Пролог-Часть 1

Пролог Прошло уже более 200 лет с тех пор как Эхрундлурен отвоевал свою независимость у Крáуземской Империи, крупной колониальной империи, имеющей колонии по всему миру, метрополия которой находится далеко на западе. Это стало первым серьёзным происшествием, который пошатнул гегемонию Краузема на континенте. Ни один век он пытался вновь и вновь восстановить свой контроль, но каждый раз безуспешно. Но со временем у него появились более насущные проблемы, такие как война с Дуфларéком, которая развернулась на родине метрополии. И ему пришлось оставить Эхрундлурен в покое. Однако это не принесло эхлундлуренскому народу долгожданного покоя. На этот раз с войной пришел Своиззан, милитаристское государство на севере, управляемое диктатором, возжелавшее стать новым правителем континента. Много с тех пор погибло солдат, война до сих пор продолжается. А в Крауземе тем временем к власти пришел новый император- Никон 4. Он, движимый желанием повторить триумф своего предка и восстановить былое величие империи, усиливает военную машину и реваншизм Краузема. Чтобы машина работала, ей нужны ресурсы, много ресурсов. Из каждой колонии эксплуататоры беспощадно выкачивали все ресурсы, не считаясь с местным населением. И взор империи вновь устремился на богатую землю Эхрундлурена. Краузем начал активно помогать Своиззану в войне, снабжая его оружием и зверями, при этом непосредственно в войне не участвуя. Но многие понимают, что подобный «нейтралитет» временный, и что с запада уже слышатся отголоски барабана войны. Глава 1. Серый дом Выстрел. Много выстрелов. Где-то вблизи стреляли, но было такое ощущение будто это происходит очень далеко, что это происходит не с тобой. Взрыв. Взрыв, который звучит эхом. Такое ощущение, что всё это сон. Вернее, отголоски сна, когда ты уже как бы проснулся, но ещё мелькают размытые картинки. Стоит хоть немного шевельнуться, как сон окончательно уйдёт в небытие, и скучная реальность вернётся. Как же не хотелось просыпаться, всё тело ныло и просило отдыха. Пусть там, в стране грёз, ждали выстрелы и взрывы, перспектива поспать была более привлекательна. К тому же, это всего лишь сон, он навредить не могут, и ты всегда можешь проснуться. Ведь так, да? Да…? Это же всё не по настоящему… Но заснуть никак не получалось. Всё из-за постоянного звона в ушах, который бил насквозь прямо в мозг. Голова прям раскалывалась изнутри. Невыносимо больно. А выстрелы как продолжали, так и продолжают звучать. Не выдержав всей этой какофонии Грешер открывает глаза. Но столь, казалось бы, простое действие показалась ему очень сложным. Будто, как печать, что-то хранила его глаза закрытыми. Подняв свои веки он увидел нечеткую картинку, как-будто смотришь на улицу через немытые стёкла. Это была какая-то улица, достаточно крупная, но красивой её назвать нельзя: окна в домах выбиты, за ними следовали неприветливые темные помещения, многие здания потеряли свою красочность и элементы декора и представляют из себя теперь лишь сплошные серые коробки, а некоторым вообще не достаёт пару этажей (разрушены). Нет, улица всё-таки некрасивая и неприветливая, подумал Грешер. Он опустил свой взгляд, внизу дорога была усеяна пылью и обломками о зданий. Рядом был танк, вернее, то, что от него осталось- сгоревшая железная коробка. Даже не поймешь чей он. А ещё неподалёку трупы… Некоторые были в светло-коричневой форме, некоторые в синей, некоторые в красной. Грешер бы ещё осмотрелся, но ракурс закрывало что-то красное на правом глазу. Сил подняться и смахнуть с себя это «что-то красное» не было. В подобной ситуации стоило бы