Часть 1

Арамис, оставшись незамеченным, неслышно прошел вдоль стены, направляясь к черному выходу. Когда он закрыл за собой дверь, его дружелюбно встретил прохладный в ту ночь ветер. Юноша шел размеренным, шатающимся и даже несколько уставшим шагом к речке, которую можно было обнаружить сразу, спустившись с холма. Погода в ту ночь была приятной. Посреди жаркого, знойного лета это была прохладная ночь, но в то же время теплая. Было очень тихо и умиротворенно, лишь где-то квакали лягушки да пели свою извечную, но вовсе не надоедливую песню, кузнечики. Луна светила поразительно ярко и не нужно было никакого другого постороннего света, чтобы ясно различить все черты человека, начиная с силуэта заканчивая красноречивым взглядом. Можно было без труда прочитать любое послание, нисколько не напрягая глаз. Звёзды были восхитительны в ту ночь. Они сияли, поражая своим четким очертаниям и ничуть не уступая в яркости луне. Не было ни единого облачка на небе, ни одного неестественного шороха — природа была спокойная, как никогда. Арамис был рад этому спокойствию, ведь оно хорошо гармонировало с его собственным настроением. Ему было душно в просторной зале, неуютно среди людей, которые невинно танцевали и смеялись, но на самом же деле, они устраивали многочисленные интриги, лишая подобных себе самого разного счастья. Арамис сегодня везде видел лесть, лицемерие… — в общем, его мутило от всего, что было на этом шумном и блестящем во всех смыслах бале. Арамис опустил свою изящную, красивую, почти женскую по красе, но такую же мужественную по смелости и отваге, руку в спокойною реку. Затем он поднялся, заинтересованно разглядывая свою внутреннюю сторону ладони, по которой бежали многочисленные капли. Удовлетворённый, он присел на траву немного поодаль от речки. Опершись на одну руку, он согнул правое колено и положил на него свободную руку. Потом он улыбнулся и засмотрелся на то, как бежит река вдалеке, как она забавно подпрыгивает на слишком больших камнях и корягах, как переливается на подъемах и поворотах и как отображаются в ней прелестные звёзды. Впоследствии он не помнил сколько просидел так. Арамис, глядя на воду, только все больше улыбался и неизвестно, сколько бы он ещё провел времени в таком положении, если бы внезапно на его плечо не опустилась грозная, но сейчас такая мягкая рука. — Атос?.. — юноша растерянно посмотрел на мушкетёра. — Арамис… — он многозначительно посмотрел на него, из чего будущий аббат заключил, что Атос испытывает похожие чувства находясь на сегодняшнем празднике. Они ещё несколько секунд смотрели друг другу в глаза, а потом Атос улыбнулся, потрепав Арамиса по плечу, из-за чего юноша тоже улыбнулся, но как-то благодарно и в то же время робко. Иногда они смотрели на реку, а иногда друг другу в глаза, отвечая и задавая немые вопросы. Долго они ещё сидели так и находили друг в друге спокойствие и доброту, и улыбались они с каждой минутой все больше и больше. Они молчали не потому, что им не было что сказать, а потому, что они понимали друг друга без слов.