Глава 3 ✳ Их звезды

— Ты же знаешь, я не особо люблю музыку, — твердил Ким. — Честно говоря, я совсем не понимаю, что ты в ней нашёл. Это ведь просто звуки, разве нет? Хан уже третий час думал об этих словах, сказанных утром. Пальцы тянулись к вискам и настукивали незамысловатый мотив. А шепотом посреди урока: — И как он мог мне такое сказать? Этого он понять не мог. Джисона не понимали многие. Как и он не понимал людей. Честно, однако. Шел пятый урок. Хан положил голову на руки. От долгого сидения за партой ныла спина. Галстук душил. Ужасно хотелось есть, спать, слушать эту самую музыку, жить, дышать, гулять, существовать, желательно за пределами массивных душных стен школы. Но как же... Это ведь музыка. Как..? Как она может не затрагивать душу? Просто звуки? Хан был возмущён. Сынмин, по крайней мере, не осуждал его в отличие от взрослых, которые ещё давно забили тревогу из-за Хановой одержимости. Однажды у Джисона даже отобрали наушники от долгого нахождения в них. Тогда ещё совсем юный Хан совершено не понимал, в чем он не прав. Он, конечно не сдался, просто ушёл, не став спорить, а в голове по памяти продолжала, словно на пластинке, крутиться любимая композиция. Хан настукивал её пальцами по столу. Потом ритм сбился, и в голове родился новый. Непохожий на остальные. Так и появилась первая песня Хан Джисона, написанная в тринадцать лет. А взрослые продолжали трубить тревогу о том, "какой этот малый ненормальный". Джисон привык молчать. Спорить бесполезно. Это он уже давно осознал. Слова накапливались и вырывались с помощью горячих слез и подавленных всхлипов поздно ночью. Наутро лицо опухало, голова болела, но никто, конечно же, ничего не замечал. Или не хотел замечать. Взгляд упал на пенал с карандашами и ручками. Хан потянул за молнию чёрного прямоугольника, ощутив прикосновение к грубой ткани, взял в руки спутанные наушники. Он так и не вернул их. Джисон повернулся в сторону задних парт и снова увидел не очень-то увлеченную уроком девчушку. Рыжеволосая чиркала на полях тетради, взгляд был отсутствующим. Следить за ней вошло в привычку. Джисон усмехнулся мыслям. Да он свихнулся! За окном ярко светило солнце, лучи которого падали на её яркую макушку. Ученица постоянно щурилась от солнечного света и закрывала лицо руками, что заставляло едва улыбнуться. Парень проглотил ком в горле. Сжал ладони. Страшно. Но он сделает это! На перемене она снова не пошла в столовую с остальными. Это настораживало. Хану нужно поговорить с ней, хотя поесть очень уж хотелось. Брюнет медленно, словно боясь спугнуть, шагал в сторону одноклассницы. Та бездумно листала страницы книги. Левой рукой она что-то настукивала по парте. Знакомый мотив. Хан замер, вслушиваясь, напрягая извилины, чтобы вспомнить. Где-то он уже это слышал... Точно! Недолго, — а если быть точнее, вообще, — не думая, Джисон сделал шаг ближе. Шаркнув кроссовкой о пол, он вытянул руку и тоже принялся постукивать по парте, пытаясь подстроиться под этот ненавязчивый ритм, делая его громче. Рыжеволосая вздрогнула, замерев. Подняв голову, она встретилась со взглядом карих глаз. Джисон оглядел её ещё раз. Кожа у неё была бледной, неестественной, словно кукольной. Очерченная форма лица, маленький нос, круглые щечки и, что больше всего поразило в ней Джисона — чёрные, как космос глаза, а в них подобно звездам в ночном небе, искорки. Так значит, в прошлый раз ему не показалось. У неё необычные глаза. Тишина эта была тревожной, звенящей. Джисон нервно расслабил галстук, стараясь придумать, что же сказать. — Ты тоже любишь Coldplay? — выпалил Хан первое, что пришло в голову, дабы разбавить неловкое молчание. Дышать стало легче. Легкие насытились кислородом. — Это ведь Viva la vida, верно? Девушка смотрела на него туповатым взглядом ещё секунд пять, потом нашла в себе силы кивнуть. Кулаки сжались до побеления, взгляд не смел подняться выше чужой шеи. Почему он так смотрит? Хан ярко улыбнулся, невольно заразив этим и одноклассницу. Та слегка приподняла уголки губ и посмотрела в сторону окна. Снег не шел. Заметив напряжение, парень сделал шаг назад, облокотившись руками на сзади стоящую парту. Лицо обдувал ветер из приоткрытого окна. — Так люблю эту песню. Она... — парень запнулся, стараясь подобрать нужное слово. — Прекрасна, — закончила за него рыжеволосая, кивнув. — Да! — воскликнул Хан, подняв указательный палец вверх. Потом засунул руку в карман и положил на стол зелёные наушники. — Прошу извинить, я должен был вернуть это раньше. Девушка