паниковать, однако Греш на удивление чувствовал спокойствие и безмятежность. Даже та поза, в которой он лежал (на правом боку на дороге, усеянной мелкими камнями и обломками), казалась ему удобной. Со временем ясность вновь начала появляться в рассудке, замещая спокойствие. Он вспомнил, что находится на войне в Пронте, городе на севере ***. И судя по всему, непосредственно в зоне боевых действий. Надобно валить отсюда побыстрее, но сил всё равно нет. А может я уже умер? Подумал Грешер. И сейчас его душа, оставшаяся в теле, продолжает следить за всем даже после смерти… Да не, бред какой-то. Что Греш и успел выучить наизусть за время своей долгой военной службы так это то, что «страдаешь, значит ещё жив». А набирающая обороты головная боль вызывала страдания. Вдруг кто-то схватил лежащего Грешера за ноги и потащил в свою сторону. Подобная неожиданность придала Грешу немного сил, и он даже смог повернуть голову в сторону своего «похитителя». Это был белый хаски лет ~20 одетый в светло-коричневую форму, на его сером шлеме был шестиконечный крест. Первые пару секунд он его не узнавал, но память быстро приходила в нормальное состояние. Это Юний Амик, его товарищ, глуповат, но очень преданный. Он его так протащил до ближайшей воронки, благо, располагавшейся близко. Там Юний своими испуганными глазами осмотрел Греша, дабы убедиться, что он жив. Увидя, что он моргает, Юний обрадовался. —Живой. Живой всё-таки! Правду говорил, что тебя и артиллерией не убьешь, везунчик. Затем он быстро осмотрелся, опасаясь как бы они не были сейчас на чьей-нибудь мушке. —Ладно, Греш, пора валить отсюда. Юний быстро повалил его на свою спину обвязав свою шею его руками, чтобы не упал, и пополз в противоположную стороны улицы, где, как помнил Греш, были позиции своих. Звуки выстрелов не прекращались. Не доползя до конца улицы (которая была не маленькая), они повернули за угол дома, где начиналась улица поменьше. И действительно, здесь были другие солдаты, зверей ~30, в светло-коричневой форме и серых касках. Юний выпрямиться и потащил Греша в их сторону. Подбежало ещё пару солдат, помочь ему. Грешера посадили, облокотив на стену дома. К нему подошел волк с кремовым мехом. Даниэль Нерсе, наиболее сведущ в медицине. —Ничего такого, что заставило бы меня волноваться, функционировать будет,- сказал он своим знаменитым безразличным голосом. Сняв с Греша каску, он раскрыл аптечку и начал бинтовать ему голову. На каске была большая царапина, в центре которой был небольшой прострел. Недостаточно большой, чтобы убить, но достаточно большой, чтобы вырубить, подумал Греш. Контроль над телом начал возвращаться, но провалы в памяти остались. Кто я? Где я? Хотя нет, кто он, Греш помнил хорошо. Я Грешер Загад, красный волк, уроженец и солдат Крауземской Империи. Где он и почему, он тоже понимал. Он со своим людьми здесь от лица Краузема оказывает помощь Своиззану в борьбе за освобождение народов Эхрундлурена. Но как он оказался в этой части города, не помнил. Любопытно, ему казалось, что подобные провалы в памяти возможны только в книжках про фантастику. —Юний,- окликнул Греш его. —Ась? —Будь другом, напомни, что мы здесь делаем? —А ты что, не помнишь? Нас же недавно инструктировали. —Не отвечай вопросом на вопрос, просто ответь, не тяни время,- упрекнул его Греш. Тот только закатил глаза —Ладно. Наша задача, пробиться к одному из 4 мостов Пронта, ведущие на противоположный берег реки. Но на нашем пути встало вон то здание (Юний указал рукой в нужную сторону, хотя им само здание было не видно), которое по не счастливому стечению обстоятельств располагается на перекрёстке, и