто потягиваясь. — Ну подумаешь: осадил немного за угрозу? Что теперь? Враги на всю жизнь?       — Терпи, воин справедливости и света! — с поднятым ввысь пальцем, развернулся я, дабы продолжить движение к набережной. — Награда, за твои прекрасные свершения, настигнет тебя в самый неожиданный момент твоего великого путешествия! О-м-м…       — Хорош стебаться… шкепитан.       Девочки последовали моему примеру, как, впрочем, и безымянный незнакомец…       — Ты уже скажешь своё имя, или дать тебе кликуху? — я заметил у навеса какой-то кафешки автомат с напитками, тут же направившись к нему. — Я это могу! Фантазия у меня широ-окая…       Аппарат оказался предельно прост в использовании, — стоило лишь ткнуть пальцем едва подсвеченную голографию, напротив нужной тары, и приложить псевдо-линкер к специальной зоне считывания, выглядящей как нарисованный прямоугольник-смайлик, со значками долларов вместо глаз.       Ага… долларов…       Чисто из интереса, отключив, на миг, интерпретатор, — естественно убедился, что значки там совершенно другие. Выглядящие как овал, с нанизанными, на него, маленькими кружками.       Даже интересно стало — из чего возник данный символ…       — Моё имя: Хеллиан. — с доброй порцией зависти смотрел он на наши манипуляции. — Можно просто — Лиан. И ты прав: я несколько… э-э… высокороден…       Нетипичная, лично для меня, банка с «чем-то», была вскрыта лишь с косвенной помощью Ины, которая лёгким движением кисти, — провернула, выделенную цветом, область длинной тары. Затем коротко приложилась губами к появившемуся отверстию, подавая остальным пример.       Под остальными, естественно, имелись в виду, мы с Фикой, как самые отсталые представители в рамках местного социума…       Я старательно повторил увиденную операцию, с двойственными чувствами наблюдая, как из появившегося отверстия начал сочиться жутковатый, фиолетовый дымок, слегка щиплющий нюховые рецепторы. Приятно щиплющий, если что…       — Не повезло, да? — сочувственно посмотрела, на мои терзания, Ина. — Я тоже не очень люблю эти, новомодные испарения.       — Зато вонюхает… — я поднёс баночку поближе. —- …интересно.       Мы двинули дальше, на ходу разглядывая вывески магазинов и прочие достопримечательности.       Подозрительный, скитающийся аристократ — упорно следовал за нами, делая вид что так и надо.       — Так зачем тебе именно эта пушка? — покосился я, на него, через плечо. — Там куча стволов ещё. Не успел — так выбери чего попроще.       — Я… — он как-то раздражённо отвёл взгляд, коснувшись рукояти меча. — …плоховато обращаюсь с дистанционным оружием.       — О! Типа, какие-то заморочки аристократов?       — Типа того, — его взгляд, на секунду, расфокусировался. — Эта микро-ракетница стоила прямо впритык к моему бюджету, так что я решил ещё и дробовики посмотреть.       — Ну так и возьми дробовик! — вновь покосился я, с изрядной порцией недоумения во взгляде.       — Да там один охотничий металлолом! — аж воскликнул он от возмущения. — Куда я с этой дрянью, на пять патронов?.. На дикий фронтир с ним соваться?       Он обогнал меня широким шагом, и навис, схватив за плечи:       — Ну вот зачем тебе эта барабанная доска, на тридцать патронов? Куда тебе с ней по городу? — его тон стал до ужаса доверительным. — Остановит полиция, и проблемы всяческие возникнут…       — Полиция? — с широким, наивным взглядом, я несколько раз картинно моргнул. — Доска?.. Какая ещё доска?       — Ну вот… же, — хотел уже вскинуться он, но вдруг осёкся. — Да ты шутишь? Опять?       Очевидно — никакой «барабанной доски», в поле зрения окружающих, уже довольно давно не наблюдалось. Даже Инины тентакли, усохнув до небольшого, юбкообразного шлейфа, — не оставляли и шанса для, так нужных, парню, инсинуаций.       — Ты что, фокусник какой-то? — тон его голоса прибавил усталости, которая частично проникла и во взгляд, который так и продолжал въедливо обшаривать нашу компанию.       Ну-ну… удачи в поисках.       