Первая и единственная часть

На улице уже расцветает. Он все еще погружен в свои мысли, хотя постель уже расправлена, зубы почищены, однако он все еще стоит у зеркала и вдумчиво вглядывается в свои собственные глаза. Глаза его не интересуют, нет. Скорее он пытается заглянуть в себя через отражение. Его глаза черные как уголь или нефть, такие зыбкие и бесконечные. А что за ними? Душа? Она есть? Он будто погрузился в транс, скорее связался со всей материей этого мира. Будто растворился во Вселенной. Ему плохо. Он ищет ответы там, точнее не здесь, не в его скупой реальности. Он ищет ответы во всем, и ни в чем одновременно. Солнца не существует, времени нет. Есть лишь всепоглощающая внутренняя бездна, выраженная в бесконечно черных глазах. Ему холодно и страшно. Опоры нет под ногами. Вся тяжесть этого мира опустилась на него. Он не свободен. В клетке, душной и тесной камере. Все вокруг бесконечно тяжёлое и статичное. Не имеет значение живое или нет, одинаково бессмысленное. Как никогда в своей жизни в этот момент он понял, что не управляет своим телом. Его чувства – это бесконечный протест. Протест против воли тяжёлого мира, протест нормам. Все чего он хочет это растворится в эфире Вселенной, познать каждый миг ее, каждую часть ее… и не надо существовать, хочется лишь ощущать. Это ощущение отрыва от мира – словно полет на собственных крыльях, ты словно дым, который подымается вверх и растворяется в воздухе. Это его самое заветное желание – растворится словно дым, перестать существовать, исчезнуть и быть во всем, познать все… А пока он здесь. Видимо он в аду.