является очень удобной точкой для обороны. Из него вас и обстреляли. А другим путём пройти к мосту нельзя, этот наиболее «безопасный». «Вас»? То есть не мне одному досталось, подумал Грешер. Недавние воспоминания начинаю медленно восстанавливаться. Да, точно. Он, Колли, Саша и ещё 4 его боевых товарища. Их задачей было пересечь улицу и разведать соседний дом, чтоб потом использовать его как позицию для обстрела того серого угловатого дома, который как кость в горле преградил им путь. Но на середине дороги раздались выстрелы, они попытались укрыться за хоть какими-нибудь укрытиями (обломки дома, поребрик). Взрыв. И последующая чернота. В голову Грешера начали лезть нехорошим мысли. —Что с остальными? Они добрались, живи?- на удивление бодро спросил измученный Греш, обращаясь неизвестно к кому. Юний опустил взгляд и прижал уши. Только сейчас Грешер заметил, что его глаза влажноватые. —Ни то, ни другое одновременно. Их крепкий шлем не уберёг. Одного пристрелили сразу, двух, считая тебя, выбили из игры гранатой, Колли почти добежал до нас обратно, но всего пару метров не хватило, схлопотал пулю,- проконстатировал факт Даниэль без грамма иронии. Даниэль, не смотря на его странный юмор и манеру речи, Грешу нравился, одна из причин- его способность ответить всё как есть без лишних предисловий и пауз. Однако, Грешу всё равно стало непосебе от того насколько он просто говорил о гибели своих товарищей, хоть он в этом был совершенно не виноват. Грешер уже не первый год в армии, там, откуда он родом, это чуть ли не единственный способ пробиться в свет, и ему доводилось терять товарищей. Кто-то трагично умер прямо у него на руках, кто-то пал в рукопашном бою с противником, кто-то получил пулю в лоб, а кто-то просто глупо отравился трофейным пойлом. Словом, всякое было. Но привыкнуть к этому он никак не мог. Глаза начало щипать, разум только и заполнялся мыслями о своих погибших друзьях. Греш начал быстро копаться левой рукой в кармане и нащупал нужную вещь. Он достал оттуда маленькую невскрытую упаковку с транквилизатором в виде круглых таблеток. Подобные препараты выдавали всем военным Краузема, ведь война- постоянный стресс, а нам нужен бесстрашный и желательно безэмоциональный солдат. Греш редко их принимал, считая что настоящему сильному зверю надо справляться со стрессом самому, но сейчас… Сейчас никто не должен был увидеть его слёзы, и прежде всего- он сам. Грешер, не без усилий, выдавил из упаковки 1 таблетку, раздавил её надвое и закинул половинку в рот. В глазах Даниэля прочиталась удивленность, но препятствовать он не стал. На душе через пару секунд стало легче, гораздо легче. И мысли стали проще. Глаза немного стали влажными, но слёзы рекой не потекли. Таков удел воина. И он должен быть благодарен богу-судьбе-удаче, что погибли они вместо него. —Хорошо… Каков план наших дальнейших действий?- спросил Греш, упустив взгляд. —Принято решение брать штурмом, бъём в лоб,- сказал Юний. Даниэль закончил бинтовать голову и закрыл аптечку. —Что?! Мы ж ведь будем как на ладони, нас там всех перестреляют. —Марш-марш на фарш,- шутливо пропел Даниэль. —Иного пути нет. При попытки занять более удобные позиции ты сам знаешь, что произошло. Обойти здание нельзя. А так, пока нас много, можно пробиться. Хоть и поляжет много зверей… Юний говорил правильно, и начальство мыслило тоже правильно. Всё, как ни крути, правильно и рассудительно, иного пути нет. Азартный шутник Колли, верующий праведник Саша, молодой Юний и странный Даниэль. Его военная семья стала меньше (опять), и перспектива потерять и этих оставшихся двоих омрачила. А