Купленная ружбайка почти сразу была примагничена к корпусу дрона, и в данный момент, вместе с ним, — висела в десятке метров над нами, скрытая маскирующим полем.       — Не-е… — я махнул рукой, сбрасывая чужие руки с плеч, и продолжая движение, отхлебнув из баночки. — Просто: загадочный, неотразимый капитан!.. — с улыбкой поклонился девушкам. — …компактный! Одна штука.       Ох как же я неотразим! Ну просто мамин ловелас, и покоритель девичьих сердец!..       Но с другой стороны, искусственное выставление себя дурачком, не важно какого подвида, — хорошо тренирует психическую устойчивость, ко всяческим, социально неловким конфликтам… вроде того, который произошёл в магазине.       Я вновь проиграл ту сцену в памяти, и невольно поморщился.       Мне теперь что, каждому, не в меру принципиальному, барыге к виску ствол приставлять?       И будто угадав нужный момент, на глаза попалась очередная магазинная вывеска, с толстенно-геометрическим шрифтом названия, которое я сходу и не разобрал.       — «Тинкер», — остановившись рядом со мной, прочитала название Ина. — Хорошая фирма. — она приблизилась к прозрачной витрине, и стала с интересом рассматривать стильный, тёмно-зелёный костюм. — Их дизайнерские, полевые сапожки у меня до сих пор в шкафу стоят.       — Полевые? — я тоже подошёл поближе.       — Эта корпорация производит, в основном, одежду, — она подняла пальчик, копируя мою недавнюю позу.        — А также, имеет широкий перечень специального снаряжения, для любителей забраться подальше, и найти себе кучу замечательных приключений, на свою пятую точку, — пристроился рядом с нами любитель чужих пушек.       Что же до того, зачем мне понадобился магазин одежды… Дык, — всё просто. В своём нынешнем наряде я вызываю у среднего встречного — устойчивую ассоциацию с чрезмерно ударившимся, в самовыражение, мелким сопляком. Это те кто поумнее, могут заподозрить в сей боевой расцветке — признак абстрактной ядовитости, в дополнение к эксцентричности. Средний же люд — на то и средний, чтобы думать шаблонами, а не мозгом.       Вот мне и нужна некоторая деталь, чтобы даже у самых твёрдолобых индивидов, при моём появлении, проскакивала естественная мысль, дескать: «Чё то тут не так!»       Хотя… это даже забавно, в некотором роде… если сохранять позитивный настрой.       Но одёжка — нужна. По крайней мере — пока я вне корабля.       Ведь одно дело — когда цветастый сопляк подкатывает к тебе верхом на здоровенном линкоре. Тут уж сто раз задумаешься: нужно ли проявлять свой стандартный эйджизм*, или, всё же, стоит отменить воспроизведение стандартного протокола-приветствия…       Вариант же с тем, чтобы сменить свою «аватару» на что-то более приближенное к стандарту взрослости, — вызывали какое-то внутреннее, и довольно противное сопротивление… добротно приправленное тревожностью.       Муть, какая-то, короче…       Слишком, уж, мало времени прошло, с момента перерождения, чтобы спокойно относиться к смене тела… словно к, какому-то, бытовому процессу. Подсознательно хотелось хоть как нибудь стабилизировать своё бытие, прилично так покорёженное внезапным перерождением…       Это только в глупых новеллах — заселение в новое тело сопровождается минимальным набором неудобностей, которые «улетучиваются» в следующей же главе…       В реальности же… Боюсь что штормить меня, на предмет экзистенции самопонимания, в новом мире, — будет ещё долго.       Тем временем — мы гурьбой завалились в магазин, и-и…       Пожалуй — не буду даже пытаться описывать весь процесс мук выбора и примерок, которые для меня устроили две зловещие… особи. И просто скажу, что героически от них отбился, отвоевав себе, в высшей мере великолепный, стильно-молодёжный, тёпло-серый тренч, с кучей люминесцентных вставок, каких-то поясков, висюлек и малопонятных, брендовых надписей, в самых неожиданных местах и подворотах.       