.

      Ночи порой бывают бессонными. Бессонными, прекрасными, красивыми. Кажется, ты тонешь.       Где тонешь?       В других измерениях.       Ёгройшевое измерение было простым, ограниченным, в отличии от реального мира. Были ли у реальности границы? Скорее всего, но они настолько далеко от твоего понимания, что на счёт того, что мир когда-то закончится, переживать не приходится. –Ё, а как ты создаёшь измерения?       Брялок сидя на коленях, как маленький ребёнок, оперевшись на руки допытывала мило улыбающегося Ёшку обо всём. –Ну-у, это сложно и подвластно только симболарам. Этому учат. –Учат где? –Это магия высокого уровня, на неё даже разрешение надо. Понимаешь? И вовсе, почему тебя это так интересует?       Она хмыкнула, выровняла спину и сложила руки на груди, всё так же сидя на коленках. –Ну... Помнишь пятое испытание? Когда мы прикоснулись к Бутылычу, мы туда попали. Йигройш и ёгройш визуально мало чем отличается... Просто, Бутылыч с нами не участвовал, не был там. Ему очень интересно, какого там, но он не может попасть внутрь себя самого. Да и он снова наполнен йигройшем.       На это Ёшка лишь хихикнул. –Даже не знаю, что на это сказать.. Создавать такие измерения довольно сложно. –А какой ёгройш на вкус? –Ёгройш? Не знаю, не пробовал... –А почему ты выбрал тогда именно Бутылыча, а не кого-то из банды? Да, мы победили, но нас было на двое меньше, учитывая то, что один из участников ночевал в канаве во время испытания. –Бутылыч единственный, с кем можно было это провернуть. Ты ведь и сама знаешь о его состоянии крови? Он наполнен йигройшем. Йигройш с ёгройшем по составу не сильно, но похожи, от того он был единственным кандидатом. Правда, я не знаю, что это может на него не хорошо повлиять. –Проехали... А что будет, если попробовать ёгройш? –Про соприкосновении с ёгройшом тебя переносит в ёгройшевое измерение, тебе навряд ли удастся.       Брялок слегка потускнела. А ведь так хотелось попробовать... Всё же, какой космос на вкус?       Именно об этом девушка и думала лёжа в траве на холме и смотря на звёзды. Выглядят аппетитно. Интересно, который час?       Такая тьма. Хотя, находясь в ёгройшевом измерении ощущал себя совсем по другому. Невесомость, вокруг лишь звёзды, которые можно потрогать... но ведь реальный космос совсем не такой!       Он глубже.       И слаще. По крайней мере, так его себе представляла Брялок.       То, что течёт по венам Бутылыча все называют йигройшем, никто его не пробовал, кроме самого Бутылыча и Кнайфа. Второй заявлял, что от этой жидкости слегка пьянеет, не сильно, но пьянеет. Говорил, что описать вкус не сможет, потому что не поэт и идите вы вообще все нахрен, чо вы ко мне пристали.       Почему никто больше не пробовал? Потому что Бутылыч сам был против. Он ведь не мазохист, чтобы его все кусали. Кнайф пробовал лишь дважды, насильно, за что в своё время получил по шапке и больше к тому не лез. На левой руке, правда, осталось два шрама от укусов. Один порез на ладони. Бутылыч ведь не мазохист, но раз ладонь порезал случайно, и слизал кровь. И здесь с Кнайфом он был согласен: словами он навряд ли сможет описать вкус космоса. После того, как они с Брялок накормили деревянного овоща угрозами его жизни, никто не пробовал кровь йигройшевого. –Брялок, ты не спишь?       Сзади кто-то подполз, а получилось, что сидел прямо над головой девушки. Кем-то оказался Бутылыч. –Нет. –Поздно уже. Давно пора. Что-то случилось? –Да не то, чтобы случилось...–Она даже голову не повернула в сторону друга, не моргнула, не цокнула.–Видишь звёзды?       Он же задрал голову к небу. Тьма, а среди них дальние огоньки. –Вижу. –Я рассуждаю о том, какой космос на вкус. Просто, его я попробовать не могу. Он далеко. Звёзды далеко. И там невозможно дышать. Ты ведь знаешь, какой он на вкус, так почему не скажешь?       Брялок опёрлась на локти принимая сидячее положение, рядом подвинулся и её друг. Бутылыч поёрзал пальцами думая, что на это ответить. –Ну... Этот вкус, как минимум я, не смогу передать словами. Я могу только дать тебе самой ощутить вкус. –Мне достаточно просто описания. –Но как раз этого я тебе дать не могу. Дай свой складной ножик.       Брялок носила миниатюрный нож красного цвета от вредителей, как Курасан. На просьбу друга она повела бровью. –Что ты сделать хочешь? –Просто дай. Тебе ведь интересно, какой на вкус космос?       И правда. Тогда она расстегнула карман на длинных шортах, оттуда достала нужное и передала тому. Неуверенно Бутылыч раскрыл нож. Резким движением провёл лезвием по ладони, откуда сразу же выступило немного крови. Парень лишь покривился и закрыл нож. –Зачем?–Бордовой не особо понравились действия её друга,–Не такой же ценой? –Я поверх старого шрама провёл. Он особо заметен не будет. –Ты же боли боишься? –Боюсь. Видишь, что ради тебя делаю? Пробуй давай, я что, зря сделал?–Он протянул ладонь подруге.–У меня руки чистые. Честно.       Брялок несколько раз перевела взгляд с пореза на Бутылыча, после чего всё же взяла руку. –Ну ты и идиот, Бутылыч,–После чего девушка нежно слизала выступивший йигройш на ладони.       И тут она провалилась. Если и можно как-то обозначить этот вкус, то сладкий космос с привкусом металла, как и ожидалось. Но звёзды солёные, не как карамельные в ёгройшевом измерении.       Теперь она буквально высасывала кровь и раны парня. От этого рука слегка дёрнулась, а сам Бутылыч удивлённо хмыкнул. –Вкусно?–Девушка не оторвалась от ладони,–Значит вкусно. Наверное, в моей "крови" ещё осталось что-то связанное с ёгройшем.       И правда. Это чувство похоже на опьянение. Космос глубокий. А звёзды в нём ещё глубже.