погибнуть самому ещё больше. Раздался командный голос капитана Плесси, пятнистого черно-белого брордер-колли. —Солдаты, приготовиться! Через 30 секунд все мы выходим на штурм этого здания. Пока основная ударная часть рысью бежит к нему, вы обстреливаете верхние этажи с оборонительной позиции, чтоб ни одна сволочь не посмела высунуться оттуда,- обращался он к уже распределенным по группам солдатам. Интересно, а куда отправят Грешера? —Если вы всё сделаете быстро и правильно(!), то большинство останется в живых. Большинство… Солдаты начали расходиться по своим позициям. Грешер встал, опираясь на свою винтовку, которая всё это время висела на нём. —Капитан Плесси, разрешите обратиться! К какой из групп я принадлежу?- спросил Греш, выпрямившись по стойке смирно и отдав честь, хоть это из-за недостатка сил и выглядело нелепо. —О, везунчик, опять живой и даже не по кусочкам. Передвигаться хотя б можешь? —Так точно, капитан Плесси. —Уверен?- с более пониженным голосом спросил он. —Готов хоть сейчас пробежать стометровку, капитан Плесси,- ответил Греш, попытавшись отшутиться. Хотя с Плесси это делать было опасно. Он осмотрел Грешера, и судя по его хмыку он в это верил слабо. —Что ж, тогда испытаем твою удачу ещё раз. Пойдёшь в атаку. Грешер отдал честь и отправился к атакующей группе, уже готовой начать забег до серого здания. С ним в этой группе был и Юний (Даниэля отправили в прикрывающую группу), уже не так одиноко. Это напомнило ему спортивное соревнование по бегу, которые проводились в военных частях в мирное время. Юний в них редко побеждал, но он всегда был быстрее Греша. По сути, сейчас примерно такое же соревнование, главное: как можно быстрее добежать до финиша. За тем лишь исключением, что тут по тебе будут стрелять, а у финиша ждать враг. Греш засомневался, что эти два забега такие уж и одинаковые. Все были готовы и ждали только свистка капитана. Лицо у Греша было спокойное, он привык к подобным опасным штурмам, но сердце, которое он так и не научился контролировать, колотилось как бешеное. Самое страшное- это ждать самой команды, а когда она прозвучит, и ты сделаешь первый шаг, тогда уже обратной дороги не будет, да и выбора у тебя нет. Смысл волноваться, если от тебя ничего не зависит, да? Греш перекрестился: сложил все пальцы правой руки в одну горсть, поднял её ко лбу, опустил до живота, поднёс к правому плечу, затем к левому, потом снова к правому и к левому. Вот и весь незамысловатый ритуал. Плесси подул в свой нагрудный свисток, и воздух разразил звонкий свист. Все солдаты как один ринулись в бой. Стоило им вновь выйти на эту большую улицу, как через секунду по ним открыли огонь. Окна серого дома залились маленькими светлыми точками, мгновенно появляющимися и тут же исчезающими. Обороняющая группа, идущая сзади, открыла огонь по этим самым точкам. Атакующая группа с Грешерем и Юнием рванула вперёд, также стреляя по окнам дома. Вновь Грешер оказался в том месте, где он очнулся. Да, картинка полностью выстроилась. Вот то место, где он лежал, вот все остальные: Колли, от которого на этот раз отвернулась удача, лежит на дороге с красной линией на спине; Саша, вернее, то что от него осталось, которого не уберёг бог, и в которого угодил снаряд, разорвав его тело, ударная волна с осколками этого самого снаряда накрыла и Греша. Странно, Юний сказал, что это был артиллерийский снаряд, но откуда здесь взяться артиллерии? Граната? Нет, это было бы заметно. Возможно гранатомет разве что, подумал Греш. Рядом также лежал ещё один труп крауземского солдата, чьё имя Греш не успел выучить. Но это и хорошо наверное, гораздо проще переживать смерть, если не знаешь самого умершего. Пули начали ударяться о землю, поднимая пыль вверх, и в тела солдат, окрашивал их форму в красное. Греш только сейчас понял как ему сложно бежать. Головная боль усилилась, заглушая окружающие звуки, и правое колено начало болеть, из-за чего он стал бежать похрамывая. Но он всё равно старался не сбавлять скорость. 