Вещица была сделана из гибкой, толстой ткани, доставая мне до колен, и имея непривычно-широкий конус свисания, делающий активное движение — тривиальным делом, при ношении данной вещицы…       Я даже нижний брейк скастовал! Пытаясь найти недостатки в обновке.       Но результат оказался выше всяких похвал.       Фирма бубликов не вяжет, ага…       Моя импровизированная, хоть и не забытая пародия на световой меч — тут же была извлечена, из-под ремня, и отправлена в один из глубочайших, внутренних карманов, словно специально предназначенных для подобных целей.       И это было прекрасно!..       Я выходил из магазина с полным ощущением тотального, всецелого обновления, себя родимого! Словно искупался в молодящем пруду, в преддверии новогодних праздников…       — Если он продолжит так светиться, я буду вынуждена констатировать радиационное заражение, — постно пробурчала Фика осьминожке, глядя как я «позирую» перед отражением в ближайшей витрине.       — Ну-ну, дамы! — улыбнулся «адский» брюнет. — Первый плащ, в жизни каждого мужчины, это поистине волшебное событие! — он даже зажмурился, видимо вспоминая что-то своё.       — Типа-а… что-то связанное с обретением волшебных сил, после тридцати лет девственного воздержания? — припомнил я некую интернет-чушь, из прошлого.       Тройка недоумённых взглядов тут же скрестились на моём лице…       — Что? Ну… как все эти крутые волшебники, которым нужна пафосная мантия? — и для пущего эффекта… картинно взмахнул довольно жёсткой полой, подкрепляя сказанное.       Парень задумчиво сдвинул взгляд вверх. Пасифика, как всегда, — давила осуждающим взглядом. И лишь моя новая, лучшая подруга, демонстрируя свой прекрасный характер, — тихо хрюкнула, отвернувшись.       На самом деле, там был не столько «хрюк», сколько сдавленный, «кхек» дополнительно прикрытый ладошкой. Но вместо того, чтобы каждый раз мысленно искать подходящие слова, лучше я просто назову это «хрюком». Всё равно — никто не узнает…       В воображении всплыл фиолетовый осьминог, с характерным пятачком.       Да твою-то мать! Воображение! Харош инсталлировать в моё восприятие всякую дрянь!       Пока я разбирался со своими внутренними тараканами, внимание нашей компании привлекла какая-то возня на проезжей части…       — Энтони Сойер! — кричала довольно дородная дама, в сторону зависших, неподалёку, верхом на «спидерах», двух мальчишек, около-моего форм-фактора. — Немедленно спускайся сюда, негодный мальчишка! И ты, Грин Мивалкис!       — Ты обещала, что мы пойдём на фестиваль! На гонку Фоксхаунд! — не менее экспрессивно завопил пацан, в ответ. — Иди со своими подругами куда хочешь, а мы на гонку! Погнали! — и дёрнув своего товарища, за одёжку, рванул прямо через древесные кроны, в сторону пляжа, распугав стайку птиц, и осыпав случайных свидетелей дождём из листьев.       — Что ещё за Фоксхаунд? — вопросительно посмотрел я сначала на нового знакомого, а затем на Ину.       — Без понятия, — парень даже не пытался.       — Я-а… тоже не знаю.       — Это молодёжная, спонсорская лига, — вдруг раздался юношеский голос, из-за наших спин.       Мы дружно развернулись, дабы узреть нашего нового собеседника, который, в этот момент, как раз покупал себе напиток, в том самом автомате.       Им оказался ещё один мальчишка.       Только в этот раз — постарше.       Он придерживал рукой нечто очень похожее на греховный плод соития легендарной доски Марти Макфлая и стандартного гидроскутера, где от последнего — прибору досталась слегка выпирающая, над плоским корпусом, рулевая стойка.       Всё это добро было душевно выкрашено в кричаще-мрачный, фиолетовый скинчик.       Видя, что мысли мои вновь начали удаляться от интересующей, его, темы, Хеллиан вежливо намылил лыжи:       — Ладно, — вздохнул он, вынимая свой, достаточно понтовый, линкер. — Пойду пройдусь по другим оружейникам. Вдруг повезёт наткнуться на что-то аналогичное. Приятно было…       — Э! Погодь! — вновь обернулся я к нему. А затем и к новому пацану, — И ты погодь.       — М? — удивлённо поднял бровь старший парень.       — Если не найдёшь ничего подходящего, приходи в порт, по этому адресу, — вытащив, для виду, свой «смартфон» я сделал парочку бессмысленных манипуляций, отослав инфу через такт-сеть. — Есть у меня парочка вариантов, как тебе подсобить, — я поднял палец. — Но! Не бесплатно! Сам должен понимать.       — Гм… Ладно, — это явно выбило его из колеи.       — Тогда бывай, — сделал я ручкой, и повернулся уже к «скейтеру». — Звиняй. Так что ты там говорил? Гоночные гоночки?       — Да, в общем, это всё и есть, — тот индифферентно прислонился к затенённому участку стены, у автомата. — Регистрируешься, и вперёд. К финишу.       Боковым зрением повезло заметить, как у Фики дёрнулись пальцы…       — А вы кого-то косплеите, да? — поинтересовался уже парнишка, лениво осматривая нашу колоритную банду. — Кажется, я где-то уже видел твой лук*… Что-то из классики, да?       — Типа того, — криво улыбнулся я, пытаясь придумать отговорку… ой, да какого чёрта… — Только я уже и сам забыл, как этого персонажа звали, прикинь.       — Угу… понимаю, — кивнул он, сделав губы уточкой. — Но смотрится стильно. Моя одобряет.       — Благодарствую! И удачи в гонке, — взмахнул я рукой, разворачиваясь к девушкам. — Мой милый гарем! Не желаете ли прогуляться к пляжу?       — Ик! — последовала мгновенная реакция от Ины, вызвавшая покраснение в районе щёк.       Фика лишь сильнее нахмурилась:       — Бесполезные, копулятивные функции не предусмотрены в нашей функции, капитан, — она скрестила ручки на свой плоскодоскости. — Я затрудняюсь с пониманием того, почему ты продолжаешь генерировать связанные, с этим явлением, мыслеформы.       — Ва… Пасифика-тян такая крутая, — похлопала в ладоши Ина.       Мелочь, от столь внезапного комплимента, — даже слегка смутилась, отвернувшись, и слегка расслабив позу.       — Ладно-ладно! — я поднял руки, сдаваясь. — Преступик, пошедший против глобальной моногамии раскрыт с поличным! Наручники мне!       — Даю Оскар! — донеслось сзади голосом флегматичного гонщика.       — Спасибо, — на миг обернулся я в ту сторону, с пальцами-пистолетиками на взводе.       Я уже говорил, что этот долбанный интерпретатор меня иногда нервирует? Но адаптирует — моё почтение…       Пасифика прикрыла глаза, смиряясь с злокозненностью вселенной:       — Мы, кажется, собирались посетить пляж, хозяин-капитан?       Охо-хо!       Да! Ну-у-у! Что это тут у нас?       В порыве отеческой гордости, я даже не заметил, как оказался вплотную к вреднючей малявке, прижавшись своей щекой к её:       — Мой маленький, принцесса-кор… -сестрица изволит шутить над своим бедным капитаном?       От меня попытались отстраниться… но куда там!       — Барахлящие сенсоры твоих слу… — попытка отпихнуть лицо ладонью с треском провалилась. — …ховых, бионических сенс… — размыкание объятий так же обернулось крахом. — …оров, не входит в перечень моих зад-дач!       Вредная шхуна стремительно отскочила, когда я всё-таки разомкнул кольцо из рук.       — Вы так хорошо ладите… — задумчиво протянула осьминожка, всё это время следившая, за нами, с полулежащим, на ладони, лицом. — Как насчёт того, чтобы попозировать мне на каком-нибудь фоне? Вы не против?       — Не против! — согласительно не согласились, мы с Фикой, в один голос.       — Ва… это даже заслуживает небольшого комикса, я думаю, — но осьминожка была уже на своей волне, стремительно уплывая в необъятные просторы творческого угара…       Стоит ли говорить, что до пляжа мы добрались ещё очень и очень не скоро?..                                   *Скин — (англ. Кожа) Сленговое обозначение внешнего вида любого персонажа или предмета. Обычно — видеоигрового.       *Сирисс — аналог мужского «Сир», как обращение к рыцарю. (Авторская отсебятина. (Но эмпирически адекватная))       *Эквипмент — от слова Экипировка. (На самом деле — наоборот)       *Эйджизм — дискриминация по признаку возраста. (В обе стороны временной шкалы)