Глава 1. Моя любовь

             Вечер начинался отлично. Если не сказать – прекрасно. Донателло и его братья съездили на свалку, нашли нужные примочки, заглянули к Эйприл в ее обновленный магазинчик, заказали еды, а теперь возвращались домой в приподнятом настроении. Черепахи не видели О’Нил несколько недель и у Донни накопилось несколько собранных электронных вещичек, которые он обещал отдать девушке. Так что, входя в Убежище, он предвкушал хороший ужин с семьей, разбор найденных элементов и, может быть, приятный отдых перед телевизором. Но никак не то, что они там застали.       Донателло, смеясь над шуткой Эйприл, сделал шаг вперед и дернул рубильник вверх. Центральное пространство Убежища озарилось ярким светом и гений, не переставая смеяться, сделал шаг вовнутрь и, повернув голову, замер на месте. На первых секундах все внутри похолодело, а затем ученого бросило в жар. На их диване восседала молодая девушка со светлыми волосами и кинжалом в руках. Дон чувствовал, как семья настороженно замерла подле него, а куноити (чтоб ей пусто было!) даже головы не повернула. Только с ледяным спокойствием рассматривала свое отражение в стальном клинке. Весь ее вид говорил о том, что хозяйка, если не помещения, то, по крайней мере, ситуации – она.       – Добрый вечер, – промурлыкала блондинка обманчиво-доброжелательным тоном. Донателло ненавидел этот ее тон – отчасти, потому что часто прибегал к этому грязному приемчику. Сарказм, чтоб его. Леонардо шаркнул ногой, делая шаг вперед, но Донателло остановил его одним жестом – что-то тут было не так и необходимо было выяснить, что именно. Не могла она быть тут. Просто не могла.       Еще с десяток лет назад, когда чувства между мутантом и куноити только начинали зарождаться, они заключили Соглашение: не бывать в домах друг друга и не использовать, даже случайно полученную информацию против семей друг друга. Поначалу соблюдать Соглашение оказалось непросто: то Донателло, заслушавшись болтовней девушки, нехотя вычленял интересные детали, то куноити в порыве восхищения запоминала принцип действия новых приборов гения и применяла эти знания в бою. Со временем, стало легче. Когда они почти-перестали-быть-врагами Соглашение в полной мере не требовалось, кроме пункта про дом. Так было безопасно для всех, а еще оставалось пространство для личной жизни и, для различного рода маневров. Поэтому появление Стефании в их доме так озадачило Донателло. Если она нарушила договор, который действовал, без малого, почти десять лет, то, значит, причина была более, чем серьезна.       – Стеф, – кивком головы поприветствовал ее Донателло, принимая боевую стойку – на всякий случай. Конечно, девушка могла быть ранена, но видимых повреждений Дон не видел, а один ее вид вызывал табун мурашек по телу. Она не выглядела больной или нуждающейся в помощи. Что тогда ей нужно?       – Как приятно вновь видеть старых друзей – голос льется, как сахарный сироп, а внутри столько яда, что Донателло захотелось вернуться на улицы Нью-Йорка и сразиться там с парой сотен преступников. Леонардо, кажется, единственный, кто не слишком напрягался со всего происходящего – его расставленные в сторону руки и, скорее любопытный, чем настороженный взгляд, не радовали Донателло.       – Что случилось, Стеф? – решив не тянуть кота за хвост, спросил Дон, склонив голову к плечу. В голове автоматически строилась траектория возможного нападения. Привычка – вторая натура.       – Да, разве ты сейчас не должна быть на общей тренировке? – вдруг очень некстати встрял Микеланджело и, если бы все внимание ученого не было сосредоточено на девушке, он бы явно округлил глаза и поинтересовался, откуда у младшего такие познания о расписании жизни куноити. Но блондинка вдруг опустила руку с клинком вниз и, в лучших традициях фильмов ужасов, повернула к ним голову чуть ли не на 180 градусов. Было слышно, как хрустнули суставы, но девушка не обратила на это никакого внимания. Ее, в основном, голубые глаза были неестественного цвета – оранжево-черные, да еще и с такими зрачками, словно она жахнула целую порцию добротного кокаина в одиночку. Кошачий взгляд впился в лицо Донателло с таким жадным интересом, словно она видела его впервые, и ученому стало по-настоящему не по себе.       – Что случилось, Донателло? – проигнорировав вопрос Микеланджело, по-змеиному прошипела девушка, с ногами запрыгивая на диван. Рафаэль и Майки тут же схватились за оружие, но Донни и Лео не спешили следовать их примеру – не хватало еще драку дома провоцировать. – Ой, ну не знаю… Может быть, я немного…в бешенстве?!       Голова девушки склонилась к плечу и взгляд сверлил в Донателло дыру. Леонардо сделал шаг вперед, не опуская рук и демонстрируя девушке свою открытость – ну дипломат, ни дать, ни взять. Но ученый чувствовал всем своим существом – сегодня даже самая искусная дипломатия старшего не предотвратит кровавую бойню. И пришла, куноити, видимо, за кровью гения.       – Почему же? – дурацкий и такой простой вопрос, но из уст Леонардо он звучал так миролюбиво, что Стеф – по крайней мере, та, которую они знали до сегодняшнего вечера – должна была уже успокоиться. Но нынешнюю куноити это разозлило еще больше.       – Почему же, почему-у-у? – протянула она насмешливым голосом, раскачиваясь взад и вперед, словно находилась в каком-то трансе. Донателло старался лишний раз не двигаться, чтобы не провоцировать взбесившуюся девушку. Хотелось послушать ее версию происходящего. – Так бывает, дорогой Леонардо, когда твой лучший друг и, по совместительству, возлюбленный, лжет тебе годами. Ты спроси свою драгоценную Караи – может, она тебе тоже что-то не договаривает?       Черепахи недоуменно замерли и Дон почувствовал, как непонимающими взглядами обменялись за его спиной Микеланджело и Рафаэль. Он и сам ни черта не понял, а Стеф не торопилась объяснять.       – Если ты хочешь сказать что-то относительно отношений Караи и Лео – говори прямо, хватит темнить, – раздался уверенный и громкий голос за спинами черепах. Донателло едва сумел подавить разочарованный стон – Эйприл, со своими почти приказами, тоже была не в тему. Ее голос заставил Стеф оторваться от изучения лица Донателло и скользнуть взглядом по девушке. Зрачки, и без того аномально суженные, сжались так сильно, что почти растворились, а глаза словно налились опасным оранжевым цветом еще больше. Если такое вообще было возможно.       – Как хорошо, что вы прихватили с собой эту потаскуху, – в словах Стефания уже не церемонилась и это ставило Донателло в тупик. Он знал, что его возлюбленная ревнует и даже чувствует соперничество со стороны Эйприл, но, чтобы так открыто выражать…даже не неприязнь, а самую настоящую ненависть? Это было неприятным шоком. Донателло в своих чувствах к Стеф никогда не сомневался, но и обижать давнюю подругу не позволил бы. Даже если обидчик – его собственная девушка. Блондинка, тем временем, переползла на спинку дивана и устроилась на нем, как попугай на жердочке. Или, как хищный гепард, приготовившийся к смертоносному прыжку. И тут внимание Донателло отвлек внезапно обозначившийся факт – ноги девушки были босыми. Он видел, что они кровоточили и кое-где капли крови уже даже застыли и подсохли. Она что…добиралась сюда босиком?!       Леонардо, видимо, был ошарашен не меньше, а, может быть, даже больше Дона, поэтому ученому пришлось брать переговоры в свои руки.       – Стеф, она – наша подруга, – без тени агрессии в голосе, обозначил свою позицию Донателло, стараясь балансировать на хрупкой ветке временного перемирия. Блондинка широко улыбнулась, хотя ее улыбка больше напоминала хищный оскал. Она вновь вернула взгляд к лицу Донателло и, считав там что-то, кивнула в подтверждение своим мыслям.       – Неудивительно, что ты ее защищаешь, изменщик.       В голове у четверых братьев словно одновременно щелкнул тумблер – и все стало ясно, как божий день. Абсолютно все – кроме поведения Стеф.       – Успокойся, давай все обсудим, – почти взмолился Донателло, видя, как девушка убирает руку за спину и достает меч. Не хватало только, чтобы ревнивая Стеф покрошила их всех в салат. И не важно – Цезарь это будет или Греческий. Приятного в этом мало.       – Обсудим? Твои многочисленные измены? Твою ложь о своих чувствах ко мне? Параллельные отношения со мной и с ней? Твою трусость и неспособность признать правду? Это хочешь обсудить??       Донателло ахуел. Наверное, впервые в жизни. Обычно ученый был само спокойствие, понимание и адекватность. Нужен совет – братья идут к Донни. Трудноразрешимая и сложная ситуация – Стеф обсуждает ее с Донателло. А тут…трус, предатель и изменник? И от кого – от той, с кем он делил свои чувства не первый год? У него от шока буквально опустились руки – он был поражен настолько, что даже сделал шаг назад, а на лице была отражена вся гамма чувств, накрывших его с головой. Только Стеф уже этого не видела – она вновь перевела взгляд за спины братьев, туда, где стояла Эйприл.       – Стеф, слушай, – Леонардо сделал шаг вперед, несмотря на откровенное игнорирование со стороны куноити, – ты несправедлива. Разве Дон хоть раз давал тебе повод для ревности? Хоть раз ты застала его с Эйприл в компрометирующем положении? Хотя бы раз он сделал что-то, что сказало бы об его измене?       – Да, массу всего, – прорычала девушка, сжимая меч в одной руке и кинжал в другой. Донателло вообще-то за паранойей замечен не был, но на автомате стал прокручивать все моменты своего взаимодействия с Эйприл, которые могли бы указать на его косвенную или, если уж на то пошло, прямую измену. Не нашел ни одного. – Вспомнить хотя бы прошлое Рождество и поцелуй под омелой.       – Вот это да, нашла, что вспомнить! Вот это я понимаю – аргумент, –весело хохотнул Майки, но как-то неуверенно. Донни был в душе с ним согласен. Эйприл просто забылась, поцеловав Дона в щеку в благодарность за давно желанный подарок. Дон и Стеф вновь сошлись тогда всего пару месяцев назад и даже братья периодически забывали, что они вместе. А в том кафе проклятая омела висела повсюду! И Донателло свою девушку поцеловал под каждой веткой, под каждой!       Впрочем, даже если бы Донателло проговорил ей все вспыхнувшие в его голове аргументы, это вряд ли бы убедило разъяренную Стефанию. Она качнулась вперед, а затем назад и – это было ясно, как день – приготовилась нападать.       – Сначала я порешаю эту сучку, а потом возьмусь за тебя, –предупреждающим тоном обозначила свои приоритеты куноити, бросая мимолетный взгляд на Донателло.       – Стеф, нет, погоди, я… – Леонардо хотел что-то крикнуть, но Стефания была быстрее: она взмылась в воздух так яростно и быстро, словно всю жизнь оттачивала только этот прием. Леонардо в мгновение ока выхватил мечи, а Раф и Майки напружинились, готовые идти до конца. Донателло же остался стоять дурак дураком – в сегодняшние планы сражение с его любимой женщиной не входило. Пусть она хоть растерзает его – пока он нормально не выяснит, что происходит, он ее и пальцем не тронет.       Но у куноити была совсем другая цель – это ученый понял, когда тень девушки уже накрыла его и когда он был полностью готов к ее удару. Но она пролетела над его головой и аккурат приземлилась на Эйприл. Взмах меча – и девушка осталась бы без головы, но удар блондинки сумел остановить стоявший ближе всех Рафаэль. С перекошенным лицом он напряженно держал саи, а Стеф, злобно рыкнув, подняла на него взгляд. Взгляд, полный ярости.       – Дай мне ее убить!       – Ага, щас, – отозвался Рафаэль, балансируя для удержания равновесия. Меч ниндзя опасно качался в сантиметрах от лица Эйприл, которая от страха почти и не дышала. – Может, тебе еще ключи от моего моцика дать?       Ответить Стеф не успела – сильный удар в бок отшвырнул ее в сторону. Микеланджело, перекувыркнувшись, приземлился на обе ноги с довольным видом. Шреддер застонала – то ли от боли, то ли просто притворялась. Леонардо выпрыгнул из-за спины Донателло, принимая боевую стойку, но тот даже не шевельнулся – просто молча смотрел на то, как корчится на полу его любимая женщина. Смотрел и пытался понять происходящее, но внутри была пустота.       – Что с тобой вообще? С каких пор ты пытаешься убить Эйприл, да еще в нашем доме? – рыкнул Рафаэль, пока Майки поднимал О’Нил с пола. Стеф с трудом оторвала голову от пола и яростно прошипела:       – Вот с этих самых! Если бы Нат тебе изменяла регулярно, я бы на тебя посмотрела!       – Нат никогда мне не изменяла, – зашипел Раф в ответ, стискивая саи в руках. – И даже если бы да, то я бы простил ее! Потому что любовь учит прощению.       – Вот когда окажешься на моем месте, тогда и поговорим, – блондинка в одну секунду вдруг оказалась на ногах и прыгнула вперед, целясь мечом в горло Эйприл, но на этот раз на пути оказался Леонардо. Неприятный свист двух встретившихся клинков разрезал пространство вокруг.       – Уйди с дороги! – рявкнула Стеф, налегая на свой меч всем телом. Леонардо под весом девушки чуть согнулся, но не отступил.          – Ни за что на свете. Ты не в себе! Ты не хочешь ее убивать, я же знаю.       – Ни черта ты не знаешь, предатель. Уйди с пути или я вспорю тебе брюхо!       – Как бы не так! – взвыл Рафаэль, бросаясь сзади на девушку. Острый клинок встретил саи почти у самого плеча куноити, да и внимание пришлось переключить теперь уже на два фронта. Ноги девушки задрожали, но она была явно решительно настроена добить свою цель. Так что, пнув Рафа в колено со всей силы, она взмахнула рукой, разъединяя их с Лео клинки. Темперамент охнул, рухнув на колени, а Леонардо вдруг протянул руку и дернул куноити за волосы, заставляя ее податься назад.       – А-а-а-а-ай, – раздался в гостиной вопль и Стеф упала на колени перед Леонардо, едва не выронив клинок. Запрещенный прием, но что делать – по-другому яростную девушку не остановить.       – Пожалуйста, не делайте ей больно! – вдруг некстати ожил Донателло и Леонардо уставился на него во все глаза.       – Давай тогда я ее отпущу и позволим Эйприл отправиться на тот свет, а, брат?       – Нет, дайте я.       Пока Донателло преодолевал расстояние между ними, Стеф жалобно застонала.       – Слушайте, ну правда, не делайте мне больно, вы же слышали Донни, – совершенно обычным голосом, полным боли, произнесла куноити. Леонардо опешил и всего на секунду ослабил хватку – этого сполна хватило, чтобы воспользоваться маневром. Удар пришелся в солнечное сплетение, так что Лео на секунду задохнулся собственными легкими. А в следующее мгновение куноити ударила его в живот, отбрасывая назад и, как в хорошем боулинге, одним шаром сбила сразу все кегли – Леонардо, Донателло и Рафаэль растянулись на полу. Резко развернувшись в сторону намеченной цели, куноити оттолкнулась от пола и взмыла в воздух, желая разрубить Эйприл мечом напополам. Но на пути неожиданно вырос Микеланджело – взмахнул нунчаками и хорошенько врезал ими по запястьям Стеф. Та взревела от боли и упала на бок, выронив меч из рук. Удар пришелся по нервам и, кажется, сломал хрупкие запястья – от боли она ничего не видела. Но это ее словно не остановило, когда она поняла, что Майки на ее трюк со страданиями не купится. Так что она птицей взлетела на ноги, подхватила свой меч и…упала, когда Леонардо дернул ее за ногу. Перекатившись на бок, она, тяжело дыша, дернула плечом, пытаясь встать. Очевидно, что ей было больно и, очевидно, что ее это не останавливало – словно в ее теле был кто-то еще. Кто-то, кто упрямо гнал обезумевшую девушку в направлении убийства. Додумать мысль Донателло не успел: собравшаяся девушка вновь прыгнула в сторону Эйприл и Леонардо чудом вклинился между ними.       – Стеф, остановись, – голос Лео на удивление был спокойным и собранным. Даже если внутреннее он жесточайше паниковал, то ничем этого не показывал. Донателло, тем временем, поднялся на ноги и вытащил шест. Остановить ее вразумительными словами едва ли получится, но пусть Лео хотя бы попытается. – Слушай, вы с Донни – идеальная пара. Это все знают. И он бы никогда…       – Заткнись! – рявкнула Стеф, наседая на Леонардо. Он скрестил мечи, толкнув ее вперед и Шреддер едва устояла на ногах. Уперевшись одной рукой в пол, она поудобнее перехватила меч и подняла голову. Злость из оранжевых глаз никуда не девалась.       – Он бы никогда не предал тебя. Ты это знаешь. Та Стеф, которую я знаю…       – Я – не та! – вдруг вскрикнула она, словно борясь с самой собой. Хватка ослабла и меч едва не выпал из ее рук, но в последнюю секунду тот, кто управлял куноити, вернул себе контроль и ниндзя вновь взвилась, как ужаленная. – Ты ничего не знаешь, так не лезь!       Она снова бросилась на Эйприл, которая уже судорожно оглядывала помещение в поисках наилучшего пути отхода, но Леонардо вновь бросился на нее, а Раф попытался ударить ее по ногам. Не получилось: Стеф развернулась и, яростно взревев, бросила в голову Рафаэля кинжал. Темперамент откатился назад, но острый клинок прорезал кожу на плече, заставляя Рафа раздосадовано зашипеть. «Просто царапина», – мелькнуло в голове у Донни, который бросился вперед, чтобы помочь брату. Леонардо вновь отвлек внимание на себя, кружа перед девушкой и пытаясь ее вразумить:       – Послушай, не важно, что произошло. Мы со всем разберемся. Мы поможем тебе, ты можешь верить нам, верить Донателло. Он тебя любит.       – А Караи, думаешь, тебя любит? – опустошенным голосом отозвалась куноити, взмахнув мечом. – Ты что, не понимаешь, что это все – иллюзия? Мы – враги, и всегда были, и будем ими. Очнись, Леонардо!       Донателло заставил Рафа сжать в нужном месте плечо, чтобы кровь не хлестала фонтаном, а сам лихорадочно соображал. Что значит «я – не та»? Кто тогда перед ними? Стеф часто экспериментирует с магическими артефактами – может, один из них завладел ею? Или кто-то вселился? Были ведь уже прецеденты. И что с этим делать?       – Она любит меня, и я знаю, что ты любишь Донни. И знаю, что он любит тебя. Больше жизни.       – Он мне ни слова не сказал за весь вечер, – куноити вдруг остановилась, разочарованно опуская меч. – Он пытался защитить ее. Не меня. И я убью ее за то, что она украла мою любовь.       – Твоя любовь только в твоем сердце, Стеф, и ты знаешь это.       Донателло хотел броситься вперед, хотел ударить Стефанию по голове, чтобы она отключилась, хотел остановить это безумие. Но ничего сделать не успел: Леонардо взмахнул мечом и Стеф вздрогнула так, словно ее пробило насквозь. Сделав шаг назад, она вдруг оступилась и полетела вниз. Ее меч со страшным бряцанием упал на пол и откатился. Донателло, не помня себя от ужаса, бросился вперед – он точно не видел, что произошло, но явно ничего хорошего. Упав на колени, он проехался на них вперед, остановившись у распростертого на полу тела. По кофте Стеф разлилось алое пятно, которое с каждой секундой увеличивалось в размерах. Ученый осторожно приподнял ее голову, кладя ее на свои колени, и попытался пощупать пульс. Его не было – то ли от сковавшего его ужаса, то ли от шока, он просто не мог нащупать биение сердца. Девушка дернулась, захрипев, и ее кошачьи глаза покрылись мутной пеленой. Она пыталась что-то сказать, но давилась собственной кровью:       – До-до…       Гений холодеющими пальцами шарил по ее груди, пытаясь отыскать источник раны, остановить кровь, сделать хоть что-нибудь… Куноити дернулась в последний раз и затихла. Оранжевые глаза закрылись сами собой. Донателло еще пару секунд в ужасе водил руками по ее леденеющей коже, не понимая, что произошло. Она секунду назад стояла тут, живая и здоровая, а теперь… Осознание накрыло его с головой вместе с подступающей истерикой. Оцепенения больше не было. Только страшнейшая боль. Подняв полный невыразимой тоски взгляд на старшего брата, Донателло пришлось собрать все свои силы, чтобы не дать волю слезам. Окровавленные катаны выпали из рук лидера и тот в ужасе отступил назад.       – Ты убил ее, – прохрипел Донателло, захлебываясь собственными словами. – Ты убил мою любовь, Леонардо.