2 солдат уже упали, сраженные пулей. Один из них начал орать от боли, другой лежал безмолвно. Раздался взрыв. Что-то вылетело из верхнего окна серого дома и угодило в ноги одного из бойцов, разрывая его плоть. Осколки в задели и соседнего солдата, но он продолжил бежать. Вот и артиллерийский снаряд, гранатомёт, подумал Греш. Пули ударяли в землю в сантиметрах от него, но ни одна не попала в цель, пока. Вот уже осталось всего пару метров до стен серого дома, убили ещё 3 солдат, но это даже хорошо, это ещё мало, большинству удалось перебраться через улицу, аж 13 зверей. Но на последних трёх шагах Грешер споткнулся о поребрик и упал, расцарапав ладони, пытаясь смягчить падение. О такой неожиданной подставы он даже испугался и с большой скоростью пополз по пластунски к «серой зоне», где его не сможет достать пули противника, хотя он уже был в ней. Доползя до основания стен, ему помогли подняться товарищи, среди которых был и Юний. Он тоже добрался живым, это радует, интересно, как там Даниэль, он ведь был в другой группе, за которой Греш не следил, выжил ли он (?), подумал Грешер. Они начали поочерёдно заходить в дом, через парадную дверь, хотя от двери остались только небольшие деревяшки на петлях. Зайдя, они оказались в довольно крупном помещении, от которого шел коридор слева и лестница вверх. Вверх им и надо. Один остался охранять вход. 3 пошли исследовать коридор, мало ли что. Все остальные стали очередью идти к лестнице. Но оказавшись у её подножия, капитан Плесси скомандовал жестом руки остановиться. Он снял с себя шлем и надел на ствол винтовки. После чего поднёс её на лестнице вверх настолько, чтоб её можно было видеть со второго этажа. Раздался выстрел, а шлем завертелся на винтовке с новым следом от пуль. Капитан вновь одел на себя шлем, достал с пояса гранату и, сделав быстрый шаг вперёд, кинул её на второй этаж. Потом мгновенно отступив назад. То ли мастерство, то ли удача, но Плесси всегда удавалось кидать гранаты точно в цель, порой даже не глядя. Раздался взрыв, а со второго этажа на лестницу понеслось густое облако пыли. Раздались матерные крики сверху. -Вперёд, собаки, к победе!- крикнул капитан свою коронную фразу. Грешер так до конца и не знал, использовал ли он слово «собаки» как оскорбление, не осмеливался спросить. С одной стороны большинство солдат действительно были представителями псовых, но с другой стороны волки не любили, когда их сравнивают с собаками, и Греш не исключение. Плесси побежал наверх, все остальные за ним. Начался концерт из звуков выстрелов. И с той и с другой стороны звучали крики проклятий и оскорблений, но что самое интересное, звучали на одном языке. Своих союзников, говорящих на своиззанском языке, они не понимали, а врагов понимали, хотя эхлундлуренцы и говорили со своим акцентом. Подобный парадокс всегда забавлял Греша. Вроде бы Эхлундлурен независим уже не 1 век, а язык до сих пор используют крауземский. Сильно же вбила им это в голову колониальная администрация. А ведь у них был какой-то свой местный язык, насколько помнил Грешер. 