поблагодарила, сунув провода в карман. — Я Хан Джисон, — парень потянул руку, знакомясь. — Ли Хэ И, — робко ответила девушка, долго не решаясь пожать чужую руку. Парень ощутил холодное прикосновение. — Рад знакомству. Хан улыбнулся так тепло, что Хэ И захотелось сделать то же самое. Комната наполнилась теплом, хоть и смешанным с неловкостью. Откуда-то доносился запах вафель. Неловкая беседа перерастала во что-то большее. Вот оба уже обсуждают общих любимых исполнителей, словно они друзья с младшей школы. — Знаешь, — начала было Хэ И, решаясь сказать, — эта песня звучит как звезды. Хан открыл рот. Восторгу парня не было предела. Прямо сейчас человек, сидящий напротив него, сказал то, о чем Хан годами говорил, размышлял и делился, как самым сокровенным, но получал в ответ косые взгляды. И вот сейчас наконец-то он слышит это. Музыка похожа на звезды. Хан открыл рот, чтобы ответить, и... Понеслось. Говорил он нечасто, а поговорить ему очень уж хотелось. Страшно только начать, а после Джисона было уже не остановить. Он даже не заметил как выдал все, о чем так долго молчал. Может соскучился по простым откровенным диалогам, а может почувствовал что-то родное. Он говорил, жестикулировал, переминался с ноги на ногу. А девушка, оказывается, умела слушать, развернувшись всем корпусом в его сторону, хоть ей и нравилось помолчать. И ей было интересно. Голос её был мягок и тих, но Хан улавливал его среди коротких фраз, словно пробуя на вкус. Сладкий! Хан рассказал ей все. О музыке, о звёздах, о гитаре. Парень даже не задумался о том, что его могут не понять. Почему-то именно ей захотелось открыться. И Джисон не пожалел. Впервые ему отвечали с улыбкой на лице, когда он говорил о своих снежинках и искорках в небе. Он доверился. Его понимали! И это было приятно. Даже если он не добрался до глубины своих мыслей и не выложил их прямо на стол. Ещё рано. Он без умолку спрашивал что Хэ И напоминает та или иная песня. Это превратилось в игру. Как же здорово поговорить с тем, кто так же относится к твоей страсти! — Знаешь, теперь я рад, что оказался в этом классе. Иначе, не познакомился бы с тобой, — Джисон смущенно приподнял уголки губ вверх, прикрыв их кулаком. — Может я сяду рядом с тобой? — оживлённо добавил тот. Хан встал, чтобы перенести вещи на соседнее рядом с Хэ И место, как его остановил неуверенный голос: — Не стоит. Здесь сидит моя подруга. Сейчас она болеет, но скоро вернется. Так что никак, — грустно заключила девушка, выдохнув и ища куда бы спрятать взгляд. — Прости. — Все в порядке, — постарался заверить Джисон. — Честно говоря, только рядом с ней я чувствую себя здесь в безопасности. Все тут такие чужие... Кроме тебя. С тобой почему-то не так. С тобой тоже безопасно. Каждое слово давалось с трудом. Будто внутри сидел кто-то и запрещал произносить эти слова. Хэ И отвернулась, лицо порозовело. — Прости, наговорила лишнего. — Нет, нет, все в порядке! — воскликнул Хан. Он принялся успокаивать её, стремясь поймать взгляд бесконечно тёмных мечтательных глаз. Она постоянно избегала зрительного контакта, не задерживалась глазами на чужом лице, более чем на пару секунд. Джисон же наоборот всегда жаждал соприкоснуться, заглянуть в глубину души. Если смотреть прямо в глаза, кажется, что все хорошо, не стоит ничего бояться. — Давай продолжим, — поспешил разбавить обстановку Хан. — А на что похожа "Yellow"? — Рассвет. — Рассвет?! Я тоже самое хотел сказать, — воскликнул Джи, чуть ли не подорвавшись со стула. — Слушая её, невольно представляешь поездку в машине. Ты облакачиваешься всем телом на стекло и из под земли вырастают лучики солнца. Вот, что я вижу, — мечтательно, с озорным смехом отвечала девушка, пока Хан с замиранием сердца слушал. Ли замолка. Джисон не стал ничего добавлять. Ждал, что скажет девушка. — Хотелось бы мне ощутить это. По-настоящему. Но... Учёба. Совсем времени никуда выбраться нет. — выдохнула Хэ И. — Да, — согласился Джисон, — Иногда так хочется сбежать куда-нибудь на Аляску. Или забыть обо всем и смотреть на звезды всю ночь. Молчание заполонило комнату, словно воздух. Мыслей было много. И никто не произносил их вслух, боясь, что эти мечты — всего лишь иллюзии, которые никогда не сбудутся и оба подростка так и останутся на веки вечные обречены на школьные истязания. Как же хочется иногда доплыть до точки Немо, до Австралии, дойти до Китая пешком и обратно, просто поиграть на детской площадке, как в детстве, но... — Нужно готовиться к экзаменам, - сокрушенно заключили оба.