И вновь в пучину темноты, перебирать осколки памяти

Каэнри’ах.

По улочкам, застроенным двух-трёхэтажными домами, идут двое близнецов. Парень и девушка со светлыми волосами и янтарными глазами. Их одежда несколько причудлива и сразу бросается в глаза, но, отчего-то, все же кажется довольно типичной для окружающей обстановки. За спиной у девушки красуются изящные резные ножны, из которых видна лишь бело-золотая рукоять меча. Оружие есть и у парня, только вот ножны выполнены в цветах его коричневой одежды и висят не за спиной, а на поясе. —Смотри, мы почти пришли! — радостно объявляет сестра, — Вот, я об этом месте тебе говорила! Брат поднимает глаза на высокое здание с резной вывеской. За огромными стеклянными окнами видны столики, снующие между ними официанты, сидящие за столиками с чашками люди… —Кафе? Ты так хотела зайти именно сюда? — интересуется он. —Да! — с лучезарной улыбкой кивает девушка, — Ну же, пойдем! Её близнец всё же согласно кивает, и они заходят в здание. Внутри тепло и уютно. Тёплый свет и обстановка резко контрастируют с каменными улицами в вечернем полумраке. Тихая музыка, воспроизводимая висящим на стене устройством, расслабляет посетителей. Двое усаживаются за свободный столик неподалеку от окна, а затем сообщают официанту свой небольшой заказ. Через несколько минут на столе уже стоят тарелки с пирожными и чашки с чаем. Возле парня — простой бисквит с кремом, украшенный несколькими ягодами клубники, а возле девушки — большой кусок шоколадного торта. Они весело болтают о какой-то чепухе, обсуждают вкус сладостей и чая, местную обстановку… Радостно смеются, строя план будущего путешествия. В последний раз. Потому что после этого Итэр в холодном поту распахивает глаза и резко садится. Он не в уютном кафе вместе с сестрой. Он один, в опустевшей квартире… Совсем один. Парень в оцепенении повернул голову к окну. Улицы, что раскинулись там, совсем не были похожи на узенькие и застроенные каменными домами из сна. Это были шумные широкие улицы, яркие и сияющие фонарями да вывесками даже ночью. Итэр нервно поморгал, затем потёр глаза руками. «Это?.. Снова сон? — подумал парень, — Снова что-то, о чем я…не успел узнать?» Он снова уставился в окно. Шумные и яркие улицы Ли Юэ теперь казались ему чужими. Как будто на их месте должны быть те, уютные и с маленькими уютными домиками из сна, то кафе с тихой музыкой… Но где всё это было? Итэр почему-то был твердо убежден, что не в Ли Юэ. Он вздохнул и поднялся с кровати. В темноте подойдя к столу, он нащупал толстый блокнот с измятыми листами и ручку. Сюда он записывал свои сны, которые теперь словно формировали целую историю. Он открыл новый разворот, уселся за письменный стол и взял ручку. И начал писать о том, что только что видел во сне, даже не задумываясь о том, чтобы включить свет. Почерк его был мелким и неразборчивым, но он всё-таки мог прочесть свои записи и в голове собрать из них более-менее целую картину. Потому что, как он сам уже догадался, это не просто сны. И чтобы быть уверенным, что он не сходит с ума, Итэр решил их записывать. В мельчайших подробностях. Единственное, чего он не знал — шли ли сны в хронологическом порядке. Потому что первым был сон, в котором он едва ли не замертво падал в руки сестры. А после — мирные деньки, в которых они двое жили самой простой и беззаботной жизнью. Иногда были и фрагменты с чем-то страшным, что казалось глупым кошмаром… Но теперь младший близнец был убеждён в том, что даже они имели какое-то значение. Дописав про сон с кафе, Итэр снова задумался. «Почему там она взяла шоколадный торт? — размышлял он, припоминая, что его сестра в последние десять лет брала бисквит с клубникой, — Разве простой бисквитный — не её любимый?..» Он снова уставился на бумагу. А затем хлопнул себя рукой по лицу. «А пробовал ли я это её любимое пирожное хоть раз?.. — он снова вспомнил тарелку из сна, что стояла перед ним, — Или это было моё любимое? Интересовался ли я вообще тем, что она любила?.. » Итэр прекрасно знал, что нет. Он довольно часто пренебрегал интересами сестры, а она никогда не противилась его выборам и инициативам… Теперь он в очередной раз жалел об этом. И о том, что не может просто пойти в соседнюю комнату и рассказать всё Люмин. Он решил вновь пролистать свой блокнот, с самой первой страницы. Крепко сжимая край листа в руке, он вновь вчитался в свой почерк. «Двое стоят в руинах. Кажется, это я и Люмин. Мы спорим о чём-то, но мне из сна становится хуже?.. я, или он, сел там на землю и что-то пообещал ей. Сорвал цветок, который похож на заколку, которую Люмин постоянно носит и очень бережёт и дал ей. Снова какой-то разговор, она плачет. Запомнил только два слова, которые услышал во сне: «Живи, Люмин». Потом какие-то обрывки других событий, слишком невнятные! Чтоб их!» На следующем обороте описание сна было куда короче. «Мы молча смотрели на закат у моря. Это не Ли Юэ.» Чуть пониже была запись уже за другой день. «Сегодня мне приснились какие-то горящие руины.Я не видел себя или Люмин во сне. Только слышал крики ужаса и звук падающих зданий. Было страшно. Во сне я был сторонним наблюдателем, как призрак.» Итэр остановился и закрыл блокнот. У него снова заныла голова, и он, подложив руки под голову, опустился лицом в стол. «Каждый раз, когда я думаю о том, что написал — болит голова, — размышлял он, — Это от потери памяти, или?.. — теперь он не был уверен, что в его голове никто не копался с помощью какой-нибудь магии, — Должен же быть способ вернуть воспоминания, да?» «Ведь должен же, верно?» Теперь эта мысль не давала ему покоя. Потерял он память из-за травмы или какого-то вмешательства, не важно, теперь он точно должен ее вернуть. Вернуть самого себя, свою прежнюю жизнь… Мирные деньки с сестрой, её доверие. Вернуть всё утраченное. Но как вернуть то, что было утрачено пять сотен лет назад? То, что он сам разрушил, судя по всему, во второй раз?