6 солдат, с Плесси и Юнием, осталось на втором этаже, а остальные 4 побежали дальше на третий этаж. Греш из-за хромоты бежал в конце и поэтому оказался среди этих 4. На третьем этаже тоже началась стрельба. Когда Греш поднялся, бой уже шел во всю, двое трупа вражеских солдат лежали у входа на этаж, чуть дальше лежал труп солдата Краузема. Грешер пошел по коридору, ведущий от лестнице через всё здание, по бокам располагались комнаты. Но его поход продолжался не долго, так как перестрелка шла в коридоре: двое солдат Краузема выглядывали из одной из комнат, стреляя по противнику, который был дальше и также скрывался в комнатах, выглядывая из них. Своеобразная позиционная война в домашних условиях. Ему тоже вспышек пришлось зайти в одну из комнат. Зайдя в неё, Греш быстро осмотрелся на наличие противника. То оказалась квартира средних размеров на 4 комнаты, считая туалет. Она не была полностью пустой, мебель была, но видно, что жильцы, жившие когда-то здесь, покинули свой дом, взяв с собой часть имущества. Греш аккуратно выглянул из квартиры в коридор. Сейчас он никого не видел. Но тут из-за шкафа, стоящего в «зоне» противника, высунулась винтовка, а за ней и голова владельца. Греш моментально отдернул свою голову обратно в квартиру. Раздался выстрел. Тут же он близко услышал звук рикошета. Повезло. То где был шкаф, и откуда выглядывал противник, как фотография запечатлелось в его памяти. Раздались новые выстрелы. 2, 3, 4… Греш положил указательный палец правой руки на крючок. Сердце вновь началось колотиться как бешеное. 6, 7… Выстрел. Греш моментально вылез из своего укрытия, упирая приклад винтовки в плечо и целясь в заранее назначенное место. Из-за шкафа виднелась голова противника, который только-только закончил стрелять и спешил вновь спрятаться в своё укрытие, чтоб перезарядить винтовку. Греш перестал дышать, да и весь мир будто остановился, растягивая момент нажатия на крючок до бесконечности. Он не был стрелком со снайперским зрением, но стрелял неплохо, хотя на войне такого понятия как «золотая середина» не было. Выстрел. Винтовка отдачей толкнула плечо Грешера. И он также быстро вернулся в комнату, не успев увидеть результат. Он напряг свой слух, пытаясь услышать, что происходит у противника. Это было не просто, ведь шум с нижнего этажа, где было большинство солдат. Слышал какие-то крики, но чьи и что они означают- непонятно. Греш вновь выглянул, противника же было не видать. Из следующего дверного проёма вылезла собачья голова в сером шлеме Краузема. Сначала она посмотрела в туже сторону, что и он, но потом обернулась в его и, увидя, жестом руки позвала к себе. …7, 8, 9… Медлить нельзя. Греш, поднявшись, побежал сверкая пятками в её сторону. Хотя хромота никуда не делась. Зайдя в комнату, он увидел примерно такую же квартиру, только мебель другая, и 2 солдат Краузема. Фред, малинуа, узнал его Греш. Второго не помнил, какой-то пёс, породу которого сложно узнать из-за грязи и пыли. -Сколько их там ещё?- спросил он -Черт его знает, 2-5,6. Все они на одно лицо. Эх, гранату бы. Слышь, а у тебя есть, мои то закончились?- ответил Фред. Грешер снял с себя рюкзак и начал в нём копаться. Бельё, консервы, средства личной гигиены, Святая Книга Никона и, наконец, граната. На самом дне рюкзака и в последнем экземпляре. Какое непростительное везение, подумал он. Протянув руку с ней, Фред без лишних предисловий выхватил её и выглянул в коридор. Через секунду он выдернул чеку, поднял большим пальцем рычаг и кинул её. Греш инстинктивно закрыл уши руками, открыв рот. Раздался взрыв, в комнату попала часть облака пыли. Со стороны врага раздались крики. -Покатились!