Часть 2

      Амариэль остановилась перед тяжёлой дверью отцовского кабинета, сжимая в руках потрёпанную тетрадь в кожаной обложке, вздохнула и постучалась.       — Войдите, — немедленно отозвался голос короля. Она скользнула внутрь.       Отец, конечно, был занят — сидел за массивным письменным столом, стопки книг и бумаг на котором едва ли позволяли увидеть его. В последнее время он не мог позволить себе ни минуты отдыха, и если не спал, что случалось теперь чуть ли не два раза в неделю, то либо был на совете, либо с капитанами, либо, как сейчас, разбирал бумаги.       — Добрый вечер, Мари, — светло улыбнулся Трандуил. Они не виделись, кажется, уже несколько дней, будучи оба слишком заняты, чтобы даже пересечься за завтраком, но теперь, когда у них нашлась секунда времени, король был намерен отдать дочери всё тепло и весь свет, которые ещё оставались в нём. Посмотрев сперва в её непривычно смущённые глаза, а затем на загадочный предмет в её руках, он вздохнул (хотя улыбка не вполне исчезла): — Знакомая мне тетрадь. Что ты опять натворила, iel nin?       — М-м-м… Взгляни, — пробормотала принцесса и, подойдя ближе, протянула тетрадь отцу. Он быстро пробежал глазами последнюю запись.       — Эльфёнок… Стало быть, драка и дерзость по отношению к командиру.       — Мне очень жаль, Ada.       — После шести ударов розгой то? Даже не сомневаюсь. Ладно, не дрожи так, сердиться я не намерен, если милорд главнокомандующий позаботился о твоей дисциплине. Но, моя Мари, по какому всё это поводу?       — Сегодня плохой день.       Последовало несколько секунд тишины, и Мари сделала пару шагов, чтобы опуститься на пушистый белоснежный ковёр у камина.       — Я скучаю по Naneth…       — Я тоже, — сказал Трандуил тихо, как будто что-то мешало ему говорить. Амариэль не оборачиваясь видела в его глазах слёзы.       Вот поэтому она почти никогда не напоминала отцу о том, что так сильно её тревожило, за всю свою жизнь задав, возможно, только три вопроса о своей матери.       — Прости. Прости! Я не хотела…       — Всё в порядке, моя Мари. Сегодня действительно плохой день.       — Ada. Я знаю, как её не стало, но я ни за что не поверю, что она была недостаточно сильной. Ни за что. Пожалуйста… Расскажи мне про неё… Немного.