- скомандовал Фред. Все трое выбежали в коридор и побежали в атаку. За шкафом располагался вход в ещё одну квартиру. Рядом лежал обезображенный труп в синей форме, в самой же квартире был раненый с перемолотыми ногами и его товарищ, пытающийся его оттащить. Увидя их, он поднял на них свою винтовку, но недостаточно быстро, Фред сделал выстрел прямо в голову. Пуля пробила череп насквозь и тело упало назад. Его раненый товарищ что-то крикнул, но это было не важно, так как его тут же заколол Фред штык-ножом. Хороший солдат. Они зашли в соседнюю комнату, столовая-кухня. В углу на простыне лежал солдат в синей форме, пропитанной кровью. Греш подошел к нему. Вроде не дышит, но действовать надо наверняка, и кольнул его тоже штык-ножом. Ноль реакции. Интересно, его ли я застрелил, подумал Грешер. Фред изучал квартиру, его друг смотрел в окно, ведущее на улицу, по которой сейчас шло к дому подкрепление, ввиде солдат в светло-коричневой и красной формах. Осталась последняя комната, которую Фред не успел осмотреть, ванная. И как это часто бывает в книжках, именно последняя дверь является нужной. Фред взвел винтовку, готовый в любую секунду выстрелить в того, кто откажется за дверью. Тут она с треском распахнулась. За ней оказался солдат с синей форме. Как всегда чуйка не подвела. Противник тоже целился, но не из винтовки, а из гранатомёта… Снаряд вылетел из трубы и полетел в Фреда, он же инстинктивно прыгнул в право, стараясь уйти с линия огня. Раздался взрыв. Вся квартира, оказалась погруженная в серый туман. От неожиданности Греш даже испугался. Он вместе с другом Фреда моментально встали в боевые позы с винтовками и начал медленно идти в сторону взрыва. Видимость была слабая, дышать здесь сложно, поэтому нюх тоже не поможет, остаётся надеяться только на слух. Осколки и куски стен шумели под ногами. Кто-то стонал. Грешер начал медленно идти на источник звука. В зоне видимости он увидел изуродованное тело Фреда. Будто прошедшие через мясорубку, но ещё дышащее. Но Греш не спешил спасать его, сейчас надо найти того, кто это сделал. Где-то вблизи хрустнуло стекло, но не сзади, а спереди. Греш навел винтовку на предполагаемое место источника звука и выстрелил. Послышался ещё один выстрел. И ещё один. -Ох черт! Фред!- закричал его друг и подбежал к его телу. Придурок, подумал Греш. В могилу раньше времени захотелось? Он продолжал идти к месту источника звука. Пыль оседала, и радиус видимости увеличился. Так через 2 метра в ванной он увидел тело солдата в синей форме, лежащего в луже собственной крови. Тоже волк лет ~30. Рядом с ним лежал гранатомёт, всё-таки гипотеза Греш оказалась верной, а его правая рука была спрятана во внутреннем кармане куртки. Вроде не живой. Странно, если это он стрелял, то где его винтовка, ну или пистолет, подумал Греш. Он поднял винтовку, готовясь вонзить штык-нож в его тело. Надо бить наверняка… Тут волк быстрым движением вытащил руку из куртки с пистолетом в ладони. Снова гипотеза Греша подтвердилась. Но к сожалению для волка, он уже достаточно сильно размахнулся и вонзил штык-нож прямо в его горло. Из раны хлынула кровь, а волк начал кусками хватать воздух, задыхаясь. Выстрел. Он не оставил попытку убить Грешера, но безуспешно. На этом его силы иссякли, и рука упала. Всё его замерло, только глаза до сих пор дергались. Греш вынул из него винтовку и очистил её, потерев о форму волка. Теперь эта квартира чистая. Но прежде чем уйти, он подошел к волку. Такой же солдат как и он, воюющий за свою страну, убивающий не потому что это нравится, а потому что иначе никак, наверное его тоже кто-то ждёт. И не дождётся… Всё-таки Грешер не выдержал и начал со всей силы пинать тело, действия таблетки закончилось, и по щеке покатилась слеза. Это бесчинство продолжалось 4-5 секунд, большего Грешу было не надо. Он вытер слёзу, обернулся и увидел как друг Фреда оказывал ему первую помощь, пытаясь остановить кровотечение. Греш хотел врезать ему, так как из-за его крика противник мог вычислить их раньше, чем это сделали они. Но быстро передумал, смысл? Они живы, так что Грешер не видел причин устраивать «Поучительные беседы», как называл их капитан Плесси. В квартиру ворвались трое солдат в красной форме. От неожиданности Греш даже на них навел винтовку, но потом быстро опустил её. Подкрепление, не прошло и года. Они что-то сказали на своём языке, после чего один из них ( обратился к другу Фреда на ломаном крауземском. -Оон живой? -Да-да живой, помогите мне его донести до медпункта,- спешно начал говорить он. Они мало что поняли, но общий смысл сказаного уловили. -После такого. Не жить. Очень плохое состояние. Жаль. -Да плевать мне на твоё «жаль»! Не видно, солдат Краузема умирает! Хватит тут время тянуть, помогите мне… Пожаалуйста,- сказал он «пожалуйста» на своизанском языке более спокойно и мягко. Но они не решались. Тут один из них, лабрадор, сплюнул, что-то сказав, и пошел таки помогать. Друг Фреда и лабрадор взяли тело Фреда с двух сторон и в спешке понесли вниз. Грешер же с остальными продолжил исследовать этаж, но каждая последующая квартира была пуста. Бой за серый дом закончился, теперь надо было начинать штурм моста, дабы взять вторую часть города. Так что роте Плесси остаётся сейчас только подсчитать трупы, перегруппироваться и вновь двинуться в бой. Греш спустился на второй этаж в поисках Юния, долго искать не пришлось, он сам его нашел. Весь в пыли, крови, с новыми дырками в форме, но всё такой же улыбающийся. Он был рад тому, что вновь нашел друга живым. Грешер тоже был этому рад, но сил улыбаться не было. -И даже так тебя всё равно ничто не берёт. Ладно, идём, надо ещё проведать как там Даниэль,- сказал Юний, идя к лестнице. Греш вновь удивился тому, как Юнию, несмотря ни на что, удаётся сохранять оптимизм. Он двинулся за ним, но вдруг остановился и посмотрел налево. Там было длинное зеркало, показывающее его почти во весь рост. В каске сияла дыра, форма загажена, глаза красные, а мех настолько покрылся серой пылью и грязью, что даже он сам бы подумал, что он серый, а не красный волк. Неподобающий вид для солдата Крауземской Империи, будто бездомная дворняга одела выброшенную военную форму, подумал Грешер. -Хватит в зеркальце смотреться, наша ты красавица,- раздался строгий и одновременно ехидный голос капитана. Услышав голос капитана, ты ожидаешь увидеть за своей спиной какого-нибудь высокого ротвейлера или добермана. Но когда ты оборачиваешься, видишь Плесси среднего роста с вьющемся мехом. Конечно, для своей породы он выглядел вполне по военному. Но голос ему совсем не подходил. Вернее, тело не подходило голосу. -Так точно, капитан Плесси, прошу прощения. Он только закатил глаза и развернулся, тоже направляясь к лестнице. Тут раздался взрыв такой мощи, что даже уши заложило. И это был взрыв не от гранаты. Все тут же встали в боевые позы и начали оглядываться, ища источник звука. Вроде как это произошло не в самом доме, а снаружи. Капитан Плесси подбежал к окну и аккуратно выглянул наружи. Сначала осторожно, но потом выглянул по пояс, не боясь схлопотать пулю. Он выругался. Другие солдаты, движимые любопытством, тоже стали подходить к окнам. Грешер и Юний- не исключение. Хотя спохватились они поздно и места заняли неудобные, из-за чего им было не видно сражение между солдатами Своиззана и Эхрундлурена и разрушенного моста, ⅔ которого уже было под водой.